Smoking gun

На окраине Флемингстауна, что в шести километрах западнее Дингла, у дома, расположенного на шоссе N86, в это утро было не так спокойно, как в остальной части графства. Территорию оцепили на время расследования. Миниатюрные полицейские Рено 4, выкрашенные в нежно-ментоловый цвет, выстроились у ворот. Врачи вытаскивали из больших машин скорой помощи каталки. Из-за раннего времени –как-никак, без четверти семь — констебль не выспался, поэтому, вылезая из автомобиля, расплескал кофе на непромокаемую желтую куртку, зевнул, поправил фуражку, попросил у сотрудников скорой салфетку, отер одежду и, продолжая зевать, направился к старшему инспектору. Констебль прошагал по сырой земле и остановился у места скопления блюстителей закона. Парень с камерой делал снимки места происшествия, еще один закладывал в герметичный пакет гильзы патронов, женщина в шапке собирала мазки бурой крови инструментом, напоминавшим ватную палочку. Старший инспектор склонился над трупом мужчины, заложив руки в карманы брюк. Почувствовав подле себя какое-то оживление, тот глянул через плечо и, завидев знакомое лицо, устало кивнул. — Итак, — почесав затылок, завел речь инспектор, дождавшись, пока напарник не поравняется с ним, — кто стрелял, в кого стреляли и что они здесь не поделили… *** Возвращаясь обратно к побережью Атлантического океана мы снова попадаем на маяк. Здесь хоть и не боролись со сном и преступностью, но зато сражались за последний кусок ветчины. Вайолет опередила отца и с довольным выражением лица победителя зашагала в свою комнату, сжимая в руках тарелку с тостом и кружку чая. Бэну ничего не оставалось, как разогреть оставшиеся с вечера бобы. ***

She was a child and I was a child, In this kingdom by the sea And the stars never rise but I see the bright eyes Of the beautiful Annabel Lee*

Четыре строчки, коряво выведенные на линованном листочке. Отпивая чай Вайолет глядела на бумажку так, словно пыталась прожечь дыру. Плед в шотландскую клетку спадал с одного плеча, забирая с собою и ткань домашнего свитера, шерсть неприятно раздражала кожу. Листок подрагивал на ветру открытого окна, но Вайолет ни на что не обращала внимания, словно и правда была занята чем-то чрезмерно важным. На самом деле ее просто заботило написанное. Отрывок стихотворения, а точнее, хаотично выдранные из оригинального произведения строчки заставляли немного волноваться. Этот маленький сюрприз был явно оставлен Тейтом, хоть сама она и не помнила, как уснула и когда уходил юноша. Поэзия несомненно авторства Эдгара По — нужно очень постараться, чтобы спутать единственное произведение с этим женским именем в содержании с чем-то еще, — и тут-то и кроется вся суть вопроса и дискомфорта девушки: что хотел передать этими четырьмя строчками Тейт? Тему гибели молодой девушки, раскрытой самим поэтом или намек на симпатию, раз уж в произведении затрагиваются чувства По? Если первое, то страшит сама причина, а если второе, то пугает способ признания… Пока Вайолет размышляла, не глядя смахивая крошки со свитера, в дверь постучали. Оробев на пару мгновений, Вайолет кинула тост на тарелку, вытерла рот салфеткой и слезла с нагретого места, направившись к двери. Поворот защелки, и вот в коридоре уже видна фигура Тейта. Тот светился жизнью и бодростью. Поджав губы в улыбке, блондин протиснулся в комнату. — Что это ты тут делаешь? — с любопытством спросил тот. Вайолет скептически покосилась на говорящего, плечом прикрывая дверь. — Просто так двери не запирают, — продолжил намекать юноша. Вайолет улыбнулась. — Привычка наверное. Уже на автомате закрываюсь. Тейт протянул понимающее «м-м», обвел взглядом комнату, и только после заметил в руке Вайолет листок. Это что, смущение на его лице? Тейт забавно растянул уголки губ. — Упс, думал, ты заметишь мое послание раньше, и мы избежим этого неловкого момента. Вайолет склонила голову в умилении. — Очень милая интерпретация творчества По, — облизнула та губы, взмахнув листком. — Спасибо. Тейт широко улыбался, глядя на свои ботинки. — Ну что, ты готова? Вайолет было разинула для вопроса рот, но сдержалась, нахмурившись. Тейт молчал. — Готова к… чему? — медленно спросила та, чтобы вопрос плотно осел у него в голове, надеясь, что юноша все же ответит. — Как к чему? Я заказал нам экскурсию. — Экскурсию к-куда? Тейт многообещающе вскинул брови, залившись сладкой улыбочкой. Ничего не оставалось, как снова отдаться в опытные руки своего гида на этом континенте. Вайолет тяжело вздохнула. — И что на этот раз мне надо на себя надеть? Корсет и платье? Полицейскую униформу? — Был бы рад обсудить ролевые игры, но нам надо выезжать, если хотим быть вовремя. — Вовремя для чего? Тейт кинул взгляд, мол, я тебя умоляю, меня не так-то просто обхитрить. Вайолет улыбнулась. Что ж, попытка выпытать правду провалилась. Оба так и стояли друг напротив друга: она у двери, он у начала ковра. — Нет, серьезно, — возобновила речь Вайолет, — к чему и как мне готовиться? Тейт набрал воздуха в легкие. — Всего одна сумка… с вещами на ночь… Вайолет вытаращилась на юношу. — Мы с ночевкой?! — быстро зашагав по комнате, Вайолет лихорадочно откидывала пряди волос на затылок. Кажется, это не самый хороший знак… Тейт растерянно простаивал посередине помещения пока Вайолет наматывала вокруг него круги. — Что-то не так? Вайолет замерла. — Не так? — переспросила та. — Тейт, ты вечно таскаешь меня по каким-то местам, перед этим при этом редко уточняя, куда именно мы пойдем, а тут заявляешь, что я должна собрать сумку, хотя еще одиннадцати даже нет, и отправиться бог весть куда, но на этот раз еще и с ночевкой! Не стану упоминать, что убийц твоего дяди так и не поймали, а по этому самому дому таскаются посторонние люди! — будучи во взвинченном состоянии, Вайолет не заметила, как Тейт подвел ее к стулу и усадил за письменный стол. Поняв наконец, что она уже в сидячем положении, девушка замолкла, задрав голову и устремив взгляд на стоящего позади юношу. Легким движением руки Тейт выдвинул на середину стола стопку книг. Ее книг. — Посмотри сюда, — тихо заговорил блондин. Вайолет уставилась на тома, ожидая разъяснений. — Все эти герои, все они. Рэндл Макмерфи, Эстер, француз Мерсо из «Постороннего», Раскольников — разве все они не делали, что им вздумается? Разве