Темница Дракона

      Храм Огня опустел. Редкие лучи солнца тянулись вширь коридора и падали на высокие, украшенные мозаичным орнаментом стены. После неудавшейся казни дочери Хемеса Халдора, здесь изменилось многое. По городу уже начали расползаться слухи о том, что обряд очищения был фальцем, а колдунья всё ещё жива и жаждет отмщения. Если правда откроется, то церкви несдобровать, ведь народ не любит, когда его дурачат.       Теобальд шагал по просторному коридору храма. Он не мог вспомнить времени, когда в этом месте было так тихо. Завсегда здесь носились послушники, а в большом зале ни на минуту не утихали монотонные молитвы монахов. Сейчас же заклинатель слышал лишь стук собственных шагов, который глухо отбивался от мраморных стен храма.       Провальная казнь превратила Хемеса Халдора в хладнокровного убийцу. Он отрубил головы всем стражникам, что охраняли темницу в тот роковой день. Монахи, сопровождавшие обряд очищения, тоже лишились глав, поскольку Настоятель счёл их молитвы не достаточно усердными. Теобальд судорожно сжал рукоять меча, что покоился в ножнах на его поясе. Он руководил сотнями казней, как же вышло, что в этот раз он оплошал? Погибло столько невинных людей. Сталь «Чёрного Мертвеца» приятно холодила руку заклинателя. Теобальд в который раз представил, как насквозь проткнёт им горло дезертира, который освободил колдунью, а после закончит давно начатое дело.       «Возродившаяся должна умереть» — это были предсмертные слова Раульда Неустрашимого. В «Великом писании» говорится, что каждый Брат Серого Дракона присягнул Раульду около смертного ложа, что ценой собственной жизни исполнит его последнюю просьбу.       Из раздумий Теобальда вывел приглушённый топот, который с каждой секундой всё отчётливее доносился до его слуха. Из-за угла коридора выскочил парнишка и со всех ног налетел на заклинателя. В миг ока юнец оказался прижатым к мраморной стене, а около его горла блистало лезвие «Чёрного Мертвеца».       — Что ты здесь забыл? — процедил сквозь зубы Теобальд и усилил давление меча.       В ответ парень лишь ещё больше округлил глаза. Тяжело дыша, он опустил взгляд на широкое лезвие меча, которое с каждой секундой плотнее прижималось к его горлу.       — Я спрашиваю только один раз, а дальше дело за ним, — произнёс Теобальд и кивнул на смертоносное оружие в своей руке.       — Я… — парень хотел было откашляться, но острая сталь тут же напомнила о том, что мельчайшее движение может стоить ему жизни. — Настоятель… я шёл к нему, чтобы вручить письмо.       — Что ещё за письмо? — встряхнул Теобальд парня.       — Я… я не знаю. Письмоносец сказал, в нём что-то важное. Мне срочно нужно отдать его Настоятелю, — на одном дыхании выпалил он.       Похоже, юнец говорил правду. Теобальд ослабил хватку и вернул меч в ножны. Облегчённо выдохнув, парень отошёл от стены и откинул с лица длинные белокурые прядки волос.       — Простите меня за мою неосмотрительность, сир Теобальд, — продолжил он, — я и вправду Вас не заметил.       — Раз уж ты знаешь моё имя, может, назовёшь мне своё? — заклинатель измерил парня недоверчивым взглядом.       — Меня зовут Эддрик, сир. Первый помощник сэра Гильема, его ученик и правая рука, — гордо сообщил парень.       — Я дам тебе небольшой совет, Эддрик. Если ты хочешь стать рыцарем церковного ордена, ты должен научиться одному очень важному приёму. Но для начала ответь мне на один вопрос: кем являются рыцари церковного ордена?       — Тенями, сир. Они такие же прыткие и неуязвимые, как тени.       — А ещё совершенно бесшумные. Для того чтобы застать врага врасплох, нужно двигаться подобно кошке. Твоё же приближение не услышит разве что глухой.       — Даю Вам слово, что в ближайшем времени исправлюсь, а сейчас мне нужно идти, — отрезал парень и двинулся по коридору.       — Стой, — крикнул Теобальд. — Настоятеля здесь нет, он у себя во дворце.       Эддрик остановился и растерянно посмотрел на заклинателя.       — Но тебе сильно повезло, парень, — продолжил Теобальд. — Я сейчас как раз направляюсь к нему.       — Вы возьмёте меня с собой? — обрадовался Эддрик.       — Нет, однако, письмо передать смогу.       Парень достал конверт из внутреннего кармана жилета и протянул его заклинателю.       — Благодарю Вас, сир Теобальд, — поклонился Эддрик и скрылся за углом коридора.       Покинув стены храма, заклинатель зашёл под огромную виноградную арку. Он увидел, как четверо монахов возились с непослушной лозой, усердно подвязывая её к железным прутьям. Заметив Теобальда, они тут же оторвались от своей работы и учтиво склонили головы. Уже на дворовой площади заклинатель обнаружил изящную карету. В её упряжке, переминаясь с ноги на ногу, стояли два белых жеребца с заплетёнными набок гривами.       — Хемес Халдор Вас ждёт — деловито объявил возничий и отворил дверь кареты.       Внутри она выглядела ещё роскошней. Бархатную обшивку рубинового цвета по бокам обрамляли панели из красного дерева, а на маленьких оконцах парили тоненькие кружевные занавески. Всё это вызвало в Теобальде лишь отвращение — заклинатель на дух не выносил подобные помпезности. Он намеревался приехать на еженедельное заседание, как обычно, верхом на коне, но в этот раз Настоятель Хемес Халдор почему-то посчитал правильным прислать за ним целую свиту.       Когда карета тронулась, Теобальд внимательно изучил конверт. Обратного адреса на нём не было, с другой стороны стояла восковая печать Бранвуда. Заклинатель опустил руку в сапог и достал из потайного кармана клинок. Осторожно поддев остриём печать, он раскрыл конверт и приступил к чтению.