Уроборос

— Ничего не забыл? Иногда сестра была слишком назойливой и даже раздражала, но он не имел права злиться. Семья же. Хах, ох уж эта его семейка. Дракон отмахнулся, у него и так было слишком много забот. Но ее такой ответ не устраивал. Дейнария не без присущей ей грации перепрыгнула через брата и преградила ему путь своей особой, нахмурившись. — Они ждут. — Без меня никак? — Нууу, если ты добровольно отдаёшь мне бразды правления… — Скала Пророка за соседними горами. Уверен, Иерунн сегодня свободна… — Коготь! Вожак поднял на неё усталый взгляд своих голубых глаз, но столкнулся с ее искренним сочувствием. — Им нужны наставники, Коготь. Ты и без меня знаешь, как это важно. Серый дракон украдкой выглянул из пещеры, чтобы посмотреть на поляну, где уже все собрались, включая неопытных разноцветных дракош. Большинство игрались на песке, но одна из них одиночкой пристроилась с краю от скалы. — Вот эта… — Да. Осталось сиротой. Ты… — Хорошо. Вожак величественно подошёл к краю уступа и окинул взглядом свой клан. Широко вздохнул полной грудью. Церемония посвящения в дроны началась. Дракоши то и дело подбегали к своим наставникам. Кто-то с восторгом, кто-то с опаской, пока на поляне не осталась только эта зелёная малышка. — А ты… Коготь поманил ее головой, и дракоша послушно заковыляла в его направлении. В глазах все поплыло. Зелёная драконица уже не ковыляла. Она радостной рысцой скакала к нему и уселась подле самых лап, подняв на Когтя свои восторженные глазки. Боже, она даже не достаёт до уровня его живота. Но эти глаза Коготь запомнит надолго. Рядом с зеленой прыгнула красная, чуть ли не откинув сестру в сторону. Обе сверкнули взглядами друг на друга. Вожак покашлял, привлекая их внимания и заставив важно насупиться. — Изумрудница. Пламя. С этого дня вы — мои новые ученицы.

