Carpe diem

Лили и Маргарет сидели в одном из кафе на Косой Аллее. Девушки с улыбками вспоминали истории из прошлого, как они впервые встретились, как стали подругами, как Томас стала для Лили частью семьи. И как в их дружбу ворвался Джеймс. Маргарет до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что через месяц с небольшим станет миссис Поттер. Совсем недавно она и не думала об этом. А могла ли она предположить это четыре года назад, когда состоялся ее первый матч по квиддичу против Гриффиндора, когда быстрая рука ловца соперника поймала снитч прямо у неё перед носом, когда довольный собой брюнет отобрал победу у Когтеврана и подмигнул ей, издеваясь. Могла ли тогда Маргарет подумать о том, что за этого вредного и зазнавшегося мальчишку спустя четыре года выйдет замуж. Нет. Тогда она его ненавидела. Ведь она уже чувствовала золотой шарик кончиками пальцев. Победа была всего в паре миллиметров. Ещё чуть-чуть и Когтевран бы выиграл у львиной команды. Впервые за несколько лет. Но нет. Джеймс Поттер, один из лучших ловцов за всю историю школы, не толкая соперницу, не скидывая с метлы, никак не мешая ей поймать мячик с крылышками, буквально достал победу у нее из рук. И это Маргарет бесило больше всего. Она до сих пор не могла простить ему такого поражения. Было бы намного легче, если бы он первый увидел снитч, находился к желанной победе ближе, чем она. Нет. Она увидела золотой мячик первая. Рванула к нему, как сумасшедшая, оставив Джеймса далеко позади. Казалось бы, что она поймает снитч, она победит. Но нет! Не ее пальцы сомкнулись вокруг маленького мячика, принося победу своей команде. Не она после этого подняла руку в небо, показывая всем, что игра закончена. Не она потом с превосходством в глазах смотрела на соперника. Не она! После этого матча она долго сидела в раздевалке, хотя ее команда давно была в замке и, забыв об игре, ужинала. Но она не могла. Не могла забыть такого обидного проигрыша, что хотелось выть от безысходности. Маргарет вышла из раздевалки, когда на небе стали появляться звезды. И решив, что попасться кому-то из преподавателей или Филчу сейчас не очень-то хотелось, быстро отправилась в замок. Но это был явно не ее день. Дойти не замеченной до своей гостиной у девушки не получилось. И ведь встретила она совсем не преподавателя. Хотя, если бы ей дали выбор, чьи глаза увидеть в коридоре ночного Хогвартса — строгие и осуждающие профессора МакГонагалл или тёплые, карие с веселящимися чертиками ловца Гриффиндора — она определённо выбрала бы директора школы. И все равно, что это бы грозило снятыми баллами и отработками на неделю. Главное не видеть этих радостных глаз. Не слышать этот голос… — И что ты тут делаешь? Она и так была нервная, а услышав почти смеющийся голос Поттера, была готова взорваться. Но, глубоко вдохнув, Маргарет решила, что он уже достаточно поиздевался над ней сегодня. Второго раза не будет. — Могу спросить у тебя тоже самое. Но не буду. Не хочу задерживаться из-за тебя. Возможно, ее голос звучал слишком грубо, потому что Джеймс замер на секунду и удивленно поднял брови. Девушка решила воспользоваться его замешательством, поэтому в следующую секунду прошла мимо него, гордо подняв голову. Маргарет всей душой надеялась, что этот наглый и самоуверенный парень останется стоять там, не пойдёт за ней. А почему собственно он должен за ней идти? Кто она такая? Проигравшая на фоне великолепного Джеймса Поттера. Но Маргарет не дошла и до поворота, когда увидела, что этот самый непобедимый ловец идёт рядом и улыбается. — И что тебе надо? — зло шипя, ели слышно сказала Маргарет. Собственный голос показался ей чужим. Столько разных эмоций: злость, удивление, презрение и — ей показалось, правда? — едва заметная радость. Не может быть. Неужели она рада тому, что этот довольный гриффиндорец идёт рядом с ней? Быть этого не может. — Вот решил присмотреть за тобой. А то мало ли что ты можешь натворить в пылу гнева. И снова эта улыбка. Которую так и хотелось стереть с этого наглого лица. Что он о себе возомнил? Да, он сегодня поймал снитч, но это не даёт ему право делать все, что ему захочется. Хотя он всегда именно так себя и вел. Сколько помнила Маргарет, он всегда чувствовал себя королём. Раньше, до знакомства с Лили, Томас думала, что все в клане Поттер-Уизли такие. Самоуверенные, гордые, зазнавшиеся. Но Лили опровергла эту теорию, став лучшей подругой Маргарет и изменив мнение о ее семье. Но мнения о Джеймсе Поттера осталось таким, каким было, и вряд ли что-то могло это опровергнуть. А сегодняшний день нисколько не изменил его. Только если в худшую сторону. — А не пойти ли тебе куда подальше? — почти не разжимая губ и не смотря на все ещё улыбающегося гриффиндорца, сказала Маргарет. — Зачем так грубо? — на какую-то секунду улыбка сошла с лица Джеймса, чтобы сделать обиженное лицо. Но секунда прошла, и улыбка снова красовалась на его губах. Маргарет была готова завыть. Он, практически ничего не делая, довёл ее до бешенства. — Ты на