Clear Eyes, Full Hearts

Луи засыпает за шестьдесят миль до дома, и Гарри счастливо улыбается в тишине. Луи доверяет ему, и из-за этого Гарри обожает его. Примерно в двадцати милях от дома Гарри начинает будить Луи. — Эй, малыш. Мы рядом. — Ох, хорошо, — Луи сонно потягивается и целует Гарри в щеку. — Люблю, когда ты водишь машину, с тобой я, по крайней мере, могу выспаться. В последнее время я почти не сплю. — Ты должен спать, — говорит неодобрительно Гарри. — Ты не должен прибегать ко мне тайком каждую ночь, Лу. — Но я хочу. Я хочу быть с тобой. Рядом с моим парнем. Гарри улыбается и целует Луи в волосы. Гарри планировал поговорить о чем-то еще, но неожиданно кто-то громко сигналит им, и он паникует. Гарри сразу же толкает Луи на сидение. — Лежи, — говорит он. — Какого хрена? — Все в порядке, просто лежи так, чтобы не видно было твоего лица. — Ладно, кто там? — Я не знаю. Какие-то футболисты, — отвечает Гарри, прибавляя скорость. — Они всегда сигналят мне, когда проезжают мимо. — Что они сделают, когда поймают нас? — Они никогда ничего не делают. Просто пугают меня, — Гарри видит, как машина впереди них сдает назад и делает крутой поворот. Он знает, что ребята в машине, вероятно, пьяны. Гарри делает большой круг по грунтовой дороге, тем самым сбивая их с толку. Машина футболистов отстает, и Гарри сбрасывает скорость. Они едут около восьмидесяти километров в час до тех пор, пока вторая машина не скрывается за поворотом. Гарри замедляет ход и выезжает потихоньку на главную дорогу. — Иисус, чёрт! — говорит Луи, когда Гарри выключает двигатель. — И часто это с тобой происходит? — Нет, — качает головой Гарри. — Пару раз в год. Луи замолкает на некоторое время. Гарри не видит его лица, лишь серебряный свет луны переливается в его волосах. В спальне отца горит свет. Теперь, когда двигатель выключен, холодный воздух потихоньку начинает заползать в грузовик. Наконец, Луи говорит: — Это слишком много. Иди сюда, — Гарри садится к нему на колени, и Луи его очень аккуратно целует. — Давай скажем твоему отцу об этом. — Ладно, — улыбается Гарри. — Спасибо, что защищаешь меня. — Ладно. Луи выходит из грузовика и подает руку Гарри. Гарри хватает Луи за руку, и они торопятся в дом, потому что холодно, а не потому что Луи стыдно. Возле дома Луи отпускает руку Гарри. Он просто не хочет терять свою семью. Пока они разуваются, Гарри обнимает Луи сзади за плечи и начинает покрывать мелкими поцелуями его шею. Луи оборачивается и притягивает Гарри в объятия, нежно целуя парня в щеку. — Милый, — говорит он. — Я так тебя люблю. — Ты действительно хочешь сказать папе? — бормочет Гарри. — Да. — Ладно, — Гарри берёт Луи за руку и ведёт его в отцовскую спальню. Он стучит в дверь и мельком смотрит на Луи. — Привет, мы дома, — говорит Гарри, стараясь не выдавать все секреты своей улыбкой. — Эй, привет, ребята, — говорит отец, приглушая звук телевизора. — Ну как? — Хорошо. Эм… Луи делает шаг вперед. — Мы встречаемся, сэр, — говорит он. — Я спросил Гарри, не хочет ли он стать моим парнем, и он согласился. Вы единственный человек, которому мы можем об этом сказать. Поэтому я хотел сказать вам, что мы очень… очень счастливы. Мне Гарри очень нравится, и я его люблю. И я надеюсь, что я достаточно хорош для него, — говорит Луи смотря на Гарри. — У меня хорошо получилось? — Да, — кивает Гарри. — Ладно, — говорит отец. — Надеюсь, я не должен говорить тебе, что будет с тобой, если ты его обидишь? — Нет, сэр, — отвечает решительно Луи. — Я прекрасно помню наш с вами разговор. — Хорошо. Так и должно быть. Ты останешься на ночь? — Хм, если мне позволено. — Ты всегда можешь остаться у нас, ты же знаешь, — отвечает отец. — Твой отец и я не