***

— Ещё раз! — Рар-р-р! Становилось все жарче. И чем больше он подстегивал эту драконицу, тем ярче разгорался огонь вокруг них. И особенно тот, что поблёскивал в ее девичьих глазах. — Ну, как я сегодня? Она не знала ни манер, ни формальностей. И ему нравились эти качества в ней. — Как всегда, горяча и отважна… — Но? Драконица тяжело дышала, но отказывалась повалиться на выжженную траву для передышки. Будто, услышав критику, тут же бросится совершенствоваться с новыми силами. — Но я вижу, что это не весь твой потенциал. Ты можешь быть сильнее! Ты можешь быть ещё более испепеляющей! — Крылан мне в глотку, да куда уж более испепеляющей?! — Пламя! Ученица не секунду оробела и отвела смущенный взгляд. Но вот уже снова нахмурилась, вытянув вперёд одну лапу и уставившись на неё в упор. — Ну правда! Я выплескиваю весь огонь, что мне подвластен! И он кусает все вокруг не хуже моих острых зубов! Коготь рассмеялся, но остановился, заметив искреннюю обиду, украсившую ее алую мордашку. Пламя сама не подозревала, как красива. Но совсем не умела преподнести эту свою красоту, чтобы произвести ею впечатление на окружающих. Зато она была не слабее любого дракона ее возраста! И Коготь знал, что не должен заглушить эту силу. Наоборот, нужно довести ее до предела. Даже если это убьёт зачатки ее женственности… — Не весь, Пламя… Ученица уже расправила крылья, чтобы доказать обратное, но Коготь вовремя ее остановил. — Ты выплескиваешь весь огонь, что даёт тебе твоя сила, но… — Его коготь коснулся раскалённой груди драконицы, -… не тот огонь, который царит в твоей душе! Пламя по-детски нахмурилась и поджала губки, не понимая, что он пытается до неё донести. Она и так сильнее, чем Изумрудница, разве это не доказательство ее превосходства и стопроцентной отдачи? — Какие драконы! Долину озарил звонкий и такой переливчатый голос самой красивой драконицы их клана. И она знала, как красива. И знала, как этим пользоваться. Лапка непринужденным жестом смахнула бирюзовую гриву, открывая такие невинные, но одновременно коварные голубые глазки. — Как насчёт парной тренировки? Мы с Сапфи не против отработать пару приёмов на практике! Синяя драконица тенью стояла подле своей наставницы, не выражая должного интереса и энтузиазма к подобной идее. Как и Коготь. Зато Пламя, конечно же, зажглась. — Я готова! Дейнария довольно ухмыльнулась и уселась, пропуская Сапфиру вперёд. Вожак лишь вздохнул, зная, что бесполезно напоминать, что Пламя уже израсходовала достаточно сил на их тренировке. Он подошёл к сестре и сел рядом с ней. Драконицы начали поединок. — Как успехи у Сапфиры? — Лучше всех! — Рад слышать. — Пламя все так же необузданна? — Ей просто нужно больше концентрации, чтобы уметь направлять свою силу. И больше времени. — Которого у нас все меньше. Фаерболлы заполнили всю поляну и летели во всех направлениях. Только не в Сапфиру, которая с хладнокровной грацией успешно огибала каждый из них. Пламя быстро выматывалась. Огонь вокруг неё становился все меньше. А Сапфира не торопилась атаковать в ответ, выжидая. И когда очередной стихийный удар соперницы прошёл впустую, струя воды взмыла в воздух, несильно хлестнула алую драконицу в плечо и расплескалась подле ее лап. Коготь хотел было что-то сказать, но Дени кивнула головой вперёд, указывая ему смотреть дальше. Струя обвила Пламя кольцом, словно лассо. А через секунду преобразовалась в лёд, зажав в своих тисках неспособную на сопротивление драконицу. Сапфира в один прыжок настигла ее, поднесла лапу к горлу и со скучающим видом посмотрела на свою наставницу. — Браво! Ну ладно, высвободи ее. — Благословила Дени, довольно покосившись на Когтя. — Молодец, Сапфира. Синяя драконица с благодарностью кивнула вожаку. — Думаю, она уже готова к войне! — А ты? Дейнария наклонила голову на один бок. — К чему ты клонишь? Ты же знаешь, я лучше всех в клане владею своей стихией. — Я не совсем об этом… — Знаешь, лучше бы ты так беспокоился о своих ученицах, чем обо мне. — Дейнария, я не хотел тебя обидеть! Просто… — Ну, говори же, что ты хочешь там сказать. — Наши пограничные воины видели, как ты летела с территории Ночи. Я не хочу лезть не в своё дело, я лишь забочусь о тебе, сестра. Было видно, что ей есть, что возразить, но Дейнария быстро остыла, чтобы не выдать себя. — Я выбрала тебя, а не Мрака. Не нужно подозревать меня… — Я не… — Сосредоточься не на мне, а на своих ученицах, Коготь. Хотя ты и так слишком сосредоточен на одной из них. Дени быстро развернулась, расправляя крылья, чтобы улететь, само собой подразумевая, что он отведёт Сапфиру вместе с Пламя в лагерь.

