Зеркало смарагдовой звезды

У ворот поместья Родерика встретил древний старик с фонарём в руке. Цепко глянув на ночного гостя из-под лохматых бровей, дед посторонился, пропуская внутрь, и тут же запер калитку, отсекая тишину поместья от внешнего мира. Родерик в первый момент замешкался, он-то думал, что Сандер пойдёт вместе с ним, чтобы отчитаться перед Кирианом. Но колёса кареты прогрохотали по мостовой и затихли вдали, Родерик даже не успел попрощаться со своим попутчиком, к суетности и многословию которого успел привыкнуть за последние дни. Мрачный дед, не проронив ни слова, довольно шустро для своих лет хромал по засыпанной мелким светлым песком дороге, ведущей к громаде дома. Вокруг сплошной стеной нависали деревья и кустарники парка, где-то в стороне раздавались переливы журчащей воды, да слышался отдалённый мерный скрип. Звуки большого города, которые не затихают никогда, словно бы обтекали поместье мага стороной, сохраняя безмятежную тишину этого дома. Лай не спящих собак, звонкий цокот копыт коня припозднившегося всадника, перекличка караульных — всё это осталось где-то за стенами поместья Кириана. Казалось, это имение стоит в стороне от обжитых мест, где-нибудь на велорских равнинах, а не в центре Белого города. Старик обошёл стороной высокие резные двери парадного входа и привёл гостя к тёмным крепко сбитым створкам на заднем дворе. У Родерика мелькнула мысль, что такая дверь хорошо бы смотрелась в каком-нибудь трактире на людном тракте, и эта догадка отчасти оказалась правдой. За дверью скрывалось помещение огромной, больше чем весь дом Родерика в Зоренке, кухни. Здесь стоял душный горячий воздух, впитавший в себя тысячи самых разных запахов. В огромном, больше мужского роста очаге тлели угли, давая единственный свет в этом исполинском помещении. Тускло мерцала начищенная медная утварь, что весела на крючьях, приторно пахли метёлки сушеных трав. Местная прислуга спала на лавках, а то и вовсе на полу, прикорнув на соломенных подстилках. Кто-то с присвистом храпел, кто-то приподнял голову и сонно посмотрел вслед Родерику и его проводнику, но никто не попытался их остановить. После кухни они пропетляли по узким коридорам людской части дома, прежде чем выйти в господскую. Потолки сразу устремились ввысь, стены раздвинулись, появились потемневшие от времени портреты в золочённых рамах, хрусталь люстр где-то в вышине, струящиеся глубоких цветов драпировки. От всей этой обстановки веяло тяжеловесной роскошью и стариной. Трудно было представить, что Кириан живёт здесь, более неподходящего дома для шебутного порывистого мага нарочно не придумаешь. Единственным источником света на всём их пути был лишь фонарь в руке у старика, и Родерик растерял всякую уверенность, что сможет при необходимости найти путь назад. Особняк Кириана совершенно не походил на жилой дом, больше напоминая дорогие декорации в балагане, где никто на самом деле не живёт, а только играет на потеху публике. Их путь закончился в неожиданно уютном и обжитом маленьком кабинете. Здесь горел огонь в камине, светило множество свечей, за открытым настежь окном шумел тревожный осенний парк. Огромный стол, стулья и даже отчасти пол были завалены накренившимися стопками бумаги и раскрытыми книгами. На один из таких бумажных холмов был накинут чёрный колет с серебряными пуговицами, на другом стояла небольшая пирамида из пустых винных бутылок. Сам хозяин дома развалился в кресле с бокалом в одной руке и книгой в другой, закинув ноги на подлокотник. - Вы только посмотрите, кого привели на мой порог драконы Изнанки! - Кириан порывисто вскочил, чуть не запутавшись в собственных длинных ногах, спеша поприветствовать гостя. Налетел стремительно, крепко обнял, звонко рассмеялся, обдав Родерика запахом свежести и зелени. Только сейчас у мужчины мелькнула мысль, что Сандер чем-то похож на своего хозяина, разве что Кириан был вечно растрёпан и одевался с