Заберите меня отсюда

Прошло уже три месяца. Время неумолимо летело вперед, хотя эти месяцы были довольно тяжелыми. Но вряд ли дальше будет легче. Каждый день по отдельности казался бесконечным, но все вместе они сливались в единый бурный и неудержимый поток, что проносился мимо с немыслимой скоростью. Падме тяжело вздохнула, опускаясь в кресло. Нелегко быть работающей мамой, а уж мамой двух маленьких одаренных, тем более. В другой ситуации ей бы пришлось оставить работу сенатора, особенно после того, как правда о ее браке с джедаем всплыла наружу, а скрывать это после рождения детей она не собиралась, но в данный момент галактика находилась в очень уж напряженной обстановке. Сепаратисты потеряли своего главного руководителя, но все еще не спешили отступать, хоть и очень сильно сдали свои позиции. В сенате царит полнейшая разруха. Иногда кажется, что все это ей вовсе не нужно, ведь рядом есть дети и любимый супруг. Наверное, это привычка и гипертрофированное чувство ответственности. Энакин больше не джедай, после раскрытия правды он просто не мог оставаться в храме, да и не хотел. Падме поначалу никак не могла понять, что же с ним происходит, и что вообще происходит вокруг? Ее последние воспоминания никак не вязались с окружающей обстановкой. Как позднее выяснилось, она родила близнецов, на которых впоследствии не могла нарадоваться, хотя они частенько устраивали ей истерики, но на то они и дети. Роды прошли успешно, но пришедшая в себя Падме никак не могла понять, что же произошло. То, что творилось вокруг, казалось хаосом. Последнее что она помнила это, как ей стало плохо у Мон. Неужели после этого она родила? Но как? Это ведь слишком рано… Вокруг царит суета, но главное рядом любимый муж, что держит за руку. Правда, постепенно все же пришлось задуматься, куда и почему делись воспоминания последних недель? Особенно после рассказов окружающих о том, что она делала и говорила. Нет, Падме бы никогда так не поступила… Энакин скорее был до безумия счастлив, чем беспокоился по поводу произошедшего. Каждую свободную минуту он старался провести рядом с детьми, но времени у него было мало. Пусть он и перестал быть джедаем, но армию республики покидать отказался. Поведение супруги его не беспокоило, хотя вызывало вопросы, которые он по прошествии некоторого времени все же решился задать и получил шокирующий ответ, Падме просто напросто ничего не помнила. Отчего это произошло? Из-за яда? Но он никак не влиял на мозг… Но вокруг было слишком много проблем, требующих немедленного решения, так что размышления над этим вопросом им обоим пришлось оставить. Пока однажды Падме не наткнулась на нечто очень интересное. Этот день был не более свободен, чем все предыдущие, но сегодня Падме работала дома, потому что дети приболели. И именно сегодня обнаружила на терминале несколько странных файлов, которые, она была в этом уверена, точно не записывала. Несколько минут просмотра, и женщина забывает про все свои дела. Ей срочно нужно увидеть мужа и показать ему это, он должен знать… Энакин был удивлен не столько неожиданным вызовом, сколько тоном голоса Падме и немедленным требованием вернуться домой. Неужели что-то случилось с детьми? Нет, в таком случае он бы точно почувствовал, тогда что? Вернувшись домой, мужчина застал свою жену в, мягко говоря, взвинченном настроении. Падме бродила по комнате, заламывая руки, и что-то бормотала себе под нос. - Что случилось? - с порога спросил он. - Ты должен это увидеть, - выдохнула женщина и направилась к терминалу. – Только прошу, ничего не спрашивай, я сама все еще ничего не могу понять. Женщина запустила файл. Изображение показывало Падме, но то, что она говорила и как себя вела… - Привет, - голограмма махнула рукой и улыбнулась как-то странно, смущенно, неуверенно, - надеюсь, это смотришь именно ты, та, кому принадлежит это тело. Хотя это и выглядит странно. Я сама не могу понять, что, как и почему произошло, и никому не могу сказать правду, потому что в лучшем случае, наверное, окажусь в местной психлечебнице. Интересно, а они у вас вообще есть? – изображение затравленно оглянулось по сторонам. – Но это неважно. Я даже не знаю, с чего начать, - она закусила губу и дернула себя за локон. – Наверное, нужно представиться, но мое имя не имеет значения, как и то, откуда я пришла. Вы ничего не знаете о моем мире. А вот я о вашем, как и многие обитатели моей родины… Не знаю, как это объяснить, но у нас история о далекой-далекой галактике очень популярна. Наверное, стоит рассказать с самого начала, то