Вопреки всему

      Проснулся Кай в пустой постели. Да он не мог бы вообще сказать, приходил ли супруг ночью. В спальне было на удивление тепло, и это в каменном замке! Юноша потянулся, жалея, что не может перекинуться и побегать всласть по свежему снегу, и как был, в одних коротких исподних портах, направился за неприметную дверь, скрытую за ширмой. Вчера слуга показал ему, что и как тут действует, и потому Лис уверенно протянул руку и нажал на рычаг. В небольшую чашу из гладкого, серого в крапинках, камня полилась прозрачная холодная вода, как раз для утреннего умывания. Свежее льняное полотно приятно льнуло к пылающему от ледяной воды лицу, и Кай подумал, что пока ему тут нравится, тепло, постель мягкая, муж не кичится своим положением старшего. Умом парень понимал, что это, скорее, ощущения его Зверя, но человеческой части тоже хочется уюта.       Но первое хорошее впечатление рассыпалось колючими осколками сразу, как только он вошел в спальню. Чуткий нос Лиса сразу учуял неправильные запахи, а едва он снял крышку со стоявших на столе блюд, как сразу зажал руками нос и вылетел обратно в уборную. Жареное мясо было обильно приправлено пахучими специями, и больше всего там было тирлича*.       Парня рвало уже желчью, во рту было горько, но самое страшное было то, что он почти не чуял своего зверя. Лис ушел куда-то вглубь, так далеко, что, казалось, вот-вот и исчезнет совсем. Кая трясло от ужаса и тоски, умом человек понимал, что действие травки пройдёт, но вот всей своей сущностью боялся, что не вернётся, не придёт, не восстановится. Он скулил от страха, выплёвывая его, пытаясь избавиться, и не понимал — за что? Кому он мог так мешать? А что это не просто так, не случайность, было понятно, ведь не один тирлич добавили, там ещё пара таких же нехороших травок было.       Кай прижался к холодной стене, мечтая, чтобы хоть кто-нибудь заглянул в комнату и выкинул подальше мясо с травой. Лесные духи, наверное, решили его за что-то наказать, потому что Сулле пришёл нескоро. Встрёпанный, будто его коты драли, но пришёл. — Господин? — мальчик принюхался и охнул. Прожив с оборотнями всю свою жизнь, он очень хорошо знал тирлич и его свойства.       Безобидная на вид травка с сине-зелеными маленькими листиками на коротких веточках при употреблении удерживала оборотня в звериной ипостаси, не давая вернуться в человеческий облик. А ещё вызывала жестокую рвоту и потерю сил не на один час. Сулле подхватил блюдо с мясом, щедро приправленным тирличем, и бегом унёс подальше, выбросив в выгребную яму, чтобы даже следа не осталось. И, вернувшись, распахнул настежь узкие окна, впуская свежий морозный воздух. Шустро перестелил постель, вынес всё, что могло удержать остатки запаха, и лишь потом отправился искать хозяина.       Кай к тому времени немного отошёл от резкого запаха и уже почти мог встать сам, но от помощи Сулле не отказался. Мальчишка что-то бормотал о глупых хозяевах, не знающих, как следует кормить оборотней, а Лис висел на его руках, едва переставляя ноги. — Как же так, господин? — бормотал мальчишка, усаживая Кая на диван. — Там не только тирлич был, там ещё траву — колюку и прикрыш добавили. — Зачем? — Не знаю. Кому-то я тут сильно помешал, — Кай перевел дух, чувствуя, как паника отступает, и Зверь уже почти вернулся на своё место. — Я могу попытаться что-нибудь вызнать, — предложил Сулле, — слуг не опасаются.       Кай поразмыслил и согласился, попросил только, чтобы мальчишка поосторожнее был. — Конечно, господин, — беспечно отмахнулся Сулле и вдруг хихикнул, — а кот-то ваш, новую себе кошку нашёл! Тут у кого-то из фрейлин живет пушистая. Красивая такая, говорят, что откуда-то из-за моря таких привозят. Так они всю ночь любились.       