меня обиделась? — хоть это и звучало с вопросительной интонацией, девушке показалось, что он утверждает. — За игру. Видит Мерлин, Поттер, лучше не надо было тебе этого говорить. Лучше вообще было молчать. Живым бы был. — Хочешь жить, лучше заткнись. Нет, он издевается. Мало того, что его улыбка, от которой млела почти вся женская половина Хогвартса, не исчезала с его губ, так он ещё и смеётся над ней. Отобрал снитч, не дал спокойно дойти до гостиной, так ещё и смеётся над ее словами, которые были сказаны серьёзно. Видимо ему действительно надоело жить. — Поттер, ты издеваешься?! — остановившись, крикнула Маргарет. — Да не кричи ты, — еле сдерживая новый приступ смеха, примирительно проговорил Поттер. Закрыв глаза, Маргарет сделала глубокий вдох. Нужно успокоиться. Не хватало ещё, чтобы их поймали вне стен своих гостиных после отбоя. Не смотря на Джеймса, Маргарет пошла дальше. Ещё чуть-чуть. Коридор, лестница и она окажется в своей гостиной. Далеко от Поттера. — Значит, всё-таки ты на меня злишься, — довольно пропел Джеймс. — Поттер… — злой шепот, от которого у любого бы пошли мурашки по всему телу. Но не у него. — Успокойся, — спокойный голос ещё сильнее разозлил, но Поттер этого как будто не замечал. — Кстати, ты неплохо играла. И она застыла. Просто встала, как вкопанная посреди коридора, хлопая ресницами. А он? Сделал ещё несколько шагов, остановился и с улыбкой чеширского кота повернулся к ней. Что он сказал? Он похвалил ее игру? Лучший ловец школы признал, что она хорошо играла? — Что? — дрожащий голос, услышав которой она захотела убежать отсюда куда подальше, только бы не видеть это довольное лицо. — Ты молодец. Ещё чуть-чуть, и наш капитан убил бы меня за проигрыш. Только спустя несколько минут Маргарет поняла, что все это время смотрела на Поттера, не моргая, а он все улыбался. — Поттер, если это слова утешения, то беги. — Ты теперь всегда будешь искать во мне подвох? — Джеймса действительно задело ее недоверие. И чем он это заслужил? Ведь он похвалил ее игру. Что, между прочим, раньше не делал никогда. Никому не признавался, что какой-то ловец смог заставить нервничать его, самого Джеймса Поттера. — Просто… — Маргарет стало даже стыдно за своё поведение, но вспомнив, с чего все началось, она моментально забыло о сожаление. — Это так неожиданно. Сам Джеймс Поттер хвалит одного из своих соперников. Ты не заболел, Поттер? Она почти насмехалась над ним, но Поттер решил сделать вид, что не заметил этого. Пусть лучше смеётся, чем злится. — Но, Поттер, — Томас сделала паузу, обдумывая, стоит ли задавать этот вопрос, который мучил ее с самой игры. — Несмотря на то, что ты похвалил мою игру, выиграл ты. Хотя я была ближе к снитчу. Как, во имя Мерлина, ты это сделал?! Последнюю фразу Маргарет произнесла, теряя спокойствие, потому что в ней с новой силой вспыхнуло осознание того, что она потеряла такую близкую победу. Джеймс, заметив в глазах Маргарет злость и зависть, тихо засмеялся. — Твои слова принять за комплимент? — смеясь, поинтересовался Джеймс. Хоть он и знал, что он один из лучших ловцом — гены, что поделаешь — и ему часто это говорили, но слова этой девчонки бальзамом легли на душу. По взгляду Маргарет можно было понять, что она ждала ответа. Ее изнутри так и съедало любопытство. — Прости, но я не могу тебе сказать, — его взгляд действительно выглядел виноватым, что даже нараставшая с каждой секундой злость в душе Маргарет удивленно замерла. — Понимаешь, — подошёл почти вплотную, но она не сделала даже попытки отойти или оттолкнуть. — Это секрет, — шепот у самого уха. Маргарет вздрогнула, а по телу пробежали мурашки. Джеймс заметил реакцию девушки, и она хоть и не видела, но почувствовала его довольную ухмылку. — Если я тебе скажу, как я это сделал, то в следующем матче против Когтеврана Гриффиндору придётся смириться с поражением. А там можно потерять и кубок школы, который столько лет украшает нашу гостиную. Прости, не в этой жизни. И отойдя от девушки на несколько шагов, Джеймс смог любоваться произведенным эффектом. Карие глаза широко распахнулись, губы чуть приоткрылись, на щеках появился румянец, который можно разглядеть и в темноте коридора. И от этого удивленного и потрясенного вида Маргарет, на губах Джеймса снова расцвела улыбка. — Дурак ты, Поттер. Девушка тряхнула головой, прогоняя наваждение, после чего, обошла Джеймса и гордо поднялась по лестницы. Маргарет уже ответила на вопрос, который служил паролем, и готова была войти в гостиную, когда услышала: — Я бы не советовал в следующий раз ходить так поздно по школе. Ты можешь уже не меня встретить. Мысленно послав Поттера в Запретный лес, Маргарет зашла в гостиную. Закрывая дверь, она снова услышала его голос: — Спокойной ночи. Дверь закрылась, а Джеймс остался там, около лестницы, так и не дождавшись ответа. Маргарет прислонилось спиной к двери, будто боясь, что он ворвется сюда. А потом с ее губ слетел неосознанный шепот: — Спокойной ночи…