ладим, но ты — не он. — Я не он, — соглашается Луи. — Хорошо. Хотите посмотреть игру со мной? — Я не против, — улыбается Гарри. — Я тоже, — кивает Луи. Гарри садится на кровать и смотрит на Луи кокетливым взглядом. — Ты или я? — Ты. Гарри садится на кровать первым, а Луи устраивается поудобнее у него на коленях. Гарри немного обеспокоен тем, что они вот так сидят перед отцом, но сразу же успокаивается, когда Луи счастливо вздыхает. Он переплетает их руки и начинает играть с пальцами. — Кто играет? — спрашивает Луи. — Наши с Буффало-Биллс. Счёт тридцать четыре — семь, поэтому оригинальной концовки я не ожидаю. Луи с интересом начинает смотреть футбол. Он не очень разговорчив, но знает, что должен успокоиться, так как Гарри нуждается в нём. Переплетая их пальцы, Луи замечает, что Гарри пристально следит за игрой. Он также замечает, что отец Гарри украдкой продолжает немного тревожно поглядывать на них, как будто он не уверен, что они поступают правильно. Когда игра заканчивается, отец говорит: — Все, молодёжь, пошли прочь, — Луи сразу же вскакивает, Гарри разворачивается и плюхается сверху на отца. — Пап, — говорит он радостно. — Я знаю, малыш, — отец улыбается и неуклюже похлопывает Гарри по спине. Гарри ярко улыбается в ответ, крепко обнимает и целует отца в лоб. — Ты очень хороший, — говорит Гарри. — Я знаю. Все в порядке. Убирайтесь отсюда. Гарри отстраняется и присоединяется к Луи. Он берёт его за руку по дороге в спальню. Он до сих пор не может поверить, что это происходит в реальности. — Тебе нравится моя семья? — тихо спрашивает Гарри. — Да, — отвечает Луи, идя так близко, что их ноги соприкасаются при ходьбе. — Я люблю твоего отца. Я, конечно же, хочу свою семью, не сейчас, позже. Гарри улыбается. — У тебя будет семья, Лу, обещаю. Луи берёт инициативу на себя: он аккуратно кладет Гарри на кровать, а сам садится на самый край кровати. — Иди сюда, мой красивый мальчик, — нежно говорит Луи. — Я люблю тебя. — Я знаю, — отвечает Гарри. Он садится к Луи на колени, тихо смеясь над тем, как Луи вздрагивает из-за его веса. Гарри с интересом осматривает лицо Луи. — Ты устал? — Очень, — признаётся Луи. — Хочешь спать? — Да. Я ужасный парень? — Нет. Я понимаю тебя. — Да, хорошо. Скрывать отношения и сексуальную ориентацию отнимает у человека много сил, — ворчит немного Луи, передвигая их тела на кровать. — Ложись. Гарри уютно устраивается в постели и поворачивается лицом к Луи. Он поправляет одеяло так, чтобы было тепло. Луи опускает голову на подушку рядом с Гарри и встречается взглядом с ним. — Я люблю тебя, — говорит Луи. — Мне кажется, ты говоришь это образно, — с улыбкой говорит Гарри, — ибо, когда не знаешь, что сказать, то повторяешься. Может быть, ты мог бы попробовать что-то сказать, выражая это в физическом смысле. Луи кивает и ложится горизонтально. — Я бы мог попробовать, — соглашается Луи, он берет Гарри за руку и кладет её между их телами. — Действительно? — Да. — Я хочу услышать, о чём ты думаешь. — Я думаю о глупых вещах, — бормочет Луи. Гарри качает головой:  — Неа. Все вещи, о которых ты думаешь — офигительные, я их обожаю. О чём ты думаешь? Луи подносит руку Гарри ко рту и целует. — Я думаю, что я опасно близок к тому, чтобы рассказать людям о нас, но часть меня категорически не соглашается. — Это хорошо, что ты не можешь. — Да? Можешь ли ты честно сказать мне, почему ты такой счастливый? Тебе в кайф быть моим тайным парнем на стороне? — Не на стороне, — отвечает Гарри. — Я хочу быть моногамным. Луи смеется, но соглашается: — Ладно. Моногамный. Но никто не знает. Вот что я имею в виду. Мой секрет. И ты заслуживаешь большего, чем быть просто секретом. — Ладно. Ну, я не против. В любой другой