они не совершали бесшабашных поступков? Разве они не бросились бы в пучину безумия, не уехали бы навстречу приключениям, бросив все и вся? — что-то такое в его спокойном размеренном голосе заставляло Вайолет поверить, что в общем-то в затее нет ничего криминального. — Давай, Вайолет, — она чувствовала и даже слышала его улыбку, он же чувствовал, что нашел правильный подход, — тебе понравится, обещаю. Если же ты передумаешь, то мы сможем всегда развернуть машину обратно. Вайолет издала какой-то слабый звук протеста. Тейт видел, что она все еще сомневается. — Просто доверься мне, — блондин опустился на кровать и развернул стул с сидящей на нем девушкой на сто восемьдесят градусов. Та опешила, вцепившись в подлокотники. — Пожалуйста. Разве я хоть раз тебя подвел? Разве увез черт знает куда и, ну не знаю, продал тебя на органы? Вайолет улыбнулась, переплетая пальцы рук на коленях. — А как же игры в сыщиков? Ты же хотел заняться этим. — Мы все совместим, — поспешил заверить ее юноша. — У меня есть план, но ты должна довериться мне. Я хочу, чтобы все было сюрпризом для тебя, поэтому не могу сказать, куда мы, но обещаю, что тебе понравится, — Тейт закусил губу. — Дава-ай. Вайолет сдалась. В его щенячьих глазах было столько надежды и мольбы. Ну как тут можно отказать? Девушка откинулась на спинку стула, облизывая губы и пытаясь спрятать улыбку. — Окей, но, — она и договорить не успела, как Тейт радостно подскочил с постели, ликуя от своей победы. Вайолет заулыбалась, - но, — продолжила та, — сначала мы должны сказать отцу. *** На их счастье — кому же захочется тащиться на самый верх маячной башни — Бэн как раз затаскивал в сарайное помещение истертые морские канаты, дабы заменить их на новые. Возясь с инвентарем, мужчина и не заметил подкравшихся подростков. — Пап, — прочистив горло окликнула девушка. Бэн встрепенулся. — О, Вайолет… и Тейт с тобой… — немного сконфуженно произнес тот, видимо, абсолютно не понимая всех этих резких смен настроений и перемены в отношениях между этими двумя. — Что-то случилось? — мужчина снова поднял тяжелые скрученные веревки. Вайолет снова откашлялась. — Пап, нам с Тейтом надо тебе кое-что сказать… Бэн бросил канаты, медленно разгибаясь. — Ты беременна, — заключил тот. У Вайолет отпала челюсть. — Пап… — Она беременна? — Бэн побледнел, переводя взгляд на блондина. — Па… — Тейт, это твоих рук дело? — запинаясь, продолжал обрывать тот дочь на полуслове. Вайолет спокойно поджимала губы, Тейт еле сдерживался, чтобы не улыбнуться. — Пап, стой… — Нет, это конечно хорошая новость… то есть, как же это… все так быстро… — Бэн замельтешил перед глазами подростков, игнорируя попытки Вайолет докончить фразу. — Тейт, ты хороший парень, — мужчина остановился напротив блондина, тот плотно сжимал губы, лишь кивая в ответ. Слова и догадки Бэна ему льстили, — и я очень надеюсь, что ты не бросишь Вайолет в таком положении… надо позвонить Вив… — снова принялся расхаживать тот. — Пап! — … теперь и с Полом породнимся… — Папа, я не беременна! — громко выкрикнула Вайолет. Все замолкли, Бэн остановился, с крыши пристройки, шумно расправив крылья, слетела чайка. — Как не беременна? — воскликнул Бэн так, словно недоумевал о банальных вещах, вроде закончившегося молока. Вайолет нарочито манерно развела руки в стороны, не зная, взбеситься ли или притвориться, что предположение ее не задело. Тейт, тактично отвернувшись, засмеялся в кулак. На воздухе без курток становилось прохладно, и Вайолет хотелось поскорее вернуться в дом. — Мы лишь хотели сказать, что… — Я везу Вайолет на экскурсию в графство Корк, — продолжил за нее Тейт. — Экскурсия вечерняя, так что, если позволите, мы бы остались в отеле с ночевкой… — Бэн раскрыл рот, но Тейт его опередил. — Я обещаю Вам, что номера будут отдельные, Вайолет верну в целости и сохранности, — мужчина молчал, видимо, переваривая услышанное. — Ирландия чудесная страна, разве можно упускать такой шанс познакомиться с природой и достопримечательностями? По глазам Бэна Тейт понял, что надавил на нужное место. Вайолет здесь не просто так, и даже если его собственные догадки о причинах и ложны, ей в любом случае нужно познакомиться с этим островом, и, что самое главное, ее отец это отлично понимал. — У меня нет сомнений по-поводу твоей затеи, Тейт. Делайте что хотите, — Бэн был словно в прострации. Забавно было наблюдать его в таком состоянии, словно он только очнулся ото сна и не совсем понимал, чего от него хотят, — но… — тот свел брови, на лице снова гримаса сомнения, — ты точно не беременна? — он развернулся к дочери. Вайолет закатила глаза, устало простонав, и почапала до заднего входа, растирая плечи ладошками. Ну все, теперь точно лучше уехать подальше на денек-другой, чтобы отец уж наверняка забыл об этом недоразумении… *** Утеплившись в вельветовую курточку на подкладке из овечьей шерсти, Вайолет довольно восседала на переднем сидении прогретого Форда. Хоть при выезде с участка Вайолет и заметила черный блестящий капот автомобиля, разительно напоминавший тот, что стоял на склоне в день убийства Хьюго, она тут же об этом позабыла, взволнованная от предвкушения сюрприза. Ну, подумаешь, сколько в одной стране может быть одинаковых машин? Несколько тысяч? Десяток тысяч? Форд катил по шоссе. Вид уже не вселял в Вайолет того первого дикого щенячьего восторга, теперь он просто тихо поражал. Больше всего впечатлил внушительный широченный овраг меж двух огромных холмов, весь в пятнах сиреневых, коричневых и оранжевых низеньких кустиков. При взгляде в лобовое стекло казалось, что Земля накренилась, что существуют лишь эти высоченные холмы и кусок неровного неба, а позади оставался маленький треугольничек Атлантического океана, словно капли собрались в огромной разноцветной чаше. От такой картины захватывало дух, останавливалось сердце, и так далее и тому подобное прямо до конца всего фразеологического словаря. Тейт молча наблюдал за тем, как Вайолет елозила на сидении, глядя то вперед, то назад, и улыбался, дожидаясь, пока первая волна ее восторга отступит. — Ну и как тебе в Ирландии? — юноша вновь выехал на трассу. — Безумие какое-то, — произнесла та, снова пристегиваясь. — Знаешь, по утрам у меня жуткая дезориентация. Выхожу на балкон или из дома и вижу все это обилие зеленого, вижу