***

— Маргарет, ты меня слышишь? Голос Лили заставил оставить воспоминания о первом разговоре с Джеймсом Поттером. Тогда девушка и представить не могла, что произойдёт после того, как ловец гриффиндора похвалит ее игру. — Что такое, Лили? Рыжеволосая удивлено посмотрела на подругу. Видимо, Лили что-то говорила Маргарет, а она ее не слышала из-за того, что творилось в ее голове. — Я не буду повторять все, что говорила. Только скажу, что сейчас уже три часа. — Ну и что? — устало проговорила Томас, совершенно не понимаю смысла фразы Поттер. Но когда до неё дошло то, что сказала Лили, Маргарет выскочила из-за стола, как ошпаренная и стала что-то искать в сумке. — Не может быть. Лили, ты раньше сказать не могла?! — Успокойся, Маргарет, — смеясь, попытались успокоить подругу Лили. Но у неё это не получилось. Маргарет быстро кинула на стол несколько галеонов и, схватив сумку, выбежала из кафе. — У тебя ещё три часа, — догнав подругу за углом, сказала Лили. — Мы все успеем. — Мне бы твоё спокойствие. Мерлин, всего три часа…

***

Джеймс стоял перед зеркалом, с ухмылкой глядя на своё отражение. Из зеркала на него смотрел симпатичный брюнет с карими глазами, которые Лили часто сравнивала с горячим шоколадом. Волосы, как и всегда, были взъерошены, а на губах весёлая улыбка. Как же не улыбаться? Ведь скоро Маргарет станет его женой. От одной этой мысли Джеймс был готов засмеяться от счастья на весь мир. Сердце его плясало, душа пела. Все внутри радовалось вместе с Джеймсом. Маргарет. Его невеста. Как же он боялся тогда, стоя на коленях возле неё с кольцом в руках и что-то говоря. Он совершенно не думал, какие слова слетали с его губ. Он думал только о ее глазах, которые смотрели на него с удивлением и непониманием. Он смотрел и боялся. Боялся увидеть в этих красивых глазах отрицательный ответ. Но увидев ее слёзы и улыбку, а после, почувствовав ее руки у себя на шее, понял, какой же он дурак, раз сомневался в этой забавной девчонке с самой милой улыбкой на свете. А ведь четыре года назад эту девчонку он не замечал. Просто не знал. И кто ж знал, что матч по квиддичу изменит его судьбу, его жизнь. Изменит его самого. Кто ж знал, что это вспыльчивая когтевранка сможет обыграть самого Джеймса Поттера. Ведь если бы не его метла, которая была все-таки быстрее метлы девушки, он бы впервые проиграл. И кому? Девчонке! Но он поймал снитч. Она осталась проигравшей. И он тогда обернулся к ней, чтобы, как и раньше посмотреть на побежденного соперника с превосходством. Но обернувшись, он увидел растерянные карие глаза, которые смотрели на него с непониманием. И он просто улыбнулся ей. Не так, как улыбался другим соперникам. А по-доброму. Улыбнулся и подмигнул. В гостиной гриффиндора он забыл о ней, так как вокруг играла музыка, все танцевали и праздновали победу, хотя на улице давно светила луна, а утром всем на уроки. Джеймс решил прогуляться по ночному Хогвартсу, развеяться. Он же не знал, что снова встретит эти карие глаза, и на этот раз вряд ли забудет. Он видел, что она злится, и от этого на лице появилась улыбка. Он не знал, какой чёрт дернул его проводить ее до гостиной и по пути завязать разговор, но был благодарен этому черту. Пожелав ей спокойной ночи, Джеймс сам решил отправится в кровать. Хоть он и герой дня, но МакГонагалл вряд погладит его по головке, когда он уснет на ее уроке. Но Морфей не скоро забрал его в своё царство, так как из его мыслей никак не выходили ее русые волосы и карие глаза. Следующие несколько недель она умело его избегала. Он очень редко встречал ее в коридорах замка, а если и встречал, то в компании однокурсниц или Лили. Единственное, что радовало Джеймса так это то, что Лили была подругой Маргарет. Он мог спокойно подходить к ним, прикрываясь тем, что хочет о чем-то поговорить с сестрой, в то время как любовался ее недовольными глазами и слегка розовыми щечками. Джеймс все чаще останавливал свой взгляд на русых волосах когтевранки. Как только он видел ее в коридоре, так сразу же из его головы вылетали все мысли, и он не слушал, что говорят ему рядом стоящие товарищи. А на тренировках по квиддичу Джеймс никак не мог сосредоточиться на снитче. В голове в ту же секунду оживали воспоминания игры. Он несколько тысяч раз прокручивал в памяти тот момент, когда ловит снитч, чуть задевая Маргарет. Капитан команды никак не мог понять, что происходит с его ловцом. Разговоры с Поттером ничего не давали. Джеймса не интересовал ни квиддич, ни учёба, ни вечеринки с красивыми девушками. Единственное, что занимало его мысли — Маргарет. А также его терзала мысль, что Томас о нем не думает. Не смотрит на него. Что он ей не снится каждую ночь. Его пугала мысль, что она его забыла. Тогда он ещё не знал, что девушка поднимает на него свои карие глаза сразу, как только он отводит от неё взгляд. Не знал, что мысли о нем тоже не уходят у неё из головы. И не узнал, если бы не Лили, которая, заметив странное поведение подруги и брата, «случайно» не сказала Джеймсу, что Маргарет получила приглашения в Хогсмид от вратаря