ситуации, я бы, наверное, был против. Но я совсем не против. Ты делаешь всё возможное. Ты хочешь большего. Лу, мы собираемся пройти через это вместе. И если нам суждено быть вместе, тогда мы будем. Мы что-нибудь придумаем. И если мы не сделаем это, ничего не изменится. — Я буду скучать по тебе, если это не сработает. Я хочу этого. Гарри целует его. — Я тоже. Я хочу этого, но я пытаюсь быть реалистом. — То, что мы вместе — это разве не реальность? — спрашивает Луи. — Лу, ты до сих пор скрываешь свою ориентацию, — просто говорит Гарри. — И это не так уж и плохо, но мы не сможем делать это вечно. Ты можешь не скрывать свою тайну. И тебе, вероятно, придётся выбрать снова, и я бы предпочел, чтобы ты выбрал меня, а не свою семью, — добавляет Гарри через секунду. — Я знаю, ты любишь меня, я не… я не пытаюсь усомниться в тебе. — Ты думаешь, что я опять разобью тебе сердце? — Я не знаю, — хмурится Гарри. — Я не жду этого от тебя. Но если это произойдёт, это будет ужасно для меня. Поэтому я не могу верить в вечность прямо сейчас. Луи кивает. — Ладно. Я ненавижу, когда ты так говоришь, но это имеет смысл. Я люблю тебя, правда. — Я знаю, что ты говоришь это от чистого сердца. И я люблю тебя, Лу. — Спасибо, — отвечает Луи, проводя рукой по волосам Гарри. — Ты, наверное, прав. Мы не можем верить в вечность. Но, малыш, мы же можем надеяться на это? — Всегда. Луи целует Гарри в лоб, и Гарри закрывает глаза. — Давай не будем торопиться, ладно? — Думал, что мы и так не торопимся, — бормочет Гарри. — Ежемесячные минеты не равны ускорению. — Ну, да. Я имею в виду, эмоционально. Я имею в виду, никаких разговоров о нашем далеком будущем, я не хочу, чтобы тебе было больно. Или мне. Давай закончим год. Звучит круто, да? — Гарри кивает. — Спасибо. — Если я могу сделать что-нибудь другое, чтобы защитить твоё сердце, скажи мне. Последнее, что я хочу сделать, — это сделать тебе больно. — Ладно. Спокойной ночи. Луи не сразу отвечает.  — Знаешь, из-за моего признания твой отец, наверное, позволит мне теперь быть у вас чаще. Мы могли бы придумать что-нибудь насчёт колледжа. — Да, точно. — Спорим, ты уже заполнил заявку, — улыбаясь говорит Луи. — Просто потому что я ответственный. Для начала мы можем посмотреть сайты с факультетами. Луи гладит Гарри по щеке. — Ладно. Спокойной ночи. Могу я обнять тебя? — Да, — отвечает Гарри. Он переворачивается и позволяет Луи обнять себя за талию. — Мне нравится, когда ты обнимаешь меня своими футболистско-большими руками, — бормочет сонно Гарри. — Да что ты? Моя маленькая болельщица, — говорит Луи с улыбкой на лице. Не раздумывая, он целует Гарри в затылок. — Я должен быть одним из тех игроков, которые распускают свои руки? — шепчет он. — Хочешь, чтобы я положил мои руки на твои крошечные сисечки? — к концу предложения Луи не сдерживает смех. Гарри чувствует, как в трусах становится тесно. — Может быть, — хрипло отвечает Гарри. Луи скользит ладонью под футболку Гарри и обводит пальцем набухшие соски. — Да? — шепчет Луи, пододвигаясь ближе. Гарри чувствует, как член Луи упирается ему в бедро. — Да, пожалуйста, — тихо стонет Гарри. Луи кладёт руку на соски и начинает грубо массажировать налившиеся бутончики. Гарри вздрагивает и прижимается спиной к Луи сильнее. — Давай… — Сними штаны, — бормочет Луи, и Гарри, не раздумывая, быстро опускает тренировочные штаны до щиколоток. Луи, снимая белье, достает свой член и скользит им по заднице Гарри, рука Луи лежит на бедре Гарри, сжимая его. — Тебе хорошо? Гарри глубоко вздыхает, когда член Луи скользит вниз между его ног. — Сделай это, — тихо стонет Гарри. — Блять, тебе так хорошо будет, да? — шепчет Луи ему на ухо. — Да, — хнычет Гарри, когда Луи