***

Нравоучения затянулись. Наставник расхаживал из стороны в сторону, многозначительно подчёркивая, как должен быть вытянут хвост, под каким углом сложены крылья, насколько выгнута спина и до какого ритма утихомирено сердцебиение. — Главное зафиксировать стойку против ветра и ввести добычу в заблуждение. Пусть на крайний случай решит, что она тебе безразлична… Тем временем бёдра драконицы начали ритмично покачиваться. — А уже потом… ты вообще меня слушаешь? — Неожиданная атака! Коготь иронично изогнул одну бровь, усмехнулся и целенаправленно подставился под удар, позволив повалить себя на спину. — Ха! — Ты точно знаешь, что такое «неожиданность»? — Вы просто не хотите признать, что я стану самой ловкой и проворной охотницей в клане Огня! Вы сами говорили, что Пламя распугивает всех за сотни хвостов вокруг себя! — Не спорю, Изушка. Ну, Сапфира ещё может составить тебе конкуренцию, так что не расслабляйся! — А с каких пор вы следите за успехами Сапфи? — А ты что, ревнуешь? — это было брошено не всерьёз, разумеется. — К ним? Пфф… — Коготь было открыл пасть, но Изумрудница продолжала, многозначительно отведя взгляд. — Ваши партнерши не они, а Рукия… Дракон разглядывал это юное и плохо скрытое смущение так близко. Кажется, она и не скрывала его. Возможно, не стоит быть с ней лояльнее, чем с остальными. Возможно, уже стоило встать, опустив ее со своей груди… — Наш клан смотрится таким идеальным, не правда ли? Ее брови нахмурились, не понимая, о чем это он. — Мы олицетворяем все хорошее в противовес Ночи. Светлая скала, безопасные территории, всеобщая идиллия под крылом справедливого предводителя. У которого, в свою очередь, тоже должно быть все идеально. Иначе, с кого брать пример? С кем сравнивать все то зло, что царит в противоположном Клане? Наш клан смотрится идеальным… И моя семья должна смотреться так же ради моего статуса. Ее коготки легонько впились в его чешую. Молчит. Пожалуй, для неё это все слишком сложно, ведь она ещё такая молодая, такая неопытная. — Наверное, тяжело быть вожаком такого идеального клана? — Ее голосок лился так спокойно, но одновременно так звонко. — Вам нужно постоянно быть тем, кем вас хотят видеть. И уже нет шанса стать тем, кем вы действительно хотите быть. Нет. Она все же куда мудрее, чем остальные его ученицы. Именно поэтому он… позволяет ей вести себя так с ним. Изумрудница резко встала и спрыгнула с его тела, оставив Когтя лежать на спине. Видимо посчитала, что они ведут себя непрофессионально. Он старше и опытнее. Хах, похоже, это именно он… позволяет себе вести себя так с ней. — А Мрак, он настоящий? — Изумрудница задумчиво смотрела вдаль по направлению к землям вражеского клана. Коготь встал с ней рядом и нахмурился. — Настоящий. И вся кровь, что он пролил, тоже настоящая. Ученица вздрогнула при этих словах, а наставник надеялся, что достаточно ясно дал понять, в чем разница между ними. — И все же… Коготь заинтересованно впился в хрупкую зеленую спину своими голубыми глазами. Взгляд мутнел. И спина преобразовывалась, меня цвет своей чешуи на темно-болотный, на ней мелькнули шрамы, а дальнейший голос Изумрудницы погрубел, приобретая знакомую ему интонацию. -… я бы выбрала того, кто не боится настоящего себя.