океан и поля и думаю: «Черт, где я?», — улыбнулась Вайолет. — Никак не могу привыкнуть к смене обстановки. И еще эти двухэтажные дома… так чуднó без небоскребов… — воздух в легких кончился, Вайолет выдыхала, радуясь и глупо улыбаясь, глядя на Тейта. — Я понимаю, что ты чувствуешь. У меня тоже так было поначалу. А потом наступило это чудесное принятия нового дома… мне кажется, тем, кто часто переезжал, легче приспособиться к новым условиям, — улыбнулся юноша, кинув взгляд на девушку. Та закусила уголок губ. *** На одном отрезке пути машина замедлила ход. Здесь стоял знак, указывающий на то, что в этом месте перегоняют стада овец, и надо сбросить скорость. Вайолет делала жалкие попытки отгадать куда ее везет водитель, но Тейт был непреклонен. Стекла авто запотели. — Туман, — прокомментировал Тейт, когда Вайолет ненадолго решила бросить свою затею, принявшись рассматривать пролетавшие мимо окрестности. Монотонно ныли включенные дворники. — Будет пасмурно. — Ты наврал, говоря отцу, что мы в графство Корк? — словно и не услышав его предыдущей реплики отвернулась от окна девушка. Тейт выдохнул, улыбаясь. Нет, она точно не собирается сдаваться. — Нет, это была правда, — аккуратно выбирая слова отвечал тот. — А заночуем действительно в отеле? Тейт принялся водить головой. — И да, и нет, — выдал завуалированный ответ тот. — Это как? — Ну Ва-ай, — с упреком простонал парень. — Экскурсия по замку? Тейт дернулся, рука соскочила с руля ниже, юноша задел гудок. Блондин сердито уставился на соседку. Вайолет улыбнулась, вскидывая руки. — Все-все, больше не достаю. *** Дорога все больше походила на проселочную. По обеим сторонам все чаще тянулись лесные массивы. По левую сторону, на небольшой полянке показались парнокопытные суффолкской породы, выведенные в Англии. Даже овцы в этой стране выглядят благородно: гармонирующие друг с другом черные копыта и морда, а кучерявая шерсть цвета топленого молока. Вайолет уцепилась за подголовник водительского сидения, разглядывая местную живность. — Тейт, смотри, овечки! Юноша развернулся, глянув на проскочивший мимо лужок, затем на Вайолет, и от ее умилительной мордашки блондин расхохотался. — Ты никогда не видела овец? — Не знаю, как у тебя в Чикаго, но по Нью-Йорку они не разгуливают. *** Асфальтированная дорога стала совсем узкой. Встречных машин и вовсе не было, не говоря уже о попутных. Вокруг не было видно ничего, кроме деревьев. Если так пойдет и дальше, то Вайолет, пожалуй, примет на рассмотрение идею с похищением… На все той же неизменной левой стороне показался двухэтажный домик, стоящий на пригорке поодаль от дороги. — Как думаешь, какого хозяевам жить в таком доме? Тейт повернул голову и поджал губы. — С водопроводом и в Сахаре жизнь хороша. — Ну вот представь, ты один в двухэтажном коттедже, а на милю ни одного соседнего участка, один лишь лес, холмы, да овечки. Ночью читаешь возле камина, и тут замечаешь в окне тень. Она движется ко входу, и вот уже кто-то орудует отмычками в замке… — Вайолет уселась на сидении, поджав под себя одну ногу, рассказывая все так, словно это была загадка на логику. Тейт улыбался, глядя на дорогу, — … ты вскакиваешь с кресла, но понимаешь, что еще минута, и тебя, возможно, убьют. Даже полицию вызвать не успеешь, ведь никто так скоро не доберется до твоего участка, и соседей нет, ни одного человека, кто мог бы тебе помочь. Ты один в этом доме… — Вайолет все еще видела улыбку на его губах. — Разве тебе не было бы страшно? Тейт откинулся на подголовник, мило глядя на девушку. — Неа. — Нет? — Нет, если у тебя есть заряженное ружье. Вайолет с удивлением уставилась на водителя. — У тебя есть оружие? Тейт поджал губы, снова следя за дорогой. — Скажем так, я умею стрелять. — Круто… — выдохнула девушка, сползая с сидения ниже. Такого ответа она не ожидала, а владение оружием делало блондина в ее глазах еще более опасным и привлекательным. И она с трудом понимала, какая эмоция перевешивает… *** Асфальт кончился, теперь они держали путь по едва различимой сельской дороге, а вдоль тропы, в ряд — стволы тянулись из земляных низеньких насыпей, обросших травой — прорастали тонкие деревья, обвитые плющом и лианами, словно провожая одинокий Форд. Точь-в-точь как в «Сонной лощине». Легкий туман тянулся у самой травы по обеим сторонам, словно подкрадывающийся хищный зверь, не предвещающий ничего хорошего. Брало в дрожь, и Вайолет невольно вздрагивала. По мере движения автомобиля туман все плотнел и сгущался, поднимался вверх, к стволам деревьев, к кустарникам и насаждениям, и вот уже исчезают из поля зрения крыши домов в оврагах и на дальних холмах. Вайолет все извивалась у окна, пытаясь что-либо разглядеть в окутывающей дымке. — Закрой глаза, — вдруг произнес Тейт, снижая скорость. — Зачем? — Если хочешь сюрприз, то закрой глаза и не открывай, пока я не скажу. По просьбе Вайолет поняла, что они уже приехали, поэтому, дабы ускорить томительный процесс ожидания, девушка зажмурилась, надеясь, что это действительно не граница береговой линии, и что ее сейчас не транспортируют в пластиковом контейнере куда-нибудь в Азию. Теперь работали слуховые рецепторы. Машина свернула, и послышался хруст гравия. Значит, не порт, значит, какой-то участок. Еще минута, и двигатель заглох, машина остановилась. — Можно открыть? — Еще нет. Вайолет ликовала в предвкушении, пожевывая внутреннюю сторону щек, чтоб не запищать. Дверца распахнулась, Тейт — или кто-бы там ни был — взял ее под руку, помогая выбираться из салона. Пахло сыростью и мокрой пожухлой травой. Тейт потянул Вайолет вперед и, сделав несколько шагов она наконец услышала заветные слова. — Открывай. С глупой улыбкой на губах Вайолет медленно разлепила веки. То, что сейчас находилось перед ней заставило ее еще раз проморгаться, так как поверить в реальность происходящего было довольно трудно. Прямо напротив возвышалась стена настоящего замка, серые холодные камни которого поросли мхом. Замок тонул в тумане и казалось, будто это все мираж, игра теней, света и легенд. Вайолет стояла с полураскрытым ртом. — Скажи что-нибудь. Тебе нравится? Вайолет покосилась на Тейта. Тот стоял рядом, заложив руки в карманы куртки, перекатываясь с пяток на носки. — Нравится ли мне? — переспросила та. — Нравится ли мне замок? Тейт, да