подчёркнутой небрежностью, что, впрочем, составляло изрядную долю его шарма. - Признаться, я ждал вас только завтра. Тем лучше, будет время отдохнуть с дороги, прежде чем нырять с головой в это болото. Ах, Род, знал бы ты, как здесь не хватает приятных людей! В этом городе живут одни только снобы и старые развратники. И мне, признаться, уже осточертели и те и другие. Если бы не дела, ноги бы моей в Монтенберге не было. Как только подумаю, что из-за рассеянности Стейнара мы бы с тобой не встретились, такая злость берёт! До чего дошел – забыл позвать на заседание собственного ученика! А малый ловчий совет, между прочим, единственное место, где можно увидеть разом всю магическую братию. Тебе пора привыкать к нашей славной паучьей семейке. Совет, знаешь ли, не каждый год заседает. - Так Стейнар не знает, что я здесь? – невзначай поинтересовался Родерик. - Вот ещё! – фыркнул Кириан. – Пусть ему стыдно станет, когда он тебя завтра увидит. Я многое могу понять, но такое наплевательское отношение непростительно. Тебе давно пора научиться показывать зубы, а то этот замшелый некромант превратит тебя в такого же зануду, как он сам. Не позволяй себя принижать, а то у Стейнара это любимая забава, только дай ему волю. Родерик ухватил за локоть разошедшегося приятеля и с нажимом произнёс: - Мне надо с ним увидеться, Кир, до вашего совета. Это важно. - Со Стейнаром? – искренне удивился маг. – Тебе он ещё не опостылел? Увы, мало чем могу помочь, он по своим делам где-то шатается. Хорошо, если завтра на совет вовремя явится, а иначе Мира его без соли съест за попрание её любимых правил. - Неужели нет никакой возможности с ним поговорить? Должен же он где-то ночевать! - Ночевать… - с непонятным выражением лица протянул Кириан. – Где ночует Стейнар, я знаю, но это самое неудачное место для разговоров, которое только можно представить. Брось, Род, забудь про этого зануду хоть ненадолго! Если ты не намерен прямо сейчас завалиться спать, давай лучше выпьем хорошего вина и немного поболтаем. Клянусь, я куда лучший собеседник, чем наш любимый некромант. К тому же у меня к тебе парочка серьёзных вопросов, которые я хочу прояснить до завтрашнего утра. В этот момент явился давешний старикан с подносом заставленным всяческой снедью и бутылками с вином. Родерик принялся помогать расчищать завалы на столе для трапезы, про себя радуясь заминке. Он знал, о чём его хочет расспросить Кириан, и опасался этого разговора. Всю дорогу до Монтенберга он так и эдак прикидывал, сколько правды он может позволить себе рассказать приятелю. Нестерпимо хотелось открыться хоть кому-нибудь, разделить бремя страхов и сомнений, но Родерик каждый раз одёргивал себя, когда накатывало желание дать слабину. Он сам не до конца понимал во что ввязался, хватит с него поспешных решений, наломал уже дров. Когда с едой и первой бутылкой фирского вина было покончено, Кириан расслабленно развалился в своём кресле и небрежно протянул: - Расскажи-ка мне, Род, что приключилось с тобой и твоим учителем после того, как вы отправились разыскивать источники, на которые я вам указал. От Стейнара ни черта не добиться, молчит как покойник, - Кириан слегка пьяно хохотнул, - а мне бы хотелось прийти на завтрашнее заседание подготовленным. - Сначала мы отправились в деревню у Восточного тракта, - осторожно подбирая слова, начал Родерик, - там переродился источник, а с ним и местный хранитель. Когда мы прибыли, все жители уже были убиты им. Стейнар усмирил источник и видел тела селян, я в это время бродил по деревне, смотрел по сторонам, как мне сказал учитель. Хранитель неожиданно вышел на меня и напал. Лежать бы мне там со вспоротым брюхом, если бы Стейнар не вернулся вовремя. - Хорошо, а про второй источник что ты можешь сказать? - чуть напряженнее спросил Кириан. - Да ничего, меня там вовсе не было, - Родерик сам удивился, как уверенно прозвучали его слова. - Стейнар оставил меня