***

Синее и красное пятна мелькали высоко в небе, меняя позиции, то сцепляясь вместе, то отскакивая друг от друга. Время от времени появлялись вспышки огня, но вскоре издавалось шипение, когда их приглушали струи воды. — Ну уж нет. Так не пойдёт. Они обе совсем не стараются! Дейнария взбудораженно виляла хвостом, стоя на лапах. Вожак же более флегматично восседал на земле, хоть и был заинтересован в исходе нового поединка. — Пламя выросла за последнюю луну… — Как и Сапфира. Коготь лишь улыбнулся, догадываясь, что для Дени эта тренировочная схватка куда важнее, даже чем для дронов, участвующих в ней. В детстве он и Мрак неукротимо соперничали, как-то само собой списав младшую сестренку со счетов. Дени была для всех безоговорочной принцессой…, но не королевой. Теперь же Коготь понимал, как сестре важно самореализоваться через эту юную драконицу с магией воды. Она могла видеть в ней себя. И хотела доказать, что драконицы могут быть ничуть не слабее драконов. Что ее методы тренировок не хуже, а даже лучше, чем наставления самого вожака клана Огня. — Тогда давай подстегнем их пыл! — предложил Коготь, ведь ученицы как раз снизились ближе к земле. — Их хладнокровную расчетливость. — Не спуская с них глаз, поправила брата Дени. — Перестаньте видеть друг в друге соперниц единого клана! Голос серого исполина громогласно пронёсся по долине, на секунду прерывая поединок. Драконицы расцепились, чтобы вслушаться. — Пламя, представь, что перед тобой сейчас свирепый воин Ночи! Как и ты, Сапфира! От исхода битвы не зависит, похвалит ли вас ваш наставник… — Коготь запнулся, ведь понял, что собирается прибегнуть к методам обучения своего брата, чего обещал себе никогда не делать. Ведь все и началось в тот день, когда они с Мраком перестали видеть друг в друге соперников, объявив об открытой вражде. Дейнария интуитивно догадалась, о чем он думает. — От исхода битвы зависят ваши жизни! — поэтому поспешила закончить фразу за него, чтобы не позволить вожаку пойти на попятную. Поединок в воздухе и вправду поменял свой оборот. Теперь они не изматывали друг друга. И лапы наставников впервые окропили алые капли крови. Пламя взвизгнула, и сердце Когтя механически сжалось. Он напрягся всем телом. А вот Дейнария осталась непоколебима. — Держи себя в лапах, Коготь. На войне ты не сможешь защитить каждую из них. Сапфировая драконица даже не услышала вопль оппонентки. Она смотрела на свои окровавленные когти, а ее ноздри впитывали этот железный запах, пропуская его через каждый рецептор своего тела. Взгляд расфокусировал все, что было за пределами ее лапы, но когда Сапфи вновь направила его на свою противницу, то алые черты Пламени исчезли, уступая место более грубой темной чешуе, которая принадлежала знакомому ей воину из клана Ночи. — Это не Сапфира, Пламя, это твой враг! — прокричала Дени, зная, что ее ученице куда легче даётся воображаемая визуализациях. Надо уравнять шансы, ведь победа должна быть честной. Алая драконица кивнула и нахмурилась, моментально абстрагируясь от рваной раны на своём плече. Ее взгляд тоже затуманился, представляя перед собой уже не Сапфиру, а чёрного дракона с ярко-красной чешуёй на груди и перепонках крыльев. Вот только вместо полагаемой ярости драконицей овладел ступор. Все новые и новые раны появлялись на ее теле. Все более кровавые, все более ожесточенные. «Ты — мой враг. И я уничтожу тебя на этой войне!» — рычала про себя Сапфира, виртуозно преобразовывая воду в острые пики льда. «Ты — мой друг…» — Пламя вспомнила, как он впервые помогал ей охотиться, ведь ее результаты в этом ремесле оставляли желать лучшего. Как они беззаботно договорились о новой встрече, а он показывал ей интересные и куда более опасные земли клана Ночи. Как он заботливо старался защитить ее от подземника, внезапно появившегося у них под лапами. Как он смотрел на неё… Как… «Как я могу ранить тебя на этой войне?» Друг. С таким характером у Пламени почти не было друзей в родном клане. Собственная сестра не особо с ней ладила, стараясь куда лучше выслужиться перед их общим наставником. Когтю пришлось разделить их тренировки, не желая пользоваться этим соперничеством. Слишком больно смотреть, как оно портит их семейные узы. Слишком… ностальгически. Дрон из клана Ночи стал для неё первым другом. Единственным другом. Другом, который через пару лун должен был предстать перед ней в образе врага. Внезапно Пламя кое-что осознала, и сердце в ее груди застучало, с каждым ударом все яростнее, накаливая ее тело. Самое время, ведь Сапфира собиралась нанести очередной удар. Лёд расплавился, ещё не успев долететь до алой драконицы. Пламя расправила крылья, и волна жара отбросила Сапфи на почтительное расстояние. Когда она выровняла полет и открыла глаза, то огненные шары один за другим уже летели в ее направлении. Темно-синяя драконица плавно уворачивалась, но не успела обогнуть последний. Тело пронзила боль, а в глазах все потемнело. Эта чернота… Не верится, что он все-таки применил против неё эту силу! Самовнушение высасывало энергию похлеще атак Пламени. Сапфира снижалась, не обращая внимание, что искрящаяся огнём драконица метеоритом несётся к ней, чтобы сшибить до беспамятства на землю. «Ты мой…» — она начала бредить, а красный силуэт, объятый огнём посекундно менялся на чёрный, окружённый мглой: «Ты мой, а я твоя, Скай. Мы же не сможем причинить друг другу вред на этой войне?» Все вокруг потемнело. Глаза Пламени сверкали от восторга. Кончики крыльев дрожали в каком-то неведомом ей доселе экстазе. И его принесла не победа, далеко нет. Эти чувства шли откуда-то изнутри, прямиком из ее… — Коготь… — Пламя прерывисто дышала, продолжая улыбаться. — Кажется, я поняла, откуда нужно черпать мою силу! Вожак одобрительно кивнул. «Гнев» — решил Коготь. «Никакой ты мне не друг, Валтор, ведь…я люблю тебя, и докажу тебе это на войне!» — Призналась сама себе алая драконица. Сапфира тихонько поднялась на лапы и стала безмолвно ожидать, когда тренировка подойдёт к концу и все вдоволь нахвалят победительницу. Но ей было плевать на лавры, как и на проигрыш. — Пламя наконец стала куда сильнее. — Шепотом заметил Коготь, стоя подле Дейнарии, но та не спешила радоваться прогрессу чужой ученицы. — Возможно. Но дело не только в ее способностях. Я переживаю за Сапфиру, Коготь. Ее стальные нервы не знали страха и пощады, и я никогда не беспокоилась, что она может пострадать на войне. Теперь же она будто боится лететь на неё. Она не готова. Я должна поговорить с ней. Кажется, я догадываюсь. Но Вожак преградил ей дорогу хвостом, отрицательно покачав головой. — Отведи Пламя в лагерь. С Сапфирой поговорю я.