это же просто сказка! А я ведь знала! Я так и знала, что это замок! — Вайолет толкнула Тейта в плечо. Тот засмеялся. Ну он и гад, она же ведь догадалась в машине! — Но как ты… и зачем… — Вчера ты сказала, что всегда хотела провести ночь в настоящем замке, чтобы были темные коридоры, каменные стены и все такое. Знаешь, сколько мне пришлось сделать звонков прежде, чем найти нужную крепость? — Тейт развернулся, шагая до багажника, Вайолет зачарованно побрела следом. — Большинство сохранившихся замков Ирландии, что переделаны в отели, имеют и соответствующий вид: стены оббиты деревом и заклеены обоями, ковролин на полах, — блондин вытащил сумку девушки, передавая ту ей, — кожаная мебель, креветки и шампанское в номер, — юноша поморщился, — я подумал, это все не совсем то, чего ты хотела. А этот, — кивнул тот на внушительное сооружение напротив, — частное владение. Пять самых холодных месяцев в году хозяева сдают замок, фирмы устраивают экскурсии с ночевками, поэтому изначальный интерьер старались особо не трогать, — захлопнув багажник, Тейт ткнул по кнопке, заблокировав двери, и, сунув ключи в карман и перекинув свою сумку через плечо, кивнул Вайолет в сторону входа. — Не забывай, мы можем уехать, если ты все еще сомневаешься, — напомнил блондин. — Шутишь что ли? Уехать? Да ни за что! — Вайолет завороженно почапала по мелкому, смешанному с песком гравию. Слышен был собачий лай, а где-то вдали шумно взлетали птицы. *** — Здравствуйте, мое имя Тейт Лэнгдон, я звонил Людвигу О’Риордану, — блондин разговаривал с молоденькой девушкой, сидевшей за переносным письменным столом прямо в фойе замка. Пока они общались, Вайолет задирала голову и оглядывала все, что попадало в поле зрения. С двух сторон от стола шла лестница на второй этаж, с высокого потолка свисала красивая старая люстра, стены сплошь из грубого камня, и кое-где привешаны светильники, напоминавшие старинные подсвечники. Украшениями служили симметрично развешанные гобелены и гербы, а вдоль лестницы — картины в рамах и фото. Вайолет плохо видела изображения, но, кажется, на одном снимке был подросток в мантии и шапочке выпускника. Вайолет улыбнулась. Что-то не похож он на ребенка герцога из четырнадцатого века… — … как Ваше имя, мисс? — обратилась к ней девушка за столом. — Вайолет Хармон, — ответила та, возвращаясь к теме беседы. Вдруг, что важное говорят. Девушка за столом сложила губы, постукивая ногтем по корпусу ноутбука. — Простите, но, кажется, мы отдали один из забронированных вами номеров другой паре. Свободен второй, и там тоже есть двуспальная кровать. Вайолет опешила, Тейт втянул воздух, запуская пальцы в шевелюру, затем выдохнул. — Позвоните Вашему хозяину, еще раз назовите ему мою фамилию, — стараясь контролировать гнев произнес юноша. — Двоюродная сестра мистера О’Риордана решила погостить в самый последний момент, так что, кем бы Вы ни были, статус семьи Вам не превзойти, — спокойно разъяснила ему ситуацию девушка. Тейт поднял взгляд на Вайолет, та молчала. — Нет, это нам не подходит, — после паузы заключил Тейт. — Всего доброго, — и оттолкнулся от стола, направившись к дверям выхода. — Стой, — произнесла Вайолет. Блондин замер. — Мы берем номер. *** — …полотенца в ванной, камин уже разожгли, если с дымоходом будут проблемы, просто позвоните, рядом с телефоном карточка номеров. Еду можно взять снизу и принести в комнату, если не хотите есть в общей столовой, — девушка вела подростков по коридору второго этажа. Вайолет молча осматривала стены и полы, еле пытаясь уследить за мыслью говорящей. — В полпятого экскурсия. Подробную информацию получите у женщины, которая будет вас ожидать, — девушка притормозила у одной из больших деревянных дверей с арочной фрамугой на манер средних веков и отперла ту не менее большим железным ключом, затем пропустила подростков внутрь, вложив в руку Тейта ключ, рассказала и показала все, что была должна, и также быстро удалилась. В камине действительно пылал огонь, вкусно пахло дровами. Вайолет скинула сумку на такой же каменный как и стены пол и зачарованно дотронулась до резных ножек большой кровати. Красный плед сочетался с алыми гардинами на окнах. Тейт заглянул в смежную комнату. — Здесь душ. — А еще одна кровать на двоих. Тейт вернулся в спальню, швырнув свою сумку на кресло у камина. — Это ты настояла, чтобы мы остались. Вайолет выдохнула, обошла огромнейшую постель и плюхнулась на нее спиной, раскинув руки. Тело провалилось в мягкий матрас, волосы распластались по покрывалу. Вайолет засмеялась, блаженно прикрывая глаза. — До сна еще далеко, может, они освободят тебе подсобку, — захихикала та, задирая голову и глядя на блондина. Тейт улыбнулся, стянул куртку, закинул ее на спинку кресла, дошел до окна, раздвинул гардины, впуская свет, затем сунул руки в карманы джинсов и обвел взглядом владения. Из окна открывался вид на западную часть территории: тонкие голые деревья возвышались прямо бок о бок с вечнозелеными насаждениями, туман сгущался у крон, отчего земли почти не было видно, зато виднелись припаркованные сияющие внедорожники других постояльцев. Вся эта обстановка напомнила ему одну шутку, рассказанную дядей… — Девушка сказала, что экскурсия в полпятого, а сейчас три двадцать. Может перекусим? — приподнялась на кровати Вайолет, перекатываясь на живот. Тейт отвернулся от окна, одобрительно закивав головой. Не успел он ничего сказать, как Вайолет слезла на пол и согнулась рядом со своей сумкой. Показался ее бумажник. — Что ты делаешь? — Деньги достаю. — Деньги для чего? — Хочу вернуть тебе долю за себя, –девушка откинула волосы назад. Тейт осуждающе поджал губы, склонив голову. — Прекрати, владелец замка — брат друга дяди. Все обошлось мне практически бесплатно. — Практически, — уточнила Вайолет. Тейт сощурился, затем облизал губы. Спорить с ней бесполезно, но есть и другой способ заставить ее понять, что не всегда оплаченный парнем свет нужно принимать как умаление достоинства девушки. — Давай так, — Тейт оперся о каминную полку. — Я расскажу тебе шутку, связанную с темой замков, и если ты улыбнешься, то ничего не должна будешь мне возвращать. Вайолет хотела было возразить, но потом подумала, что нет такой эмоции, которую бы она, профессиональная обманщица и врушка не смогла бы скрыть. Конечно она