Lejana y cercana

,,,,,, Директор отодвинул полупустую чашку кофе. - Владимир Викторович, у нас есть проблема. Пригов поиграл бровями. Есть проблема? Ну и что? Его порядком вымотала отсидка сначала в камере «нутрянки», а потом – в номере ведомственной гостиницы в том же здании на Лубянке, но этажом ниже. Все это время, несколько месяцев, генерал находился в полном информационном вакууме. Он не знал, что с КТЦ, что с группой, не знал ничего. Вакуум. Полный вакуум. Тишина. Одиночество. Праздность. «Пустота» по-старославянски. Какое страшное слово! Пустота. Черная дыра. Никогда Пригов Богу не молился. Не верил. К убеждениям четы Тарасовых или к манере Бати таскать крестик относился сдержанно. Он всю жизнь был одинок. Так уж вышло. Вообще, для разведчика не самая необычная судьба. Семья в этой профессии – лишний шанс для врага взять тебя под контроль, ударить в самое слабое место. Единицы позволяли себе любовь и брак, и цена за такое счастье подчас бывала жуткой. Один из однокашников Пригова получил назначение в Анголу. В то время офицер КГБ, попавший служить в Первое Главное Управление, да ещё и в загранку, мог считать себя счастливчиком, ухватившим перо Жар-Птицы. Ну, у кого была возможность рассчитывать на помощь волосатой руки влиятельного родственника или знакомого, тот ехал в Западную Европу. У кого труба пониже, и дым пожиже, - в Варшавский Договор, причем, хорошо, если в ГДР или, в крайнем случае, в Чехословакию и Болгарию. Не дай Бог было попасть в Румынию, Венгрию или Польшу. Но все-таки, это было лучше того, что доставалось операм из нелегальной разведки: Афганистан, Мозамбик, Ангола, Эфиопия, Никарагуа. Сам Пригов служил в немецкой резидентуре КГБ, помогли родственники отца-ветерана, но перед этим пару раз побывал в Афгане. Надо сказать, что молодой капитан Володя Пригов ни в БТРах не горел, ни с вертушек не прыгал, ни на караваны не ходил. Он все командировки провел к Кабуле, выполняя задания по проверке «на вшивость» разведчиков афганской госбезопасности ХАД. Поэтому афганскую медаль генерал носить стеснялся, искренне считая награду незаслуженной. Рядом с Булатовым и прочими «боевиками» трясти такой железкой было как-то глупо и смешно. А смешным генерал выглядеть не любил. В командировки Пригов ездил легко, работал, не щадя здоровья и сил. Когда ты одинок, ты непобедим! В свое время будущий генерал-майор удивлялся, как это Эдик Волков ухитрялся жить с женой в диких джунглях, даже жалел его. Когда на плечах шитыми звездочками заискрилась приближающаяся старость, одиночество стало из козыря потихонечку становиться проклятием. Он боролся, как мог. Писал картины, уходил с головой в работу, тренировался. Конечно, со Смерчами тягаться генерал не мог, хоть и пытался, но до уровня все же дотягивал. Но от себя не убежишь. Генерал любил свою команду. Спокойного надежного Батю, старого друга и бойца. Порывистую, резкую, мудрую Багиру. Сашу Петрова, Бизона, ребят… Давно уже переставших быть молодыми операми, «юннатами», как назвал их как-то раз адмирал. Меряя шагами камеру, Пригов поймал себя на мысли, что завидует. Просто бешено завидует Булатову с Кошкиной, Тарасовым, «кошачьим», даже Мыцыку с этой сорвиголовой Умановой. Впервые ему было невыносимо трудно быть одному. Он понимал, что это одна из мер воздействия на него. И потому боролся, заставляя себя сотни раз прогонять в голове всю операцию шаг за шагом. Наконец, Пригов изнемог в борьбе сам собой и первый раз в жизни попросил Бога уберечь команду. На себя генералу было