Lejana y cercana

,,,,,, Четвертый день они пробирались по буеракам глухого уральского леса. Две грунтовки, залитых талой водой, аккуратно обошли. Погони уже не боялись, даже вертолеты МЧС над пармой уже не летали. Просто к колее было не подойти. Вода и грязь. Охотничью чемью – полуразвалившуюся маленькую избушку аккуратно осмотрели. Под лежанкой обнаружили спички и топор. И то, и другое оказалось кстати. Свои запасы из НЗ подошли к концу. Поужинали поднадоевшей жареной медвежатиной, разогретой в кипящей воде. В сотый раз Сергей обозвал себя идиотом. А они ещё хихикали над Бизоном! Дескать, умора, без куска сала в бой не шел! Молодые самонадеянные кретины! Кусок сала… Хоть бы шоколадка какая-нибудь, так нет. Связь молчала. Впрочем, это уже стало некой нормой. Выходить из леса ребята опасались. Саиева и его банду они бы разнесли, но против волкодавов из спецназа ВВ или той же «Альфы» у них не было бы ни шанса. А приказ «Живыми не брать!» они из укрытия рядом с тем прииском слышали очень хорошо. Было совершенно непонятно, кто друг, а кто нет, и, при всем этом, задачу-то никто не отменял. Ночь была привычно дерганой. Спали по очереди, но Физик видел, как Олеся вымотана. Не дать девушке поспать было выше его сил. Утро встретило неожиданным сюрпризом. Физик сначала решил, что подвинулся умом. Разбуженная Ума окрысилась было на Серегу, но, вместо ругани, подхватила свой АК, щелкнула предохранителем. Перед избушкой стояли какие-то странные люди в старинной одежде. Кафтаны, шапки с остроконечными шлыками, бороды. В руках – старинные пищали. - Люди добрые, поздорову ли… , - начал тонким козлиным фальцетом пожилой калмыковатый дядька в шелковом одеянии, но тут же осекся, получив от своих товарищей тычок в спину. - Привет! – вперед выступил жизнерадостный крепкий молодой мужик в красной выгоревшей шапочке-тюбетейке. Физик оценил висевший на шее улыбчивого хороший охотничий карабин, - мы из города Елец, клуб «Копье». Идем историческим походом! Вы на этого старика не смотрите, он заговаривается иногда. - Паль?! – гневно зашипел калмыковатый. - Петрович, иди на …уй, - коротко отбрил жизнерадостный. - Погоди-ка, - Физик вышел из чемьи, пригляделся, - Семеныч? Ты? - Серега? А Бриан где? – хлопнул себя по бокам реконструктор. Тот день до обеда они провели у чемьи. Стрельцы встали на дневку, Смерчи тоже не горели желанием бить ноги о коряги. Пили чай, смеялись, вспоминали общих знакомых. А потом спецназовцы попрощались и растворились в лесу. ,,,,,, Ракетный катер плавно подошел к пристани, застопорил ход. Матросы резво накинули швартовы на причальные кнехты, в два движения замотали и закрепили узлы. Дюралевый трап с жестяным скрежетом коснулся пирса. Взвод морпехов лязгнул АКМами, выполняя команду «На караул!». Наряд мрачных «черных ос» осторожно поднял на плечи накрытый кубинским флагом гроб с останками Консуэлы. Женя, успевшая изучить базу ЦРУ, смогла толково объяснить коллегам, где примерно находится морг. Ну а в том, что разорванное взрывом тело Черной Брухи отнесут до выяснения именно в «мертвецкую», никто и не сомневался, как и в том, что их ждали. Но Мура спланировала налет буквально за полчаса. Женя наотрез отказалась от эвакуации до тех пор, пока не решиться вопрос с телом Хименес. Девушка чувствовала себя должницей. Кубинцы не препятствовали, более того, воспринимали спонтанные действия Жени как само собой разумеющееся. В свое время