Когтеврана, но при этом отказалась, так как влюблена в другого. И Джеймс не выдержал. Он и раньше не мог спокойно смотреть, как девушка, которая заставила его сходить с ума, флиртовала с другими парнями, но держался. А после слов Лили в нем поселилась надежда. И он решился. Поймал Маргарет в коридоре и, выслушав все, что она о нем думает, с улыбкой, за которую она была готова его убить, пригласил в Хогсмид. Томас не была бы собой, если бы сразу согласилась. Джеймс понимал, поэтому все с той же улыбкой выслушал ее монолог, который длился несколько минут, начинающийся с «что ты о себе возомнил» и заканчивающийся «с чего ты взял, что я пойду с таким придурком как ты в Хогсмид?». А после ее пламенной речи, он не сказал ни слова. Просто поцеловал. Джеймс навсегда запомнил тот момент, когда она ответила на поцелуй и обняла его. Никогда он не забудет того чувства, которое родилось в нем в те мгновенья. Именно это воспоминание до сих пор помогает ему вызывать телесного Патронуса. Часы пробили пять вечера. Пора собираться на встречу с родителями. Сегодня Джеймс и Маргарет решили рассказать родным о предстоящей свадьбе. Правильнее сказать, решил Джеймс, а у Маргарет просто не было другого выбора. Была бы ее воля, она бы оставила родителей в неведенье вплоть до свадьбы. А может и тогда бы не сказала. Джеймс должен сказать спасибо Лили, которая идёт на встречу с родителями вместе с ними. В качестве моральной поддержки. Поттер последний раз посмотрел на своё отражение и отправился на поиски невесты, которая, зная ее характер, вполне могла где-нибудь спрятаться.

***

Лили смотрела в окно, за которым шел дождь. Люди спешили домой. Некоторые прятались под зонтами, кто-то забегал в небольшие магазинчики, надеясь на то, что ливень скоро закончится, и они смогут спокойно продолжить свой путь. Но были и такие люди, которые не прятались, никуда не спешили, а спокойно шли, не замечая дождя. Но больше всего Лили нравилось наблюдать за детьми. Они радовались каплям с неба, как новой игрушке на день рождения. Они не прятали лица в капюшоны, не ругали всеми известными словами грозовые тучи. Они прыгали по лужам и смеялись. Даже замечания недовольных родителей не останавливали детей. Они догадывались, что, наверное, как только придут домой выслушают от мамы все, что она думает о насквозь сырой и грязной одежде, но все равно продолжали прыгать по лужам, поднимать голову к небу, ловя губами капли, и смеяться. Лили любила дождь. Она могла часами сидеть около окна и наблюдать за природой, которая, измученная жаждой, умывалась каплями. Напротив рыжеволосой сидела нервная Маргарет и стукала пальцем по столу. Лили знала, подруга тоже любит дождь, ведь именно в такую погоду Томас впервые обыграла Джеймса Поттера. Дело бы весной. В один из дождливых дней Когтевран играл с Гриффиндором в финальном матче, в котором решалась судьба кубка. Дождь мешал обеим командам, но при этом обе стороны решили биться до конца. Никто не хотел уступать. Все игроки и даже болельщики возлагали надежды на ловцов, которых не было видно из-за сильного дождя. Но в тот момент, когда игроки устали из-за длительной игры, а болельщики уже не вскакивали со своих мест, стоит только охотнику забить гол, буквально из неоткуда к земле устремились два ловца. Все, затаив дыхания наблюдали за двумя фигурами, стремительно летевших вниз. Маргарет и Джеймс смотрели в одну точку, где, скорее всего, находился снитч, который видели только они. Несмотря на то, что с недавних пор Поттер и Томас стали парой, никто не собирался уступать. «Отношения не должны влиять на игру» — эту фразу произнесли капитаны обеих команд перед игрой. Достигнув земли, снитч стал двигаться параллельно ей, что заставило ловцом поменять направления полёта. Джеймс был намного опытнее и быстрее Маргарет, поэтому он, пусть и ненамного, но вырвался вперёд. Маргарет не могла допустить, чтобы Поттер выиграл второй раз. Это бы сильно ударило по ее самолюбию. Ведь она помогла своей команде выйти в финал. Многие называли ее чуть ли не лучшим ловцом школы. Конечно, после Джеймса Поттера. Маргарет почти поравнялась с Джеймсом, когда он уже вытянул руку, чтобы поймать снитч. Томас вполне могла толкнуть соперника в плечо. Конечно, он бы не упал на землю, так как у девушки не хватило бы на это сил, но потерял бы на несколько секунд концентрацию на снитче, чего бы вполне хватило для победы Когтеврану. Но Томас не могла это сделать, как бы ни хотела выиграть. Кто бы что не говорил, но она бы никогда не поступила так подло. Лучше снова проиграет, чем нечестно выиграет. Но тут произошло то, что ни Джеймс, ни Маргарет не ожидали. Снитч буквально проскользнул сквозь пальцы Поттера и полетел назад, пытаясь облететь ловцов. Поттер не мог так быстро поменять направления метлы. А Маргарет и метлу трогать не пришлось. Она инстинктивно вытянула руку, и снитч оказался у неё в руке, не успев улететь. — Когтевран победил! 