Clear Eyes, Full Hearts

С утра Луи каким-то образом вылезает из кровати и ухитряется сделать ему завтрак-сюрприз. И это немного разбивает сердце, но это такой милый жест, что Гарри просто улыбается и благодарит его. Отец там, поедает свою собственную тарелку приготовленной Луи еды. Гарри избегал его, потому что если папа приглядится, он поймет, что что-то не так, и Гарри придется объяснять, а он не хочет объяснять, потому что определенно заплачет. А ему даже не грустно сейчас; он счастливее, чем когда-либо. Его парень приготовил ему завтрак, чтобы удивить его. Так что он избегает взгляда отца и улыбается Луи. Луи особенно мягок с ним. Когда он подает Гарри тарелку, то целует его, но потом он дарит ему более длинный, мягкий поцелуй в лоб, запутывая пальцы в его волосах. — Я тебя люблю, — говорит он. — Люблю тебя, — мягко отзывается Гарри. — Спасибо. — Конечно. Луи усаживается с ним и приступает к еде, не отрывая от него глаз. — Вкусно? — спрашивает он спустя какое-то время. — Да, очень. Обожаю это, — кивает Гарри. Он продолжает свои попытки улыбаться, но его сердце сжимается. Еда и правда очень хорошая. Но дело не в еде. Отец пристально наблюдает за ними. Он знает, что что-то происходит. Гарри просто продолжает избегать его, сцепляя руки с руками Луи и заводя с ним глупый разговор. Хотя когда он отпускает себя, все, о чем он может думать — как он ждал этого. Он был так взволнован. Он был таким глупым.