компаньерос пошли на все, лишь бы вернуть тело Че на Кубу. Разведка пахала несколько лет, но приказ Фиделя был выполнен. Команданте вернулся на остров Свободы. С тех пор это стало традицией. Что бы не случилось, но все «avispa negros»всегда возвращались домой, живые или мертвые. Операция, которую предложила Мура, была простой и дерзкой до безумия. Но смысл в этом риске был. На базе ждали диверсантов, спецназ, но уж никак не местных работяг. Средь бела дня группа пуэрториканцев прошла внутрь периметра базы для уборки территории. Целый день «черные осы» добросовестно махали метлами и таскали мешки с грязным бельем. В одном из них тело погибшей девушки и покинуло вражескую территорию. Батя поднес ладонь к козырьку. Бизон, стоявший навытяжку, моргнул, пробормотал: - Что это с Мурашовой? Мура спустилась по трапу, подошла к группе офицеров, щелкнула каблуками, откозыряла. - Здравия желаю, товарищ контр-адмирал! – звонко отрапортовала девушка. - Здравия желаю, - тепло произнес Батя, смекнувший, что с девушкой что-то не так. Бизон дернулся было по-дружески обнять, но Мура держалась как-то отстраненно. Со своими? Смерчи переглянулись, Булатов мигнул, Борис прикрыл веки, мол, понял. Полковник Ромеро пожал Жене руку. - Вы настоящий солдат, сеньорита, настоящий солдат и друг. Консуэла отзывалась о Вас с большим уважением, - полковник сжал пальцы, ответное пожатие стиснуло ладонь тисками. Ну, ещё бы. Другой хватки у ученицы Сантоса и быть не могло, - мы отомстим за неё, компаньеро. - Вася… Консуэла мне успела сказать… - Мы не знаем, лейтенант. Мы нашли только пустую американскую лодку. Мура кивнула, козырнула. Деревянными шагами прошла за Смерчами в штабной микроавтобус. … Через час в номере Булатова Мура сидела перед видеофоном и ровным, спокойным голосом излагала все, что смогла зафиксировать. - Багира, привет. Включи запись, пожалуйста. Сеть лагерей по подготовке агентов и содержанию тайных заключенных очень велика, я смогла узнать только…, - спокойно, чуть прикрыв глаза, Мура методично наговаривала названия, имена агентов, места дислокации. Уиллард её все-таки недооценил. Женя сумела вскрыть дезинформацию, которую попытался скормить ей капитан, смогла составить из всего услышанного и увиденного четкую картину. Наконец, Мура провела рукой по лбу, отерла выступивший пот. - Какая же ты умница, девочка моя! – восхищенно произнесла Багира. - А мы тут что? – неуклюже подхохмил Бизон. - Боря, тебе Оля просила передать, вот, - Кошкина, запинаясь, почитала по бумажке, - Tôi có thai. - Повтори! – Бизон впился взглядом в экран. Багира, чертыхнувшись, прочитала снова. На дикий вопль «УРАААА!» прибежал кубинец-комендант. Булатов, как сумел, объяснил, что все в порядке. - Батя! Командир! Олька беременна! – самозабвенно орал Бизон, прыгая по номеру, как бабуин, - УРАААА! Прошло долгих пять минут, пока Тарасов не угомонился. Багира грустно улыбалась с экрана, глядя на задумчивого Булатова и буквально светившегося Борьку. Дети… Просто человеческое счастье. Они, офицеры спецназа, сами отказывались от него ради службы. Но как же иногда хотелось-то, вот так вот просто побыть счастливыми людьми! - Бать, а где Мура? – Багира опомнилась первая. Бизон и Батя снова, в который раз переглянулись. Разом подорвались с места. Только бы успеть! Как же они сразу не въехали? Старые ослы! …Мура вцепилась зубами в подушку, тело скрючило нервным спазмом. Слезы лились