есть не с самого, блин, я запуталась. Ну ладно, начну с первого эпизода, хотя рассказчик из меня так себе, но первые истории вы и сами переживали, так что, наверное, все поймете… И она начала свой рассказ. Это было странно - видеть Падме, слышать ее голос, но понимать, что говорит вовсе не она. Для самой Падме это тоже было шоком. А неизвестная особа, так и не пожелавшая представиться, начала свой рассказ, пусть и скупо, но все же пересказывая некоторые моменты их жизни, среди которых были такие, о которых никто не мог знать, но вот когда она дошла до недавних событий, ее рассказ и произошедшее в действительности явно начали расходиться. - Я бы никогда, - выдохнул Энакин, выслушав историю о встрече на Мустафаре, а незнакомка все продолжала… Падме осторожно сжала его руку своей ладонью. Потому что дальше история была еще печальнее. - Нет, он бы так не поступил, - полный негодования вопль явно относился к поведению Оби-Вана. Падме молчала, все это следовало выслушать до конца. А незнакомка продолжала, рассказывая об их детях и том, что они делали. Падме досадливо поморщилась при упоминании Мон, она, конечно, девушка неглупая, но судя по этому рассказу, пошла немного не тем путем. Разве можно построить мирное и благополучное государство на очередной войне? Это ведь ничем не отличалось от того, что творилось сейчас. Сепаратисты против республики или повстанцы против империи. Это закономерно не могло вылиться ни во что хорошее. Окончание рассказа об эпизодах, как их называла незнакомка, было хоть и полно надежды, но все же Падме понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет, а Энакин застыл, словно скульптура в набуанском дворце, ни единого движения и лишь Сила знает, что творится у него в голове, после всего этого. Но можно ли воспринимать все ее слова на веру? - Энакин, этого не случилось и, скорее всего, никогда не случится, - Падме крепко обняла любимого. - Но ведь могло, - едва слышно выдохнул он. - Могло случиться все, что угодно, - она пыталась переключить его мрачные мысли. Энакин молчал, потому что никто, кроме него самого, не знал, как он на самом деле был близок к тому, чтобы сделать тот последний решающий и рушащий все, что ему дорого, шаг. - А дальше, - изображение замирает на миг и незнакомка отводит глаза. – Все идет то хорошо, то плохо, будто над всей семьей зависло какое-то проклятие. Восстановленная республика ничуть не лучше, если не хуже того, что было раньше, но я в политике не смыслю ничего, так что все это просто слова, все что я говорю не более, чем пустой треп. Ее слова кажутся нереальными, ненастоящими, все, что ждет галактику дальше, кажется скорее пересказом какого-то голофильма, неизвестные страшные враги, почти разрушившие галактику, семья, их семья, что борется друг с другом. Даже несмотря на то, что рассказывает она сухо, коротко, без определенных подробностей и образных выражений, картина складывается трагическая. Файлов несколько и на каждом из них она выглядит иначе, значит, делала несколько записей в разное время. И пусть промежуток совсем маленький, но в ее поведении и словах можно заметить колоссальные изменения. - Я не знаю, как все будет тут, ведь здесь и сейчас я нахожусь в теле Падме и даже не знаю, навсегда это или нет. В моем мире есть те, кто многое отдал бы, чтобы оказаться здесь, но я хочу вернуться, мне страшно, - она не лжет, ее лицо за время рассказа было очень выразительным и сейчас она, кусая губы и сжимая пальцы в замок, была так же искренна.- Я не хочу проживать чужую жизнь, о которой знаю лишь несколько фактов, я боюсь того, что будет завтра. Я, черт возьми, еще ребенок, хотя у вас, наверное, возраст в семнадцать лет уже не считается таким уж детским. В своем мире я уже не ребенок, за которым следует неустанно приглядывать, но еще совсем не взрослый человек, способный здраво мыслить и оценивать свои поступки. Хотя кто-то когда-то сказал, что возраст вовсе не показатель ума, но сейчас для меня важно вовсе не это. Не знаю, увидишь ли ты это или именно мне суждено дальше вести твою жизнь, но именно потому я хочу поступить так. Возможно, я совершаю глупость, да нет, я определенно что-то делаю не так, но я *запрещено цензурой* хочу жить. Для этого мне нужно подставить Палпатина, которого отчего-то почти никто ни в чем не подозревает. А еще Энакин… он хороший, наверное, или это просто мысли очередной глупой фанатки. Не знаю. Но одно я поняла точно, он до безумия любит Падме и именно потому поступил так, как поступил. Возможно, именно поэтому я тоже буду