сможет не улыбнуться, что за дурацкие споры! Поправив пальцами волосы у лба и щек, Вайолет облизнула нижнюю губу. — Идет, - и, присев на край кровати, опустила локти на изножье, кладя подбородок на сложенные руки. Все, она готова слушать. Тейт широко улыбнулся, запуская пятерню в светлые кудри. Вообще-то в одном лишь свете огня от камина его волосы казались темными. А ему и темненьким идет… Тейт откашлялся. — Итак. Ты ведь знаешь «Собаку Баскервилей»? Отлично. Так вот, лорд осматривает замок Баскервилей. Обходит одну, две комнаты, спускается по лестницам, проходит мимо старых портретов. Всем доволен, все нравится. И говорит: — Я бы купил этот замок, но только если в нем есть привидения. В нем есть привидения? — Не знаю, — отвечает Бэрримор, монотонно полируя столовое серебро, — еще ни разу не видел здесь привидений, хотя живу в этом замке уже восемьсот лет… Окончив, Тейт сконцентрировался на реакции Вайолет. Та замерла на своем месте, голова по-прежнему на сложенных ладонях. Девушка глядела на блондина своими огромнейшими невиннейшими глазами, пытаясь сдержаться, но Тейт состроил такую милую мордашку, так тянулся вперед, пытаясь вытащить из нее эту дурацкую эмоцию, в глазах надежда и юмор, а на губах такая улыбка ожидания, что Вайолет просто не могла не развести уголки губ. Затем как в замедленной съемке появилась улыбка, а следом и тихой смешок. Тейт еще подался вперед, и от одного его вида Вайолет захохотала. — Да! Ура! — Тейт взмахнул руками, радуясь, словно забил победный гол в финале матча. Вайолет смеялась, опустив лоб на руки. — До чего же дурацкая шутка! Анекдоты вообще не твой конек. Поправляя волосы, что падали на лицо, Тейт смеялся, смущенный и счастливый. — Я должна позвонить отцу. — Тогда я схожу за едой. Поищу для тебя какао. Вайолет улыбнулась, провожая Тейта взглядом до двери. Ну надо же! Он помнит о ее любви к шоколадному молоку! *** Пол часа пролетели незаметно. Тейт расстелил овечью шкуру у горевшего камина, смеясь и хихикая оба уплетали теплый шепардский пирог и запивали какао. Через еще десять минут подростки уже стояли у западной лестницы, экипированные в куртки и головные уборы — у Вайолет была простенькая шапка шоколадного цвета, — дожидаясь, пока не подтянутся все постояльцы. Всего на уик-энды собралось семь человек: супружеская пара — женская половина которой состояла в родственных связях с владельцем замка — на обход территории не пошли, так как слышали все истории с самого детства, и, хоть их пятилетняя дочка и была в восторге от мрачной легенды замка, родители решили остаться в теплых помещениях возле каминов. К слову сказать, за все пребывание Вайолет в этом месте, девушка ни разу не слышала криков или жалоб от малого дитя. То ли безупречное воспитание, то ли генетика поспособствовала… Так что на прогулку по территории собрались лишь Вайолет с Тейтом собственной персоной, да пожилая пара. Мужчина — истинный ирландец: рыжая борода, добродушное лицо, смеющиеся живые глаза. Его жена напоминала королеву Англии на каникулах. Вся так называемая экскурсия заняла около двух часов. Вначале женщина провела всех гостей по территории, что была на наиболее близком расстоянии от замка, рассказала о том, что в первые годы после строительства — в пятнадцатом веке — замок являлся мощной крепостью, о чем свидетельствуют сохранившиеся каменные ворота и стены самого замка толщиной до двух метров, показала псарни, где держали знаменитых ирландских волкодавов, помещения для прислуги, поваров и сапожника. Первые два этажа замка функционируют, реконструкцию третьего так и не удалось закончить, а в восточном крыле крыша и часть стены в полуразрушенном состоянии, так что если подняться по винтовой лестнице северного крыла, можно увидеть зияющую дыру размером с небольшое озеро. Потрясающей красоты луга и поля, кромка озера с приветливыми крякающими уточками на берегу — эти существа выворачивали головы, прочищая оперение на спине, — лесной массив, окружавший с трех сторон территорию, огромные валуны вниз по склону и журчащие ручейки с ледяной водой, обтекающие старые каменные насыпи, и плотный, нависающий туман, он и сам напоминал ползущего, растекшегося по земле призрака. История замка проста, но жутковата, и поэтому-то и привлекает постояльцев. Много лет за владения велась борьба между кланами О’Браннонов и О’Кэрролов. В конечном счете, из-за постоянных нападений короля Килдара замок был частично разрушен, и лишь когда все права на землю перешли О’Кэрролам, конструкцию удалось восстановить. Затем началась кровная борьба за право наследования, и замок снова разрушили до нынешнего состояния. Женщина поведала гостям легенду о якобы сохранившихся потайных комнатах подвала, входы в которые так и не удалось обнаружить. Дело в том, что в середине восемнадцатого века предыдущие хозяева потребовали составить план замка, и конечный результат разительно отличался от действительной планировки. Замеры подвальных помещений не сходились с заявленными величинами. Более того, рассказывают, что младшие дочери владельцев жаловались на посещавшие их видения, якобы духи монахов требовали девушек пройти с ними и убрать из подвала кости. Тогда-то и всплыла легенда о О’Кэрролах, как они зазывали к себе гостей, а потом, сидя за ужином, скидывали ничего не подозревающих бедолаг в потайные люки в полу. Гости падали на острые шипы в эти самые потайные комнаты. При реставрационных работах в начале девятнадцатого века были вывезены четыре повозки с человеческими останками, а с началом реконструкции третьего этажа уже и сами строители нередко жаловались на появляющихся монахов, требующих пройти с ними и вычистить комнаты. — И по сей день постояльцы дома слышат жуткие крики, доносящиеся из подвала, а на этажах можно заметить темные фигуры монахов, ищущих людей, которые бы согласились пойти за ними… — с таинственной интонацией заверила женщина-гид. Тейт, на пару со старушкой и ее мужем, пришли в восторг от рассказов, Вайолет лишь закатывала глаза, продолжая утверждать, что все это спланированный маркетинговый ход для привлечения клиентуры и что звуки наверняка издает компьютерная программа, а тени — всего лишь плод человеческого воображения. *** С низменностей туман подтянулся к замку. После обхода территории на заднем дворе устроили