Посеявшие бурю

Глава 8. День рождения короля Синяки заживали быстро. К концу недели видны остались лишь самые сильные, да губы были темнее, чем обычно. Чувствовал себя Джарет отлично. Много шутил, вообще был весел. Хотя по-прежнему спал плохо. Благосклонно влияло то, что никуда не надо идти. Он с удовольствием лежал в постели. Не капризничал, как это бывало в Эльсидории, терпел, когда смазывали синяки и ссадины. О том, что по возвращении, придётся иметь дело с Белугой – не думал. Впрочем, ничего такого не произошло. Наверное, потому что Белуга все ещё лежал в больнице, а Резник и Сидоров без заводилы связываться с Джаретом не захотели. В общем, разбор инцидента оказался перенесен на неопределенное время. Между тем, приближался июль. 7 июля – у Джарета День рождения. Праздник этот он не любил, но отмечал всегда. Как ни верти, День рождения короля – государственный праздник. Надо терпеть. Впрочем, каждый год праздник справлялся по одному и тому же сценарию, так что все знали, что делать. Поэтому Джарет мог позволить себе отстраниться и ничего не делать. Рано утром в Деревне на улицу выносились столы, скамьи, выкатывались бочки. Женщины пекли, жарили, тушили. Ребетня украшала дома цветами, бумажными фонариками. В обед все садились праздновать, не дожидаясь виновника торжества. Чего его ждать? У Джарета в этот день с утра всегда дурное настроение: вечные не любят, когда им напоминают о ходе времени. Поэтому король не меньше часа проводил в гардеробной у зеркала и вздыхал, подсчитывая прожитые годы. Потом он всё-таки встряхивался, одевался. В Деревне уже появлялся помпезно, широко улыбаясь и всем кивая. Деревенские в этот день невероятно смелели: парни звали померяться силой, девчонки приглашали потанцевать. На то и другое Джарет соглашался охотно. В общем, ближе к ночи Король домовых был уже ужасно весел и не менее ужасно пьян. * * * Каждый год Мариэтта ломала голову: что же ему подарить? Начинала думать чуть ли не за полгода. Вкусы короля она, конечно же, знала, вот только всё у него уже есть! Но не в этот раз. Готовиться начала заранее. Составила список. Поговорила с выездными, согласилась только парикмахерша Галочка. Охотно привезла всё, кроме спиртного: это категорически запрещалось. Пришлось переплатить. Лишь бы Джарет не узнал! Покупки хранила на работе. 7 июля прибежала домой пораньше. У неё было ещё два часа, чтобы навести порядок, приготовить праздничный ужин. Джарет пришел домой позже обычного. Захотелось пройтись по окрестностям, подумать о чём-то своём, без свидетелей. Может даже полетать немного. Вернувшись, с порога попал в объятья Мариэтты и был крепко расцелован. - Где тебя носило! Почему так долго? – ругалась она, не отрываясь от его губ. - Прости! Джарет, действительно, почувствовал себя виноватым: она ведь всегда так ждала его Дня рождения! Почему сегодня должно было быть иначе? - У меня сюрприз! – Она сцепила ладони замочком, крутанулась на носках, словно девочка. - Вот как? - Идём! – Схватила его за руку, потащила в комнату. Первое на что он обратил внимание – было постелено на полу. - У нас запланирована культурная программа? - Не только! – Мариэтта кокетливо оттолкнула его руки. – Подожди немного! Я не знала, когда ты придешь, поэтому не накрыла. Я быстро. Убежала на кухню. - Тебе помочь? – крикнул он, вытянувшись на импровизированной постели. - Нет! – громко ответила Мариэтта, громыхая тарелками. – Ты закрыл глаза? - Уже. Сам подумал: «Жестковато, конечно, но приятнее, чем в койке». Улыбнулся. «Может, стоит раздеться? Или предоставить это ей?» Услышав топоток её ножек, не стал