Recovery

      -Ты же понимаешь, что я не могу оставить господина Мориарти на несколько дней у себя? - Скорее констатируя факт, чем спрашивая, сказал доктор Морану, глядя на него исподлобья. - Я сильно рискую, наверняка уже все в городе знают о произошедшем, - под «все» явно подразумевалась элита преступного мира, один из представителей которой и похитил Джеймса, - там, где я работаю, ему тоже делать нечего, думаю ты представляешь реакцию, очнись он в палате, с его — то отношением к больницам. Однако господину Мориарти нужен постоянный присмотр: нужно менять повязки, обрабатывать швы и всё в этом духе. Справишься? - обратился врач к Себастьяну садясь на диван напротив него в огромной гостиной собственного дома.       Только что он и ещё пара хирургов, которые были вызваны в срочном порядке после звонка от Морана, закончили «сшивать» Мориарти. Теперь они убирали инструменты и следили за изменением состояния пациента. Доктора провозились в домашней операционной их глав-врача часа 3.       -Вино, виски, коньяк, чего покрепче? - Предложил хозяин дома, вальяжно закидывая ногу на ногу и откидываясь на спинку. -Кофе... - усталым голосом человека, не спавшего практически два дня, ответил Себастьян, прижимая ладони к усталым глазам, ставя локти на колени. Мысли в голове были как — то несвойственно военному человеку спутаны после резкого выплеска адреналина в кровь. -Хм.., - врач сказал своей «секретарше» принести им две чашки крепкого кофе. Ну как секретарша, девчонка, едва отметившая 20 лет, ночью расхаживающая походкой элитной проститутки по дому человека с деньгами в настолько короткой юбке, что видны кружева чулок, явно не похожа на секретаршу. Хотя может как раз на неё и похожа, учитывая то, какое представление о молодых девушках этой профессии людям даёт кинематограф и порносайты, - и так, ты уже знаешь куда отвезёшь господина Мориарти? - Себастьяну явно не нравилась идея возиться с его истеричным боссом с замашками человека с комплексом власти и синдромом собственной важности, ведущим себя время от времени как эгоистичный забалованный ребёнок, привыкший получать всё и вся только щёлкнув пальцами. Но сейчас выбирать не приходилось, нельзя было кидать самого Джеймса Мориарти кому попало — это Моран знал точно.       На Мориарти могли спокойно работать люди, которые лично с ним никогда не встречались. С некоторыми из них он вёл разговоры через посредников, с некоторыми предпочитал связываться по скайпу, отключая видео- и голосовую связь, с некоторыми - по СМС с телефона с нераспознаваемым номером, невидимым для спутников. В лицо его видели лишь немногие из нанятых людей. Морану он открылся через полгода после того, как снайпер стал работать на него. Связь происходила по электронной почте: Мориарти отправлял фотографию человека, которого было необходимо убрать, Себастьян высылал через некоторое время фото этого же человека, только уже с перерезанным горлом, либо с дыркой от пули во лбу.       Шесть месяцев назад Моран, сидя в баре от нечего делать, так сказать, поминал одного из своих убитых коллег, не вернувшегося с задания, на сколько он слышал, хоть и виделись они только пару-тройку раз. Дома сидеть было скучно, заданий не было уже недели четыре, однако и пить тоже не хотелось. Моран полулежа на барной стойке крутил в руке бокал Jack Daniels со льдом, внимательно, насколько казалось со стороны, вглядываясь в жидкость цвета янтаря, как к нему подсел человек, по видимому невысокого роста, с чёрными, зачёсанными назад волосами, тёмно-карими глазами и невероятно, даже для Лондонского климата, бледной кожей. Одет он был с серое пальто со стоящим воротником и костюм, явно стоящий дороже, чем всё это заведение, хоть оно само по себе являлось довольно таки приличным. Словив себя на том, что рассматривает своего соседа слишком пристально, Моран переключил внимание обратно на бокал с почти растаявшим льдом.       -Ну неет! Просто виски и всё?! Скуучно, с твоим то заработком... - нараспев проговорил брюнет, ложась на барную стойку, точно копируя Себастьяна. - Эй, - окликнул он одного из барменов, - налей-ка нам два бокала Уор’с Винтаж Порт где-нибудь шестидесятых-семидесятых годов! - Услышав название, озвученное клиентом, бармен моментально подлетел в заказавшему самое дорогое и ценное из вин, имеющихся у них на складе       -Да, сэр, сию секунду, сэр! Ещё чего-нибудь, сэр? - Встав по стойке смирно протараторил мальчишка-бармен.       -Не-а...       Моран уже начал прикидывать, во сколько ему обойдётся напиток.       -Ээ, прости, парень, но меня не интересуют подобные знакомства. - Снайпер однозначно скосил взгляд на человека, в упор его рассматривающего своими большими карими глазами, хищно при этом улыбающегося. -Какие такие знакомства? - Совершенно другим голосом, нежели несколько секунд назад ответил брюнет. Его брови нахмурились, улыбка сошла с лица, а глаза стали ещё более тёмными, но при этом сохранилась общая ироничность выражения его лица. Да, этот незнакомец умел выглядеть устрашающе. У снайпера по позвоночнику прошла дрожь - Ты ведь знаешь, что его убили, Себастьян. Моего ценного сотрудника. - Как - то по особенному выдохнул это имя незнакомец. - У него в подчинение было двое людей, вместе они были практически моими телохранителями, а не просто кучкой мальчиков с пушками, - резко подавшись вперёд, ровным, почти урчащим шёпотом, однако в любую секунду готовым сорваться на крик, пропел брюнет на ухо Морану, держа руку у того на плече. Сохраняя спокойствие, Моран, повернулся лицом к теперь уже не незнакомцу. Взгляд холодных голубых глаз встретился с глубоким адом карих. Между их лицами было от силы пара сантиметров. -Босс? - выдохнул снайпер. И снова, сменив гнев на милость, брюнет хлопнул Себастьяна по плечу и повернулся к бармену, принёсшему им бутылку вина. Это был уже другой бармен, он был старше и, следовательно, гораздо опытнее предыдущего. Видимо, слух о клиенте при деньгах моментально дошёл до администрации и к нему послами соответственно более статусного сотрудника для обслуживания.       Мориарти не стал растягивать удовольствие и залпом выпил бокал дорогого напитка.       -Ты теперь за него. Встретимся завтра, там, в 10, - Мориарти сунул Морану в карман куртки листок с адресом, расплатился за всю выпивку, в том числе и за виски Себастьяна, и, оставив щедрые чаевые, молниеносно вылетел из бара. В данный момент выпить Себастьяну было жизненно необходимо, ибо просто так всё произошедшее переварить не получилось бы.       Таким образом прошла их первая встреча. Просто так, в баре, располагающимся недалеко от квартиры снайпера. Сколько она продлилась сказать Моран точно не может. Тогда он просто потерялся во времени. Это было как посмотреть в лицо смерти во плоти и сбежать от неё. Плюс к тому, сказать, что снайпер представлял своего босса не так, значит ничего не сказать. Когда в компании друзей по работе, тоже ни разу не видевших Мориарти, обсуждалась тема его внешности, почему-то большинство строили предположения, что это седой полу-лысый старик лет 70 в шерстяном костюме, в очках, с аристократичной старомодной тростью, худой и высокий, говорящий скрипящим змеиным голосом. Себастьяну хоть и было всё равно, на кого он работает, лишь бы платил деньги во время, но этот образ прочно засел у него в голове и никто другой уже не ассоциировался с Джеймсом Мориарти. Так что увидеть своего босса как он есть было слабо говоря взрывом для мозга и переворотом вселенной. Моран ещё долгое время не мог свыкнуться с тем, что человек, на которого он работает именно такой: молодой, наверное даже моложе него самого, ниже почти на голову, с непонятным характером, замашками и привычками, вот так запросто проделывающий различные математические операции с просто невероятными числами быстрее калькулятора, когда ему становилось скучнее обычного подолгу сидеть в машине, добираясь куда-нибудь по работе.       Что ж, возвращаясь из воспоминаний в реальность — Джеймс Мориарти лежит в подвальной операционной чёрного хирурга. С утра, то есть уже где-то через часа 3-4 его надо будет увезти на другой машине, а не на которой Моран до сюда добрался, куда-нибудь отсюда (ту машину после подобной поездки надо перекрашивать и менять номера, хотя надёжнее будет подпольно пустить на запчасти). «Куда-нибудь» - это туда, где живёт Себастьян, потому — что про себя он знает точно, что не сдаст собственного босса за деньги тем, кому тот нужен, чего нельзя со стопроцентной уверенностью сказать о других сотрудниках.       -Морааан, - окликнул врач слишком долго думающего снайпера, - ты там не уснул? Я спросил, ты знаешь, куда отвезти господина Мориарти?       Себастьян отнял ладони от лица, его кофе уже стоял перед ним, видимо он думал дольше, чем ему казалось       -Знаю. - Он взял чашку со стола и сделал большой глоток горячего бодрящего напитка. Жидкость приятно согрела горло наёмника на секунду даря ощущение уюта и покоя.       -И ты конечно же мне не скажешь. Ну да, ну да! - Наиграно раздосадовано всплеснул руками док.       -Сэр, у Вас есть машина?       -Та, на которой приехали мои парни, - сказал врач про хирургов, помогающих ему с Джеймсом, - они подбросят, я думаю.       -Лучше я подброшу, потом от Вас заберут машину обратно.       -Делай, кааак хочешь... - Махнул врач рукой на снайпера. Его недоверие по отношению к собственной персоне раздражало не только доктора. Моран очень часто бывал даже излишне осторожен и предусмотрителен, зато никогда не давал осечек. Так например он поступил и с одним из двух своих подчинённых несколько часов назад, подорвав его в автомобиле, чтобы оторваться от преследования. Сейчас Себастьян понимает, что были ещё и другие варианты спасения босса и себя самого, но тогда единственным верным решением казалось перекрыть дорогу людям подпольного бизнесмена взрывающимся автомобилем.       5:30 утра. Воскресенье. Середина октября. По окнам мелко постукивает прохладный дождь. Два молодых хирурга поднимаются из подвала на первый этаж дома в гостиную. Они говорят что-то, про стабилизированное состояние и ещё много всяких медицинских терминов врачу. Снайпер лежит на диване в почти спящем состоянии пряча глаза от режущего сквозь веки белого освещения в сгибе локтя. За время ожидания он успел выпить ещё пару кружек кофе, что уже не справлялись со своей задачей снимать сонливость. Док написал на листке все рекомендации для Мориарти Себастьяну, когда, что и куда вколоть, чем обрабатывать швы, чем гематомы, когда и как менять повязки, какие капельницы и как ставить, сказал, в случае чего и как очнётся звонить ему, а очнуться пациент должен в промежуток времени от трёх дней до недели, потом он отправил своих рабочих за носилками чтобы доставить «господина Мориарти» к автомобилю.       Себастьян, подбросил хирургов до метро. Сам поехал домой, бросил машину в соседнем дворе. 6:50 — солнце только недавно начало всходить, на улицах никого, город спит, 90 процентам населения не надо на работу в этот день. Моран подхватил Джеймса на руки и быстрым шагом направился к собственному подъезду. Консьерж спит при включённом радио в своей маленькой будке. Себастьян поднимается на лифте на свой этаж, кое-как открывает дверь собственной квартиры. Несёт босса в свою спальню, укладывает на незаправленную двуспальную кровать, накрывает одеялом. Умывается, смотрит на себя в зеркало: красно-жёлтые глаза, пятидневная щетина и впалые щёки в сочетании явно никого не красят. Берёт большую спортивную сумку, возвращается обратно к машине, едет к дому босса, нужно взять некоторые из его вещей: одежду для сна, пару джинсов (они у него всё-таки есть), пару костюмов “Vivienne Westwood”, если тому, кода он очнётся, срочно приспичит прогуляться при полном параде, зубную щётку, бритву, ноутбук, какую-то книгу про криминалистику, которую Джеймс не успел дочитать, ибо его похитили. Вроде всё. Вернуться к доктору. Моран тратит на путь к его дому по свободным дорогам меньше часа. Забирает рабочий внедорожник, снимает номера, перекладывает вещи и оружие в разобранном виде из бардачка и багажника в ту же сумку, в которую недавно сложил вещи Мориарти. Отвозит автомобиль в салон, который переправляет машины, естественно не целиком, а по частям, за границу на продажу. Своим ходом добирается до ближайшего круглосуточного кафе, вызывает на его адрес такси, пока заказывает яичницу, пару тостов и очередную кружку кофе. В небольшом магазинчике через дорогу покупает три пачки сигарет и новую зажигалку. Садится в подъехавшее такси, называет адрес дома от которого пару кварталов пешком до его собственного. Ненадолго засыпает по дороге. Пока пешком добирается к своему подъезду, выкуривает сигареты три. Здоровается с консьержем. Квартира. Диван. 10:05. Моментально заснуть.       Первые дни Моран чувствует отвращение. Теперь он однозначно не понимает тех, кто по доброй воле идёт работать в больницы помогать ухаживать за пациентами. Смены повязок, дезинфицирование швов, катетеры, всеми горячо любимая зелёнка, необходимый антисептик, мазь, чтобы не осталось шрамов, капельницы с мед.водой, парентеральное питание*, обработать синяки, морфий, инъекции антибиотиков и т.д., и т.п. Плюс к тому, больного нужно мыть, добавляя в ванну специальный обеззараживающий раствор, аккуратно переодевать, и также аккуратно переворачивать, чтобы не образовались пролежни. Зато размеры аптечки у Себастьяна увеличились раз в 7 и появилось необходимое оборудование, чтобы ставить всякие там эти капельницы. Теперь в его спальне помимо запаха сигарет, насколько ему кажется, прочно въелся клинический запах лекарств. На пятый день уход за боссом превращается в рутинное занятие, которое уже делается на автомате, как само собой разумеющееся. Моран почти не бывает на улице, выходит только по необходимости — продукты, лекарства, сигареты. Он ни с кем не говорил эти дни, только отчитывался по СМС лечащему врачу босса о его состоянии.       