260-120! — голос комментатора пролетел над всем полем, оповещая игроков и болельщиков, что игра окончена. Маргарет смотрела на мячик в своей руке, пытаясь осознать, что она это сделала. Она выиграла! Она победила! А Джеймс Поттер, наверное, впервые проиграл. Он смотрел на неё глазами, в которых не было ни обиды, ни разочарования. Только огромное удивление. Он не отрывал взгляда от зажатого в ее руке мячика, который буквально предал его, впервые ускользнув от ловкого Джеймса Поттера. — Ты, по-моему, боялся, что кубок исчезнет из вашей гостиной, — во взгляде Маргарет тоже читалось удивление от такого везения. Но постепенно в неё вселялось чувство гордости от осознания того, что она выиграла. — Надеюсь, ваш капитан не убьет тебя за это. Маргарет засмеялась и полетела к своей команде принимать поздравления. А Джеймс так и остался висеть в воздухе и смотреть вслед Маргарет, которую уже и не было видно из-за дождя. — Маргарет, успокойся, — от воспоминаний Лили отвлёк заботливый голос Джеймса, который обнял невесту за плечи. — Я спокойна, как никогда, — прошептала Маргарет, кусая губы. Она и сама не могла понять, почему так нервничает. — Вот и папа с Панс… Джеймс поцеловал волнующуюся Томас и отправился к родителям, давая девушкам пару минут побыть наедине. — Я буду рядом, — прошептала Лили, сжимая руку подруги. — Джеймс не позволит им тебя обидеть. Маргарет усмехнулась и слегка успокоилась. Как раз в это время подошли мистер и миссис Поттер с Джеймсом. — Лили, — Панси обняла рыжеволосую. Она тоже волновалась, так как понимала, что, скорее всего, Гарри будет расспрашивать дочь о новостях в Мэноре. А нового скандала Панси не хотелось. — Дочка, — Гарри приобнял Лили, а она поцеловала его в щечку. Будь бы его воля, он бы не отпускал дочь ни на минуту. Обнимал бы ее и защищал от ужасного мира, в котором неизвестно что творилось. — Как Альбус? — Вполне счастлив, — тихо ответила Лили, наблюдая за Панси, которая разговаривала с пытающейся успокоиться Маргарет. Джеймс поймал ее взгляд и подмигнул, приобняв невесту. — Должен быть сейчас со Скорпиусом и Мелиндой в поместье. — Хорошо, — Гарри хотел спросить, что происходит в Малфой-Мэноре, но сдержался, так как этот разговор мог расстроить Лили. Да и если бы что-то случилось, то она бы сама рассказала. — Джеймс, может, теперь ты расскажешь, зачем пригласил нас? — Сейчас ещё кое-кто подойдёт, и мы все расскажем. — Ещё кто-то? — Гарри терялся в догадках, кого они ещё ждали. А вот Панси по смущенному лицу Маргарет и довольному Джеймса поняла, кого все ждут. — Ну и дождь… — раздался недовольный голос у входа в ресторан. Поттер давно не слышал своего бывшего однокурсника. — Томас, хочу напомнить, что ты волшебник, — насмешливо ответила Панси, наблюдая, как Дин помогает своей жене снять верхнюю одежду. — Спасибо за справку, Паркинсон — пожимая руку Поттеру, сказал отец Маргарет. — Столько лет жил и не знал, как использовать эту деревянную палочку. — Судя потому, что не догадался использовать заклинание, даже не подозревал, что палочка волшебная. — Обменялись приветствиями, а теперь к столу, — Джеймс пригласил всех сесть, потому что Маргарет уже была готова убежать на край света, только бы не слышать этот разговор, хотя понимала, что это просто шуточное препирательство. Пока все усаживались и обменивались новостями, Лили пыталась успокоить Маргарет, поэтому села рядом с ней и, держа за руку что-то тихо говорила. Джеймс не вмешиваться, решив, что у Лили всё-таки лучше получится успокоить нервы Томас. — Так и зачем мы все здесь, — насмеявшись над шутками старых друзей, с которыми не виделся несколько лет, Дин обратился к молодым людям. Поттер подмигнул Маргарет и поднялся со своего места. Когда все замолчали и с интересом посмотрели на него, беспокойство девушки передалось и ему. Но быстро откинул страх куда подальше, — в конце концов, он же Поттер — и, собравшись с мыслями, обратился к родителям невесты. — Мистер Томас, миссис Томас, — Джеймс улыбнулся, пытаясь скрыть волнение. — Я бы хотел попросить у вас руки вашей дочери. Все замерли. Маргарет покраснела и опустила взгляд в пол. Лили, чтобы хоть как-то успокоить подругу, сжала ее руку. И только одна Панси довольно улыбалась, от чего Джеймсу стала чуть-чуть легче. — Свадьба значит, — улыбнулась Мэри Томас, смотря на довольного Джеймса и стесняющуюся дочь. — А я думала, что не найдётся такого человека, который сможет выдержать характер моей дочери. — Мама! — из глаз Маргарет в ту же секунду исчезло смущение, и снова появился огонёк. Девушка поняла, что мама только этого и добивалась, когда увидела ее смеющийся взгляд. — А я думал, что никакая девушка не сможет выдержать буйный нрав моего сына, — решил поддержать будущую сватью Гарри. — Нет, вы с Лили сговорились! Она мне тоже самое сказала, — возмутился Джеймс. После этих слов Лили и Панс не выдержали и засмеялись, окончательно снимая напряженную обстановку. Маргарет успокоилась, глядя на то, как отец подходит к будущему зятю и пожимает руку. А улыбка на лице Лили и мамы заставили улыбнуться и ее.

