Вопреки всему

      Огромная колымага, одна из длинного обоза, медленно тащилась по дороге. В ней ехали все фрейлины, положенные по штату, их служанки, общим числом двадцать с довеском. Это была даже не карета, скорее фургон, с деревянными стенами, обтянутыми снаружи тиснёной кожей, и изнутри обитая мехом. Для тепла внутри была установлена печь, и теперь из трубы тянуло ароматным дымом. Сквозь щель в оконце Кай слышал взрывы смеха и отчаянно жалел, что не может напроситься внутрь. После недели пути у него уже всё, что можно было отбито и, казалось, превратилось в сплошной синяк. Но мужчине, даже если он всего лишь охотник, негоже путешествовать вместе с женщинами, приходилось мужественно терпеть. Хорошо ещё он сумел туда пристроить Сулле с котом — мальчишка немного простыл в дороге и на третий день Лис буквально силой впихнул его в тёплый фургон, назвав при этом маленьким довеском к общему числу фрейлин и служанок. Сулле надулся, обиженный, что его приравняли к слабым женщинам, Кай, не обращая внимания, закрыл за ним дверь и поймал весёлый взгляд мужа, развёл руками, как бы поясняя, что мальчишка слабый и его нужно беречь. — Может, и ты к ним? — подмигнул вампир.       Лис дёрнул плечом и ответил, что он лучше бы перекинулся, да пробежался на своих лапах, а то уже всё, что можно болит. — Не здесь и не сейчас, — нахмурился Драрэйн, — тут недалеко поселение диких людей, ещё подстрелят ненароком.       Кай только вздохнул и, смирившись, полез на своего тарпана. И вдруг услышал чьё-то шипение: — Ну и прибили бы ублюдка, невелика потеря.       Оглянулся, и снова рядом никого. На этот раз Кай не стал отмахиваться и решил присмотреться к спутникам, хотелось всё же выяснить, кому он настолько мешает. Пара месяцев в Лонг-Вэй протекли спокойно, Лис привык к его обитателям и к нему стали относиться, как к своему. Даже девушки фрейлины перестали заигрывать, и место кокетливых улыбок заняли искренние. Он даже немного сдружился с молодыми оборотнями, в конце-концов их осталось всего трое, Рысь, Кот и Барсук. Все они решили посмотреть, как живётся в вампирьем государстве и, быть может, подыскать себе какое-нибудь дело: все трое не хотели идти по воинскому делу, мечтали о торговом.       Через три дня, когда кавалькада уже направлялась после ночёвки в путь, Драрэйн придержал мужа. — Не торопись, сегодня мы поедем своей дорогой. — Куда? — Узнаешь.       Супруги выехали, когда скрылся из виду последний всадник. И вскоре свернули с накатанного тракта на неприметную тропку, ведущую вглубь леса. Вековые сосны окружали со всех сторон узкую тропу. Каю всегда нравилось в зимнем лесу, когда Ледяная Госпожа заботливо укроет землю от морозов тёплым покрывалом. Безмолвие царит среди снегов, только слышно, как треснет от мороза кора, да пискнет зимняя птица. Но бегать по нему он предпочитал в своей второй ипостаси. — Эрис Драрэйн, — взмолился к середине дня Кай, — может, я перекинусь? Ну, всё что можно отбил!       Драрэйн огляделся, никого не было рядом, можно позволить мужу небольшую прогулку в образе зверя. Потом, когда они приедут в столицу, это станет редкостью, и не потому, что кто-то против младшего государя-оборотня, а исключительно из соображений безопасности: в государство вампиров с каждым годом приходило всё больше людей. Бежали они от неимоверных поборов и голодной жизни, и если к хозяевам короткоживущие относились пока с уважением, то на оборотней могли начать охоту, ради шкурки или просто, чтобы пристрелить опасного зверя.       Он спешился, подбирая сброшенную одежду, и только за пушистым хвостом проследил. Так и ехали дальше — Драрэйн на Ветре, следом Птица с притороченным к седлу тючком и Лис, скачущий вокруг в полном восторге от временной свободы. На тропу вылетел перепуганный заяц, порскнул в сторону, спасаясь от Лиса, и вампир невольно улыбнулся, глядя на счастливого мужа. — Надо тебе почаще вот так бегать, — заметил он и услышал согласное тяфканье. — Далеко не убегай, скоро будем готовиться к ночлегу. — Тяф? — Нет, перекинешься, — возразил Драрэйн, — там застава, переночуем в караулке. — Тяф… — Ну да, чужие тут не ходят, их просто заворачивают. Так что держись ближе, чтобы стрелу в бок не поймать.       