в Ирбисовом перевале, обругав бестолочью после стычки с хранителем, а сам ушёл ко второму источнику один. Я помыкался немного и решил-таки за ним пойти, но оказался на Быстрых тропах, которые выпустили меня только к осени в каком-то лесу под Ржавыми горами. Вот и вся история. - Мда, не густо, - Кириан устало потёр лицо ладонями, - завтра совет будет обсуждать каким образом приключилась эта напасть в Монтхейме, а никто, кроме разве что Стейнара, ни хрена не знает. - А маги-то здесь причём? Потница и раньше случалась, вы же не гильдия медикусов, чтобы с мором бороться. Пусть об этом у короля голова трещит. - Дело, увы, не в болезни, а в её причинах. Потница началась в Монтхейме не сама собой, никто её не завозил из торговцев, никто не травил людей злонамеренно, - Кириан устало прижал пальцы к вискам и поморщился, как от головной боли. - Что-то нехорошее произошло у Ржавых гор, Род, а что конкретно, никто не знает. Причина однозначно магическая, а больше пока ничего не ясно. Все истинники всполошились, потому что думают, что это очередное знамение восхода смарагдовой звезды, но тогда картина вырисовывается совсем тревожная. - Что это за смарагдовая звезда? Стейнар мельком упоминал о ней, но никогда не рассказывал подробностей, - осторожно спросил Родерик, его сердце гулко забилось в нехорошем предчувствии. - Это очень старая легенда. Вроде как ушедшие, до того как они стали походить на животных больше, чем на разумных существ, оставили предсказание о конце мира людей, - Кириан откупорил очередную бутылку и разлил вино по бокалам. - Ну, ты знаешь, куда в нашем нелёгком магическом деле без пророчеств о конце света? Мол, засияет на небе смарагдовая звезда, и с этого дня начнётся закат эпохи людей в этом мире. - Звучит, как детская страшилка, - с сомнением протянул Родерик. - Вот! - Кириан непонятно кому погрозил пальцем. - Все так и думали до той поры, как магические источники стали иссыхать и перерождаться направо и налево. Тогда-то до мастеров над Потоками дошло, что речь шла вовсе не о звезде, как о небесном теле, а о дыре в самом мироздании. - Я выпил слишком мало или, наоборот, слишком много, чтобы понять тебя, - честно сознался Родерик. - Всё просто, истончение магической сферы нашего мира, чему способствует фактическое отсутствие истинных магов и нормально функционирующих источников, приведёт к локальному прорыву в ткани мироздания. Сфера лопнет, как мыльный пузырь, наш мир поглотит Изнанка, а всех людей сожрут проклятые драконы. Смарагдовая звезда лишь первая прореха на иную сторону бытия. - Теперь мне всё понятно, - с долей сарказма сказал Родерик, но травник, похоже, этого не понял. - Кир, я не могу ждать вашего ловчего совета. Мне плевать, из какой дыры придётся вытащить Стейнара, но я должен поговорить с ним. Скажи, где его искать, а остальное моя забота. - Раз уж тебе так неймётся, я пойду вместе с тобой, - после короткого раздумья решился Кириан, – но потом не говори, что я тебя не предупреждал. Зайду за тобой через час, а ты пока освежись, сегодня ночью тебе будет не до сна. Комнаты, которые ему отвел Кириан, были для Родерика непривычно роскошны и чисты. Казалось, ни единая пылинка не смела осквернить гладкого дерева, которым здесь был обшит даже потолок. Тяжелые оконные портьеры и полог кровати пахли свежестью, словно их проветривали целый день. Как тут было не вспомнить о житье в крепости некроманта? Пыль, труха и паутина – вот и все богатства Ирбисова перевала. Родерик давно позабыл, что такое дом, не продуваемый насквозь холодными ветрами, и чистая постель без колючей соломы в матрасе. Мужчина успел освежиться, переодеться в чистую одежду, которой полнилась маленькая гардеробная рядом со спальней, рухнул на кровать, собираясь просто перевести дух, и сам не заметил, как задремал. Разбудил его уверенный стук в дверь. Плохо соображая со сна на каком свете он находится, Родерик побрёл открывать. Кириан