***

Мелинда пыталась читать какую-то книгу, сидя в кресле и греясь около камина. Она не любила дождь. Сырость, грязь. Лучше зима. Белый снег освещает все вокруг, благодаря чему, даже ночью не так тёмно и страшно. Идёшь по тропинке в парке, под ногами хрустят снежинки, вокруг горят фонари и не одной души поблизости. Ну, разве, только Альбус. Красота… Альбус. Мелинда нахмурилась и повернулась к столу, за которым он сидел и рассматривал разные драгоценные камни. Кейс иногда казалось, что Альбус в жизни любит только две вещи — заклинания и украшения. Ах да, ещё Лили, которую обожают все вокруг. Заклинания Альбус выбрал, как цель жизни. Поступил в Академию Заклинаний в Америке и в будущем собирался изобретать новые и совершенствовать старые. А украшения стали для брюнета хобби. Он коллекционировал камни, обрабатывал их, подбирал оправу и делал украшение. Мелинде нравилось это хобби, ведь украшения у Альбуса действительно получались прекрасные. Взять хотя бы сапфировый браслет, который он ей подарил на день рождения. Она с тех пор носила его, почти не снимая. Мел нравилось увлечение Ала, но когда это не сказывалось на ней. Вот сейчас, он сидел и опять возился с камнями, вместе того, чтобы провести время вместе с ней и использовать момент, когда в Мэноре никого не было. Джеймс с Лили и Томас отправились к родителям, а Скорпиус решил прогуляться по Лондону. Кейс даже завидовала Маргарет. Та скоро станет миссис Поттер, а вот когда Альбус решится на этот шаг, было загадкой для всех. Они давно вместе, счастливы. Но Альбус даже не намекал на то, что хочет связать свою жизнь с Мел. А вот девушка давно об этом мечтала. Она уже забыла о своей гордости, которая разбила ни одно мужское сердце. Она буквально сломала свой высокомерный характер. Она полюбила этого зеленоглазого гордого юношу, принося ему в жертву свою свободу. А он этого не ценил. Ему нравилось проводить с ней время, гулять по улицам, болтая о какой-то ерунде или новой идеи для заклинания. Он не подпускал к ней других парней, постоянно напоминая, что Мел только его. Но никогда он не говорил ей три простых, но таких нужных слова. Она первая призналась ему в любви на их выпускном. И не раз повторяла их. Но ни разу не слышала эти слова из его уст. А любил ли он ее? Мелинде надоело сидеть и читать. Все равно мысли были далеко от написанного. Девушка тихо подошла к Альбусу, а тот даже не заметил ее, увлеченный очередным камнем. Мел положила руки на плечи Ала и медленно поглаживая, спустилась к груди, обнимая и одновременно прижимаясь к его спине. Девушка увидела улыбку парня, что ей польстило. Она собиралась поцеловать его в щеку, но он дернул ее за руку так, что через секунду оказалась на его коленях. Девушка провела большим пальцем по его верхней губе, наблюдая за тем, как он прикрыл глаза, наслаждаясь ее лаской. — Мел, милая, подожди чуть-чуть, — убирая локон ее чёрных волос, прошептал Ал. — Мне нужно подобрать камни для подарка Маргарет. — То есть камни для тебя важнее, чем я? Альбус усмехнулся и разгладил ее морщинку на лбу, которая появлялась только тогда, когда Мел злилась. Ну, или делала вид. — Конечно, нет, — Поттер улыбнулся и, притянув к себе девушку, поцеловал.

