Что скрывает ложь

Когда тишина в комнате уже стала действовать Гарри на нервы, он с облегчением услышал, как Динь решительно положила конец затянувшемуся поединку взглядов Рокси и её матери. — Мисс Мелисса, как не стыдно? — укоризненно покачала головой домовушка и даже погрозила пальцем, наверное для большего эффекта. — Ведёте себя, как дитя малое. Знаете же свою дочь как облупленную, а туда же. Если просто скажете «нет», толку не будет, только ругаться начнёте. Неужто так сложно объяснить «почему нет»? Реакция той на вполне безобидную отповедь показалась Гарри забавной и довольно милой. Мама Рокси, будто нашкодившая первоклашка, смущённо ковырнула пол носком домашних туфель, состроила уморительную гримаску, в которой причудливо смешались досада с неловкостью и, оглянувшись по сторонам, будто выбирая местечко поудобнее, устроилась прямо на ковре перед ёлкой, поманив Гарри и Рокси за собой. — Пожалуй... Динь абсолютно права, мне не стоило... В общем, будут вам объяснения, раз вы так хотите, — смущённо пробормотала мисс Колдуэлл, явно пытаясь с мыслями. Однако Гарри не терпелось сперва выяснить другой вопрос. — Скажите, мисс Колдуэлл, если вы не собираетесь нас ничему учить, зачем показали всё это? Просто теперь это выглядит, как будто вы просто... хвастались. Мама Рокси, кажется, поперхнулась воздухом, а за спиной Гарри раздалось тихое, ехидное хихиканье Динь. Как оказалось, та успела побывать на третьем этаже, притащить оттуда портрет бывшей хозяйки и сейчас как раз устраивала его на каминной полке, освобождённой по такому случаю от засилья рамок с фотографиями. — А это как раз хвастовство и было, мастер Гарри, — весело прожурчала эльфа, подтрунивая над покрасневшей до корней волос мисс Колдуэлл. — Думаю, мисс Мелисса просто захотела немного созорничать и удивить вас двоих. Ей почему-то и в голову не пришло, во что эта безобидная шалость выльется. — Быть может, вы двое наконец-то перестанете надо мной потешаться и я начну? — возмущённо процедила сквозь зубы та, всё ещё явно сконфуженная собственной оплошностью. — Спасибо! Итак, теперь о причинах, по которым я не стану даже пытаться учить вас колдовать без палочки. Имейте в виду — вы совершенно разные. Поэтому и ситуацию я буду прояснять отдельно по каждому из вас. И начну я, пожалуй, с Рокси. Ты, моя маленькая вредина — алхимик. И я вообще не представляю, как тебя учить. Да и чему конкретно учить — тоже тайна, покрытая мраком. Единственное, что я доподлинно знаю об этом даре — он находится где-то на стыке зельеварения и трансфигурации. Его суть — изменение свойств какого-либо предмета или субстанции без превращения во что-то другое. Проблема в том, что все без исключения семьи, которые поколение за поколением старательно сохраняли и оттачивали этот дар, свои методики обучения и прочие наработанные годами хитрости хранили в тайне. Видишь ли, эти «династии алхимиков от природы», — пальцами закавычила своё ироничное высказывание мисс Колдуэлл, — зачастую строили целый семейный бизнес на изготовлении артефактов или сложнейших зелий, не говоря уже о тех, кто сделал себе имя на открытиях в области самой алхимии, как тот же Фламель. Во всех перечисленных мной направлениях такой талант, как у тебя, хрюшка, является замечательным подспорьем. Однако самоучке достаточно сложно воспользоваться этим преимуществом. Вот они и не плодили себе конкурентов, конспираторы чёртовы. Теперь Рокси выглядела уже не воинственной, а откровенно расстроенной. — И что теперь делать? — почти не наигранное трагичное хлюпанье носом завершило картину вселенской скорби. — Не может быть, чтобы ты совсем-совсем ничего не знала, мамочка. Как же так? — Ну, кое