ручьем, девушку била безудержная дрожь. Её срубила тяжелейшая истерика, едва она вошла в номер. Первое, что попалось под руку, разлетелось вдребезги. Стул Женя буквально разорвала пополам. Зеркало сверкающим дождем усыпало линолеум пола. Изрезанные осколками руки обхватили голову, мозг пылал в пожаре накатившего безумия. Ну почему? Почему? ПО-ЧЕ-МУ?! Ну почему не она? Она что, детей не хочет?! Или Васька? Васька… Где же ты?! Может…. АААААААААААААА! Боже, Боже, Боже! Почему ты не слышишь? … Дверь вылетела, высаженная Бизоном с одного удара. - Сестренка? Мура? – сильные руки подхватили рыдавшую девушку, потащили, приговаривая, - Сейчас, терпи, держись, Мурашова, ты сильная! - У людей ребенок, семья, а я что, проклятая? Где мой мужчина? Зачем все? – всхлипывая, как маленькая девочка, обиженно бормотала Женя. Тарасов заставил её выпить две стопки рома. Булатов просто сел рядом и прижал дрожавшую девушку к груди. Могло быть и хуже. Отходняк после Гуантанамо и Пуэрто-Рико мог быть и похлеще. Батя видел, как здоровые мужики, которых отпускало нервное напряжение, зубами рвали себе вены. Вовремя они с Борей дверь сломали... - Размазня я, да, Батя? – длинно вздохнула Женя, - психопатка и размазня, да? - Это ты с Ионовым лучше обсудишь, - погладил вымотанную девушку по растрепавшейся русой косе адмирал, - Ты – наш боевой товарищ. И мы в тебя верим. - Точно, - серьезно кивнул Бизон, наливший третью стопку, - без соплей! - Ну я же… вот… - Выкинь из головы, - улыбнулся Булатов, - с каждым может случиться. Ты у нас умница и герой. - Вася… Командир? – вдруг дернулась Женя, - а можно мне к полковнику Ромеро? - Зачем это? - Хочу найти Васю, - просто сказала Мура, - и отомстить за Консуэлу. - Я поговорю с Бето, - кивнул контр-адмирал. ,,,,,, - По-моему, мы спятили, - помотала головой Ума, - ты хоть что-нибудь понимаешь? - Понимаю одно, от выполнения задания мы с тобой дальше, чем были два дня назад, - принюхался Физик. Пахло свежевыпеченным хлебом и чем-то горячим и явно очень вкусным. Перед ними, на невысоком ладном холмике, теснился сказочный городок. - Нет, мы точно спятили, - убитым голосом сказала девушка, - или я сплю? Ущипни, а? АААААААА!!!! Уррррод, больно же! - Ты сама попросила! – фыркнул ухмыльнувшийся Сергей. Олеся потерла попку. - А ты и рад! - Ну, - не стал врать парень, - не без этого! Теперь уверена, что не спишь? - Теперь не уверена, что смогу сидеть! – прошипела Ума, - так мы в сказке, или как? Сначала стрельцы эти в лесу, теперь теремок… - Пошли, посмотрим? Что гадать-то? – пожал плечами Физик. … К странному городку, как будто сошедшему с картин Васнецова или Билибина, вела узкая извилистая тропка между черными окнами болотных омутов. Смерчи двигались медленно и крайне осторожно, прикрывая друг друга. По мере приближения стало видно, что тот, кто строил сказочный теремок, потрудился окружить его стенами из толстенных лиственничных плах с заботливо прорезанными бойницами. Ума и Физик переглянулись. Если бы хозяин теремка хотел, давно бы пристрелил их без разговоров. Бойницы перекрывали тропу крест-накрест, создавая огневой мешок. Только кто и чем собрался стрелять? Давешние стрельцы? Стрелами, что ли? Ворота, обильно украшенные затейливой резьбой, были приоткрыты ровно настолько, сколько хватило бы зайти по одному. Теремок за воротами оказался небольшим, но удивительным городком с прянично украшенными избами. Ни звука, ни