***

Луи и папа продолжают предлагать, чем они займутся сегодня, но Гарри просто хочет посидеть с Луи. Так и должно быть по утрам. А еще он должен был предвидеть это. Он и предвидел, но должен был лучше подготовиться. Они остаются в своем логове на диване еще некоторое время, и Гарри пленен воспоминаниями. Ночёвки, игры в монополию и потом Луи, сжимающий его лодыжку и просящий позвонить ему. Гарри входил в тройку первых звонков на быстром наборе Луи. Гарри задумывается, где будет стоять девушка Луи в списке звонков, если Луи попадет в беду. Будет ли Гарри его четвертым звонком. И получит ли он вообще звонок. Он делится с Луи частью этих мыслей, и Луи обещает, что этого никогда не случится. Нет, Гарри всегда будет его первым звонком и лучшим другом. Но Гарри лишь вспоминает, что Луи также говорил ему, что они всегда будут вместе. И поглядите, что из этого вышло. Через некоторое время он ложится на бок на диване и укладывает голову Луи на колени. Луи прочесывает его волосы, поцарапывает его кожу головы и позволяет ему остаться так. Луи так хорошо его знает. Гарри будет очень по нему скучать. — Гарри, я обещаю, я все еще буду рядом, — подает голос Луи. — Я честно имею это в виду. Я не знаю, как жить без тебя. — Ладно. — Это правда все, что ты хочешь сказать? — Ну да. Что ты хочешь, чтобы я сказал? — Ничего. В смысле, что угодно. Мне все равно, мне просто кажется, что у тебя в мыслях намного больше всего, но просто этого не говоришь. — Зачем мне говорить это? — бросает вызов Гарри. — Не понимаю. Что ты имеешь в виду? — Зачем мне говорить тебе это, если от этого все равно ничего не изменится? Ты не почувствуешь себя лучше, и я тоже. Так зачем мне говорить все, о чем я думаю? — Потому что я забочусь о тебе и хочу услышать это, — говорит Луи, но он звучит неуверенно. — Разве это… разве этого недостаточно? Я не знаю, чего ты хочешь. Гарри садится. — Я не хочу, чтобы это случалось. Я хочу, чтобы ты не разбивал мое сердце, как ты обещал. Я хочу, чтобы ты был храбрее. Хочу, чтобы мы были где-нибудь еще, где это не имело бы значения. И мне не стоило верить тебе, я должен был догадаться, как мне правда, правда хотелось. Я просто… Я все еще люблю тебя. Но я зол на тебя, и я хочу начать наш перерыв сейчас, я думаю. — Подожди, нет, — быстро говорит Луи. — Нет. Дай мне пять минут, ладно? Пять минут как все ещё твоему парню. Гарри хмурится. — Зачем? — Потому что у меня есть кое-что для тебя. — Ладно, — решает Гарри через секунду. — Пять минут. Луи встает и спешит в спальню. Он возвращается со своим рюкзаком и расстегивает его. — Ладно, — он снова устраивается рядом с Гарри. — Итак, я люблю тебя. И буду твоим всегда, а ты моим, я надеюсь. Так что у меня есть несколько вещей для тебя. Сначала он вручает Гарри маленькую бархатную коробочку. Гарри с подозрением открывает ее. Оттуда свисает старомодный крестик, и он выглядит чрезвычайно знакомым. — Что это? — Он твой. Он был в моей комнате, но он только твой. Мне все не представлялся шанс вернуть его тебе с тех пор, как все случилось, и я… Ну, я сохранил его, — говорит Луи, печально поджав губы, и сердце Гарри вторит. — Хорошо, — говорит Гарри. — Спасибо, это очень мило. — Это не все. Вопреки самому себе, Гарри улыбается, потому что Луи достает завернутую упаковку. Гарри разрывает бумагу всего один раз, но знает, что там. — Лу… — Я хочу, чтобы он был у тебя. Гарри достает жакет Луи, со всеми его значками. Футбол и гонки, и один год баскетбола, год новичка. Он тяжелый, черный с золотым и очень официальный. Он пахнет Луи, потом и кожей, и он обнимает его, говоря: — Я не могу взять его. Ты должен дать его своей девушке. — Нет, не должен. Только если я его не потерял. Его украли с моего обеденного стола, детка, я не могу это контролировать, — улыбаясь, говорит Луи. Гарри смаргивает слезы и прижимает жакет ближе к груди. — Если ты уверен. — Я абсолютно и полностью уверен. Ты мой возлюбленный, и я даю тебе свой жакет. Оставь его на сколько захочешь. Можешь носить его где угодно, но только не здесь. Я так тебя люблю. Ладно? — Ладно. — Пара последних вещей для тебя, — Луи достает пару оставшихся предметов, вручая их Гарри и сопровождая пояснениями. — Сделал тебе микс. Все песни, которые заставляют меня думать о тебе. Тут еще несколько настоящих зерен томатов на следующий год и один маленький последний… Я не знаю, я увидел его, и он напомнил мне о тебе. Это еще один кулон с подвеской в форме маленького бумажного самолетика. — Какой милый, — улыбается Гарри, — мне нравится, спасибо. — Окей, ладно. Я рад. Я люблю тебя. Я надеюсь, они сделают тебя счастливым, даже когда мы на перерыве. Я надеюсь… Ну, я надеюсь, ты их как-нибудь наденешь и подумаешь обо мне. Гарри надевает оба кулона прямо там, ощущая, как его сердце подпрыгивает от прохлады на груди. — Я буду их носить, — говорит он. — Я всегда буду их носить. Луи улыбается ему с абсолютной любовью. — Хорошо. Я люблю тебя. Последний поцелуй? — Да. Они оба тянутся вперед, соприкасаясь губами, и позволяют поцелую продлиться чуть дольше, потому что он последний на долгое время. Гарри целует его и любит его полностью в этот момент. А потом он заканчивается. Он отстраняется, и они смотрят друг на друга секунду. — Итак, перерыв, — говорит Луи. — Да. — Все еще хочешь, чтобы я приходил? — Да. — Ладно. Ничего страшного, если ты злишься. Гарри хочется фыркнуть. Он знает это. — Хорошо, — говорит он. — Спасибо за подарки и за все остальное, это мило. И удачи. С твоими отношениями. Держи меня в курсе и все такое. Луи обнадежено смеется. — Да, всегда. Просто… Мы должны быть честными. Так это, возможно, даже сработает. — Я буду честен, — кивает Гарри. — Всегда. — Тогда ладно. Я очень тебя люблю. — И я тебя. Луи сгребает его в быстрое объятие. — Мне надо идти. — Да, все нормально. Спасибо за… день вместе и все такое. Мне нравится проводить с тобой время. — Конечно, Хаз. Ты тоже береги себя, ладно? — Ладно. Спасибо. — Ага. Пока. — Пока. Гарри остается на диване некоторое время после того, как Луи уходит. Он просто сидит там и усиленно пытается не думать. Скоро приходит папа. — Где Луи? — буднично спрашивает он. — Хм. Он ушел. — Ага. У вас двоих все в порядке? Гарри не знает, когда именно он решил не говорить отцу, что они расстались, но так он и делает. — Да, — говорит он. — Он подарил мне свой школьный почётный жакет, — он приподнимает его. — Как мило, — ободряюще говорит папа. — Да. Я думаю, пойду займусь делами, — говорит он. — Ладно. Так что Гарри идет в его комнату и включает на полную громкость Тейлор Свифт, чтобы делать под нее домашнюю работу. Ему плохо. Он лишь надеется, что ему скоро полегчает. Но он знает, насколько нереальны его надежды.