охоту на фазана. Сестра хозяина и ее муж, к удивлению Вайолет, оказались добрейшей души людьми, относились к гостям как к ровне, шутили и старались увлечь беседой. В общем, истинные ирландцы. Муж — мистер Валентайн — вынес две охотничьи двустволки и коробочку дробовых патронов. От его кожаной куртки пахло дорогим парфюмом. Весь женский пол удалился греться чаем с молоком, с мужчинами осталась лишь Вайолет. Ей до жути хотелось поглядеть на настоящую охоту, к тому же, любопытно было посмотреть, как стреляет Тейт. Юноша поначалу держался в стороне, даже оружие в руки не брал. Под ногами вертелись охотничьи бассет-хаунды, тяжело дыша и оставляя дорожки обнюханной территории. Их свисающие уши смешно подрагивали при беге, как у слоненка Дамбо. Наблюдать за охотничьими навыками старшего поколения было одно удовольствие: собаки гоняли фазана средь зарослей терновника, птица взлетала свечкой, а потом летела по прямой, мужчины делали пару оглушающих выстрелов, пули пронзали тушки, и фазаны со шлепком падали наземь, бассеты затем находили по запаху рухнувшую с высоты птицу и, сжимая ее мощными челюстями, тащили обратно, к хозяину. Солнца не был видно весь день, плотная пелена из серых туч заволакивала небо еще с утра, так что сказать точно, сколько сейчас времени было трудно, но становилось зябко, холод и туман закрадывались под одежду, и Вайолет, устроившись на складном рыбацком стуле у стены замка, плотно сжимала воротник у шеи, натянув шапку пониже. Свежий ирландский воздух казался таким чистым и морозным, что пробивал дыхание, и казалось, что вот-вот закружится голова, и ты упадешь в обморок. Тейт вертелся рядом, зачарованно поглядывая на оружие в руках мужчин и, хоть и не признавал, но абсолютно точно хотел пострелять. Наконец, мистер Валентайн развернулся, стянул специальные наушники для охоты, выпуская пар изо рта, и улыбнулся Тейту. — Сынок, сколько тебе лет? — Девятнадцать. — С оружием обращаться умеешь? — А то! Услышав удовлетворительный ответ, мужчина вытянул руку с ружьем. Тейт буквально засветился и немного нерешительно дернулся с места. Вайолет тоже подскочила, зашагав следом, желая поближе познакомиться с волнующим ее аспектом личности знакомого. Ее место на стуле занял уставший от напряжения в мышцах рук пожилой постоялец. Мистер Валентайн передал Тейту двустволку, и юноша вновь переменился. Лицо приняло осмысленное выражение, взгляд посерьезнел, словно блондину предстояло собрать микросхему. Тейт ловко зарядил ружье двумя патронами, напоминавшими Вайолет пластиковые цветные колбочки или пробирки. Хозяин дал команду одной из собак, та помчалась к зарослям можжевельника, мужчина сам отошел и оттянул за собой и Вайолет, пристроившись чуть поодаль, дабы побыть простыми молчаливыми наблюдателями. Послышалось шевеление в кустах и хруст веток, собачье дыхание и биение собственного сердца, бассеты крутились вокруг, задевая по ногам хвостами. Фазан сиганул среди сосен, а затем взмыл ввысь, медленно и неуклюже полетев через открытый луг. С ружьем в опущенной руке Тейт быстро выдохнул, затем молниеносно вскинул оружие и нажал на спусковой крючок. Еще одна птица — еще один выстрел. Мистер Валентайн захлопал. — Браво, юноша, практически не прицеливаясь! Тейт широко улыбнулся, легким движением вытряхнув из ствола красные гильзы. Вайолет передернуло. Он действительно словно всю жизнь лишь этим и занимался. Столь отработанные движения, такая легкость. Как и с вождением машины, он будто и не прикладывал никаких усилий, будто родился с этими навыками. Тейт обращался с ружьем так вкусно, что невольно хотелось, чтобы он повторил все это еще раз. Оружие шло ему, как хорошо сшитый костюм идет бизнесмену. — Хочешь попробовать? Вайолет очнулась. Подняв взгляд с ружья к лицу юноши, она увидела добрые глаза парня, полные надежды и каких-то своих собственных мечтаний. Обращались к ней. Девушка покосилась на мистера Валентайна, тот сделал жест рукой, мол, пожалуйста, под надзором юноши все что угодно. — Иди сюда, — кивнул Тейт. Вайолет протопала резиновыми сапогами по сухой траве. — Я не умею стрелять. — Это не так сложно, как кажется, — его многообещающая очаровательная улыбка вселяла надежду. Пока Тейт ставил Вайолет в позу, пристраиваясь сзади, один из бассетов притащил мертвую тушку фазана, вторая собака тащилась позади, волоча за собой вторую птицу. Мистер Валентайн одобрительно почесал собаке шею и затылок, ожидая, когда можно будет дать следующую команду. Тейт раздвинул ноги Вайолет, указав, куда и как надо их ставить, затем перезарядил ружье, вложил оружие в руки девушки и, примкнув грудью к ее спине, приобнял, поддерживая левой рукой ствол ружья. — Когда ты нажмешь на спусковой крючок, будет отдача, ружье может больно ударить в плечо, поэтому сильнее прижми приклад к телу, — юноша поправил оружие, — вот так… — придерживая Вайолет за правую руку, Тейт подождал, пока собака снова не пустится в погоню за птицами, и опустил подбородок на плечо девушки. Сердце колотилось в бешеном ритме, и еще надо было понять, от близости ли юноши, или от первого в жизни контакта с оружием. — Перед самым выстрелом прицелься, сделай глубокий выдох и плавно нажимай… — шепнул юноша. Да тут дыхания не хватит, чтобы успокоить все нервные окончания! Треск сучьев, крик фазана, и вот птица взлетает навстречу своей судьбе. Вайолет набрала воздуха, чувствуя хватку Тейта на правой руке. Вдох — выдох — прицел — спуск курка. Плотно приставленный приклад смягчил отдачу, но, по неопытности, Вайолет все равно непроизвольно дернулась, и тут и пригодилась хватка Тейта, не давшая девушке совершить резкое движение. От волнения и перевозбуждения Вайолет и забыла о своей потенциальной добыче. — Вау, — только и сумела, что произнести девушка, выпуская пар в морозный воздух, протягивая ружье обратно старшему в компании. Тейт довольно улыбался. — Как плечо? — В порядке, — ответила та Тейту, поправляя съехавшую шапку. — Получите и распишитесь, — продекламировал мужчина, указывая на собаку, тащившую по земле тушку фазана. Вайолет уставилась на животное. — Это я сделала? — С первого выстрела, — довольно заключил мистер Валентайн, забирая из пасти бассета мертвую птицу. — Полагаю, никто не против фазанов в вине на ужин? — спросив, хочет ли еще кто-нибудь пострелять и