движения. Городок казался мертвым, но Смерчи чувствовали в воздухе горьковатый запах печного дыма. Прячутся? Почему? Разве униформу КТЦ не видно? Через улочку шустро перебежала молодая девушка в странном длинном балахоне, искоса глянула на спецназовцев, хихикнула, на крыльце крайней избы притормозила, глянула ещё раз. Смерчи не очень удивились, когда на порог вышел бородатый плечистый дед в старинном суконном кафтане и остроконечной шапке с широким собольим околом, с винтовкой Мосина – легендарной «трехлинейкой» в руках. Дед провесил подзатыльник молодухе, с коротким взвизгом порскнувшей в избу, кивнул Смерчам. - Бог помощь, добрые люди, - пророкотал гулкий бас, - что надобно? - Контртерористический центр, - бойко начала Ума, - мы проводим… Дед посмотрел на Олесю, как на пустое место, перевел взгляд на Мыцыка. - Нам, дедушка, погреться бы, - спокойно сказал Физик. - Ты, мил человек, к кому попал, ведаешь ли? – руки у деда были большие и сильные. Олеся прикинула, что с такими граблями пенсионер вполне может стрелять из «трешки», как из пистолета, навскидку. И кто выиграет в этой ковбойской дуэли? - К людям, - также спокойно кивнул Сергей. Ума дернулась было ответить, но железный палец ловко ткнул её под ребро, мол, не лезь! - Хммм, - помолчав, хмыкнул дед, опустил винтовку, приглашающее кивнул, - ну ладно. Вы хоть русские? - Русские, - удивился вопросу Сергей, - а не похожи? - Да какие ж вы русские-то? – хохотнул дед, - одежа – ровно тебе лешие! Девка вон простоволосая, срам смотреть! Ты сам – голобородый! Табак не курите? - Нет, - пожал плечами Физик. - Нам нельзя, - обиженно буркнула Ума. - Ну, хоть что-то… Заходите! Гость в дом – Бог в дом, - махнул рукой дед. В просторной избе хозяин провел гостей по украшенному резными перильцами всходу в горницу. Физик подходяще въехал лбом в низкую ободверину, стиснул зубы. Выругаться очень хотелось, но парень знал, куда они попали, поэтому крепче сжал зубы и шагнул внутрь комнаты. В горнице Физик неловко перекрестился на темные от времени иконы в красном углу. Ума чувствовала, что ещё чуть-чуть, и у неё поедет крыша. Теремок, старинный дед, красочная клубнично-пряничная роспись, резьба… в глухой уральской глубинке! Дед жестом пригласил гостей за стол. По шушуканью женщин, которые внесли и расставили миски, Смерчи поняли, что хозяин совершил нечто, по местным меркам, неординарное, а именно, посадил чужаков с собой обедать. Это напомнило Восток. Там тоже деловые разговоры до обеда или первого чайника чая никто и не думал начинать. Судя по тому, что мисок было всего три, хозяин избы либо проверял своих нежданных гостей, либо хотел максимально ограничить их контакты с миром своего дома. Так или иначе, следовало держать ухо востро. Дед встал, повернулся к иконам, пригладил бороду, прогудел короткую молитву, широко отмахивая руку, осенил крестным знамением стол, гостей, с чувством перекрестился сам. Ума скосила глаз, видал? Физик чуть кивнул. Он понял сразу, ещё на крыльце. Дед был старообрядцем, или, как они сами себя называли, «ревнителем древлеправославия», причем, судя по всему, из самых непримиримых и упорных – «беспоповцев». Крестился он, как и все староверы, «двуперстно». Сергей сидел, как на иголках. Он-то, подражая подсмотренному у Ольги с Бизоном жесту, обмахнулся традиционным «троеперстием»! Однако дед, как ни в чем не бывало, стукнул по столу ложкой. Женщина, закутанная в платок типа