Секрет Мардж

Утром следующего дня в кабинет директора школы выстроилась целая толпа. Женский преподавательский состав школы, во главе с Сивиллой Трелони и Помоной Стебль, возмущался вывешенному в Холле объявлению. Кто-то считал, что доверять лесничему школы столь важное задание было совсем безрассудно, кто-то спешил зарекомендовать себя в роли ответственного человека, готового ради интервью в газете пойти на контакт с сыном дьявола. В половину десятого утра двери распахнулись и Дамблдор выступил на порог. Не ожидавший увидеть такое количество людей, директор удивленно пошатнулся и призвал всех сделать шаг назад. Его серая роба аккуратно спадала до пола, а глаза ярко светились из-под очков в форме полумесяца. - Дамы, - начал он со всей душевной мягкостью, которая только в нём была, - прошу, скажите мне, что случилось. Два десятка возбужденных женщин загоготали в голос, и разобрать, о чем они говорили, не представлялось возможным. Тогда Дамблдор решил поступить по-другому. Он призвал всех к молчанию, а затем еле слышно заговорил. - Помона, - он указал рукой на женщину в первом ряду, остальные обратили на преподавателя травологии свои удивлённые взгляды, - расскажите, чем вы все так обеспокоены? Женщина немного выступила вперед. Она, рукой откинув назад закрывавшие глаза кудри, грустно улыбнулась. - Альбус, вы считаете это правильным: посылать Хагрида к этому мальчику? Не успела преподаватель договорить, как снова поднялись возмущенные женские голоса и небольшой коридор наполнился неразборчивыми словами, звуками, криками. - Тихо! - пророкотал директор, приставив к своему горлу волшебную палочку. Женщины вновь замолчали и уставились на Альбуса, пребывавшего в достаточно спокойном расположении духа. А всё потому, что его утро началось, к его же счастью, с хороших новостей. Тот медленно перевёл взгляд обратно на профессора. - Хагрид - он замечательный человек, - сказала мадам Стебль, и с жалостью продолжила. - Но он же не может без словаря и двух слов связать, а вы его посылаете договариваться в такую семью, как эта... - Помона, - улыбнувшись, произнес Дамблдор, - вопрос с Хагридом решился сам собой. - А что делать женщинам, которые пришли по объявлению? - раздался голос из задних рядов сборища. Альбус Дамблдор прошёлся взглядом по толпе, пытаясь найти хозяйку этого слащавого голоса. Он, директор школы, ещё не успел увидеть шутку Снейпа, поэтому понятия не имел, по какому объявлению к нему пришло столько человек. - Убедить мальчика, что он волшебник за интервью в газете, Альбус, - помог другой, более грубый голос. Альбус замешкался на секунду. - Дамы, - выдал он после кратковременной паузы, - дело в том, что вчера наша всеми любимая профессор МакГонагалл убедила Марджори Дурсль отдать мальчика в нашу школу. Так что, никакая помощь уже не нужна. Спасибо. Преподаватели, недовольно прогудев, стали расходиться. На секунду директору показалось, что декану гриффиндора очень повезло не оказаться здесь, среди толпы озлобленных женщин. Он, подождав, пока преподаватели спустятся вниз, устремился по своим делам, волоча свою чудесную мантию по полу.