открывать глаза. Скажет, когда можно. Звякнула посуда. - Не открывай глаза! – Мариэтта притопнула. – Это ещё не всё. - Ты как ребенок! – Джарет рассмеялся. Мариэтта всегда суетилась в его День рождения. Это так забавляло! «Кстати, а что я дарил ей в прошлом году?» - вдруг подумал Джарет. Нахмурился – ничего особенного. Какую-то побрякушку из запасов. Ни праздничного ужина, ни гостей. Даже никуда не пошли. И так было в прошлом году, позапрошлом... Джарет вдруг подумал, что её День рождения даже не отмечен в календаре, словно нет никого праздника. Правильно ли это? Почему он никогда не думал об этом? Встряхнул головой. Топоток её ножек напомнил о том дне, когда он услышал их в «Королевской редиске». Правда, тогда она шла к другому мужчине, а он был с другой женщиной. Но об этом сейчас лучше не думать. Наконец, она села рядом. Джарет почувствовал маленькие прохладные ладошки на груди: они расстегивали пуговицы на рубашке. Улыбнулся. Всё ещё с закрытыми глазами, нащупал её коленку. Рука поднялась выше и… внезапно юркнула под что-то махровое. Джарет открыл глаза. Мариэтта сидела в большом махровом халате. - Это тебе, - сказала она. – Нравится? Расцветка халата была просто ужасна: бежевый, с большими красными вставками. Но явно теплый и достаточно большой, чтобы Джарет мог в него закутаться. Поэтому сказал: - Нравится. А что под ним? - Эй! – Она хлопнула его по руке. - Это не всё! – Вскочила, умчалась на кухню. Джарет рассмеялся. Тут обратил внимание на журнальный столик, стоящий рядом с постелью. Сервировка, конечно, не отличалась королевской изысканностью, но если сосредоточиться и как следует подумать, то будет. В качестве скатерти Мариэтта использовала несколько кружевных салфеток. На них поставила салатницу с мелконарезаным весенним салатом, два высоких бокала, тарелочки с хлебом, маслом, красной рыбой, густо посыпанной луковыми кольцами. В середине красовался большой пирог. «Откуда это всё?» - Это, конечно, не королевский стол, но… - Мариэтта вернулась с кухни, держа в руках шампанское. - Всё хорошо, - Джарет улыбнулся. Правда, улыбка вышла не слишком-то весёлой. Но Мариэтта не обратила на это внимание. Сунула руку в объемный карман халата, достала чёрную коробочку. - Вот ещё. – Протянула коробочку Джарету. Там оказалась электрическая бритва. - Я подумала, - Мариэтта нервно перебирала пряди волос, - что если лезвие так… То с электрической такого не будет… Тебе… Тебе нравится? Нравится, да? Джарет посмотрел. Обычная бритва. Видел подобные, но ни разу не пробовал. Но Джарета сейчас больше волновало не это. Король ещё раз посмотрел на стол. Поджал губы. После отложил чёрную коробочку в сторону, спросил: - Где ты взяла всё это? - В магазине. - Нет, - Джарет покачал головой. – Про халат верю. А вот шампанское, рыба, бритва – всего этого нет в поселковых магазинах. Так где ты это взяла? - Думаешь, я украла всё это! – Женщина вспыхнула. - Говори. – Джарет сказал резче, чем хотел, но ему не понравилось то, как она покраснела. Мариэтта сжалась, сказала: - Галочка из облцентра привезла. Джарет вздохнул. Мигом прикинул в уме цены, накинул услуги Галочки – получилось прилично. От нехороших мыслей аж похолодело в груди. - Где деньги взяла? – продолжил Джарет тем самым резким голосом, но уже не стесняясь. Мариэтта сжалась ещё больше. Вдруг выпрямилась: - Какая разница! У Джарета засосало под ложечкой. - Огромная! - Одолжила! - Не ври мне! – рявкнул Джарет, начиная понимать Миколыча. Губы женщины дрогнули, щеки побелели. Мариэтта зажмурилась. Если говорить, то быстро, пока не передумала. Поэтому выпалила на