***

Темнело. А они так и сидели молча, ведь Коготь не знал, с чего начать. Все таки она — не его ученица. Возможно, это к лучшему, ведь впервые ему показалось, что методы обучения его брата не так уж и бессмысленны, как он привык считать. Жестоки, но не бессмысленны. Не успела Сапфира передохнуть от недавнего проигрыша, как земля под ее лапами затрещала. Ей пришлось взлететь, чтобы не провалиться в образовавшуюся зубастую пасть. Но в воздухе поджидала уже новая опасность: ей пришлось уворачиваться от беспрерывного потока ледяных пик и огненных шаров. Сапфира вновь спикировала к земле, но из травы змеями выскакивали лианы. Какое-то время драконица успевала рвать их пастью, но вскоре растения туго стянули все ее тело, приковав к земле. И от их основания поползли языки пламени. «Спасайся! Ну же!» Но драконица лишь зажмурилась, и Когтю пришлось прервать тренировку. Вожак подождал, пока Сапфи выпутается, но вот они снова оказались в немом молчании. — Драконы ночи не знают пощады. Они не остановятся ни перед чем. И ты не должна останавливаться. Не прекращай бороться до самого конца. Сапфира вяло кивнула, уставившись на свои лапы, но Когтю казалось, что она совсем его не слушает. — Посмотри на меня! Да посмотри же! — Он повернул ее голову своей лапой, настойчиво заглядывая в глаза. — Думаешь, для чего это все? Для чего мы так ожесточенно тренируем всех вас? Сапфира вздрогнула, но вырываться не стала. — Война не за горами. Мы должны принести победу нашему клану. — Пробурчала драконица, словно аксиому, заученную в своей голове. Серая лапа на секунду сильнее сжала ее скулы, а Коготь продолжал с каким-то отцовским трепетом смотреть в глаза названной дочери, ведь она, оказывается, не понимала, ради чего он так строг. Затем выпустил ее морду и отвернулся, вздыхая. — Вы — мои ученицы. Я вкладываю в вас все, что знаю. Не сомневаюсь, что все вы сильны. Ты, Пламя, Изумрудница. И я растил вас, словно своих дракош… которых у меня никогда не было. Но одновременно все вы — драконицы. Вы — драконицы, Сапфира! И на войне вам предстоит столкнуться не просто с противниками из клана, который ничего не знает о честном и справедливом поединке. Вам в первую очередь предстоит столкнуться с драконами! Они не дадут вам поблажек. Вот, почему вам предстоит стать в несколько раз сильнее, чем вы есть на самом деле. Я не готовлю бессмертных воинов. Я лишь хочу, чтобы мне было, к кому возвращаться после войны. Она молчала, словно переваривала его слова, но затем робко подала голос. — А что если они не все такие, как Мрак? Что если… есть те, кто осознает, что с ними сражается драконица, а не дракон? Вожак устало вздохнул. Она не понимает, о чем он пытается ей сказать. Но самое ужасное, что Коготь не понял, о чем Сапфира пыталась сказать уже ему. — Тренировка окончена, летим домой.