***

Гарри привыкает спать один через пару недель. Это ранит. Он больше не спит в джерси Луи или со свитером, который он здесь забыл, но иногда он просыпается с пальцами, запутанными в кулонах. Он просыпается от дождя в окно, потому что звук похож на то, как Луи стучит. Но вот он Луи. Это Луи, тыкающий его в плечо и шепчущий его имя. — Хаз, детка. — Это ты, — в удивлении говорит Гарри. — Да. Все нормально? — Да, да, просто здорово, — Гарри пододвигается и впускает Луи в кровать. — Что с тобой? Ты в порядке? — Да, да, все хорошо. Ты как? — Нормально. Луи сворачивается на груди Гарри, так что Гарри стискивает свои руки вокруг него и целует его в волосы прежде, чем осознает, что ему не положено. — Я… ну. Я скучал по тебе. — Я тоже скучал по тебе, все нормально, — Луи прижимается ближе. — Я так по тебе скучал. — Рад, что сейчас ты здесь. Луи кивает, расслабляясь в тепле рук Гарри. — Я люблю тебя, — говорит он спустя секунду. — Я все еще очень тебя люблю. Прости, что не писал, я просто… Пытаюсь дать тебе немного пространства? И, ну, понять вещи. Но… Это сложно. Я не знал, что будет так тяжело. — Да. Хотя ты не должен давать мне пространство, — говорит Гарри. — Ты мне нравишься. Ты все еще мой лучший друг. — Окей. Ладно. Я просто люблю тебя. — Я тоже. В смысле, тоже люблю тебя. — Не говори этого пока. Я… — Луи глубоко вздыхает. — Я выбрал девушку. Гарри держит его крепче. — Хорошо. Она мила к тебе? — Да. Она нормальная. Но она не ты. Я продолжаю сравнивать. — Это несправедливо к ней, Лу, ты не можешь делать так. — Ну, а что мне остается? Я имею в виду, я знаю, что ты не идеален и все в таком роде. Но ты близок. Она иногда не понимает мои шутки. И она не заботится обо мне. Как ты. Гарри потирает его спину. — Ничего страшного. Я все равно буду заботиться о тебе. — Я буду меньше появляться, наверное. Не… В смысле, я не появлялся, потому что думал, что ты хочешь этого, но теперь я правда не смогу приходить. И мне жаль. — Не извиняйся, все нормально. — Ты всегда так говоришь. И у меня такое ощущение, что потом ты тут рыдаешь, пока никто не видит. Говоришь себе, что получаешь, чего заслуживаешь, и что это твоя вина, что ты не предвидел этого, и мне просто… мне жаль. Я не хочу, чтобы ты так думал. И все же вот он я, творю это. — Хорошее слово для вступительных экзаменов, — говорит Гарри. Луи смеется. — Она не помогает мне готовиться к вступительным. Так что она, в принципе, бесполезная, — он прижимается ближе, бормоча: — И я продолжаю смотреть в ее глаза, желая, чтобы они были зелеными. — Мне… Мне жаль. — Нет, это мне жаль. Это глупая и эгоистичная мысль. Я должен прекратить говорить тебе все глупые вещи, которые приходят мне в голову. — Я думаю, это, возможно, мудро. Мне нравятся твои мысли. Твои чувства. — Мне нравятся твои. Гарри просто обнимает его некоторое время перед тем, как вспоминает кое-что. — Ты останешься до утра, как раньше?  — Да. — Отлично. Луи совершает короткое, оборванное движение. — Почти поцеловал тебя, — говорит он. — Я правда очень хочу. — Ну. Ты можешь. Тебе решать, когда ты поцелуешь меня снова. — Точно. Я знаю, да. Прости. Еще одна эгоистичная мысль. Гарри издает глубокий вздох и не отвечает. Он сильнее обнимает Луи. — Я люблю тебя. Надеюсь, это сделает твоего отца менее разочарованным в тебе и закончится лучшим для тебя, и я очень люблю тебя. Будильник Луи звонит точно в то же самое время, что и всегда. Гарри ожидает поцелуй и немного объятий, слишком сонный, чтобы вспомнить, что этого больше не произойдет. Поэтому когда он жалуется: «Подожди, поцелуй на прощание», это немного шокирует его — услышать, что Луи отвергает его. — Больше нет, малыш. Прости. — Объятие на прощание? — Сто процентов. Луи подается вниз и крепко обнимает его, прижимая свою щеку к щеке Гарри. — Я очень ценю… В смысле, спасибо тебе. — Обращайся. Он чувствует, как пальцы Луи слегка задевают подвески, всего на секунду. — Я напишу тебе, — говорит он. — Теперь я знаю, что ты хочешь этого. — Мм, ладно. Хорошего дня. — И тебе. Луи сжимает его ладонь. Потом он тихо уходит, и Гарри должен сказать, что чувствует себя более безмятежно, чем предыдущие две недели.