стоял на пороге до неприличия бодрый и свежий. Чёрный бархатный колет сидел на нём как влитой, подчёркивая ослепительную белизну рубашки. В таком эффектном наряде Родерик видел приятеля впервые, но спросонья ничего кроме раздражения это не вызывало. - Подъём! Поспеши, а то всё веселье пройдёт мимо нас! – почти пропел Кириан. – Собирайся, я покажу тебе главное чудо Монтенберга – квартал Грёз. Побывать там обязан каждый приезжий, но только с наступлением ночи можно оценить это место по достоинству. - А я думал, мы идём Стейнара искать, - проворчал Родерик, про себя гадая, что это за место такое, где не спят глубокой ночью. - Твой учитель навевает на всех в последнее время смертельную тоску. Я имею в виду, больше, чем обычно, - пожаловался Кириан, – ты не знаешь, что с ним такого приключилось? А, не важно! Нам всё равно по пути, так что не отказывайся от своего счастья. Когда Стейнар снова уволочёт тебя в своё логово, ты ещё пожалеешь, что так мало времени провёл в Монтенберге. Родерик при этих словах незаметно потянул рукав рубашки вниз, скрывая шрам, оставленный кинжалом Стейнара. Отчего-то Кириан так и не почувствовал произошедших с другом перемен. Теперь он не ученик истинного мага, а так, не пойми кто. - Так что это за квартал Грёз? Только не говори, что ведёшь меня в курильни виленского лотоса. - Бр-р-р, - передёрнул плечами Кириан, – скажешь тоже! Квартал Грёз – это вотчина магов-зеркал. Ты обязан увидеть это место своими глазами, чтобы знать, так сказать, конкурентов в лицо, - маг хохотнул, – шутки шутками, но деньги там крутятся немалые. В этом месте всегда есть на что поглазеть, даже если наведываться туда регулярно. Смотри, как бы ни пришлось тебя силком оттуда уводить, не удивлюсь, если ты захочешь там остаться навсегда. Всю правдивость слов Кириана Родерик прочувствовал ещё на подходе к кварталу Грёз. Разноцветное зарево могло потягаться в своей пестроте с радугой силовых потоков, которые так испугали мужчину в своё время. Подходя к одной из шести улиц, которые составляли квартал Грёз, Родерик готовился к сколь угодно диковинному зрелищу, но всё же застыл с открытым ртом, как крестьянин из глухой деревни, стоило им с Кирианом дойти до цели. Только что Родерик досадовал на упрямого приятеля, который затащил-таки его в увеселительный квартал, а уже в следующий миг все тревожные мысли последних дней вымыло из головы, словно морским прибоем. - Добро пожаловать на улицу Искр – истинную жемчужину нашей славной столицы! – жизнерадостно провозгласил Кириан. – Здесь торгуют вещичками для не самой взыскательной публики, но посмотреть всегда есть на что. С этими словами невозможно было поспорить. Несмотря на поздний час, улица кипела жизнью на зависть любой ярмарке. Люди неспешно прогуливались по мостовой, освещенной коваными фонарями, толпились у длинных витрин, стояли, задрав головы к ночному небу, и Родерик не знал, к какой из групп ему самому бы хотелось примкнуть. В своё время он помотался по континенту и уж, конечно, с лихвой насмотрелся на тех, кого в народе зовут «магиками», «чародеями» или вовсе «колдунами». Всё, что могли эти, с позволения сказать, волшебники, это поражать чернь расшитыми непонятными закорючками плащами, под видом заклятий бормотать невнятную околесицу и фокусничать, навроде ярмарочных циркачей. Но на улице Искр творилось что-то совершенно иное. Строго говоря, ни одного колдуна Родерик не увидел. Никто не тряс длинной седой бородой, не мёл пыль полами яркого балахона и не размахивал диковинным посохом. Магов на улице не было, но магия наполнила всё вокруг, встав вровень с коньками крыш. Первые этажи домов занимали лавки и магазинчики всяческого толка. Тут и там теснились посудные, ювелирные и даже книжные лавочки, в витрине которых громоздились целые башни книг, на зависть коллекции Стейнара. Но, конечно, отнюдь не разнообразие товаров поражало каждого, кто оказывался в