Мориарти становится лучше, хоть его внешний вид и оставляет желать лучшего, гематомы начинают постепенно рассасываться, спадают отёки с мест, где синяки и ушибы были особенно сильными, швы ровно рубцуются. Что примечательно у Джеймса были только сотрясение мозга и перелом пары рёбер, руки и ноги остались целыми несмотря на то, что были все сине-серые от синяков. Вообще гений преступного мира был довольно живучей тварью — ему не требовалось находиться на искусственном жизнеобеспечении, в то время как любой другой человек его телосложения впал бы в кому и не смог самостоятельно дышать из-за повреждений внутренних органов, либо вообще умер если не от болевого шока, то от внутреннего кровотечения однозначно. Любой другой, но не Мориарти. У того ни только не были серьёзно повреждены внутренние органы, но ещё и всё невероятно быстро срасталось без каких - либо осложнений. Он даже иногда подавал другие признаки жизни, помимо дыхания — хмурился и что-то бормотал во сне, сжимал кулаки, была даже попытка самому повернуться на бок, что было во время капельницы, поэтому Моран вернул его обратно на спину, дабы не выдернуть катетер**. Себастьян в тот момент уже надеялся, что его босс придёт в себя и забот по присмотру/уходу за ним станет в два раза меньше - но нет - он просто продолжил спать под действием морфия. Врач говорит, это нормально для данного состояния, он ведь не в коме, а между ней и простым сном, поэтому Джеймс может видеть сны и реагировать на внешние раздражители.       Вечер пятницы. Солнце начинает заходить, окрашивая небо в холодный розовый свет своими последними на этот день лучами. Себастьян сегодня курит намного больше, чем обычно, хотя недели две назад он вновь давал самому себе обещание бросить это дело. Моран сидит на своей кровати спиной к боссу, лицом к окну, из открытой форточки которого доносятся звуки улицы: старшеклассники и студенты, возвращающиеся домой с дополнительных занятий и пар, офисные работники, медленным шагом плетущиеся домой, парочки, собирающиеся на свидания, ещё молоденькие девушки и уже несколько лет как хранительницы домашнего очага, несущие сумки покупок, и одновременно трещащие по телефонам, такси, автобусы, звонки велосипедов, звуки роликов по асфальту, плач какого-то ребёнка. Квартира Себастьяна на семнадцатом этаже, но у него, как полагается элитному снайперу, острые и слух и зрение поэтому, когда он откидывается на кровать, пристраивая для удобства шею на голень Джеймсу, укрытую тонким одеялом, закуривая сигарету уже из четвёртой пачки и прикрывая глаза, он может отличать некоторые из этих звуков от общего гула жизни Лондона.       Моран включает телевизор, по одному из государственных каналов Breaking News. Кто-то взорвал какой-то нежилой заброшенный многоквартирный дом, несколько дальше по шоссе от того места, где взорвался автомобиль на прошлой неделе. Как странно, кто-то что-то взорвал, и этот кто-то явно не человек Мориарти. Себастьян ухмыляется, делая глубокую затяжку и через секунду выпускает сигаретный дым носом, привычно сухо царапая дыхательные пути и горло. Все, кто работает на его босса сейчас тихо сидят по домам, наподобие Морана, выходя только по необходимости. У многих начинает развиваться паранойя. Джеймс Мориарти для них находится неизвестно где, их никто не защищает, есть и те, кто уверен в том, что начальство мертво и теперь перебьют и их самих.       Снайпер лежит так ещё минут двадцать, прикрыв веки, слушая новости, докуривая ещё, а следом и ещё одну сигарету. Он всё же надеется, что запах никотина в его спальне перебьёт этот противный больничный. Вдруг откуда-то правее раздаётся тихий болезненный стон. Моран срывается с места, отрывая голову от импровизированной подушки, поворачивается корпусом к боссу и внимательно всматривается в его лицо. Тот опять пытается самостоятельно двигать руками, поворачивает голову, хмурится, видно как под веками бегают зрачки, хрипит и первый раз за всё время приоткрывает глаза.       -Сэр...- немного хрипло после -дцати сигарет за это день и долгого молчания на протяжении нескольких дней зовёт Себастьян своего босса. Тот поворачивается в сторону голоса, медленно фокусируясь на его обладателе.       -Мм-мф — раздаётся непонятное от Мориарти. Он несколько неуклюже поднимает руку чтобы потереть глаза, жмурится от боли так и не приводя в исполнение задуманное. Его врач сегодня с утра сказал перестать колоть морфий.       Моран вскакивает с постели, выбирает номер доктора, стоящий на быстром наборе.       -Он пришёл в себя, док.