Lejana y cercana

,,,,,,, Капитан Уиллард задумчиво надирался в офицерском баре. Его обменяли на какого-то кубинца, вполне официально. Как будто и не было ни базы в Панаме, ни этих русских, ничего такого. Все было нормально, да только про карьеру можно было забыть. Кому нужен лузер, проваливший операцию? О том, что генерал Стивенс использовал его, как пешку в своей игре, Уиллард мог только догадываться. Кто он такой, чтобы генерал обратил на него внимание? Скорее, старый тарантул использовал Макнамару, которому, как поговаривали парни из разведки морской пехоты, здорово досталось от русских в Колумбии. Впрочем, чем там закончилось, ещё было неясно. Вроде бы русские водили по сельве погоню из местных, а вроде бы «зеленые береты» уже расставили для них западню. Как бы то ни было, что ему оставалось? Только дрянной «бурбон»-горлодер, и горячее желание отключиться. - Не помешаю, сэр? Уиллард поднял мутные глаза от стакана, от удивления даже немного протрезвел. Дженни? Секретарша этого скота Стивенса? Почему? - Сади…тесь, мэм. Что будете? - Мммм, пожалуй, что-нибудь густое и белое, - намек был слишком прозрачен. Девочка хочет развлечься этой ночью? Но почему с ним, он же «сбитый летчик»? Насколько он успел изучить стервозный нрав стивенсовской секретарши, та ничего не делала просто так и не спала, с кем попало. Значит? Одурманенный алкоголем мозг плохо анализировал. Зато глаза вовсю ощупывали прелести девушки. - Эээ, я такое не пил… Может, виски? - Для начала сойдет! – Дженни позволила налить себе стаканчик, лихо опрокинула, - сэр, Вы неважно смотритесь. Вас пытали в плену? Уиларду надо было выговориться. Он говорил, подливал себе и девушке, говорил, говорил, говорил... Наконец, алкоголь, воздержание и стресс сделали свое дело. Он решительно увлек красотку в свой кубрик. Через четыре часа генерал Стивенс сильно шлепнул Дженни по попке и, отдуваясь, наконец-то сел на кресло. Девушка, у которой ныли все мышцы от бурной ночи с бедняжкой Уиллардом и от излишне, с её точки зрения, темпераментного внимания генерала, не позволила себе и глазом моргнуть. Ну и что, что задница горит огнем, а ноги подгибаются в коленях? Ну и что, что генерал, как она и предвидела, проклятый извращенец? Зато она смогла! И сможет ещё лучше! Она чисто сработала, капитан даже ни вздохнул. Ни один врач не найдет след от тонкой спицы, которую она загнала этому лузеру между ребер, точно в сердце. Спи спокойно, дурачок. Ты стал очередной ступенькой для крошки Дженни. - Что ж, девочка, мне не во всем сегодня везет, но ты сделала все как надо. Займешь место Уилларда. У меня есть для тебя много работы! Этот болван со сломанной задницей Макнамара и твой ночной знакомый едва не запороли все дело. Нам срочно надо выправлять ситуацию! Иначе Контора трахнет меня снова, а я с тебя шкуру спущу! - Да, сэр. Я жду Ваших указаний! – должность Уилларда, это очень неплохо! Главное, не задержаться на ней больше двух лет. Рост, карьерный рост! Только вперед! ,,,,,, Контр-адмиралу Булатову за свою долгую карьеру случалось валяться без сознания, истекать кровью и скрипеть зубами от боли. Что поделать, такая работа. То, что шансов у него крайне мало, Батя понял, едва пришел в себя. Дикая боль прошила ногу, едва он попытался встать. Перелом! Булатов не тратил время на самокопания и подведение итогов нелегкой жизни. Он был жив, вооружен. Снаружи были враги и много. Где-то там в сельве, возможно уже в окружении штатовских и колумбийских спецов, уходили по непролазным дебрям Физик и Ума. На Большой земле набирала обороты операция «Троянский кот». И все это без него? Вот уж хрен! Когда Батя осмотрелся, едва не тронулся умом. Он лежал на груде старых ящиков с жирными черными штепмелями. На осклизлых от времени и плесени досках широко и властно раскинул крылья орел Третьего рейха. Булатов не очень хорошо знал историю, но про секретные базы нацистов в Латинской Америке кое-что слышал. Только там, вроде бы, упоминалась Бразилия? Ладно, что гадать, надо