Заставой оказались две избушки и лесина между ними. Вышедший из темноты вампир приветствовал своего государя и проводил их в один из домов. Небольшая опрятная горница, где за столом сидели с пяток караульных, крепкая вампирша в мужской одежде выглянула из соседней горницы, кивнула, здороваясь, и принялась накрывать на стол. Вскоре там стояли пара мисок и стаканов, кувшин и тарелка с холодным мясом. И когда Драрэйн с мужем сели на освободившиеся места, перед ними появились миски с дымящейся похлебкой, от которой исходил сытный мясной аромат. — Кушайте, чем Духи наградили, — поклонилась женщина и отошла к печи, складывая на груди руки.       Лис покосился на неё, широкие бёдра, которые подчеркивали штаны, высокая грудь, сильные руки, такая, пожалуй, если отвесит затрещину, мало не покажется. Прямо как Барсучиха из родной деревни. Это воспоминание неожиданно больно резануло по сердцу и, Кай, отговорившись усталостью, ушёл спать сразу после ужина. Проснулся он в полной темноте, в домике царила тишина, старшего в постели не было, и Лис привстал, раздумывая, кричать, чтобы вернули мужа, или подождать, пока сам вернётся. Явился тот быстро, пахнущий морозной свежестью, и ухнул в кровать, прижимая к себе тёплого оборотня. — Ты куда ходил?       В темноте, в такой нежной и уютной близости именовать супруга как положено не хотелось, да и тот не настолько требовал соблюдения этикета. — На двор, по нужде. Ты тоже хочешь?       Лис задумался, выходить на мороз не очень-то хотелось, и он решил потерпеть до утра. — Тогда спи, завтра уже приедем.       Утром домик был пуст — стражи заставы разошлись по своим постам и, после короткого завтрака, Драрэйн и Кай отправились дальше. С ночи сильно подморозило, и снег неожиданно громко хрустел под лапами тарпанов. Сегодня чуткие звери почему-то беспокоились, оглядывались, будто высматривали неведомого врага, Драрэйн даже остановился, долго смотрел, словно решая, действительно ли кто-то мелькнул за кустами или ему показалось. Но потом всё же тронул Ветра, направляя его дальше. Но с этого момента на лице у него появилось странное отрешённое выражение, пока вампир, что-то решив про себя, не свернул на развилке влево. Узкая тропа привела их на скальный карниз, нависающий над живописной долиной. Далеко внизу были разбросаны крохотные деревушки, небольшие рощицы, сады. С высоты было видно, что поля в долине делятся на ровные квадраты, а в центре долины располагается крупное незамерзающее озеро. От тёмной воды поднимался пар, и было видно, как он стелется по земле. — Что это? — заворожённый открывшимся ему видом спросил Лис. — Это Заповедная долина. Здесь живут наши дети до пяти лет и здесь же они рождаются. — Только дети и ваши женщины? Ты говорил, что и люди тоже. — Да, беременным и детям нужна свежая кровь, иначе они не выживут. — Поэтому вы так охраняете долину, — кивнул Кай. — Да, о том, где она находится, знает каждый вампир. И ты. — Я понимаю. И никому не скажу. — Знаю, — улыбнулся Драрэйн, — поедем дальше? — А мы не будем спускаться вниз? — Нет, здесь нет дороги в долину. Это один из наблюдательных пунктов. Да и вообще попасть туда сложно и путь лежит совсем в другой стороне.       Слова старшего неприятно царапнули, будто доверие было неполным, но потом Лис вспомнил, что здесь живут все маленькие дети и беременные женщины, и простил мужа.       Следующую ночь пришлось провести в лесу, и для Кая это стало настоящим испытанием. И дело не в том, что это первая зимняя ночевка в его жизни, это у охотника-то! Но здесь, далеко на севере, да еще в человеческом обличии, в шалаше из лапника было не очень уютно. До тех пор, пока под шкуру не нырнул Драрэйн. Согрелись они быстро и потом так и уснули, тесно переплетясь всеми конечностями.       Ехали по лесу не спеша, наслаждаясь свежим морозным воздухом. Драрэйн показывал мужу то долину, где далеко внизу виднелись ниточки дорог и крохотные домики, то рудник, скрытый за высоким забором, то родовой замок, мрачно возвышавшийся на скале. — У нас богатая земля, да вот порядка на ней мало, — говорил Драрэйн, поглядывая на неяркое солнце. — Почему? — удивился Кай, на его взгляд всё было хорошо, крепкие дома, сытые жители, богатые торговцы. — Рода много власти имеют, — ответил правитель. — Ещё дед мой хотел их окоротить, многих поменял, себе преданных. Да не всё удалось, отец же пока правил, много ошибок наделал, фавориткам власти много дал, вертели они им как хотели. А я уже по дедовым стопам пошёл, вот они и убили мою жену.       