что я выяснила, просто наблюдая за тобой, — мисс Колдуэлл задумчиво нахмурила брови и недовольно фыркнула. — Только вот грош цена тем знаниям, которые не можешь применить. А я не знаю, что с моими наблюдениями делать. Вот просто ума не приложу! Приведу пример. Ты, Рокси, в самом буквальном смысле чувствуешь зельеварческие процессы. Точно знаешь, когда всё идёт хорошо, чутко улавливаешь, если вдруг это не так. А уж опасность засекаешь вообще моментально. И именно поэтому я безбоязненно подпускаю тебя к котлу с шести лет. Может быть, ты и не помнишь, но в самом начале, когда я ещё сама наблюдала за твоим обучением... Ты успевала взвыть дурным голосом за пару секунд до того, как я сама — на минуточку зельевар со стажем — замечала, что что-то идёт не так. Поэтому сейчас мне достаточно просто оставлять с тобой Динь, которая придёт по первому зову. Но что это даёт, кроме гарантии твоей безопасности в лаборатории? Не имею ни малейшего понятия. Гарри слушал эти откровения, затаив дыхание. И, едва улучив момент, когда в разговоре возникла пауза, задал вопрос, уже пару минут вертевшийся на языке. — А как это можно узнать? Ну, к чему у человека талант? — По всплескам спонтанной детской магии, — охотно пояснила мисс Колдуэлл. — Они всегда специфичны и достаточно однообразны. Ну, и условия их проявления тоже. Не бывает такого, что в один день ребёнок обрадовался и заставил любимого мишку летать по комнате, а на следующий — разозлился, и шторы вспыхнули. Это, в любом случае — два разных ребёнка. Правда, если одни таланты определить проще простого, то с другими придётся здорово поломать голову. Например, когда мой старший брат внезапно завёл привычку отвечать на вопросы, которые ему не задавали или обижаться на то, что мама и папа просто подумали, у них и тени сомнений не возникло, какой дар у Эвана открылся. А вот детишек с талантом к магии земли могут до поры до времени вообще считать сквибами. Поди докажи, что цветы в саду не сами по себе растут быстрее и цветут всем соседям на зависть. Да и не каждый это вообще заметит. С Рокси тоже не сразу стало всё понятно. Я сначала думала, что она имеет склонность к магии изменения. В школе вы будете её изучать. Она является частью курса Трансфигурации. Впервые магия у Рокси проявила себя достаточно забавным способом — не понравившаяся плюшевая игрушка в её руках рассыпалась, как песок. Ты бы видел лицо Рокси в тот момент — просто умора — вылитая сова у которой из лап увели письмецо. Потом был случай, когда салат, который ей не понравился, буквально окаменел, к слову, не изменив своего состава. И не единожды случалось так, что слишком горячий чай мгновенно застывал в её чашке куском льда. Маленькие трансфигураторы примерно так и чудят. Уже гораздо позже они развивают в себе возможность изменять форму или превращать один материал в другой. Я могла долго заблуждаться, если бы не те сюрпризы с зельями. — А я? — робко задал самый волнующий в данный момент вопрос Гарри. Неожиданно мисс Колдуэлл зябко поёжилась, несмотря на весело полыхающий в камине огонь, и тоскливо вздохнула. От весёлой улыбки и оживлённой жестикуляции не осталось и следа. — А ты, совершенно очевидно, имеешь склонность к боевой магии. — Это плохо? — опасливо уточнил Гарри, сделав однозначные выводы из поведения мамы своей подруги. — Смотря для кого, — раздался звонкий, хорошо поставленный голос с портрета. — Здравствуйте, мисс Уинстон, — бодро поздоровался Гарри, мгновенно оказавшись на ногах, чем заработал одобрительный взгляд крёстной мисс Колдуэлл. — Скажите, пожалуйста, что вы имели в виду? Сильвия с комфортом устроилась в своём кресле, жестом предложив Гарри последовать своему