как-то выбираться. Адмирал вытащил нож. Спустя полчаса из двух индпакетов и трофейных дощечек удалось соорудить приличную шину. Обезболивающее колоть не стал, хотя от каждого неловкого движения больной ногой перед глазами шли черные круги. Промедол обладал снотворным эффектом, а терять сознание Бате было нельзя ни в коем случае. Ползком, кое-как, Булатов заставил себя вылезти в коридор этого странного бункера. Ещё примерно два часа он, поминутно отдыхая, потратил на то, чтобы забраться в один из бывших бронеколпаков. По крайней мере, от осколков и шальных пуль толстый пласт танковой стали должен был неплохо защитить. Раненый нащупал флягу, смочил губы, прополоскал рот, сплюнул. Снаружи, откуда-то спереди донеслись вопли и выстрелы, потянуло кислой пороховой вонью и… анашой? … Дон Федерико был в ярости. Только-только он уладил дела с этими cabrones из FARC – Революционных вооруженных сил Колумбии, и это стоило и людей, и денег! Революционеры, прокляни их Святой Себастьян, жизнью не дорожили и накрыли дону целых три плантации коки! Гринго так не гадили со своим спецназом, как эти отмороженные! Но, хвала Мадонне Гваделупской, вроде бы как наконец договорились. И вот сейчас дон узнал, что у старого бункера какое-то копошение! Мучачо, который принес весть, божился всеми святыми на Небе и духами сельвы, что у бункера, который дон Федерико давно превратил в склад продукции, роются правительственные солдаты. Ну уж этого дон терпеть не собирался. Он бы не стал связываться с гринго, но своим, колумбийцам на его земле делать нечего. Федерико приказал молодому Чичо взять людей и навести порядок, а сам выудил из кармана новомодный айфон. - Команданте Рикардо? Буэно, мой друг, это старый Федерико! Ты не забыл меня? Что? А, ну разумеется! Ты уже знаешь, что правительственные крысы роются на нашей земле? Что? У старого бункера, мой друг! Я отправил туда молодого Чичо. Что? Ты тоже хочешь участвовать в этой фиесте? Конечно! Конечно! До встречи, мой друг! Хе-хе, ублюдки, злорадно подумал дон Федерико и набрал другой номер. Что ж, если с Рикардо придется поделиться, не так уж много они и просят. А вот крысы обойдутся. И если там вдруг погибнут гринго, можно будет все списать на леваков. Ха! … Батя пришел в себя от резкого запаха нашатыря. Над ним склонились чернявые парни в драном камуфляже с желто-сине-алыми повязками на рукавах. Это не армия, сообразил Булатов, это повстанцы. - Gringo? Are you american? – спросил пожилой усач. - I’m russian, - спокойно произнес адмирал. - Liar! Докажьи, чито рюсский! – нахмурился усач, - чьто, пилиять, нье поньимаешь? Если бы Смерч слышали ответную тираду всегда невозмутимого адмирала Булатова, то даже Бизон долго бы тряс головой и кряхтел от смущения. Батя перешел в спецназ с должности капитана эсминца, и за долгую службу всяких сердечных слов знал более чем достаточно. - Хха! – усач от восторга прихлопнул себя по ляжкам, перешел на испанский, - точно! Парни! Тащите его на базу! Тащите аккуратно, свиные отродья, это наш русский компаньеро! Ха-ха! Друг! Ты даже не знаешь, как тебе повезло! Ты попал на склад кокаина проклятого дона Федерико Альбанти, и тебя хотели сцапать крысы из спецназа! Ха-ха! Тебе повезло, клянусь бородой Маркса! Уже на базе повстанцев партизанские врачи осмотрели ногу адмирала, сменили повязки и вкололи обезболивающее. Вводить антибиотики решительно запретил усатый, назвавшийся команданте Рикардо. - Вы что, дети клизмы, хотите лишить нашего друга выпивки? У нас сегодня фиеста! А, я понял, вы сами хотели вылакать его долю! Не беспокойся, амиго! Вот, держи-ка! Отличная пульке! Сами гоним! То, чем поят в городах белых туристов, это, поверь мне, амиго, моча мулов! Причем чахоточных! А это – настоящая пульке! За здоровье моего друга! Когда рассвело, и команданте Рикардо с достоинством захрапел на своем кресле, Батя позволил себе провалиться в сон. Давненько не приходилось столько пить! Ну да что с того. Русский офицер всегда славился умением крепко