одном дыхании: - Серёжки! - Что? – удивился Джарет. - Я отдала Галочке серёжки, те самые. - Что!! – вспылил Джарет, но разжал ладони. - И колечко. И цепочку с кулоном. Мариэтта вся сжалась, словно ожидала удара. Даже лицо руками закрыла. Маленький, испуганный ребёнок. - Ты отдала всё это? Но зачем? - У тебя ведь День рождения… Первый здесь. – Мариэтта всхлипнула. – Я так хотела сделать тебе хороший подарок, чтобы ты!.. Но бритва оказалось ужасно дорогой! И всё остальное… Джерри! Ведь у тебя День рождения! Джерри! Уткнулась мокрым лицом ему в плечо. Джарет вздохнул – «Девочка моя!» - обнял её. - Пирог с чем? - Пирог? – Мариэтта удивилась, вытерла слезы. – С картофелем, яйцом и говядиной. Рубленной. - Рубленной? – переспросил Джарет. – Звучит вкусно. - Ты… ты голоден?.. – Мариэтта говорила, потупив глаза: не знала, как понимать произошедшие перемены в его настроении. Отрезала кусок пирога, положила салата в тарелку. Джарет попробовал. - Вкусно. – Улыбнулся. – Тоже поешь, так старалась! – Теперь уже он отрезал ей кусок пирога и положил салата. Мариэтта не взяла. Сидела рядом, замерев. Губы всё ещё дрожали. В глазах метались удивление, испуг и непонимание. Джарет открыл шампанское. Вдохнул аромат. - Надо же! – удивился он. – Почти настоящее. Будешь? – Наполнил бокалы. Мариэтта всё ещё молчала, отводила глаза. Но бокал взяла. Пригубила. Джарет тоже чувствовал себя неловко. Пока сочинял, что же такое сказать, как она вдруг подняла глаза. Мариэтта смотрела внимательно, вопрошающе, настороженно. Как тогда, в Комополинске… Сердце короля болезненно дернулось. Тоска вдруг овладела им. Не понимая своего желания и не владея им, он взял из её рук бокал, наклонился и коснулся губами её губ. Всего лишь коснулся… Как тогда. В этот момент Джарет испытал такое острое де-жавю, что сознание короля помутилось. Закрыл глаза, успел подумать: «Всего лишь на минуту…» Но уснул раньше, чем его голова коснулась подушки… * * * Джарет спал так крепко, что не слышал, как Мариэтта встала, убрала со стола. Потом она некоторое время сидела на кухне, пила чай. После разделась, легла рядом. Утром его не разбудил будильник. Мариэтта встала, умылась, оделась – он всё ещё спал. Она ушла, пришла – он продолжал спать. Мариэтта вновь разделась, легла рядом. Но только она задремала, как Джарет проснулся. Мариэтта лежала, как обычно, на боку, спиной к нему. Наверное, стоило повернуться, но не стала. Знала, что он сейчас сделает. Прижмется к её спине, положит руку на бок, а потом… Дальнейшее зависело от напора его страсти, того насколько она проснулась и обоюдного настроения. Но в этот раз он просто перевернул её на спину. В глазах Джарета веселились разноцветные бесенята. - Знаю, всё испортил, - сказал он. Джарет коснулся её губ подушечками пальцев. - Не надо. – Мариэтта улыбнулась. – Всё хорошо. Я ведь вижу, как ты устаешь. Много работаешь, почти не спишь, к тому же… Он закрыл её рот поцелуем. - Молчи и не мешай мне. Хорошо? * * * Мариэтта провела маленькой ладошкой вдоль тела. Ей всегда нравилось ощущать на своей коже его запах. Но в этот раз ощущение было по-особенному приятным. Джарет с интересом наблюдал за движением её руки. Поинтересовался: - Ещё? - Можно, - согласилась Мариэтта. – Но может быть, позже? Ты голоден? - Чертовски! – Джарет потянулся к будильнику. – Всего лишь два, утро ещё не так скоро. Мариэтта рассмеялась: - Конечно, не скоро! Самое время обедать! - Как! – поразился Джарет. - А так! – Мариэтта щёлкнула его по носу. Встала. – Пошли, я тоже есть хочу. После они сидели на кухне. Ели пирог, салат, запивали шампанским с