Кай улыбнулся, его кот точно нигде не пропадёт. — А ты не знаешь, почему фрейлины жили не здесь, а в…       Он замялся, вспоминая название замка, в котором прожил не один месяц, вот совсем вылетело из головы название, наверное, травки посодействовали. — Лонг-Вэй? — подсказал Сулле. — Да! Ну, девушки там жили почему-то. Я не спросил, недосуг было. — Знаю, там жила первая супруга правителя, госпожа Сэния. Она была младшей сестрой Йедита Лин-Морр. — Того, кто представлял моего мужа? — Кай вспомнил вампира, тот недолго пробыл в замке — уехал в столицу спустя пару дней. — Да, он тут капитан Ночной стражи. — Ты выяснил, что это значит? — Конечно, — лукаво улыбнулся мальчишка и важно проговорил, — это государственная безопасность, разведка и дипломатия. — Наш пострел везде поспел и на договоре подпись поставить, и в столицу поспешить… хотя… если они родственники, тогда понятно, почему мой муж отправил на заключение брака именно его. Сулле, пожалуйста, слушай внимательно, мне нужно разобраться, что к чему в этом замке. Не нравится мне, как тут новых жителей встречают.       Кайльте чувствовал себя молодым щенком, едва научившимся перекидываться, будто перед ним снова огромный лес, полный загадок, ждущих, когда их разгадают. И, несмотря на боязнь не справиться, присутствовал какой-то азарт, желание поскорее раскрыть все тайны и, если получится, использовать в своих интересах. За прошедшее время Кай успел убедиться, что не все рады его появлению в вампирьем государстве, и чем скорее он выяснит, кому мешает, тем лучше. — Может, принести что-нибудь на завтрак?       Кай прислушался к себе и помотал головой, есть после того, как его не на один раз чуть не вывернуло наизнанку, не хотелось. — Ты вот, что… — он глянул на Сулле, — постарайся впредь перехватывать подобное «угощение». — Меня сегодня задержали, — буркнул мальчишка. — Не зря. — Угу.       Кай встряхнулся, поднимаясь, и велел проветрить здесь всё окончательно, пока не уйдут остатки запахов, а сам решил прогуляться по замку.       Коридоры и галереи тянулись нескончаемым потоком, менялась лишь обивка стен, картины и гобелены. Время от времени Лис останавливался и выглядывал в окна, осматривал засыпанный снегом парк, где можно было рассмотреть расчищенные дорожки с гуляющими придворными, фонтаны и скульптуры. Мраморные фавны, эльфы, тролли, мифические и не только персонажи, казалось, ёжились на морозе, стыдливо прикрывая причинные места вырезанными листьями, цветами и ветками. Такие же скульптуры украшали залы и комнаты дворца. Кай даже погладил изгиб бедра смешливой эльфийки, едва прикрытого тканью. Ему было интересно, как так можно, мёртвым камнем показать тонкий прозрачный шёлк.       Позади кто-то хихикнул, но стоило оглянуться, как никого уже не было. Лис поморщился недовольно — тяжелые ароматы притираний, масел и духов наполняли ноздри, мешая запоминать нужные запахи. В галереях было малолюдно. Ну, или маловампирно — быть может, Лис гулял не там, а может, это обычное явление, изредка лишь встречались замершие по стойке смирно стражи. Кай покосился на сияющие нагрудники, высокие гребни на шлемах, на алебарды в руках. Зачем они здесь? Ведь никакого смысла в таком стоянии оборотень не заметил, разве что для красоты.       Пустота залов закончилась неожиданно — за одной из дверей обнаружилось настоящее сборище. Нарядные дамы сидели на широких диванчиках, делая вид, что усиленно занимаются делом, для этого многие держали в руках пяльцы с вышивкой, корзинки с клубками, а то и просто разноцветные ленты. Между ними прохаживались не менее нарядные кавалеры, флиртовали с дамами, шутили и пересмеивались. У одного из окон стоял клавесин с инкрустацией, и его терзала худосочная девица. Кай покосился на костлявые плечи, торчащие из волны кружев, и удивлённо изогнул брови — девушка оказалась человеком. Он присмотрелся и понял, что соотношение вампиров и людей было где-то один к одному. — Ой, вы новенький? — прощебетал кто-то позади Лиса и, обернувшись, он увидел полненькую цветущую красавицу. Высоко взбитые волосы были припудрены, щёки алели искусственным румянцем, на губах жирно блестела алая помада, а глаза были густо подведены темным. — Я супруг правителя, — сдержано ответил Лис, памятуя, что официально его пока не представили. — Ой, как интересно, — рядом появилась ещё одна, уже вампирша, на этой было меньше пудры и краски, но сладкий аромат духов окутывал таким же густым облаком. Впрочем, сквозь него Кай уловил запах крови. Едва-едва, но он был. «Странно, — думал Лис, неуклюже, как его пытались научить ещё в Лонг-Вэй, целуя руку даме, — а Рэйн говорил, что вампирам почти не нужно пить кровь».       