***

Луи: привет привет? все правда так плохо? ладно тебе, хаз Гарри: простиииии :) у меня айфон Луи: омг! круто! Гарри: он такой крутой, я влюблен Луи: рад за тебя откуда он? Гарри: подарок от папы за хорошее поведение и все такое Гарри все ещё не сказал ничего своему отцу насчёт их перерыва. Он все еще не знает, что чувствует к Луи, и не хочет, чтобы его отец разозлился без причины. Хотя, когда отец вручал ему айфон, папа сказал, что это его самая большая улыбка за месяц, что было удивительно точно. Луи: ну если кто и заслуживает его, так это ты как поживаешь? Гарри: хорошо, я думаю, а ты? Луи: нормально о, я собирался сказать, что должен закончить на этом прости Гарри: ничего. что случилось? Луи: надо пойти погулять с мелли:/ прости Гарри спрашивает себя, каким образом Луи дошёл до ситуации, где ему надо пойти на свидание со своей девушкой, с которой он никогда не хотел встречаться. Но с другой стороны, ему это совершенно не интересно. Конечно, Луи бы предпочёл пойти с девушкой, которой может гордиться, вместо посиделок в кафетерии с мальчиком, который даже не может ему нравиться. Должно быть, это был нетрудный выбор. В конце концов, Луи его предупреждал. Так что Гарри отвечает. Гарри: круто, повеселитесь. Луи: без тебя не будет веселья, детка, но, в любом случае, спасибо :) Слова. Ещё больше слов. И Гарри начинает от них уставать.