плевать, а вот за ребят… Когда его, наконец, пригласили в кабинет директора, он не удивился. Что скажет генерал-лейтенант, было примерно понятно. - Да, Владимир Викторович, проблема. Ваша команда сделала совершенно невозможное. На такую удачу, признаюсь, даже Президент не рассчитывал, когда подписывал приказ о начале операции. И ради того, чтобы удача не пропала даром, нам пришлось остановить операцию. Как удалось установить, коллеги из ЦРУ приняли наши действия за успех своей дезы, особенно Ваше заключение. Ещё больше им спутали карты гибель наших коллег из СВР на яхте, и неожиданное, но очень своевременное вмешательство Вашего старого знакомого, да-да, Эдварда Волкова. Этот «блуждающий форвард» ликвидировал генерала Стивенса, руководителя операции ЦРУ по забросу дезы к нам. Причем ликвидировал так, что на его место уже второй месяц никто не рвется. - Могу себе представить… - Вряд ли. Как я понял, полковник Волков свел с беднягой счеты. И сделал это в своей неподражаемой манере. Судя по отчетам с той стороны, Стивенса пытали часа три, причем несколько раз специально приводили в сознание. Ужас, - спокойно произнес директор, отпил кофе, - и все это вместе сработало. Они купились. Поверили, что мы приняли их базу данных, которую взяли Ваши офицеры, эээ, позвольте-ка… А, Мурашова и Ионов, да, так вот, что мы приняли эту базу данных за дезу. И мы начали действовать. Так что спасибо Вам, товарищ генерал-майор, за выдержку, за Ваших людей, за успех. Спасибо! Разведчики пожали друг другу руки. - Вы говорили о проблеме? - Да. Даже о двух. Первая – группу «Смерч» надо срочно эвакуировать. Мы не можем потерять таких офицеров. И вторая – на ближайшие месяц-два Ваша группа будет полностью небоеспособна вследствие реабилитационного отпуска. А враги не ждут. Поэтому есть мнение предложить Вам кое-кого для усиления. Вот, возьмите, потом ознакомитесь. Пригов взял черную папку с короткой надписью «Дакар» на обложке. Ладно, глянем. - Какие полномочия у меня есть для эвакуации группы? - Любые, какие Вы запросите. ,,,,,, Конечно же, ни к какому Панамскому каналу они не пошли. Просто топлива бы не хватило. Да и глупо было рваться через заботливо охраняемые границы нескольких государств на захваченном у местной мафии корыте, вдобавок с полным трюмом пленников и отличного кокаина. Ну, покрасовался Ионов, бывает. Несмотря на весь опыт и серьезность, у Васи иногда прорывалась этакая мальчишеская страсть к рисовке. И Багира, и уж тем более, Мура, знали за ним такой грех, но прощали. Одна – потому что любила парня, как сына. Ну а Женя – просто потому, что любила. Без всяких «как». Впрочем, Вася ни разу за последний год не перегнул с этим вот своим выпендрежем палку. И даже сейчас, на борту шхуны, он четко знал, что следует делать. Прежде всего, капитан, тот самый Крис Доминго, которого так красочно ругал брат сержанта Хорхе, Энрике Гонсалес, был вытащен из трюма, приведен в чувство и доведен до состояния шока предложением нанять их троих на работу. Если сеньор Доминго не идиот, он может трезво оценить их способности. Зачем это все сеньору Доминго? А сеньор хочет спокойно доставить свой груз? И, потом, неужели у сеньора нет проблем и конкурентов? Ах есть? И что, сеньор всерьез надеялся решить дело с конкурентами с помощью вот этих вот пятнадцати недоумков, которых они втроем забили в трюм? Нет? Ну так что же сеньор ломается, как начинающая проститутка? А, зачем это все им троим? Ну они же не задают вопросов про груз, деньги и все такое, сеньор понял намек? Да? Ну