услышав отрицательные ответы, мужчина и пожилой гость удалились с оружием и корзиной с добычей внутрь, передавая настрелянное кухарке. Темнело, водная гладь озера, что открывалась с этого ракурса, сияла уже по-ночному, туман был виден все отчетливее, словно становился ярче. Розовеющий кончик носа Вайолет напоминал олененка Рудольфа из чудесного детского рождественского мультфильма. — Ну что, все еще хочешь остаться на ночь? — дразнил юноша. Вайолет улыбнулась, склоняя набок голову. *** Ужин подали в общей столовой, но каждый мог взять себе порцию и уйти в любой уголок замка. В гостиной у камина грелись под пледами утренняя девушка, что показывала подросткам комнату, женщина, что проводила экскурсию, и пожилая пара. Где была счастливая семейная чета можно было лишь гадать. Вайолет с Тейтом времени не теряли и, отложив себе на блюда тушеного фазана с брусничным соусом и печеным картофелем, быстро направились в свою комнату, а прихватив с кухни две бутылки сидра, так и вовсе играли в нарушителей закона, хихикая и шикая друг на друга в полутьме коридоров на всем пути до комнатной двери. Ни когда они наслаждались отменной едой, распластавших на овечьих шкурах у вновь зажженного камина, ни когда приканчивали сидр, смеясь и болтая о всякой ерунде, ни даже когда по очереди принимали ванную — каждый пытался уличить момент, когда второй будет наиболее уязвим и оголен, — даже тогда эти двое не задумывались над тем, как они собираются ночевать в одной комнате. — Как думаешь, какой была бы реакция твоего отца, узнай он, что мы делили одну кровать? — спросил Тейт, стоя рядом с Вайолет у изножья, окидывая постель оценивающим взглядом. Девушка прыснула со смеху, одернула длинную ночную рубашку до голеней и поправила вязаный кардиган. — Думаю, он бы лишь спросил, не беременна ли я, — ответив, Вайолет прошагала до арочных окон и, открыв одну створку, зафиксировала ее в таком положении с помощью крючка. Тейт улыбнулся. — Твой отец такой классный. С одной стороны и любит тебя и опекает, а с другой вообще не давит своим мнением и чрезмерным контролем. Может быть и повторюсь, но такое очень редко среди отцов дочерей. Вайолет довольно улыбнулась. — Да, наверное поэтому я так его и люблю, — дойдя до правой стороны кровати, она откинула край толстого одеяла, залезая в этот кокон из слоев покрывал и спальных приндлежностей. Тейт колебался. — Я могу постелить себе на полу, если ты боишься… — Не глупи, залезай. С неуверенностью, но явным удовольствием на лице юноша забрался на постель, забираясь под одеяло. Укрывшись, оба замерли. Вайолет даже дышать боялась, настолько непривычным было присутствие кого-то еще кроме нее в одной постели. Оба сжимали край одеяла, лежа на приличном расстоянии друг от друга. После того, как Вайолет погасила настенный светильник, единственным освещением комнаты оставался горящий камин, покрытый копотью. Спустя пару минут прослушивания в полной тишине треска поленьев, Вайолет заговорила: — Давай уже пропустим это неловкое молчание. Тейт сам себе улыбнулся. — Ты точно не жалеешь, что я тебя сюда привез? Вайолет молчала, посасывая губу. — Знаешь, эти каменные стены и полы, вся эта мебель и старые подсвечники и люстры, эти гербы и гобелены — все это так навевает мысли о Средневековье, что мне сейчас кажется, будто я… не знаю… принцесса из какого-то знатного рода, лежу в своих покоях, а утром мне принесут кувшин с водой и оденут в чистое платье… чертова "Игра престолов"… Тейт засмеялся, Вайолет прыснула со смеху. — Надеюсь, ты не думаешь, что на этом приятные моменты кончаются? — спросил юноша, повернув голову на подушке. Вайолет глядела в потолок. — Я прекрасно помню, каким было твое желание. Девушка вскинула брови и, перевернувшись набок и подложив руку под голову, хитро улыбнулась. Глаза блестели в полутьме помещения. — Что конкретно ты предлагаешь? — Дождаться, пока все не уснут. Вайолет сложила губы, продолжая улыбаться, и снова откинулась на подушке. — Ты разбудишь меня, если я усну? — Непременно… *** Камин давно потух. От угольков исходили тонкие струйки дыма, синие тона ночного неба окрашивали стены комнаты. — Вай, ты спишь? — шепнул блондин. В ответ послышалось отрицательное мычание. Оба молча поднялись с кровати, высовывая ноги из-под одеяла. Вайолет в экстазе натягивала резиновые сапоги, глядя на улыбающегося Тейта. Ему тоже нравилась затея. Адреналин заиграл в крови как только впервые скрипнула входная дверь. Тейт чуть не засмеялся, потихоньку потянув на себя большое кольцо, служившее ручкой. В коридоре было пусто и темно, лишь лунные блики играли на каменном полу. Было холодно, и Вайолет порадовалась, что на ней был вязаный кардиган. Тейта, казалось, ничто не брало: на юноше были хлопковые пижамные штаны и такая же тощенькая кофта с пуговками у горловины. Ох уж это мужское кровообращение! Прикрыв за собой дверь, Вайолет почувствовала руку Тейта на своей, юноша уводил ее по коридору. *** Казалось, они облазили весь замок, а попытки не захихикать и не привлечь внимание лишь подливали бензина в бушующее пламя из эмоций. Вайолет казалось, что сейчас сбывается ее мечта, но момент ускользает от нее, кончается слишком поспешно… Обгоняя Тейта, Вайолет вдруг развернулась и закружилась, раскинув руки, окутываемая лунным светом. — Вот бы сейчас все обрушилось как в «Падении дома Ашеров», и мы бы умерли… молодыми и прекрасными… — прошептала та и засмеялась от экстаза, наверное, немного громче, чем того требовала ситуация. Тейт не хотел, чтобы Вайолет посчитала его нерешительным трусишкой, поэтому просто засмеялся, увлекаемый девушкой дальше по залам и холлам полуразрушенного замка. *** The Kills - Future Starts Slow Они бегали по этажам, задевали гордо возвышающиеся в полный рост рыцарские доспехи, роняли и ловили шлем, с ужасом на лице начиная тут же смеяться, зажимая рот ладонями, складываясь пополам от колик в животе, рассматривали вековые портреты герцогов и королей, обследовали, как казалось подросткам, «подозрительные» стены и ощупывали камни возле дверей дальних закрытых комнат, дергали за держатели факелов на стенах и вытаскивали корешки книг на полках гостиной, но никаких потайных ходов так и не обнаруживали, каждый понимал, что все это забава, но как же приятно было подурачиться, дать волю своим