***

Они все еще довольно редко переписываются, когда Луи появляется в спальне Гарри. — Привет, — шепчет он, тряся его плечо, чтобы разбудить. — Как дела? — Не очень, — честно говорит Гарри. Он не остается сонным этой ночью; он садится и смотрит на Луи. — Почему? — спрашивает Луи, нахмуриваясь и снимая пальто. — Потому что кто-то спросил, встречаемся ли мы, и ты засмеялся. — Да… Ну это было тем, что я должен был сделать- — Нет, не было. Ты мог бы повернуть все как угодно. Мог сказать ему перестать быть гребаным идиотом, потому что таковым он и являлся. Или мог сказать ему не совать нос в чужие дела. Честно, Луи, ты мог бы сказать что угодно. — Нет, я знаю, я просто должен поддерживать мой… Мой имидж. — Почему это вдруг стало так важно? Я думал, ты сказал, что я важнее. — Ну да, но… — Но, — повторяет Гарри. — Но что? Ты правда хочешь взять все слова обратно? Все, что ты говорил, этого просто… этого больше нет? — Конечно, есть, Гарри, о чем ты говоришь? — Я говорю о тебе, говорящем, как много я для тебя значу за закрытыми дверями, но в момент, когда доходит до настоящего признания, я внезапно менее важен, чем твоя ложь буквально всем, кого ты знаешь, кроме меня. Почему я не могу быть самым важным хоть раз? — Не то чтобы ты неважен, но просто… Гарри, ты знаешь, где мы живем, ты понимаешь, почему я не могу- — Нет, больше не понимаю, — импульсивно говорит Гарри. — Я пытался понять полгода, и я продолжаю говорить, что понимаю, потому что не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым, но это было только потому, что ты уже чувствовал себя виноватым. Но сейчас я не уверен, что ты вообще чувствуешь что-нибудь. Луи хмурится. — Гарри, это совсем несправедливо- — Как там твоя девушка? — огрызается Гарри. Лицо Луи теряет цвет, но выражает гнев. — Гарри, ты не можешь винить меня в этом. Я говорил тебе с самого начала, что мне может быть необходимо завести фальшивые отношения. — Да, но насколько, блять, они фальшивые, если ты расстался со мной ради нее? Отменил одну-единственную вещь, которую мы вместе делали на публике, чтобы выйти с ней? Это фальшь? Потому что ты выглядишь достаточно преданным идее сохранить эти «фальшивые» отношения более живыми и здоровыми, чем наши. — Мы больше не в отношениях, Гарри, — говорит Луи, его голос трескается. — Ты сказал мне, что хочешь взять перерыв. — Окей. Итак, мы не в романтических отношениях, но у нас все еще есть гребанные отношения, Луи, — резко говорит Гарри. — Ты продолжаешь говорить, как любишь меня, и что мы все еще лучшие друзья. Это отношения. Или это ими было, потому что они, блять, умирают или что-то такое, потому что ты пренебрегаешь ими. — Я говорил тебе, что не смогу видеть тебя так же часто, как когда мы только начинали. Я тебя предупреждал. Я честно не могу поверить, что это происходит, Гарри, я просто был так занят- — Я понимаю занятость, — отрывисто говорит Гарри. — Понимаю. Понимал, когда мы были вместе, и до этого тоже. Но я заслуживаю видеть тебя. Я заслуживаю больше, чем отмены в последний момент и жакет, который не могу носить на людях. И я не могу поверить, что ты споришь со мной из-за этого. Ты правда думаешь, что не сделал ничего неправильного? Луи просто смотрит на него достаточно долгое время. — Я знал, что поступил неправильно, — говорит он. — Я не знал, что ты меня за это внезапно возненавидел. — Не внезапно, я тебя не ненавижу. Но я зол. Ты знал, что я был зол. И я хочу об этом поговорить. Я просто не могу позволить этому случаться со мной. Я люблю тебя. Я скучаю по тебе. И несправедливо по отношению ко мне, что мы… просто. Я не буду ждать, что ты вернешься и будешь ко мне так относиться, — наконец-то высказывает Гарри. — Прости. Но ты должен принять решение. А до тех пор я не хочу, чтобы ты спал здесь. — Окей, — говорит Луи через секунду. — Ладно. — Не надо тут, — хмурится Гарри. — Ты понял? Договорились? — Я так полагаю. Я должен тебе сказать, что это мне нравится или что дальше? Гарри просто смотрит на него секунду. — Лу. Я прошу у тебя абсолютный минимум, который кто угодно попросил бы от того, кого они любят. Почему ты разочарован во мне из-за этого? — Я не разочарован. Меня бесит, что ты заставляешь меня выбирать. — Я не заставляю тебя выбирать. Я прошу тебе поставить меня хоть в половину приоритета. Что с этим не так, Лу? — Не знаю. Думаю, мне нужен перерыв. — Что? — говорит Гарри в полном неверии. — Мне нужно подумать о том, что ты сказал. Мне нужен перерыв. Я вернусь, когда буду знать, что сказать, — Луи обувается. — Прости, я