вот и отлично! … Они без приключений сопроводили груз Доминго, который трясущимися руками отсчитал им пачечку мятых купюр. - Ну и что дальше? – поправила черные очки Багира. Темно-зеленый платок в сочетании с очками придавал женщине туристическо-мафиозно-пиратский вид. - Я так думаю…, - Кот переглянулся с Мурой, та кивнула, - перекусим? И выспаться бы неплохо? - Вас не смущает, что мы ещё живы? – оглянулась Кошкина. - Верно, - едва не хором признались «кошаки», а Женя жалобно добавила, - но очень кушать хочется! Багира скривилась было, но девушка была права. Отдых был нужен всем троим. Само путешествие на «Катрахене» прошло спокойно, а вот при выгрузке «товара» у группы крепких темнокожих портовых грузчиков возникли претензии. Парни решили, что две девки и белый ублюдок – не аргумент в дискуссии о пользе справедливого дележа, и попытались заставить Доминго поделиться. В последовавшей драке грузчики потеряли убитыми пятерых, которым Смерчи разбили головы или переломали кости, но без урона выйти из потасовки не вышло. Багира поймала скулой чей-то кулак, Мура немного прихрамывала, а Кота черкнули ножом по ребрам. Не знали Смерчи, вышибавшие дух из смуглых забияк, что ни один человек в трезвом уме и здравой памяти не рискнул бы поднять руку на Кристобаля Доминго, его людей и его груз, если бы не железное слово Малыша Чичо. Дон Чичо косо смотрел на Доминго, который путался у него под ногами. Казалось бы, что делить правой руке всесильного дона Федерико и мелкому перекупщику? Но в том-то и дело, что кубинец был необычайно удачлив. Там, где людей дона хватали, Кристо проскальзывал с товаром и наваром, как скользкий угорь. Для начала паршивца припугнули, но он ничего не понял. Тогда Чичо приказал потрясти кубинца как следует, а груз изъять. Здесь, на Ямайке, можно было все сделать тихо и без лишних вопросов. Два раза Кристо остался без груза, лишился части зубов, долго лечил поломанные ребра. Но, видимо, жажда барышей у этого гада оказалась сильнее голоса разума. Доминго нанял пятнадцать мордоворотов и снова проскочил между кубинскими сторожевиками. Едва «Картахена» вошла в бухточку, как дон Чичо, недовольно поморщившись, приказал вразумить Доминго «по-взрослому». Сам Чичо торчал на Ямайке вот уже неделю, налаживая новые каналы перевозки товара. После стычки повстанцев из FARC и его людей со спецназом проблемы посыпались на бизнес дона Федерико, как из рога изобилия. Кого-то убрали, кого-то посадили. Гринго снова прочесали сельву, пустили дымом несколько старых и одну новую плантации. В общем, было отчего хвататься за голову. И на фоне этих заморочек сволочной Доминго позволял себе толкать на Кубу левый товар от голландцев и гринго! Хотя товар гринго был хорош. Они его гнали откуда-то из Азии, вроде бы из Афганистана… И надо же было такому случиться, что вместо спокойного доклада о приведенном в чувство кубинце дон Чичо, поперхнувшийся сигарным дымом, услышал о пяти свежих трупах своих людей. Carajo! И кто это такой смелый? Что?! Две девки и белый guapo? Мадонна Гваделупская, куда ты смотришь, а?!... … Смерчи решили не рисковать желудками, дегустируя затейливые рыбные блюда карибской кухни, и заказали ставший привычным за время прибывания на Кубе асадо. Само собой, словом «асадо» только аргентинцы обозначают баранью тушку, насаженную на вертикальный вертел и запекаемую в яме с открытым огнем. Ну так это же аргентинцы. В нормальных странах «асадо» - просто жареное мясо. Смерчи получили по куску сочной свинины с нехитрым гарниром из