сжимает его сосок снова. — Больше. Луи медленно толкается в Гарри, обхватывая его яйца и обнимая за плечо. Это на самом деле похоже на секс, и Гарри берёт Луи за руку. — Могу я кончить прямо здесь? — спрашивает Луи. — Да, да, — хнычет Гарри, толкаясь назад и желая, чтобы член Луи был где-нибудь ещё. Он бурно кончает, как и Луи. Они лежат, тяжело дыша, несколько секунд, и Гарри чувствует, что от оргазма сердце начинает биться слишком быстро. — Тебе хорошо? — спрашивает Луи. — Хорошо. — Где салфетки? — Нет, я могу достать их сам, — медленно говорит Гарри, его разум все ещё был в тумане. — Не двигайся. Скажи мне где. Я пещерный человек в этих отношениях, — дразнит его Луи. Когда Гарри не отвечает, Луи встаёт и находит их сам. Он очищает внутреннюю часть бедер парня, и Гарри довольно стонет. Луи нежно очищает член и животик Гарри тоже, затем поворачивает его на спину и нежно целует его в вишнёвые губы. — Ебать, как было хорошо, малыш, — счастливо говорит Луи. — Тебе понравилось? — Да. Это было хорошо. Действительно хорошо, потому что я люблю тебя, — Луи кладёт голову на грудь Гарри и счастливо вздыхает. — Тебе честно понравилось? — через пару минут еще раз спрашивает Луи. — Понравилось, — довольно шепчет Гарри. — Обними меня. Луи целует его и говорит: — Конечно. Просто позволь мне хотя бы надеть шорты. Тебе тоже бы не помешало что-нибудь накинуть на обнажённое тело. — Не хочу, — отвечает Гарри. Он ложится на живот и снимает футболку. Луи смеётся над его наготой, но через пару секунд ложится в постель точно так же. — Почему ты голый? — спрашивает Луи, накрывая из обоих покрывалом. — Потому что так я счастлив. — Твой отец говорил, что ты ходишь голым, когда грустишь. — Это исключение, — отвечает Гарри, пожимая плечами. — Ладно. Спи, малыш, — нежно шепчет Луи, целуя Гарри в щеку. — Я буду рядом, когда ты проснешься. — Я по-прежнему буду голым. — Мне нравится этот способ выражения счастья, — улыбаясь, отвечает Луи. Гарри уютно устраивается рядом и через пару минут засыпает. Будущее они обсудят завтра. Сейчас они счастливы.

***

Гарри просыпается от жары. Луи лежит под ним, теплый и твердый. Он гладит Гарри по спине одной рукой и почесывает бедро другой. Когда Гарри шевелится, Луи сжимает его задницу. — Ты сверху? — спрашивает он. — Да. — Достаточно справедливо, — сонно отвечает Луи. Он целует его волосы и проводит рукой по заднице Гарри. — Хотел бы я так просыпаться с тобой каждый день, — бормочет Луи. — Ты такой милый, когда пускаешь слюни на мою футболку. Гарри быстро стирает тыльной стороной ладони с уголка рта слюни, Луи тихо смеётся и гладит его по спине. — Который час? — вздыхая, спрашивает Гарри. — Около десяти тридцати. Ты хочешь встать? — Нет. — Ладно. Я тоже, в принципе, не хочу ещё вставать. Но я бы с удовольствием поменял позу, так как твой член упирается мне в бедро. Ты привлекательный и всё такое, но у меня тоже есть потребности. Гарри приподнимается и ложится на прохладную простынь. Луи накрывает их одеялом и комфортно устраивается под боком. — Обними меня, — сонно говорит Гарри. — Ладно. Как? — Просто… как-нибудь… ты такой тёплый… — Ты всё ещё сонный, — говорит Луи низким и успокаивающим голосом. Гарри мычит и кое-как кивает. — Я не собираюсь пользоваться тобой, малыш. Я думаю, что теперь знаю тебя полностью. Я знаю, когда ты не в настроении. — Я люблю тебя, — вздыхает Гарри. — Я знаю, что тебе поможет, — нежно говорит Луи, легонько царапая ногтями спину Гарри. — Красавчик. Я тоже тебя люблю. Я включил свой плейлист, надеюсь, ты не возражаешь. — Неа. — Звонил отец. Он удивлён, что ты ещё не проснулся. Но я могу побыть сегодня здесь до наступления темноты. Мы можем пообедать, и поужинать, и