***

— Куда-то собралась? Ее украшенная рожками голова пугливо вжалась в миниатюрное тельце, глаза зажмурились, а замерла она в позе, напоминающей охотничью стойку. Драконица обернулась, и один глаз нехотя раскрылся, ведь она уже знала, чей грозный образ увидит за собой. Зеленые крылья послушно сложились за спиной, ученица обернулась к нему всем телом. Но голову не опустила, хоть и признавала, что ее поймали с поличным. Воцарило тяжелое молчание. И будь у них гривы, то ветер безжалостно трепетал бы их, а так лишь поднимал опавшие листья, вихрем проносясь между драконами. — Ничего не скажешь в своё оправдание? Она ещё никогда не видела его таким суровым по отношению к ней. Вожак все знает или просто догадывается? Хотелось сжаться всем телом, но ученица старалась унять выдающую ее дрожь. О, как ей не хотелось разочаровывать этого дракона. — Коготь, я не так юна, как вы думаете. И я умею отвечать за свои поступки. Удивительно, как она держится: морда все ещё вздернута, голос ничуть не дрогнул, звонок, как и всегда. — Пока ты все ещё являешься моей ученицей, я в праве отвечать за тебя и все, что ты делаешь. Или только собираешься сделать. Мое задача — не допустить, чтобы ты совершила ошибку. Как ей было приятно слышать эти слова. Но только не сейчас, Коготь, не сейчас. Сейчас они уже ничего не исправят. Изумрудница шагнула вперёд, и лунный свет переливом отразился на ее драгоценной чешуе. Она стояла так близко. Все ещё ниже его, но теперь ее мордочка находилась далеко не на уровне его живота. Куда выше. Как бы она хотела, чтобы вожак заметил раньше, что она уже совсем не маленькая. Что рядом с ним ей никогда не хотелось быть его маленькой ученицей, кем он видит ее даже сейчас. — Коготь… Я перестала быть вашей ученицей ещё десять лун назад. Все ещё обращалась на «вы». Будто напоминала сама себе, какие формальности их разделяют. Его когти сжали мягкую землю. А она улыбалась. Боже, он правда не заметил, как пролетело время. Первая война закончилась их победой. Но его отношение к ней ничуть не изменилось. Новые ученицы, новая подготовка к новой войне. Ей самой потребовались все эти долгие (уже для неё) луны, чтобы осознать, что все это — часть его жизни. Коготь — вожак. Ему нужно быть вожаком для всех драконов Эстервана. И он никогда не сможет быть обычным драконом лично для неё. — Куда ты полетишь? В этом вопросе послышалось смирение. С каким отец отпускает свою дочь, своё сокровище, к этому ни на хвост не стоящему её отщепенцу, который обязан о ней заботиться вместо него, головой отвечает. Иначе будет иметь дело с ним. Улыбка на ее мордочке преобразовалась в горькую усмешку. Заботиться на расстоянии — все, что Коготь может ей пообещать. А она ждала чего-то большего? Ждала, будучи его ученицей. Ждала, когда они выиграли войну. Ждала, даже когда обрела свою любовь. Ждала и сейчас… — Подальше от кланов. Подальше от фальши и масок. Подальше от всего этого мира, который Вы называете идеальным. Саркастично подытожила драконица, но все ещё не решалась улететь, чувствуя власть его слов над собой. — Тень подобное не прощает. Он будет искать, он захочет отомстить. — Найтвинг ему тоже никакой не сын! — Резко вскричала Изумрудница — Ему не нужно зря о нем беспокоиться! Черт. Она пошатнулась, прочитав все в кристально-чистых голубых глазах. Изушка подалась вперёд с немым воплем, что она не это хотела сказать, но Коготь отвернулся. Переносить это прощание становилось просто невыносимо. Серый дракон улыбнулся, уставившись вдаль. — Значит, он тот самый, настоящий? Вожак перевёл на неё взгляд. Изумрудница улыбнулась в ответ. Дракон сморгнул. Зелёный силуэт исчез. Но на ее месте появился новый, куда более крохотный. Малышка робко вышла на поляну, когда назвали ее имя и не без страха озиралась на более старших драконов ещё недавно вражеского клана. Родителей рядом не было. Сейчас у неё никого не было. Она зажмурилась, когда огромный дракон серым валуном загородил ей солнце. Вожак добродушно усмехнулся и подмигнул ей, отгоняя страх. — Ну что, Листик, готова стать моей новой ученицей?

***

Церемония посвящения в дроны подошла к концу. — И ещё кое-что, братец… Братец… Обычно она называла его Когтем, а их врага — Мраком. Будто отказавшись родниться с вожаком Ночи, стала чужой и для него, хоть и осталась на стороне Огня, за что он был безмерно ей благодарен, конечно же. Но Коготь никогда не заставлял ее идти за ним. Вожак не стал оборачиваться. Не захотел смотреть ей в глаза, предчувствуя, что может увидеть в них. Он уже догадывался, о чем Дейнария собирается ему сказать. — Я не всегда буду рядом, чтобы направлять тебя. Белоснежная драконица выжидала, стоя за его могучей спиной. Но взор Когтя был направлен вниз с уступа его скалы. На маленькую копию его сестры, которая пыталась что-то властно втолковать собравшимся вокруг неё дракошам. Серый дракон улыбнулся грустной улыбкой. — Она вырастет прекрасной воительницей. Или кем-то больше, чем просто воительницей. И я буду рядом, чтобы направлять ее. — Спасибо… С облегчением послышалось за спиной, но больше Коготь не ощущал рядом ее присутствия и никогда не ощутит вновь.