лопнувшими пузырьками. Джарет много шутил, много смеялся. Мариэтта смеялась вместе с ним. Что ни говори, а смотреть на такого Короля домовых куда приятнее. Конечно, относительно вчерашнего возникло много вопросов, но стоит ли их озвучивать? Зная Джарета, Мариэтта понимала, что факт продажи украшений его взбесит. Но почему-то именно это его успокоило. Значит, встревожило что-то другое. Только что? Но стоит ли говорить об этом сейчас? Джарет прекрасно выспался, посвежел. - О чём задумалась? Мариэтта вздрогнула, не ожидала вопроса. Ответила: - Ты оброс. – Коснулась рукой его волос. – Может, всё-таки к Галочке сходишь? - Мы ведь уже говорили об этом! – Джарет нервно отмахнулся. – Я не буду рисковать ушами. Тем более что Галочка стрижёт ничуть не лучше, чем ты. Джарет взмахнул вилкой. - Какое счастье, что ты хорошо готовишь! – заметил он. - Вот как? – удивилась Мариэтта. – Раньше ты не обращал на это внимание. - Раньше всегда можно было сходить в ресторан, а местные общепиты… Даже твоя столовая. Не обижайся! - Не обижаюсь. Тебе бы полнее хватило одного вида тамошних щербатых тарелок. Джарет рассмеялся. Вновь подумал: - «Надо рассказать. А может, не стоит? Ведь прошло столько времени, а…» - Знаешь, - вдруг сказала Мариэтта, - у меня такое ощущение, что ты хочешь что-то сказать. - Нет, вовсе нет! – поспешил её заверить Джарет. – Хотя да! Уже июль, осень не за горами. Не знаешь, что здесь уместно носить осенью, зимой? - Не знаю, - ответила Мариэтта. Слова Джарета её почему-то не успокоили. – Наверное, тулуп и валенки. - Тулуп и валенки? Ужас какой! Внезапно Джарет рассмеялся. - Что? Представил себя в тулупе и валенках? – поинтересовалась Мариэтта. Джарет рассмеялся громче: - Нет, я не в состоянии представить себя в таком виде. - Придется просить Галочку. Хотя знаешь… - Мариэтта задумалась. – Благодаря тебе Белуга ещё долго будет в больнице, так что, я теперь могу не отказываться съездить в облцентр. - Что? – Джарет замер. Всё веселье, как рукой, сняло. - Я отказывалась, потому что не хотела ехать с Белугой. Ну, сам понимаешь почему. – Мариэтта говорила, размахивая вилкой. Глаза горели, ещё бы! Мысль казалась ей здравой, тем более есть официальный повод хоть ненамного вырваться из посёлка. Между тем король мрачнел всё сильнее. - А делов-то! – продолжила она, не замечая перемен в Джарете. – Всего лишь отдать документы на подпись какому-то начальнику и привезти их назад. Я ведь могу не ждать в приемной, а сбегать в магазин… - Голову откручу, - сказал на это Джарет. - С чего это? Там в магазинах не одни тулупы висят. Да и дешевле выйдет… Весомый вроде бы аргумент, но не подействовал. Джарет смотрел, нахмурившись, скрестив руки на груди. - Ну, хорошо! – вздохнула Мариэтта. – Я могу подработать и на банкетах… - Ещё чего! – взревел Джарет, обрушив кулаки на стол. – Никаких банкетов, никаких поездок!! - С чего бы это? – Мариэтта уже сама рассердилась. – Мы здесь застряли вместе, и вместе должны решать разные проблемы. В том числе и финансовые! - Запрещаю! – Джарет набычился, разноцветные глаза налились кровью. - Извини, мой дорогой, но твои запреты должны быть обоснованы. - С какой это радости! - А с той, что нечего самодурничать! Ясно? Мариэтта вскочила, хотела уйти, но Джарет поймал её руку. - Ты не смеешь уходить, пока я не разрешил тебе этого! Разговор ещё не окончен. Решился: - «Скажу». Но Мариэтта вырвала руку. - Позволь тебе напомнить, что я не являюсь твоей собственностью! И могу делать что захочу! И когда в следующий раз мамка предложит мне поехать с документами в центр, я поеду! - НЕТ!!! Джарет встал. Вставал