заполнить пару заявлений в колледж, но в основном, я надеюсь, что мы проваляемся в кровати целый день. — Мне нравится эта идея, — счастливо улыбается Гарри. — Мы можем искупаться. — Снаружи? — Прости. Плохая идея. — Нет-нет, я бы с удовольствием искупался в бассейне. Ты действительно хорош в этом, да? Команда по плаванию и все такое, — сладким голосом говорит Луи. Гарри смущается и кивает. — Я хочу поплавать с тобой. Ты мог бы быть моим спасателем. Сексуальным спасателем. Гарри хихикает. — Хорошо. — Хорошо, — говорит Луи. Он переплетает их пальцы и начинает медленно рисовать узоры на запястье. — Парни в твоей команде по плаванию… они доставляют тебе неприятности? — спрашивает мягко Луи. — Нет. — Точно? Ответь мне, только честно, пожалуйста. — Правда, они не причиняют мне боли. Трудно саботировать меня, так как мы все плаваем в одном бассейне, — бормочет Гарри в грудь Луи. — Ты не должен никого бить, всё нормально. — Я побью их, если они причинят тебе боль. — Я знаю. Но, правда, всё нормально. — Хорошо. Если ты когда-либо почувствуешь себя небезопасно, сначала позвони мне. — Папа, служба спасения девять-один-один. — Ладно. Но ты в любом случае должен позвонить мне. Я должен быть всегда в курсе всех событий. Твоя безопасность — мой главный приоритет, и если что-нибудь случится, я должен об этом знать. — Честно говоря, ты перегибаешь палку. Луи останавливает поглаживание на секунду. — Да. Прости. — Хорошо. — Я сожалею. — Всё в порядке. Я тебе позвоню, в любом случае, — обещает Гарри, целуя Луи в губы. — Я все ещё люблю тебя. — Спасибо, — Луи обнимает его и целует в щеку. — Ты не должен, ты знаешь. — Я знаю. Раздаётся стук и отец открывает дверь. — Оденьтесь, мальчики. Боксеры являются обязательной одеждой. Луи сразу натягивает одеяло. — Прошу прошения, сэр, я ношу одежду, — говорит он. — И я не сделал… — Не этим утром, по крайней мере, — бормочет Гарри. Луи смущается и утыкается лицом в грудь Гарри. Отец улыбается. — Не забудьте про защиту, — говорит он мягко. — Мой сын порой бывает очень развязным. — Пап, — говорит смущённо Гарри. — Мы ещё не дошли до этого. — О, Боже, заткнись, — пищит Луи, кидая в Гарри подушку. — Тупица. Мы спустимся через пару минут, сэр, благодарю вас. Отец уходит, смеясь, и Гарри встаёт, чтобы найти свои боксеры. — Он не волнуется, — говорит Гарри, не глядя на Луи, — если у нас будет секс. Я имею в виду, он просто заботится обо мне. Он не хочет, чтобы я заразился герпесом или чем-то еще. Я имею в виду, ты не можешь сделать меня беременным. У меня и так мало шансов, на самом деле, я не надеюсь уже выйти замуж за христианина. Луи встаёт и подходит к Гарри. — Эй. Тебя это смущает? Религия — часть всей этой штуки? — спрашивает Луи, беря Гарри за руку. Гарри медлит, позволяя себе отвлечься на прикосновения. — Нет. Неправда. Но это что-то. Я имею в виду… я думаю об этом иногда. Когда все вокруг считают, что я конченный педик. Это тяжело. — Я думаю, что женитьба не делает человека христианином. Тогда у людей не было судов и сертификатов. И пока ты решаешь, с кем быть в длительных отношениях на всю жизнь, я думаю, что Богу на самом деле пофиг, — говорит искренне Луи. — Ты меня слышишь? — Да. Ты действительно так думаешь? — Да. У нас будут дети, слышишь? Мы их воспитаем, как твой отец воспитал тебя. Только любовь и доброта. Но одно я знаю точно: мы не должны беспокоиться об этом сейчас. Сейчас мы пойдем на завтрак, ладно? И целый день мы проведем вместе. Только ты и я. Гарри кивает и обнимает Луи за талию. — Ты так точно знаешь, что мне нужно, — говорит Гарри куда-то в район плеча. — Спасибо. — Да, хорошо, я в это верю. Ты хороший человек. И я бы хотел позавтракать теперь. С тобой и твоим