внутренним детям, которые, хоть и не успели еще перерасти в полноценных взрослых, но были уже на грани, как раз посередине… ведь так важно — подпитывать своих внутренних детей, иначе, без этой яркой энергии они и вовсе пропадут, зачахнут от боли и разочарований этого мира. Вайолет помнила о легендах, рассказанных об этом замке, и, хоть и не верила ни в одну из них, но все равно надеялась, что даже если и встретилось бы им что-то сверхъестественное, то Тейт бы обязательно ее защитил, был бы с ней рядом и ни за что не бросил бы. Возможно конечно, что все это детские наивные фантазии, но как приятно иногда помечтать о чем-то, что дарит покой в душе. Порой был слышен волчий вой, одна особь замолкала, подхватывала вторая, а в расщелинах лестничного проема было отчетливо уловимо завывание ветра. Взбираться на третий этаж было нервозно, не столько из-за таинственной обстановки, сколько из-за узкой винтовой лестницы, готовой, казалось, обвалиться в любой момент. Огромный холл украшала зияющая прореха в стене, на ветру дрожали тряпки, накинутые на средневековую люстру, что болталась на скрипящей цепи. Диск луны скрывала толстая пелена, а если запрокинуть голову, найти запад и подождать, пока серые облака сдвинутся с места, то можно было полюбоваться россыпью звезд — редкими гостями суетливых мегаполисов. Можно было до рассвета исследовать полуразрушенный этаж, но Тейт начинал волноваться за Вайолет, которую так и тянуло к дыре в стене. Как бы сильна не была ее вера в то, что все истории и призраках — бред, но всем, даже скептически настроенным людям хорошо известно о необъяснимой тяжелой энергетике старых мест, особенно тех, в которых кто-то умирал. Вайолет то так, то сяк подбегала, приближалась и кидала взгляды в сторону бреши, пару раз даже подходила к краю, глядя на спокойную озерную гладь, на нежно-розовые кустарники спиреи, высаженной вдоль стены замка, Тейта каждый раз словно током шибало, тот кидался к девушке, словно к маленькому ребенку, которому требовался зоркий глаз, а Вайолет лишь смеялась и убегала, отбрасывая хрупкие тонкие тени на потертые, видавшие виды каменные стены… Вайолет и сама казалась Тейту призраком, недосягаемым миражом, к которому можно приблизиться, но нельзя дотронуться. Пробегая за ней по очередному полутемному коридору, он смотрел за ее волосами, рассыпающимися пепельными прядями по светлой кофте, наблюдал, как колыхались края ее белой ночной длинной рубашки. Возможно, именно одежда рождала такой образ, раз черных сапог не было видно, и создавалось впечатление, что она парит, вовсе не идет. Вайолет и правда казалась ему ангелом, казалась слишком чистой для него, для того, чтобы ступать по этой грязной, загноенной пороками, злобой и агрессией земле. На нижнем этаже, за поворотом, между колонной и небольшим окошком было пространство. Что-то переклинило, и Тейт рискнул, схватил Вайолет за руку, привлекая к себе, пристраивая ее тельце в этом закутке. Вайолет давались лишь тяжелые вдохи, от бега и адреналина сбилось дыхание. Ее личико, казавшееся призрачно-белым, словно туман, и было высоко задрано, его глаза тонули в ее. В таких живых, в таких умных и понимающих. В таких красивых глазах. — Знаешь, что меня поразило? — Нет, не знаю, — легкая улыбка на ее губах завораживала. Казалось, ей нравилась ситуация, словно она ожидала от него этого поступка весь вечер. — Твое поведение на охоте. Ты ни разу не колебалась, ни разу на твоем лице не промелькнула и тень сомнения. То, с каким рвением и уверенностью ты спустила курок. Ты убила живое существо без капли раскаяния… — шепот Тейта был наполнен страстью и боготворением, словно он поклонялся ей, как раньше почитали божественных существ, принося им жертвоприношения. Вайолет залилась улыбкой, грудь все еще вздымалась и опускалась. Она никак не могла отойти от бега. Тепло исходило от Тейта, а от того места, где рука сжимала талию, распространялся жар. Вайолет вновь подняла взгляд. Он смотрел на нее так интенсивно и сосредоточенно, словно искал какой-то ключ, разгадку какой-то тайны. От этого взгляда становилось не по себе, хотелось выдохнуть, но словно ком застрял в горле, и она попыталась отвернуться, но Тейт запустил ладонь в ее волосы, мягко удерживая ее голову на месте, склоняясь до тех пор, пока вновь не поймал ее взгляд. Кожа приятно покалывала под касаниями его пальцев. Тейт медленно облизнул губы, зачарованная, Вайолет зеркально повторила действие. Еще какая-то доля секунды, потраченная им на попытку рассмотреть хоть один процент сомнения, и, прикрывая глаза, она наконец-то чувствует легкое касание его губ на своих. Сердце словно сделало один большой скачок вдоль всего тела и вернулось на место, тепло мгновенно разлилось по венам. Не зная, куда деть руки, Вайолет подняла их к плечам юноши, его руки так и продолжали сжимать талию и массировать голову, приятно зарываясь в волосы. После первого пробного касания губ Тейт замер, чуть отстраняясь, заглядывая в ее лицо. Вайолет растерянно глядела перед собой. Тейт улыбнулся, снова склоняясь над ней. Касания губ стали более настойчивыми, Тейт улыбался, чувствуя, как колотится ее сердце. Вайолет втягивала воздух, но не дышала в привычном понимании слова, боясь, что если она хотя бы попытается пошевелиться, то все исчезнет. Его губы были такими мягкими и теплыми, а действия такими отточенными, он точно знал, что и как надо делать. — У меня ноги подкашиваются, — пробурчала та сквозь поцелуй, крепче сжимая шею юноши. Улыбка продолжала играть на его губах. Ее сердце снова подскочило, когда из него вырвался гортанный стон блаженства, и вибрация прошла по тонкой коже губ. Все смелее и смелее Вайолет подтягивала руки к его волосам, запуская пальцы в мягкие кудри, притягивая его голову ближе. Когда несколькими жалкими минутами ранее ей казалось, что ее желание сбылось, что ночные блуждания по каменным коридорам и есть предел ее мечтаний, то только сейчас она действительно прозрела. Вот, о чем она грезила — первый поцелуй с тем, кто ей действительно нравился, да не абы где, а в самом настоящем замке, словно она и правда была принцессой, хранившей чертову тучу секретов, а он — ее прекрасным, странным, немного пугающим принцем, которому не нужны были ни белогривый конь, ни богатство, чтобы покорить ее сердце.