Вслед за этими двумя потянулись остальные, совали Лису ручки прямо в лицо, и ему приходилось целовать их одну за другой. Смысла в этом странном мероприятии он не видел, но видимо, это что-то означало, потому, что сами дамы отходили довольные, а кавалеры время от времени совершали такие же действия. Очередная безликая ручка скользнула тонкими прохладными пальчиками, на удивление, от неё не пахло уже привычно липко, и оставила в ладони Кая маленький клочок бумаги, свёрнутый в трубочку. И тут же обладательница громко задала вопрос кому-то позади, на неё отвлеклись, и Лис успел спрятать записку, интуитивно чувствуя, что это правильно. — А вы знакомы с благородной охотой на вепря? — лениво спросил один из кавалеров, заменивших дам. — Я охотник, — Кай отвечал коротко, не желая пока раскрывать свои карты. Сначала нужно выяснить, есть ли у него вообще хоть какие-то козыри. — Ах, да! Вы же наполовину зверь, — скривил губы лощёный красавчик. — Моему супругу это не мешает. — Нужно спросить его об этом, — сладко пропела подошедшая вампирша. — В следующий раз, когда он навестит меня.       Кай глянул на неё, вычленяя по привычке из волны окутавших её ароматов, знакомый, хоть и слабый, запах мужа. Это насторожило его, но оборотень не подал виду, собираясь сначала разобраться.       Женщина, вампирша, яркая и очень красивая на взгляд Лиса, наклонилась к нему и прошептала так, чтобы не слышали другие, но судя по ухмылкам, все остальные поняли, о чём идёт речь. — Ты всего лишь кукла, сидящая рядом с правителем. Ширма, за которой он прячет своих фавориток. — И ты одна из них? — негромко спросил Кай, чувствуя, как изнутри поднимается удушливая волна злости. Не темная злоба, а холодная ярость зверя, у которого пытаются отобрать то, что он считает своим. — Предположим… и что ты сделаешь, зверь? Вцепишься мне в горло? — Зачем? Есть много способов убрать тебя с дороги. И если я захочу, тебе никто не поможет.       Глаза у вампирши сверкнули алым, выдавая сдерживаемую ярость, но она подавила вспыхнувший гнев и прошипела: — Хочешь объявить мне войну? А получится, зверёк? Как бы тебе шкурку-то не попортили. — Не беспокойся, у меня хорошие данные, тебе придётся потрудиться. — Ах, ты… — вампирша не закончила, расплываясь в слащавой улыбке и приседая так низко, что казалось она сейчас выскочит из платья.       Кайльте повернулся на шум и склонил голову, приветствуя мужа. — Эрис Драрэйн… — Доброго дня тебе, Кайльте. Вижу, ты уже успел познакомиться с этими придворными бездельниками. — Государь! — притворно возмущённо загомонили окружающие. — А как вас ещё называть? — удивился правитель. — Вы же только и знаете, что целыми днями сплетничать, да интриги затевать. — Ах, государь… — с придыханием проворковала соперница Кая, — вы, как всегда, правы. — Лорелея, не изображай роковую красотку, — чуть недовольно ответил Драрэйн, уже заметивший напряжённую позу мужа. — Тебе не идёт. Кайльте, позволь представить тебе одну из самых красивых дам моего двора, Лорелея Саан-Ти, первая статс-дама. — Очень приятно, — процедил сквозь зубы Лис, жалея, что не может вцепиться в тщательно уложенные волосы соперницы.       Дальнейшее пребывание в комнате напоминало игру словами, когда дамы и кавалеры пытались поймать на невежестве и глупости мужа правителя, Лис старательно обходил подводные камни, отвечая коротко и односложно, решив лучше показаться глупее, чем он есть, и бесился от подчёркнуто снисходительного взгляда правителя.       Начало жизни в столице, казалось, перечеркнуло хрупкое взаимопонимание, появившееся между супругами. Каю предстояло выдержать не один бой, пока он сможет добиться, если не всеобщей любви, так хоть уважения. ________ *названия трав и их свойства придуманы или выдернуты из интернета.