он медленно, тяжело дыша. В почерневших глазах потрескивало электричество. Мариэтта невольно попятилась. Вспомнила Джорджа – много лет назад он вставал точно так же. - Джерри! – Протянула к нему руки. – Не надо. Пожалуйста. - Ты – моя собственность, - проговорил Джарет, чеканя каждый звук. – И твоей жизнью, твоим телом распоряжаюсь только я. - Нет. Наверное, стоило сказать «да», но Мариэтта повторила: - Нет. Я с тобой только потому, что хочу этого. И могу уйти в любой момент. – Сказала и, не дожидаясь реакции, залепила ему хлёсткую пощечину. Джарет замер. - Прекращай так себя вести! – проорала Мариэтта. – Немедленно! - Я – король, забыла? – сказал Джарет уже спокойнее. Но в этом внешнем спокойствие таился ужас. – Я могу делать с тобой всё, что захочу. Например, обездвижить. Джарет вскинул руку, в чёрных глазах метнулась молния. Мариэтта с ужасом поняла, что не в состоянии пошевелить ни единым мускулом! Между тем Джарет наступал, по-прежнему держа поднятой вскинутую руку. Спокойный и ужасный в своём спокойствии. - И если я захочу, - сказал он, глядя ей в глаза, - если захочу… - Тут Джерат замер. – Ммм? – Правая бровь изогнулась в изумлении. Он внимательно оглядел женщину. – Ты что не можешь пошевелиться? «Да!! – если бы могла, то заорала бы Мариэтта. – Только рискни оказаться поблизости, когда действие заклинания закончится! Только рискни…» Глаза оборотня из чёрных стали зелёными. Но Джарет не заметил этого. Он с восторгом ребёнка разглядывал вскинутую ладонь, едва не пританцовывал. «Чёртов ублюдок! Расколдуй меня немедленно!» - мысленно вопила Мариэтта. Наконец, Джарет спохватился. - Ах да! Сделал пас рукой – Мариэтта мешком рухнула на пол, вся дрожа. - Ты в порядке? – Джарет склонился над ней. – Посиди немного, скоро пройдет. После магического паралича – такое бывает. Он вновь выпрямился, продолжил в восторге разглядывать руку. Мариэтта сощурилась. Преодолевая дрожь, сжалась. Внезапно резко выбросила ногу вперёд. Удар пришелся по колену. Король взвыл, рухнул на пол. - Тебе пятки гномы ковали? Мариэтта зло рассмеялась. Хотелось сказать что-нибудь колкое, но удар полностью исчерпал силы. Увы, Джарет страдал недолго. «Вот скотина же! – сердилась Мариэтта, глядя на него. – Мог бы ещё пару минут помучаться, мне было бы приятно». - Не смей, - проговорила она, едва дыша. – Слышишь? Не смей так со мной обращаться! Я тебе не дворцовый зверёк! - Не переживай! – беспечно отмахнулся Джарет, похлопал женщину по вытянутой ноге. – У меня получилось – это главное. Джарет привычно вскинул руку. На ладони возник шар. Только не мутный, как это было ещё не так давно, а прозрачный, хрустальный. - Отлично! – Король подкинул шар. – Видишь? – Постучал ногтем по поверхности шара. – Только никто не слышит. Ничего! Это ничего… Мариэтта рассмеялась… Всё её тело было опустошено, но она смеялась, глядя, как Джарет одной рукой потирает колено, а другой подбрасывает хрустальный шар, радуясь, словно ребенок. * * * Сложно сказать, в какой момент она начала думать об этом. Вспоминать. В первый же день как бы в шутку сказала себе, что нынешняя реальность слишком уж похожа на то будущее, которое её ждало в Коспомолинске. Если бы, правда, она не была тем, кто она есть, и не случилось бы того, что случилось. Подумала и отмахнулась. Но мысль отмахиваться не захотела. С каждым днём Мариэтта думала о Космополинске всё больше и больше. Вспоминала детство, Джорджа, Эмму. Вспоминала и тут же пыталась забыть – не получалось. Если Джарет бичевал себя мыслями о любимой Сюррии, то Мариэтта страдала от сходства одной реальности с другой.