выпить, и быть, как писали в прошлом веке, «в совершеннейшем благополучии»… ,,,,,, … Они целовались, растворяясь друг в друге без остатка. После налета на лайнер Андрей перевез их обоих обратно на Кубу. Был момент, когда оба подумали, что все. Отвоевались. Их яхту начал преследовать корвет под звездно-полосатым флагом. Против боевого корабля шансов у них не было, но сдаваться никто не собирался. Решили так, если штатники попробуют взять их живыми, то свалиться в рукопашную, а раненые тем временем подорвут яхту. Ну а если корвет откроет огонь, тут уж без вариантов. Все уже чувствовали дыхание смерти на затылках, как вдруг корвет круто отвернул и на полном ходу стал удаляться за горизонт. Американский корабль дал деру на Карибах? Почти у себя дома? Когда под яхтой черной тенью промелькнул силуэт подводной лодки, Андрей выдохнул и показал вслед корвету русский «шиш». - Вот вам! Димон, я же просил, мля, самый полный! … Их также секретно перевезли на уже родную базу «Черных ос». Медики сделали все, что надо, и теперь ребята наслаждались отдыхом. Но лежать в одном кубрике на разных койках было выше их сил. Женя дернулась было, шипя от боли в плече, но Кот был тут как тут. - Не шевелись, прошу! – сильные руки Ионова аккуратно прижали девушку к подушкам, - я все сделаю сам! Женя хотела было возмутиться. Вечно Васька рвется командовать! Даже в постели, даже в минуты близости иногда вот это вот его несносное «я сам», «делай то», «не делай так» пролезает! Зараза… Когда горячие и влажные поцелуи накрыли её грудь и спустились ниже, все мысли выскочили из головы. - Что ты де…ла…ешь… - То, о чем давно мечтал, - лукаво ухмыльнулся Кот и припал губами к нежной коже. Когда язык начал дразнить самое сокровенное, Муру выгнуло дугой. На какую-то секунду Вася даже испугался, что любимая от восторга врежет ему ногами по ушам. Но Женя, захлебываясь стонами, раскрылась навстречу своему мужчине ещё сильнее. - Иди… ко мне… Васенька, милый, иди ко мне! Собрав в кулак последние остатки разума, Кот успел сообразить, что неплохо бы не тревожить раненое плечо девушки. Парень извернулся, подхватил трепещущее тело и бережно опустил красавицу на свои бедра. Мура впилась коготками в его грудь. Его руки легли на талию девушки и задали ритм… - Вась…ка… Ты… псих… Мой… лю…би…МЫЙ! Ионов не мог говорить. От захлестнувшего его восторга он потерял разум окончательно и мог только требовательно рычать, как голодный зверь… … Спустя час сокрушенный Вася наново бинтовал Жене плечо. - Женька, я дурак, да? Вот так не очень туго? - Васька! – ласково взъерошила любимому волосы девушка, - ты не дурак! Ты – кот! А кстати, кому это ты обещал при всех сделать мне предложение? - Да так, - Ионов неуклюже попытался скрыть хитрющую улыбку, - один маленький компаньеро в Никарагуа… - Я его знаю? – наморщила лоб Женя. - Нет, его мало кто знает вообще. Компаньеро Хвостик вечно на задании. - Что-то ты, Котище, темнишь? - Я? Стук в дверь прервал веселую возню. Когда Багира вошла, ребята постарались принять благопристойный вид, хотя обоих с головой выдавал здоровый румянец. - Привет! – Багира опустилась на стул, протянула Коту лист бумаги. Женя незамедлительно отобрала, вчиталась. - И как это понимать? – удивилась девушка. - Так, Женька, дай сюда, - Кот выцепил бумагу, вгляделся в буквы, - так, расшифровка… Революционные вооруженные силы Колумбии? Просят триста автоматов, патроны, гранаты и…? - Ребята, я одна сошла с ума, да? – тихо спросила Кошкина, - это то, что я думаю? После новостей о жестоком бое, который приняли Бизон и личный состав КТЦ, Смерчи на Кубе искренне думали, что их уже ничем не удивишь. Как оказалось, ошиблись. - Мать моя Жаракака, - выдохнул Кот, - это значит… - Что Батя жив! – подскочила с койки Мура, - Рита! Командир жив! Никогда раньше Кошкина не плакала при своих. Она всегда была сильной. А сейчас… Ребята тактично бросились друг другу в объятия, не замечая впитывающихся в тропический китель Багиры жгучих соленых капель. ,,,,,,