отцом. После этого мы можем посмотреть игру или заполнить эти заявки, ладно? Я люблю тебя. Жизнь — довольно странная штука. Но мы пройдем через это дерьмо вместе. — Ладно, — отвечает с улыбкой Гарри. — Да, мы сможем. Луи целует его мягко и кладет руку на бедро Гарри. — Завтрак, — говорит он. — У спортсменов только одно на уме. Еда, — с улыбкой на лице говорит Гарри. Он хватает Луи за руку и идет на кухню, где отец делает блинчики. — Пап, Луи хочет посмотреть игру с тобой, — говорит Гарри. — Футбольный фанат. Отец кидает на него взгляд, который четко говорит «что происходит?». — Ты мой футбольный фанат, — говорит он. — Но я могу посмотреть футбол и с Луи. Шоколадные чипсы? — Да, пожалуйста, сэр, — говорит Луи. — Да, — Гарри улыбается. — Бекон? — Ты такой требовательный. Он на тарелке, — вздыхает отец. — Кофе? — Не-а, — отвечает Гарри, пожимая плечами. — Я не отказался бы от кофе, — говорит Луи. — Если можно, конечно. — Конечно. Кружки там, — говорит отец. В то время как Луи наливает себе кофе, Гарри садится на стойку и смотрит на то, как отец переворачивает блины. — За ваши голые задницы я поставил тебя на счетчик, малыш, — говорит отец. — Мы были не голые, — поправляет его Гарри. — Ну, почти, — вставляет Луи. — Ты хочешь, чтобы это случилось? — предлагает Гарри. — Нет. Слезай со стойки, или я съем твои блины. Гарри спрыгивает, и Луи быстро целует его, оставляя на губах горький вкус кофе. — Как это мило. Пока ты голый, ты ещё можешь передумать, — говорит Луи. — Эти блины выглядят аппетитными. И я с радостью съем свою часть. — Эй. — Просто говорю тебе правду, персик. Гарри смеётся и идет обратно к себе в спальню за майкой и шортами. — Хорошо? — говорит он спустя пару минут. — Счастлив? — Очень счастлив, — с улыбкой на лице отвечает Луи, протягивая ему полную тарелку блинов. — Сядешь за стол? — Да. Спасибо. — Конечно, малыш, — Луи отодвигает стул Гарри и садится рядом. Под столом Гарри незаметно переплетает их руки. Отец сидит во главе стола, так что теоретически он не может этого видеть, но всё равно замечает это и счастливо улыбается. — Итак, Луи, — говорит он, накладывая себе на тарелку бекон. — Мы должны поговорить. — Ой, — смущается он. — Ладно. — Папа, — вздыхает Гарри. — Ну, ты тот, кто приходит и объявляет себя парнем моего сына, и ты знаешь, что, если ты рассматриваешь серьёзные отношения с моим сыном, тебе нужно научиться разговаривать со мной. Гарри и Луи переглядываются. — Все отцы так делают, когда их дети начинают встречаться, — объясняет Гарри Луи. — Он не собирается надрать тебе задницу. — Правда? — спрашивает Луи. На самом деле, он немного не понял эту шутку. — Не сейчас, — говорит отец. — Ты делаешь моего сына счастливым. Так что я пока не буду трогать тебя. Но если ты разобьешь ему сердце, то я надеру тебе задницу так сильно, что после этого тебя вынесут вперед ногами, я понятно выражаюсь? — Да, сэр, — кивает Луи. — И если ты его смутишь или заставишь чувствовать себя дерьмово, тебе также не поздоровится. Если ты вдруг решишь, что ты не гей- — Я гей. — Ладно, но если ты засомневаешься когда-нибудь, ты должен сказать об этом. Я знаю своего сына, он подумает, что это его вина, и тогда он будет зол на себя за то, что заставил тебя быть таким, каким ты не являешься на самом деле. Гарри краснеет и смотрит вниз на стол, собирая пальцем крошки. — Я не собираюсь передумывать, я гей, — говорит Луи спокойным и серьёзным тоном. — Я абсолютно влюблен в вашего сына, и, если мы разойдемся, это будет взаимно. Я обещаю. Я не хочу порвать с ним. Это не мимолетная вещь для меня. У нас даже не было секса ещё, я клянусь, что это действительно то, что я хочу от вашего сына. — Вы встречаетесь уже два