хиджаба, внесла и поставила объемистый горшок, из которого на всю горницу шел сытный и вкусный дух. Другая быстро и ловко заставила почти всю столешницу мисочками с солеными грибами, капустой, брусникой. Хозяин своей рукой наполнил миски гостей. Смерчи переглянулись, Ума сочувствующе ткнула Физика под столом коленом, держись! В пузатых коричневой с разводами глины горячей горкой громоздились пельмени. Сергей на глаз прикинул порцию, штук семьдесят, не меньше! Порция Олеси вышла поменьше, но девушка тоже приуныла. Они оба не были аскетами, но не были и обжорами. Есть после перехода по весеннему лесу, само собой, хотелось, но именно есть, а жрать в три горла! Но, куда деваться… На традиционных шашлыках у Бати Багира не раз травила байки про прожорливого по молодости Бизона. Тот только ухмылялся, обнимая точеные плечи жены. Но от такой порции пельменей за раз заскучал бы и Бизон… Дед внимательно следил, как Смерчи сражались с угощением. Пельмени были не просто вкусными, первые два десятка ребята слопали буквально залпом. С грибами, с кабанятиной, с лосятиной, с осетриной... Потом дело пошло медленнее, но спецназовцы не сдавались. Наконец, миски опустели. Отдуваясь, Смерчи поблагодарили хозяина. - Ну, люди государевы, звать-то как? – улыбнулся дед, - меня – Касьян Никанорович, Чипизубов моя фамилия. - Сергей, Мыцык. - Олеся, ик! Уманова. - Уманова… С казаков, штоль? – поднял бровь дед Касьян. - Ик! Не-а. - Сами откуль? - С Питера. - Ик! Ага. - Да ну? А Москва как? – пустился расспрашивать дед. Битый час терпеливый Физик и измаявшаяся от сытой икоты Ума отвечали любопытному староверу, что происходит в мире и в России. Наблюдательный Сергей не поленился обратить внимание на то, что в доме не было электричества. Никакого. Даже простой лампочки. И это притом, что в подклете они видели почти новый японский лодочный мотор! - А сами-то кто все-таки будете? Военные? Или полиция? По одеже вашей не пойму. - Военные мы. Задание у нас, бандитов ловим, - раскрыл карты Мыцык, - в ваших краях бандиты себе логово устроили. Людей взрывают, жгут, режут,а отлеживаться – сюда едут. У нас приказ – их ловить. - А, ну-ну, - покивал старик, - только ничего у вас не выйдет. - Почему это? – не вытерпела Ума. - Вот беда, когда девки вперед мужиков лезут, - зыркнул старообрядец на девушку, - моя б воля, я б те… А не выйдет, потому, что вы в этой глуши люди чужие. Эт вам ещё повезло, что вы днем сюда да сам-друг пришли. Было б вас хоть трое, мы б вас ещё на лугу положили. Чужие вы тут. - Ну ладно, - кивнул Физик, - спасибо, Касьян Никанорович, за хлеб, за соль, за тепло. Нам пора. Служба. - Далеко собрался-то? Сам пятый угол ищешь, девка твоя вон, икчет через зевок. А места тут гиблые. Не, не ладно придумал. Ночуете у меня. В ложницу, не обессудьте, вам хода нет, потому – мирские. А на сеновал пущу. Два тулупа дам, небось согреетесь. А с утра с мужиками потолкуем, ещё раз все обскажешь, что у тебя за служба в наших местах. Только наперед подумай, что говорить будешь. Сам поди понял уже, что мы за люди. Ежели не смекнул, скажу, мы по-вашему, по-мирскому, староверы. Беспоповцы. Как деды и прадеды наши. Государев человек – антихристов слуга, на нем печать. У вас знаков с орлами нету? Если есть, снимите. Так вот, помогать сам понимаешь кому – грех. Кумекай. Ладно, пошли, провожу. Солнышко за лес, добрые люди – на боковую. Завтра рано подниму, так что отдыхайте.