примеру. Не сговариваясь все трое заняли места на диване перед камином, чтобы не вертеться туда-сюда, сидя на полу. Динь же облюбовала кресло неподалёку. Взоры всех в комнате были устремлены на обитательницу портрета, казавшуюся более чем довольной таким вниманием. — А теперь слушайте внимательно. Ты тоже, Рокси. Мы ведь раньше тебе об этом не рассказывали — мала была ещё для таких серьёзных разговоров. С видимым удовольствием полюбовавшись на возмущённо засопевшую Рокси, мисс Уинстон откинулась в кресле и принялась обмахиваться красивым веером, извлечённым из складок длинной юбки. — Во-первых, сразу хочу сказать, что плохих магических способностей попросту не существует. Однако людям свойственно оценивать то, чем наделила их при рождении судьба в зависимости от своего личного мнения, жизненной позиции, выбора профессии или объективных факторов вроде законов и нравов страны, в которой они проживают. Так для прирождённого целителя с лёгкостью откроются двери св. Мунго, боевой маг станет настоящей находкой для аврората, а алхимику самое место в лаборатории. Однако никто не говорит, что в силовых структурах не может работать тот же маг земли. А моя крестница — прекрасный пример того, что упорство и труд вполне могут заменить врождённый дар в процессе становления Целителем*. Они просто идут более сложным путём, не имея в рукаве козырного туза. Неожиданно веер с громким щелчком захлопнулся и оказался направлен аккурат на Гарри назидательным жестом. — Не гневи судьбу, ребёнок. Быть боевым магом в нашей стране не так уж и плохо. Вот прирождённым некромантам и магам крови здесь живётся не сладко. Беднягам приходится здорово поиздеваться над собственным даром, развивая только половину, а вторую нещадно подавляя. Всё же, по английским законам поднятие нежити и проклятия на крови мягко говоря не приветствуются. Хотя и этим ещё худо-бедно, но повезло. Вот малефикам здесь хоть плачь, хоть лезь в петлю. Собственный дар им приходится целиком и полностью давить на корню, если продолжительная поездка на курорт Азкабан не вызывает у них должного энтузиазма. Видите ли, проклинать людей незаконно, даже если те заслужили. Тем более, что эти проклятья не так то просто снять. Однако и здесь нет худа без добра, — нарисованные губы изогнулись в ироничной усмешке. — Так что не вздумай расстраиваться, Гарри, тебе в этой жизни выпали хорошие карты. Он только рассеянно кивнул и глубоко задумался. На грани сознания интуиция настойчиво зудела, что здесь что-то не так. И если подумать... Несмотря на то, что рассказ был достаточно подробным и увлекательным... Он был просто ни о чём! Никакой конкретики! И на изначально заданный вопрос мисс Уинстон так и не ответила на самом деле. В мозгу мгновенно вспыхнула догадка, и он огляделся, в поисках подтверждения. Рокси разве что не извертелась ужом в ожидании продолжения, мисс Колдуэлл и Динь искоса поглядывали на них с весёлым, азартным любопытством, а сама Сильвия... Гарри мог бы побиться об заклад, что именно с таким выражением лица его подруга будет проворачивать свои провокаторские шуточки уже лет через десять-пятнадцать. Даже сейчас можно было с лёгкостью заметить сходство, если знать, куда смотреть. Да, крёстная мисс Колдуэлл гораздо лучше умела держать лицо, однако теперь он был целиком и полностью уверен — любимая Рокси забава «заинтригуй Гарри», шуточки в стиле «я ничего такого не имела в виду, как ты мог обо мне так подумать вообще» и прочие игры на чужих нервах взялись не с потолка. У его подруги перед глазами был просто потрясающий пример. И ученику до учителя ещё расти и расти. А тем временем у Рокси окончательно лопнуло терпение. — Да вы