месяца, — резко говорит отец. — Я знаю, но это были самые счастливые два месяца моей жизни. Я прихожу сюда на три или четыре часа каждую ночь, чтобы провести время с ним, и я не променяю его ни на что. Если бы всё было иначе, я бы… хотел завести с вашим сыном детей. Чёрт, да я бы позвал вашего сына замуж в восемнадцать лет. Но вы знаете, что такие вещи я не могу сделать прямо сейчас, и я искренне сожалею. Простите, что мне не хватает смелости дать ему то, чего он заслуживает. Но я сделаю всё возможное, чтобы сделать его счастливым. Гарри смотрит вверх и видит, что реакция отца относительно положительная. — Ладно, — говорит отец. — Хорошо. Пусть останется так, как есть. Что ты говоришь отцу, когда приходишь сюда? — Репетиторство в школе, специальный кружок. — И он не проверяет? — Нет. Он не очень заинтересован в этой стороне моей жизни. А у мамы нет на это времени. Я просто говорю, что у меня дополнительные занятия в школе и что буду поздно. Они даже не догадываются, что я прихожу сюда. — Ладно. И они не замечают, что ты уходишь ночью? — Нет. — Тогда всё в порядке. Ты говоришь о моем сыне за его спиной со своими школьными друзьями? — Нет, — отвечает Луи. — Я перестал говорить о Гарри уже давно. Я имею в виду, это неправильно. Я не сказал о нём ни одного плохого слова с тех пор, как мы стали встречаться. Я хочу защищать Гарри. Отец косо на него смотрит. — Не нужно говорить то, о чём ты потом будешь жалеть. — Я знаю, — тут же отвечает Луи. — Я ужасный лицемер. — Ладно. Насколько сильно ты любишь моего сына? — Я серьёзно рассматриваю идею о том, чтобы раскрыться. Или придумать способ быть с ним рядом. Я пытаюсь, — говорит Луи с ноткой отчаяния. Он смотрит на Гарри, но Гарри не обращает на него внимания. — Игра начинается в шесть тридцать, — через пару минут говорит отец. — До тех пор сидите в гостиной, чтобы я мог вас видеть. Хаз, я собираюсь загрузить машинку, тебе нужно что-нибудь постирать? — Все грязные вещи в моей корзине. — Ладно. Не шалите. Проведите время вместе, — говорит отец, он делает паузу, и Гарри знает, что он беспокоится за него. — Гарри. Что скажешь, дружище? Ты какой-то тихий? С тобой всё нормально? — Да, — кивает Гарри. — Просто приятно слышать такие вещи. Я тоже надеюсь, что мы не расстанемся. Отец встаёт и гладит его по голове. — Ты хороший парень, — говорит он, целуя его в волосы. — Я люблю тебя, сынок. — И я люблю тебя, пап, — отвечает Гарри с улыбкой на лице. Луи тянет Гарри на себя. — Эй. Я тоже тебя люблю, — говорит он мягко, держа его за руку. — Я действительно не брошу тебя. У нас ведь всё взаимно. Гарри кивает, и легонько улыбается ему в ответ. Луи сразу же понимает, что что-то здесь не так. — Прости, — говорит он. — Я сказал что-то плохое? Как я могу это исправить, душистый горошек? Гарри улыбается и утыкается лицом ему в шею. Луи путается рукой в его волосах. — Спасибо. Я знаю, что ты имеешь в виду, поэтому я не хочу сомневаться в тебе. Но я думаю, что мне нужно больше, чем два месяца, чтобы поверить в нас по-настоящему. Более двух полных дней вместе, понимаешь? — Да. Ладно. — Правда? — Конечно. Я буду здесь в любом случае. Так что мы можем быть счастливы сегодня. — Да. Я возьму бланки, пора уже заполнить их. — Ладно, малыш, — Луи целует его. — Но я должен был это сказать. У нас скоро три месяца. — Ну, я думаю, стоит отнять то время, когда мы просто разговаривали. Луи смеётся и целует его снова. — Достаточно справедливо. Но ты чувствуешь себя хорошо? — Я чувствую себя хорошо, — соглашается Гарри. — А ты? Луи кивает. — Твой папа всё постирал. — Что здесь необычного? — Он постирал и мои вещи, — смеясь, отвечает Луи. — У тебя правда замечательный отец. Люблю тебя. — Люблю тебя.