не был к этому готов. Я ожидал сна. — Ты меня кидаешь, серьезно? Сейчас? — Я не кидаю. Я должен быть готов к разговору точно тогда же, когда и ты? Ты ошарашил меня этим, Гарри, я не знаю, чего ты хочешь. — Я хочу, чтобы ты отнесся ко мне, как будто готов пожертвовать чем-то ради меня, хоть однажды. Всего однажды. Вместо того, отчаянно цепляться за свою гетеросексуальную мужественность, позволяя мне трахать тебя, когда родителей нет дома. — Иди нахуй, — говорит Луи через плечо на пути вон. — Пока. Отец прибегает в комнату Гарри через несколько секунд после того, как Луи выходит в заднюю дверь. — Что случилось? — говорит он. — Здесь кто-то был? — Луи, — отвечает Гарри. — Он послал тебя нахуй перед тем, как уйти, или мне послышалось? — говорит папа следом. Гарри глубоко вздыхает. — Я тебе кое-чего не рассказывал. — Ага, — кивает отец. — Я приготовлю кофе. Через пять минут Гарри присоединяется к папе на диване, принимая кружку с кофе без протестов в первый раз. — Спасибо, — бормочет он. — Конечно. Так что происходит? И Гарри рассказывает ему про отца Луи и ситуацию с его ориентацией, про то, как Луи сказал, что заведет временную фальшивую девушку, и все превратилось в не такое уж временное или фальшивое. Он говорит ему, как решил взять перерыв, и теперь Луи бросается этим ему в лицо, как он не ставит его ни во что, и Гарри решил, что он лучше этого. Хотя сейчас он начинает думать, что, возможно, нет. — Брехня, — прерывает отец. — Ты стоишь большего, чем он когда-либо будет. Я так с самого начала говорил. — Я думаю, он бы с тобой согласился, в этом и проблема. Он сказал, что знает, что относился ко мне несправедливо. Так что я не уверен, что происходит. Он, возможно, просто вспылил, потому что я заставлял его смириться с его гомосексуальностью. — Ладно. Я люблю тебя, но ты должен прервать философское дерьмо прямо сейчас, — говорит папа. — Мне все равно на его внутренние надежды и мечты. Он ведет себя как задница по отношению к тебе сейчас? — Да, — бормочет Гарри себе в кружку. — Отлично. Тогда, покуда я имею к этому прямое отношение, Луи вернулся в мой список говнарей. — Ладно. — Хорошо. Уже хочешь сжечь все его вещи? — Нет, — безапелляционно говорит Гарри. — Нет. Я хочу все его вещи. Я думаю, что это может быть просто ссора. Мы можем помириться через неделю. Просто сейчас все отстойно. — Если не помиритесь, ты будешь в норме? Гарри глубоко вздыхает и честно думает. — Не знаю. Зависит от того, что он скажет. Но я думаю, что переживу. Я знаю, что переживу. — Хорошо, — отец допивает свой кофе. Гарри с натяжкой осиливает половину своего. — Хочешь провести остаток ночи в моей кровати? — спрашивает он. — Какая-никакая компания. — Конечно. Спасибо. — Захвати свою подушку. Папа не обнимается, как Луи, но все нормально. Наличие кого-то под боком позволяет Гарри заснуть меньше чем через час и проспать до одиннадцати. И когда он встает в одиннадцать, то обнаруживает, что отец еще не на работе. Он ждет его и читает каждый дюйм газеты, и Гарри чувствует себя особенным. — Приготовь себе бекон, — говорит папа. — Можешь сделать сэндвич, я купил помидоры. Ты не пойдешь в школу сегодня. — Не пойду? — Нет. Я позвонил твоим учителям. Ты освобожден от школы до конца недели. Ты не будешь вынужден оставаться семь часов в здании с кем-то, кто играет в игры с твоей головой. И если захочешь, я могу занять тебя на стройке. Я тебе заплачу. И ты сможешь очистить свою голову и дать спине загореть. — Я и так загорелый, — бормочет Гарри, глядя на себя. — Это согласие? — Да, конечно. Хотя я абсолютно уверен, что ты даешь мне взятку, чтобы я не ходил в школу, и еще делаешь ту пугающую штуку, когда оставляешь меня около себя, чтобы ты мог быть моей сторожевой собакой, — улыбается Гарри. — Ты можешь меня винить? — Думаю, нет. — Хорошо. Надевай ботинки и возьми мою футболку. Если собираешься оставить кулоны, засунь их под футболку. Будь готов к полудню, ладно? — Ладно. Спасибо. — Конечно, приятель. Таким образом Гарри проводит день, пиля брусья и помогая отцу покрасить стены и оконные рамы. Он застревает с большими кусками стены, пока папа обозначает лентой оконные рамы и дверные стойки и красит ближние куски. — Мне обещали загар, — говорит Гарри, смывая краску с рук. — Завтра, — говорит отец. — Сэм будет учить тебя покрывать крышу. Они оба грязные и потные, но папа позволяет ему пойти в душ первым, так что Гарри счастлив. И это лишь доказывает его точку зрения; он будет в порядке без Луи. Если до этого дойдет, он переживет.