издеваетесь! Ну, ладно боевые маги. Может и есть в этом что-то хорошее, пусть вы и не сказали, что именно. Но малефики?! В чём тут прикол? Всю жизнь существовать на волосок от Азкабана и ловить кайф от мысли «какой я рисковый парень, я даже родился почти преступником»?! Мисс Колдуэлл и Динь дружно тихонько захихикали, а Сильвия Уинстон снисходительно фыркнула и, до боли знакомо прищурившись, смерила Рокси взглядом. — Что хорошего в даре малефика? Ну, давай посмотрим на примере недавней войны. Сколько малефиков на ней погибло? — Откуда мне знать? — возмущённо процедила Рокси. — Ни одного! — торжественно провозгласила мисс Уинстон, вновь открывая веер. — Это очень показательный пример, не находишь? Шанс погибнуть насильственной смертью для малефика практически равен нулю. Ни один худо-бедно вменяемый волшебник не пойдёт убивать того, чьё посмертное проклятье не снять никакими силами и средствами. На самом деле, последний такой случай был зафиксирован ещё в шестнадцатом веке. Жил в то время богатый, преуспевающий волшебник, мистер Блэк. Своих детей у него не было, а вот родни на небольшую деревеньку легко набралось бы, в том числе племянников и племянниц. Был среди них и единственный сын горячо любимой младшей сестрёнки — Гектор Финли — бывший, согласно завещанию, главным наследником мистера Блэка. На свою беду — да и чужую тоже — молодой человек прекрасно об этом знал. И вот как-то раз проигрался наш Гектор в пух и прах. Азартен он оказался без меры. Да так проигрался, что и любящие родители не смогли бы из долговой ямы юношу вытащить. А дядюшка — человек строгих правил — вовсе не стал бы. И вполне в его духе было бы скорее изменить завещание, дабы не отдавать потом и кровью доставшееся состояние молодому транжире. И задумал тогда мистер Финли страшную гадость и подлость. Одним выстрелом двух зайцев убить — получить состояние дядюшки, а заодно и подставить приятеля, которому всё проиграл. Глядишь — и долг возвращать не придётся. Опоил он того дурманящим зельем, навнушал всякого разного с три короба, да отправил избавляться от дядюшки. И в самом-то деле — не самому же подставляться под возможное неснимаемое проклятье. Только вот не знал Гектор Финли, что проклятие это бьёт всегда точно в цель, будь ты хоть на другом краю мира. Мистер Блэк же — выдающийся воистину маг — и вовсе успел целых два наложить. Первое досталось виновнику. И не знают с тех пор ни он сам, ни потомки его ни магии сильной, ни настоящей любви, ни удачи, ни денег. Да и сколько тех потомков — один остался. Запомните накрепко, дети. Ежели встретите человека по имени Наземникус Флэтчер — лучше пройдите мимо и не оглядывайтесь. А вот невольному исполнителю досталось другое проклятье. Уже делая последний вздох, мистер Блэк пожелал, чтобы тот человек, и все, что будут после него, никогда более не поспособствовали своим бессилием подобному преступлению. А для того — сделал он молодого человека невосприимчивым к всякого рода дурману. — И это ты называешь проклятьем? — вновь возмущённо взвилась Рокси, разрушая таинственную атмосферу, созданную завораживающим голосом мисс Уинстон. — Да будет тебе известно, — рассмеялась та, почему-то искоса наблюдая за Гарри, — что под дурманом так же можно понимать и обезболивающее зелье, и то, которое воскрешает в памяти все счастливые воспоминания с самого раннего детства, и даже банальный алкоголь. Многие молодые люди были бы весьма опечалены и раздосадованы подобным обстоятельством. И, знаете, в миру периодически то забывают, то снова припоминают старый анекдот: «Если когда-то один из Поттеров усомнится, что дети действительно от него — для установления истины хватит бутылки Огденского».