квартале Грёз первый раз. Начиналось всё с вывесок. Они были живыми: шелестели страницы нарисованной на деревянном щите книги, красный дракон обвивался вокруг сундука с драгоценными камнями, зло скалясь на прохожих, и потряхивал гривой белый скакун, привлекая внимание к гостеприимно распахнутым дверям трактира под названием «Строптивый рысак». В воздухе стайками проносились попискивающие тоненькими голосами существа, похожие на бабочек. Каждая такая стайка светилась своим цветом, освещая улицу причудливыми всполохами. Тут и там прямо в небе ненадолго возникали и тут же рассыпались звёздами дивные миражи. Дворцы, сады, диковинные птицы и фонтаны появлялись из ниоткуда, чтобы в следующий миг рассыпаться в ночном небе, обдав задравших головы зрителей цветными холодными искрами. Вокруг было столько красок и диковинок, что Родерик на мгновение растерялся, и, если бы не Кириан, потащивший его за рукав дальше, так бы и стоял, позабыв обо всём на свете. - Вижу, тебя пробрало! – крикнул молодой маг в ухо приятелю, стараясь перекричать шум улицы. – Но не ведись на красивый фасад, на Искрах торгуют исключительно пафосным барахлом и подделками. Здесь днём с огнём стоящих вещей не сыщешь. - А что ты называешь «стоящими вещами»? – удивился Родерик. В его понимании то, что мелькало в витринах тут и там, выглядело весьма многообещающе. - На улице Тайн у некоторых антикваров можно найти презабавные вещицы времён Первой империи. А в переулке Латников обзавестись отличным оружием, обладающим весьма нестандартными свойствами. Правда, для доступа к таким товарам нужна соответствующая протекция, да и цены у тамошних мастеров кусаются будь здоров. Но, стоит признать, некоторые из зеркальных магов знают своё дело. Подчас проще и быстрее заплатить местным умельцам, чем вникать в тонкости чужого ремесла. Они свернули с улицы Искр, и шум постепенно стал смолкать. Теперь хотя бы не приходилось кричать, чтобы быть услышанным. Кириан продолжал без умолку сыпать историями о магах-зеркалах, их поделках и пикантных курьёзах, связанных с применением оных. - Вот мы и у цели! - преувеличенно жизнерадостно воскликнул маг. - Всё как ты хотел, приятель, вместо дружеской попойки и задушевных разговоров получи своего разлюбезного некроманта в лучшем виде. Родерик так заслушался приятеля, что не сразу сообразил, к чему относилась последняя фраза. Он был уверен, что им ещё идти и идти, но Кириан бодрым шагом устремился к ближайшему дому, вывеска над которым скорее умножала вопросы, чем давала ответы. - Что это за место? Родерик и без разъяснений догадался, куда привёл его Кириан, но до последнего надеялся, что найдётся какое-нибудь внятное объяснение происходящему. Ухоженные клумбы перед главным входом, высокие окна с плотно закрытыми шторами, ну и, конечно, вывеска: пышнотелая красотка прикрывала свои прелести охапкой сиреневых цветов. Впрочем, выходило у неё плохо, цветы то и дело падали из белоснежных рук, на мгновение открывая полную грудь. - Бордель «Стыдливый гиацинт». Названьеце так себе, но внутри всё очень прилично, - широко улыбаясь, сказал Кириан, – без меня ты бы сюда никогда не попал, так что можешь не благодарить. - Постой-постой, - Родерик успел-таки схватить приятеля за рукав, – про бордель речи не шло. Мы нужно к Стейнару, не забыл? - Нет, - с нескрываемым удовольствием протянул маг, – мы как раз пришли куда надо. У твоего учителя нет собственного дома в Монтенберге, он в столице и не бывает никогда. В случае крайней нужды, как сейчас, Стейнар снимает комнату у хозяйки «Гиацинта», госпожи Этильен. Мира, зная это, писает от злости кипятком, но поделать ничего не может. Так что пошли, вытащим старину некроманта из чьей-то тёплой постельки. Родерик с сомнением глянул на обнаженную красотку с гиацинтами, получил от неё воздушный поцелуй и заспешил вслед за Кирианом. Разум окончательно отказывался понимать магов и их мозговые завихрения.