пережаренной картошки-фри и зеленоватого гуакамоле и обосновались на одним из столиков. По въевшейся в кровь привычке сидели так, чтобы максимально контролировать все пространство небольшой веранды. - Рит, ты что? – Мура ясно видела, как трясет Кошкину. - Не обращай внимания, - бросила Багира, - так… Пройдет. - Ритааа, - осторожно протянула Женя, - ты точно хорошо себя чувствуешь? - Точно, точно, - пробурчала женщина. Мура переглянулась с Ионовым. Вася вздохнул, показал глазами, ну что тут, мол, сделаешь? Оба видели, что Рита боится. Боится не успеть. Жив ли Батя? Как там Физик с Умой? Бизон? Ольга? - Рит, ты лучше ешь, - тихо и серьезно сказал Ионов. - Вась, ты вконец закомандовался? – рыкнула Багира. Мура ощетинилась. Пусть Рита старше и опытнее, но орать на её, Мурашовой, мужчину, не позволено никому. Хоть сто раз другу! - Просто к нам направляется какой-то пижон, - пожал плечами Кот, - и вместе с ним идут проблемы. Женя, если что, бой по готовности. - Приняла, - улыбнулась Мура, - работаем! Кошкина мгновенно оценила обстановку, сунула в рот кусок мяса. Как там пойдет, кто знает, а Кот прав. Нет, вы только гляньте, а! Вырос стажер, и как вырос! Стало немного смешно, грустно и радостно за друга и ученика. - Bueno! Сеньор, сенориты, - вошедший на веранду крепкий сексапильный парень лучезарно улыбнулся, - путешествуете? - Вроде того, - кивнул Кот, - Вы, уважаемый, по поводу ребятишек из порта? - Приятно говорить с умным человеком, - убрал улыбку красавчик, - именно так. Присяду? - Пожалуйста. Меня зовут Гато. - А сеньориты? - Моя жена и теща. Так в чем дело? Женщины синхронно переглянулись и перестали жевать. Вытаращенные глаза Кошкиной закрывали очки, Мура улыбнулась. Нет, все-таки как же здорово, когда Васька вот так вот запросто называет её невестой или женой! Девушка немедленно в тысячный раз пообещала себе затащить Кота в ЗАГС сразу же после возвращения на Родину. - Меня здесь называют Чичо. Некоторые добавляют при этом «дон», хотя я не настаиваю. Так получилось, что я представляю в этих местах бизнес моего дяди дона Федерико Арелано. Вы прибыли на корыте некоего Доминго, верно? - Верно, дон Чичо. - И слегка повздорили, так? - Так. - Это были мои люди, дон Гато. И сейчас у меня на руках пять свежих трупов. Вы не находите, что это проблема? – Чичо и в мыслях не держал сдавать этих белых в полицию или ещё куда, и уж тем более, извещать гринго. Ему были нужны крепкие люди для решения одной щекотливой проблемы. - Возможно, дон Чичо, возможно, - улыбнулся Ионов, - так что Вы хотите предложить? - Работу, дон Гато. На меня, - перешел к делу Чичо, - вы трое работаете на меня, помогаете мне. Я забываю про пять трупов и помогаю Вам. - Вы не могли бы рассказать подробнее, в чем должна заключаться наша помощь? - Так Вы согласны? - Все зависит от задачи, - пожал плечами Кот, девушки лениво кивнули, - рассказывайте. - Там, где дон Федерико, мой дядя, ведет свои дела, есть деревня. В ней живут «руссос локос», фанатики-сектанты. Смерчи переглянулись. Сектанты! На Карибах это звучало! Кому это помешали сектанты в этом компоте из католицизма, протестантизма всех мастей, вуду, кандомбле и даже черного ислама? - Так вот, эти фанатики не так давно выставили дядю на очень большие деньги. И он был бы не прочь вернуть утерянное и примерно наказать этих психов. Короче, мне нужны крепкие люди. Кот кивнул. Переглядываться не было нужды. Это был шанс попасть на материк, возможно, даже в Колумбию. Ну а так они становились ближе к Бате и ребятам. ,,,,,,