***

Скорпиус брел по улицам города, не обращая никакого внимания на дождь. Тучи предавали городу уныние и тоску, поэтому многие люди постарались спрятаться от ливня дома, укрывшись пледом и сидя у камина в кругу семьи. Скорпиус считал, что они просто не понимают прелести дождя и одиночества. Малфой любил одиночество. Оно было чуть ли не девизом всей его жизни. С самого детства он был один. Отец пытался вернуть статус семьи и если и уделял внимание сыну, то старался внушить жизненные позиции, которые были бы выгодны семье, не обращая внимания на интересы самого Скорпиуса. Мама постоянно устраивала приёмы, приглашая различных влиятельных людей. Наследник семьи с самого раннего детства возненавидел светское общество, в котором он вынужден был жить. Родители старались сделать так, чтобы Скорпиус завязал знакомства с детьми чистокровных и богатых семей, что, опять же, в будущем могло благоприятно сказаться на авторитете фамилии Малфой. Потом Скорпиус отправился в Хогвартс, где шляпа, конечно, отправила его на Слизерин. Многие с факультета старались установить дружеские отношения с Малфоем. Он не возражал, но отлично понимал, что все однокурсники ищут только выгоду, поэтому не стремился подружиться с кем-то из них, снова предпочитая одиночество. А потом появился Альбус. Скорпиус не мог точно сказать, в какой именно момент они стали друзьями. Однажды МакГонагалл посадила их за одну парту, и позже, скорее всего, сожалела о своём решении. Сначала два слизеринца не обращали друг на друга никакого внимания, но при этом постоянно садились за одну парту. Альбус пару раз пытался заговорить с Малфоем, но он отвечал скупо и сухо. Поттер считал, что так Скорпиус обращается только с ним и причиной этому являются разногласия между их отцами. Но это было не так. Скорпиус общался так со всеми, и причина заключалось в нем самом. Он не хотел никого себе подпускать, в душе он был волк-одиночка Но Поттер не был бы с собой, если не добился бы внимания Малфоя к своей особе. Два слизеринца стали чаще появляться в разных частях замка вдвоем, что послужило поводом для слухов. В Хогвартсе стали говорить, что Поттер и Малфой стали друзьями, хотя это было далеко от истины. По крайней мере, пока. Они просто понимали друг друга. Один сын герой войны, самого знаменитого мага во всем мире, другой сын хоть бывшего пожирателя смерти, но достаточно влиятельного человека в стране. Альбус не встречал ни одного человека, который услышав его фамилию, не старался что-то спросить о легендарном Гарри Поттере. Это жутко бесило, что в нем видят только его фамилию и совершенно не замечает самого Ала, который в будущем, учитывая его магические способности, мог прославить свою фамилию не хуже отца. А имя Скорпиуса вообще никого не интересовало. Гораздо больше окружающим нравилась его фамилия, которая была знаменита наравне с Поттер. Все видели в Скорпиусе продолжения отца, но с разных сторон. Кто-то считал, что юный Малфой пойдёт по той же тёмной дорожке, пусть даже и не станет пожирателем. Другие думали, что Скорпиус будет также талантлив в политике и экономике, не стараясь узнать его личные интересы. Свой вклад в отношение Поттера и Малфоя внёс случай. Однажды после отбоя Скорпиус бродил по пустым коридорам Хогвартса, наслаждаясь одиночеством. Из гостиной он ушёл, потому что назойливые слизеринцы совершенно не понимали намеков и никак не хотели оставить его одного. В коридорах было пусто, факелы освещали путь Скорпиуса, который совершенно не задумался над тем, куда идёт и что будет, если встретит кого-то из преподавателей или ещё лучше Филча. Вдруг до Малфоя донеслись посторонние звуки и знакомые голоса. Скорпиус, не задумываясь, пошёл в сторону странных звуков и уже хотел повернуть за угол, где по его расчетам и находились нарушители тишины, как буквально у него перед носом пронеслось какое-то заклятье. Только благодаря хорошей реакции Малфой смог вовремя затормозить, а не вышел прямо на встречу с малоприятным заклинанием. — Нотт, совсем рассудок потерял? Советую обратиться в Мунго. — Тебя забыл спросить, что мне делать, Поттер! Stupefy! — Petrificus Totalus! — Скорпиус, сам не понимая, что делает, вышел из своего укрытия и направил заклинания на Эдварда Нотта, который, не предвидя такого поворота событий, был полностью парализован заклинанием. Скорпиус перевёл взгляд с обездвиженного Нотта на Поттера, который с удивлением смотрел на Малфоя. — Однако… спасибо, Малфой, — Альбус пытался привести в норму дыхания, сбившееся во время небольшой дуэли. Слизеринец действительно был благодарен однокурснику за оказанную помощь. Альбус смог защититься от заклинания Нотта, но если бы не Скорпиус, то через несколько минут Эдвард бы одержал победу над своим противников. — Обращайся… И вот именно после этой встречи в коридоре, они стали больше общаться, что в итоге привело к крепкой и нерушимой дружбе. Мнения толпы не особо волновало двух друзей, ещё меньше они заботились о том, что скажут родители. — Какие люди! Здравствуй, Скорпиус. Давно не виделись. Скорпиус поднял взгляд и увидел перед собой Скарлетт Кроу. — Здравствуй, Скарлетт, — Малфой оценивающе посмотрел на симпатичную брюнетку, одетую совсем не по погоде: магловские кеды, белые джинсы, свободная футболка и чёрный кардиган. — Позволь спросить, что ты делаешь в такую погоду вечером одна на улице? Не страшно? — А кого мне