***

Минерва МакГонагалл осматривала старый дуб, росший во дворе Дурслей, когда открылась дверь. Она, ровно вздохнув, лёгкой походкой подошла к деревянному крыльцу. Там полная женщина со светловато-рыжими волосами прикрыла своим телом двух детей, которые не успели ещё сменить свою одежду. На вопрос сына Марджори отреагировала спешно: она тут же встала с дивана и пошла прогонять незнакомку со двора. Но, не успев высказать ей все, что она думает о её визите, была поражена учтивостью этой женщины. Марджори, давно привыкшая к хамству, которое царило вокруг неё и её общества, обомлела. - Минерва МакГонагалл, - учтиво поздоровалась незнакомка. - Могу я поговорить с вами? - Эм-м, - замялась Мардж, кинув быстрый взгляд на брата и его жену в доме, а затем без доли сомнения сказала в своей скептически-апатичной манере: - Можете. Марджори распахнула белую входную дверь, пропуская внутрь женщину. Незнакомка, к слову, огромного доверия ей не внушала, но у мисс Дурсль, почему-то, не было никакого желания выпроваживать её. К ней, так сказать, нечасто захаживали люди, чтобы просто поговорить о жизни, боге, пылесосах или о чём там она хотела поговорить... А если быть ещё точнее, то вообще никогда не заходили. Такие дела. Увидев в гостиной целую семью Дурслей, профессор опешила: разговор нужно было провести наедине с самой Марджори и её приёмным сыном. Поэтому Минерва, отказавшись от предложенного ей хозяйкой дома чая, слегка наклонилась к Мардж и попросила её найти место, где их бы никто и никогда не услышал. Марджори, недолго думая, предложила спальню сына. Приоткрыв дверь и убедившись, что комната сына более-менее приведена в порядок, хозяйка театрально махнула рукой, пригласив гостью войти внутрь. Ссутулив плечи за ними прошёл Гарри. Он был явно расстроен тем, что ближайшее время ему придётся провести в своей комнате, слушая какую-то странную женщину. А ведь он хотел гулять со своим братом на улице! Он обиженно пнул валявшуюся на полу игрушку под кровать и плюхнулся на стул рядом с комодом, скрестив руки. - Итак, - начала женщина, как только мать и сын уселись, - я пришла к вам с поручением от Альбуса Дамблдора. Это имя о чём-то говорит вам? - Ну-у, - глумливо произнёс Гарри, - если он не бомж-переросток, то нет. - Альбус Дамблдор, - продолжила женщина, - это директор школы чародейства и волшебства Хогвартс. - А-а-а! - воскликнул Гарри, - значит, вы не туда попали! Ваш Гарри Поттер живёт по-соседству! МакГонагалл, пожелавшая не что иное, как наслать на мальчика какое-нибудь проклятие, глубоко вздохнула. Она, как человек умный и рассудительный, понимала, что за этим обязательно проследует недоброжелательная реакция чокнутой мамаши. А в окружении тринадцати собак, да ещё и учитывая, что её анимагическая форма - кошка, шансов на спасение у неё не было. - Гарри Поттер, дорогой мальчик, это ты, - размеренным тоном проговорила она и уже приготовила палочку, чтобы отмахиваться от посторонних летящих в неё предметов. Но Марджори решила нападать словами. - Да как вы смеете? Называть моего сына чужим именем? В моём присутствии? - возмущенно пророкотала женщина, два раза едва не подавившись слюной. - Я, - Гарри гордо поднялся с места, выпрямил спину, приосанился, гордо сверкнул глазами и продолжил, - Гарри Дурсль! - Твоя мама, видимо, не рассказывала тебе, Гарри... Мардж вскочила с места, кулаком угрожая гостье. Скорее всего, она понадеялась, что это спасёт её сына от суровой правды, которую она никогда не собиралась рассказывать ему. Но Минерва, ни капельки не смутившись, спокойно продолжила. - Твои родители, Гарри, оставили тебе необычный дар, - строго продолжила женщина, - Ты волшебник, Гарри. - Неужели, тётенька, вы думаете, что я вам поверю? - Это исключительно ваше дело, - немного язвительным тоном проговорила Минерва, а затем, оглядев с ног до головы мальчика в грязной одежде, сатирически прибавила, - мистер Дурсль. Возникла тишина, в которой Мардж, не имея понятия, как реагировать на такие новости, отчаянно всхлипнула, а её сын, опустив голову вниз, о чём-то думал, периодически похлопывая себя по щеке своей ладошкой. - Мисс Дурсль. - Макгонагалл первая нарушила молчание, - вашему... сыну, так сказать... с рождения предоставлено место в школе чародейства и волшебства Хогвартс. - Я не отправлю своего ребенка в незнакомое место с чокнутыми людьми и не буду платить им деньги! Я пока в своем уме! На секунду заместителю