Драрэйн скрипнул зубами, вспомнив, как тяжело умирала Сэния, белое лицо, закушенные губы, испарина на лбу. И собственное бессилие, когда ничего не можешь сделать. — Я отомстил, но Сэнию не вернёшь. — А можно их как-то удержать что ли… ну, не знаю, воли не давать. Князь, — Кай так и не называл Лисовина отцом, — слово его, закон для оборотней. — Я пытаюсь это сделать, да руки у меня связаны, — Драрэйн отвёл глаза: одним словом не объяснить все проблемы государства, постепенно нужно, тем более, если хочешь получить не постельную грелку, а соправителя и помощника.       Караван со свитой и охраной они догнали только к вечеру третьего дня. Кай так и не понял, почему, то ли они слишком отклонились в сторону, то ли вообще ехали другой дорогой. К этому времени супруги миновали поросшие лесом предгорья и спустились на широкую равнину, тянущуюся на север, куда хватало взгляда. Мрачные хвойные леса постепенно менялись на прозрачно-звонкие березняки, раскиданные небольшими колками*.       Лис подумал, что там, наверное, грибов летом — пропасть. Надо будет как-нибудь выбраться, набрать боровиков на жарёху**, да и травы собирать в таких местах на лугах между ними самое то. Любой оборотень знает лекарское дело и разбирается в травах, и каждый сам готовит для себя самое необходимое: сборы на случай простуды или лихоманки, мазь для заживления ран, порошок из сфагнума и молотых семян календулы. Как тут будет устроена его жизнь, только предки ведают, а от некоторых привычек Кай избавляться не хотел.       Но сейчас равнина была засыпана ровным и толстым слоем снега, да таким, что караван спустился к реке и теперь путь их пролегал по ровному льду. Кое-где он был скользким, и Кай, с облегчением спешился и пересел в возок к фрейлинам — оказалось, что управлять тарпаном на скользкой поверхности нужно уметь. Сам-то Лис предпочёл бы перекинуться, да бежать на своих лапах, но строгий взгляд мужа остановил не произнесённые вслух слова. Пришлось сидеть в женском царстве и слушать бесконечные разговоры про ткани, наряды и украшения. Скучно, только кот и развлекал.       Но всё заканчивается, закончилась и эта долгая дорога. Всё чаще на берегу реки стали встречаться городки, большие, раскинувшиеся вширь, и маленькие, едва на десяток дворов. Лис с интересом смотрел на необычные дома, установленные на высокие столбы — подставки. Он даже спросил, зачем это делают. Пожилая дама, сопровождающая пестрый клубок девушек, пояснила, что весной тут широкие разливы и вода долго не уходит. Для того между домами и подвесные мостики делают, Кай как раз увидел такой и уже открыл рот, чтобы спросить, но не успел. Кое-где виднелись вытащенные на берег большие лодки и хорошо оборудованные причалы. Судя по всему, народ здесь жил небедный. Однако встречались и другие деревушки, отличающиеся от первых и очень существенно: низкие домики, буквально вросшие в землю, с маленькими окошками и соломенными крышами. Обычно они располагались на холмах, наверное, чтобы весной не заливало. Дымились трубы, шумели ребятишки, катаясь с гор на деревянных салазках, и Лис понял, что там живут не вампиры. — Это люди, — подтвердила его догадку одна из девушек. — А почему там? Вампиры же селятся по берегам, — удивился Кай. — Потому, что люди выращивают скот или на земле работают, — с сомнением проговорила девушка.       Кай не стал переспрашивать, ну в самом-то деле, откуда фрейлина может знать, чем занимаются селяне. К столице они подъехали, когда уже солнце висело совсем низко, ещё немного и стемнеет, так что Лис не успел ничего толком увидеть. Понял только, что улицы узкие, да дома странные — дверь и окно, а над ним этаж и ещё один. Да всё так тесно, что едва возок проходил. А посреди города, на холме стоял огороженный высокими стенами замок. Когти тарпанов простучали по подъемному мосту, и Лис, наконец, прибыл в свой новый дом.       В холле первого этажа супругов встретили несколько вампиров, их наскоро представили Каю, мол, этот старик - управляющий замком, этот вампир - начальник стражи, это — экономка, а вот это — личный слуга, в помощь Сулле. Лис постарался запомнить запахи, чтобы потом не ошибиться, и вот уже в комнате, на лавке, скидывает надоевшие сапоги, а впереди его ждет настоящий отдых.       Долгая дорога по заснеженной стране вымотала Лиса больше, чем можно было ожидать, и после бани и ужина он просто провалился в сон, кажется, чуть ли не за столом. ———————— *Колки - островные леса в зоне лесостепи, обычно по междуречьям, в понижениях рельефа. Колки образованы в основном березой и осиной. ** местечковое выражение, означает жареные грибы на сливочном масле, часто с картошкой.