бояться? Вряд ли найдётся такой сумасшедший, который будет гулять под дождём. Хотя я нашла… Скорпиусу всегда казалось, что такой, как Скарлетт, не место на Слизерине. Да и в чистокровную семью, казалось, она попала по ошибке. Это девушка, которая, хлопнув дверью, со скандалом ушла от родителей, не создана для светского общества. Слишком она была живая, эмоциональная, не умела притворяться и скрывать чувства внутри себя. Наследница чистокровного рода — определённо не ее роль. Она была создана для обычной жизни, где она могла проявить свою энергию, свои умения, а не ходить целыми днями по светским приемам, пытаясь поднять и удержать авторитет семьи. — Как жизнь, Скорпиус? Что интересного в светском обществе? — Кроу, ты же прожила в этом обществе семнадцать лет. Поэтому должна понимать, что там не может быть ничего интересного, — и снова его прервал смех, слыша который не возможно не улыбнуться в ответ. — А как жизнь у беглецов? — Просто прекрасно! В двух словах и не расскажешь. — А мы разве куда-то торопимся? — Скорпиус не хотел возвращаться в Мэнор. Не видел в этом смысла. Все, кроме Альбуса и Мелинды покинули поместье, а им хорошо и в обществе друг друга. Так что, Скарлетт он встретил очень вовремя. — Ну, раз так… Тогда пошли ко мне, Малфой. Я замерзла. А заодно и расскажу про свою жизнь… Скарлетт, как только вошла в квартиру, сразу же побежала на кухню, на ходу сказав: — Снимай куртку и проходи в комнату, я быстро. Скорпиус сел на диван и стал рассматривать маленькую комнату. Здесь почти не было вещей. На полках не было ни книг, ни сувениров и всякой другой ерунды. Комната выглядела нежилой, пустой и не уютной. Только огонь в небольшом камине говорил о том, что у квартиры есть хозяева. От мыслей Малфоя отвлекла Скарлетт, которая буквально влетела в комнату вместе с парящими в воздухе чайником, кружками и угощениями. — Ты недавно сюда переехала? — спросил блондин у Скарлетт, пока та наливала чай. — Наоборот, я завтра отсюда уезжаю, — с улыбкой сказала девушка, садясь рядом с Скорпиусом. — Куда, если не секрет. — Не получится в гости сходить, Малфой. Я в Америку уезжаю. Этого Скорпиус не ожидал. Он знал, что у Кроу достаточно напряженные отношения с родными, что собственно и послужило ее уходу из дома. Но чтобы уезжать из Лондона в другую страну… — Не смотри так на меня, Скорпиус, — смеясь, сказала Скарлетт. - Ну, уезжаю я из Англии, что такого? — А почему ты уезжаешь? Что тебя здесь не устраивает? — Если бы я не знала тебя, Малфой, подумала бы, что ты за меня волнуешься, — Скарлетт так и не переставала смеяться, наблюдая за реакцией друга детства. Только с ней Скорпиус был действительно дружен до Хогвартса. Они вместе сбегали с приёмов в сад, гуляли вдоль пруда, любовались лесом вдалеке, пока их не найдёт какой-нибудь домовой эльф и не передаст, что их ищут родители. Только ради неё он ходил на скучные собрания аристократов. Она единственная его понимала. Но в Хогвартсе все изменилось. Хоть они и попали на один факультет, больше между ними не было такого понимания как раньше. У Скарлетт появилась подруга с Когтеврана, а Скорпиус скоро нашёл друга в лице Альбуса. Разговаривали Кроу и Малфой очень редко, поскольку Скарлетт уже тогда испортила отношения с семьёй, и хотя Скорпиус был чуть ли не единственным из Слизерина, кто не отвернулся от неё, Скарлетт старалась держаться в стороне от всего факультета. Почти сразу после окончания школы мисс Кроу ушла из дома и начала самостоятельную жизнь. Это была, наверное, первая встреча с кем-то из бывшего круга общения. — Ты не ответила на вопрос, Кроу. Скорпиус сам не заметил, как сел, возможно, слишком близко к подруге и взял ее за руку. Скарлетт удивленно посмотрела на сплетенные вместе руки и на лицо Скорпиуса. Давно они так не сидели и не разговаривали. Как друзья… — Просто хочу изменить свою жизнь. Окончательно выбраться из-под родительского контроля. Ну и хочу начать новую жизнь в Америке. Найти работу, завязать новые знакомства. Скорпиус вглядывался в лицо подруги, как будто пытаясь найти тайный смысл ее переезда. Он только сейчас осознал, что все эти школьные годы ему не хватало ее. Ее неугомонного характера, смеха по пустякам, просто ее присутствия рядом. Она наверняка влилась бы в их с Альбусом компанию. Но время прошло. Поздно что-то менять. Они оба изменились, и вряд ли их отношения смогут вернуться к той дружбе, которая была до Хогвартса. — Звучит бредово, но мне не хватало тебя все эти годы. Малфой ожидал услышать в ответ смех и какую-нибудь колкость в стиле Кроу, но вместо этого увидел на ее лице некую рассеянность. — Как не странно, но мне тоже. И я буду скучать по тебе, Скорпиус. Скорпиус сам не понял, какой чёрт дернул его приблизиться к ее губам. Он уже представлял, как Скарлетт выставляет его из квартиры, крича о том, чтобы он к ней не смел приближаться. Но сегодня определённо был странный день. Скарлетт даже не оттолкнула его, а наоборот, ответила на поцелуй. Скорпиус слабо помнил, что происходило дальше, очнулся он, когда за окном уже светила луна, а девушка в его руках спала. Проклиная себя всеми известными словами, он осторожно поднялся с кровати и стал одеваться. Скарлетт была дорога Скорпиусу, она была почти единственным светлым воспоминанием о не очень счастливом детстве. И Малфой надеялся на то, что между ними произошло, не разрушит до конца их итак не крепкую дружбу.