делать то, что считаю нужным. Ее рассказ все такой же обрывочный, неясный, но с каждой новой записью поначалу потерянные и наивные карие глаза темнеют, тон становится более резким, она меняется или это обстоятельства меняют ее? Незнакомка подробно пыталась описать каждый свой день, и все, что она делала, многие из ее поступков были откровенно смешными или глупыми, но все же в итоге все пришло вовсе не к тому, что она описывала. - Не знаю, что принесет завтрашний день, но сегодня я переверну этот мир, - эти слова произносит явно уже не та веселая и наивная девочка, что была вначале. – Я часто думала, что мой мир жесток, не буду рассказывать о нем, я плохо помню историю, хотя какие-то моменты отложились, но на что вам тяжелая и печальная история совершенно чужого мира? Но этот мир ничуть не лучше, разве что конфликт растянут на всю галактику, а не сосредоточен в границах одной маленькой планеты, населенной тупым стадом. Да, я не люблю свой мир, но, каким бы он ни был, там мой дом. Запись длится не один час. Ее история кажется нереальной, но незнакомка описывает каждый свой шаг и поступок, как умеет. - Возможно, я совершаю глупость, но я должна это сделать, - больше в ее голосе нет неуверенности или страха, лишь странная, обреченная решимость. – Не знаю, что будет дальше, даже предположить страшно. Да, мне нравится Энакин, так как может нравиться красивая картинка, но это ведь не любовь, хотя, что я вообще знаю о любви? – холодный уверенный взгляд обращен куда-то вдаль. - Я никогда не смогу дать ему то, что даешь ты. Я здесь лишняя и даже не знаю, как буду жить, если все же придется остаться. Рано или поздно правда всплывет, и что тогда случится, даже представить страшно. Так что я не буду об этом думать, просто положусь на удачу, как и до этого. Запись обрывается, но Падме каким-то шестым чувством понимает, что последние слова были адресованы именно ей, и пусть незнакомка не знала, что ей придется исчезнуть, но она как будто чувствовала это. - Это, - коротко выдыхает Энакин и больше не может произнести ни слова, внятного и приличного. - Видимо, я просто не могу помнить те дни, - вздыхает Падме. – Наверное, оно и к лучшему. - Она… - бывший джедай поднимается на ноги и бродит по комнате, не зная, что сказать, слишком много мыслей и противоречивых чувств заполняют сознание. Да, подобное поведение при раскрытии фактов может вызвать лишь возмущение. Но как, как девчонка сумела все это провернуть? Неужели очередная шутка Силы? Падме не может спокойно наблюдать за тем, как ее любимый медленно сходит с ума и, поднимаясь на ноги, крепко его обнимает. - Знаешь, что бы она ни сделала, я бы хотела найти ее и просто сказать спасибо, - тихо шепчет Падме. – Мы еще не знаем, чем обернется все произошедшее, но мы и дети живы и здоровы, хотя бы за это стоит ее поблагодарить. Да, хотя бы за это… Серый пыльный город наконец-то посетил долгожданный дождь. По улице медленно идет девушка, даже не пытаясь достать из сумки зонтик. Она просто наслаждается прохладой и мелкими каплями, что падают на макушку, плечи и подол платья. Скорее всего, до дома она дойдет насквозь промокшей, но какая разница? Ее душа все еще мечется в тесных оковах, не желая принять реальность, она все еще помнит. Девушка не может или просто не хочет видеть, как следом за ней следует черная тень, что пришла сюда вслед за ней. Он наконец-то увидел этот странный мир, породивший его нежданную соперницу. Мир, не похожий ни на один из тех, что он видел ранее, мир, где тьма и свет слишком тесно переплетены друг с другом, где одно притворяется другим. Но все же, не смотря ни на что, они существуют рядом, не пытаясь поглотить или перебороть. Они просто есть, тьма и свет, в каждом человеке, выраженные ярче или тусклее. Девчонка на самом деле не слишком-то особенная, почти в каждом из обитателей этого мира спит Сила. Но тень все еще следует именно за ней, потому что на его памяти только она сумела преодолеть некий барьер и проникнуть в иной мир. Она не лучше и не хуже других, просто привычнее. И именно с нее нужно все начать заново. Девушка не замечает тени и даже не думает о ней, лишь следует вперед, пытаясь забыть свой сон, который так и не выходит из головы. Было ли это реальностью или лишь игрой воображения? Кто знает? По влажному, заполненному лужами, асфальту идет невзрачная девушка, а за ней следует тень, чем это обернется для этого мира? А для другого? Не знает никто, даже они. Лишь легкий прохладный дождь продолжает лить свои слезы на этот мир, но кого он оплакивает?