Сказал Гаррет

* – Ты что здесь делаешь?! Из созерцательного состояния Гаррета вывел грубый мужской голос. Мастер-вор, не вставая с колен, уставился на стражника, застукавшего его в одном из коридоров Дома Цветов. В неверном сиянии свечей, переминаясь на розовых лепестках, окутанный ароматической дымкой благовоний и лишенный возможности утолить свою страсть с гетерами, тот выглядел крайне агрессивно. Однако вопреки профессиональной привычке удирать при первой же опасности, Гаррет и не думал отлипать от двери. – Я весь в черной коже, у меня внешность опиумного наркомана и я подглядываю за девицами в замочную скважину. Очевидно же, что я клиент Сяо-Сяо! – О, – взгляд охранника прояснился, – простите, сэр. Гаррет манерно взмахнул пальцами, отгоняя стражника, и вперился в скважину. В комнате, окутанной интимной полутьмой, на шелковом покрывале посреди просторной кровати, одинокая и беспомощная, лежала изумрудная брошь. Гаррет томно вздохнул. * – Человек – не остров, Гаррет, – Королева попрошаек стояла за спиной Гаррета, который пытался вычислить, как это слепая старуха сумела забраться так высоко в его убежище в Часовой башне. – Чтобы быть одиночкой, нужно кого-то сторониться. А если моя остроумная метафора не затронула твою душу, подумай вот над чем: измененным Прималью не нужны ни одежда, ни украшения. Среди них нет ни ювелиров, ни благородных красавиц, а раз некому будет изготавливать драгоценности, некому будет и носить. Всё, на что они будут способны – таскать пластмассовые бусы. И то серийного производства. – Мрак какой-то, – сказал Гаррет и внутренне содрогнулся. * Гаррет спустил ноги с кровати и охнул, по-стариковски схватившись за поясницу. Колени хрустели и отказывались сгибаться. Ничего удивительного. Вчера он несколько часов лазал по литейному заводу Барона не вставая с корточек. Да и в Городе из-за проливных дождей разыгралась сырость, вредная для перегруженных суставов. – Возьму воровской больничный, – сказал Гаррет, намазал колени лечебной мазью и остался дома.