директора показалось, что эту женщину было просто невозможно убедить в чём-то. Она, как официальный опекун (уж совсем не укладывалось в голове у Минервы, что Гарри - это сын Мардж) мальчика, обязана беспокоиться за него, проверять, прежде, чем доверять... Но всё-таки вертелся на уме у неё один способ, которым можно было уговорить эту несколько меркантильную женщину. - Вы только представьте себе, мисс Дурсль, - немного горделиво заговорила гостья, - ваш... эээ... сын станет великим волшебником, его имя прославится на весь мир, а вы будете по-настоящему гордиться Гарри. Мальчик, мгновенно почувствовавший свою важность в этой ситуации, взобрался на кровать в грязных ботинках и, прижав одну руку к груди, а другу вытянув вперед, высокомерно оглянул присутствующих. - Преклонитесь предо мной, великим волшебником, Гарри Дурслем! Сказать, какой эффект он произвёл на окружающих было довольно просто. Мардж, чуть не прослезившись от такой позиции сына, крепко сжала его в объятиях, а вот профессор МакГонагалл, проклиная про себя Салазара Слизерина, Мерлина и Дамблдора одновременно, надеялась, что эта выходка мальчика поможет её матери принять верное решение. - Ну хорошо, - протянула Мардж, наконец. - Я разрешу сыну поехать в вашу школу. Только один вопрос. - Я вся во внимании... - Мине... - Минерва, - поправила женщина собеседницу, ликуя изнутри. - Мой племянник едет в Воннингс в сентябре, и я слышала, что у них там разрешены животные. А у вас? - Да, мисс Дурсль, ученик по желанию может привезти с собой сову, кошку, крысу, жабу или летучую мышь... - Эти одноклеточные меня не интересуют. Я спрашиваю о настоящих животных, собаках! - Боюсь, что нет, мисс Дурсль. Собаки в школе запрещены. - Тогда, - зло просопела Марджори, - придётся разрешить! Я хочу быть уверена, что мой сын будет в этой школе в полной безопасности. А, как вы думаете, что сделает жаба, если с моим сыном что-то случится? Минерва попыталась одним лишь взглядом удушить надоедливую мамашу, но, соответственно, у неё это не получилось. Как мог блестящий план свернуть с пути из-за каких-то собак? На секунду она задумалась о том, чтобы сделать исключение для юного волшебника и его ненормальной мамы. Но... С одной стороны, она не знала, как на такое предложение отреагирует директор школы, а с другой, домашний пёс не должен никак навредить школьникам, или помешать процессу обучения учеников... Сложный выбор... - Ну, - промычала гостья, надеясь, что профессор Дамблдор не закидает её лимонными дольками, - думаю, что для вас мы можем сделать исключение. Минерва замолчала, наблюдая увлекательную картину: Гарри соскочил с кровати, в голос заорал, испугав этим не только людей в комнате, но и тех собак, которые в это время мирно спали. Он добежал до двери, но гостья быстрым движением палочки её заперла. Это послужило одновременно защитой от мира маглов и наглядным примером для мальчика и его мамы. - Вау! - протянул он и уставился на женщину. Минерва не желала задерживаться дольше, боясь, что женщина со странностями передумает. К тому же, она думала, что в этом доме жили полнейшие свиньи. Она дала указания Мардж, строго-настрого приказала держать в секрете всё, что она говорила, сделала реверанс и поспешила удалиться, чтобы не нажить себе ещё каких-нибудь неприятностей. Гарри Поттер, а вернее, Гарри Дурсль, как он сам себя привык называть, благополучно пропустил мимо ушей все слова волшебницы в возрасте. Счастливый мальчик - а счастлив он был только потому, что его назвали мальчиком одарённым - сбежал по ступенькам в гостиную и, что есть мочи, заорал. - Я - великий волшебник, Гарри Гастингс Вильгельм Эскалибур Дурсль, - вопил мальчик во всю глотку, на ходу выдумывая имена. Тётя Петуния от неожиданности и страха закрыла лицо руками, её муж, полненький мужчинка с выступившими на лицо жилками, начал носиться по дому, пытаясь, то ли от своей глупости, то ли от непонимания ситуации что-то предпринять, а их сын, Дадли, переводил взгляд с мамы на папу, с папы на Гарри, чтобы хоть приблизительно понять, как он должен выступить. - Это нонсонс! Абсурд! Невозможно! - рычал Вернон, то и дело пиная попадавшихся под горячую... ногу руку собак, - Только не это! Вечер в семье завершила ехидная фраза, которую Мардж произнесла с таким высокомерием и драйвом, буквально выплёвывая из себя звуки, что после неё затихли абсолютно все. - Не твой сын волшебник, Вернон, вот ты и бесишься!