***

В четверг Луи показывается на строительной площадке. Гарри на крыше, помогает Сэму чинить кровлю. Для этого должен быть технический термин, наверное, который он не знает. В любом случае. Он там, когда Луи шагает на траву. — Гарри, — кричит он ему. — Уйди, — кричит в ответ Гарри, глянув вниз, чтобы убедиться, что это Луи. — Я работаю, — добавляет он. — Нам надо поговорить. — Нет. — Кто это? — спрашивает Сэм. — Никто, — говорит Гарри. — Он сейчас уйдет. Папа выходит наружу с закатанными рукавами и ремнем для инструментов, выглядя собранно и слишком устрашающе для того, кто знает все слова к «Love is a Battlefield». — Тебе придется покинуть мою стройку, сынок, — говорит он. — Мне просто надо поговорить с Гарри секундочку, — говорит Луи. — Он сказал "нет". — Нет, он просто не понимает, — начинает Луи. — Я думаю, он отлично все понимает. Это ты не понимаешь. Это мой сын. Уйди со стройки. Луи уходит. У него особо нет выбора. Сэм любопытно смотрит на него. — Есть ли какая-то заслуживающая внимания причина, по которой футбольный игрок приходит сюда, умоляя тебя поговорить с ним? — Я занимаюсь с ним, — кратко говорит Гарри. Вот и все.

***

Луи продолжает писать ему о том, что хочет поговорить, и Гарри не знает, что сказать. Так что он, собственно, ничего не говорит. Он пишет в ответ повторяющиеся «нет» и просит Луи перестать писать и дать ему время подумать. А потом загорается и пишет ему правду. Гарри: я не буду разговаривать с тобой, пока ты не извинишься за то, что сделал той ночью конец истории Луи: не могу извиниться, пока мы не поговорили Гарри: тогда мы не поговорим И они не говорят.

***

Гарри возвращается в школу. Луи в библиотеке, ищет его почти всегда во время ланча, поэтому Гарри прячется. Он ест в кафетерии, где Луи не приблизится к нему, даже если поймет, где Гарри. Что на самом деле ранит, ведь Луи так и не поставил его на первое место, но Гарри не задерживается на этом. Ему надо готовиться к годовым контрольным, а вскоре и писать их. Луи пишет ему даты их фургонных встреч, и Гарри отвечает лишь однажды. Гарри: ты никогда не ходил на мои бассейные встречи почему я всегда должен куда-то идти? Луи: ты никогда не просил Гарри: иди к черту Луи: Гарри, клянусь все это большое недопонимание Гарри: и чего же я недопонял? Луи не отвечает некоторое время. Он отвечает только после одиннадцати, когда, Гарри уверен, он пьян. Луи: ничего честно говоря плз детка мне очень жаль Гарри: ты все еще с ней? Луи: Гарри Гарри: ты знаешь, что не пришёл на занятие я сидел в кафетерии и чувствовал себя идиотом, потому что ждал, а эта школа небезопасна для меня это было так эгоистично с твоей стороны Луи: я нз что еще сказать прости Гарри: ты мог бы сказать мне, как тебе жаль, что ты такой трусливый и эгоистичный, мог бы сказать, что тебе жаль и что я очень важен для тебя мог бы наплевать на эту девочку и провести хоть немного больше времени со мной, чем несколько часов каждую неделю мог бы не смеяться над мыслью, что мы могли бы быть вместе, мог бы сделать все это, потому что хотел, а не потому что думал, что потеряешь меня ты кинул меня и пытался мной манипулировать, так что я бы не расстраивался из-за этого мне все равно, что тебе жаль, что ты пьян и одинок. это твоя вина. и мне надоело искать тебе оправдания. я люблю тебя, — пишет Луи. Гарри выключает телефон.