Carpe diem

Лили вместе с отцом гуляла в парке около дома, где в этот пасмурный день было не так уж и много людей. Лили через несколько дней уедет в Италию, и Гарри решил воспользоваться своим неожиданным выходным и провести время с сыном, который тоже уезжает на учёбу, только сейчас где-то гулял со своей девушкой, и дочерью, которую никуда бы не отпустил, если бы не знал, как важна для нее эта академия искусств. — Папа, можешь рассказать, что с тобой в последнее время происходит? — Ничего особенного, Лили, — Гарри совсем не хотелось рассказывать о тяжёлой ситуации на работе своей дочери, которая никогда особо не интересовалась политикой, да и волновать ее перед поездкой ни к чему. — Просто сейчас очень непростое время, но скоро, я надеюсь, это закончится. Гарри с дочкой сел на любимую скамейку в парке, где Лили, когда была маленькой, любила сидеть по вечерам и наблюдать за людьми. Одни неспешно прогуливался, наслаждаясь отдыхом и погодой, другие с улыбкой на лице торопились на встречу к друзьям или родным. А, третьи, не обращая внимания ни на кого и ни на что вокруг, закрытые в своём собственном мире, угрюмо шли, и на их лице не было ни радости, ни наслаждения жизнью. За такими людьми Лили часто наблюдала, но не понимала. Не находила объяснения тому, как можно было не радоваться пению птиц, летнему солнышку, золотым краскам осени или хрустящему снегу под ногами. Она просто не верила тому, что в жизни этих людей нет ни единого повода, чтобы выбраться их своего мрачного мира и улыбнуться. Прошло много лет, но Лили до сих пор не верила, что может быть так, что ничего бы в этой жизни не вызывало бы радости в душе. — Я не о работе папа. Можешь теперь рассказать, когда все вроде бы вернулось в прежнее русло, что послужило поводом к твоей ссоре с мистером Малфоем? Гарри замер, вспоминая то странное письмо, из-за которого с новой силой начала кровоточить старая рана, и так не до конца зажившая. Не хотелось рассказывать обо всем этом Лили. На неё напоминание о смерти мамы может оказать неожиданное последствие. — Это не так уж и важно дочка, — Гарри приобнял Лили за плечи, прижимая к себе. — Тем более, все уже в прошлом. — Вот именно, в прошлом, — для Лили было очень важно, узнать, почему отец достаточно долгое время очень сильно нервничал и стал более бдительным, хотя и раньше его нельзя было назвать легкомысленным. — Поэтому расскажи, что произошло. — Ты же все равно не отстанешь? Гарри грустно улыбнулся, понимая, что настойчивость и умение добиваться своего Лили унаследовала от Джинни. Получив в ответ кивок, Гарри решил, что, возможно, действительно следует ей рассказать обо всем, тогда она будет знать, что сейчас не самые лёгкие времена, и стоит быть более внимательной. Только Гарри не хотел, чтобы его дочка стала везде искать какой-то подвох и потеряла свою особенность, которой обладают далеко не все люди, видеть в людях добро и верить, что для него в их душах всегда есть место. — Хорошо. Ты знаешь, как погибла твоя мама? — Я знаю не очень много. Никто мне толком ничего не рассказал, — Лили пытались вспомнить хотя бы отрывки фраз взрослых из детства, в которых бы упоминалась смерть Джинни Уизли-Поттер. Только тогда никто не хотел ещё больше расстраивать Лили причинами смерти Джинни, поэтому девушка особо ничего не вспомнила. — Знаю только то, что ее смерть связанна с порталом. — Верно. Точнее с неисправным порталом. — Что значит «неисправный портал»? — Портал был насыщен тёмной магией. Во время перемещения, то есть соприкосновения руки и портала, эта магия беспрепятственно проникла в Джинни, — Гарри прикрыл глаза, вспоминая тот момент, когда перед ним стоял человек из отдела транспорта, который и создал этот проклятый портал. Гарри был готов задушить его голыми руками, только выяснилось, что он действительно создал портал. Обычный портал. Никакого заклятья он на него не накладывал. А кто его наложил? Конечно, никто не знает. — Обычно, после такого рода проклятий, человек умирает постепенно. Сначала его покидает магическая сила, потом он слабеет. Но, видимо, тот, кто проклял портал, перестарался. Она умерла почти сразу. Лили несколько минут молчала, стараясь понять то, что ей сказал отец. Она думала, что ее мама просто умерла, а выходит ее убили. Но кому и чем могла помешать Джинни Поттер, чтобы кто-то решился на убийство жены главы мракоборцев, который, если бы нашёл виновников, сделал так, что поцелуй дементора показался бы им совершенно безболезненным? — Но ведь это было давно, — несмотря на то, что информация, которую Лили узнала от Гарри заинтересовала ее, на свой вопрос она ответа так и не получила. — Что случилось сейчас? — Около полугода назад, может, чуть больше, я нашёл на своём рабочем столе достаточно интересную записку. В ней было написано, что организатором убийства твоей мамы был Драко Малфой. Лили замерла, не до конца поняв смысл сказанного. Хоть Лили и толком не знала мистера Малфоя, но почему-то у неё в голове сразу появилась мысль, что это неправда. Девушка, чтобы удостовериться в собственных догадках, посмотрела на задумчивое лицо отца, ожидая продолжения. — В тот момент и начались наши разногласия. Сначала я поверил написанному и собирался доказать причастность Малфоя к смерти Джинни, но для этого нужны были доказательства. Но их не было. Их просто не существовало. Потом мне пришла мысль, что все написанное — выдумка, но я все равно не смог до конца оправдать Малфоя для самого себя. И только недавно нам удалось нормально поговорить. И я понял, что был неправ. Пусть у нас с Драко и были не самые лучшие отношения, но он на такое не способен. Только легче от этого не стало. Убийца твоей мамы до сих пор на свободе. Лили закрыла глаза, понимая, о чем говорила мама во сне. Это анонимное письмо снова растревожило старую рану. И вместе с ним пришла старая мысль, которая раньше скрывалась под пеленой боли, а потом просто забылась, что тот человек, который виновен в трагедии их семьи, до сих пор ходит безнаказанным. А ведь он может и ещё что-то сделать в этом роде. Может покуситься на жизнь отца. Он ведь тогда мог погибнуть, если бы отправился вместе с мамой. А может… — Папа, насколько я помню, мама уехала тогда в спешке? — Да. Стало известно, что она отправится в Голландию только накануне вечером. — Но ведь портал заказывают как минимум за день. Кто должен был отправиться в Голландию вместо мамы? — Я. — Что? — Лили вскрикнула, понимая, что самые страшные ее догадки подтвердились. Хотели убить отца. И скорее всего хотят до сих пор. — Ты права, дочка, — Гарри грустно улыбнулся, глядя в испуганное лицо Лили. — Тогда должен был погибнуть я. Только… Гарри замолчал, вспоминая тот роковой день, когда умерла его любимая. Он не смог поехать в Голландию, так как  министр срочно вызвал себе многих глав отделов. Попросив Джинни слетать к Гермионе и Рону вместо него, передав им нужные документы для подписи, он остался в Англии. Именно это его спасло. А ее погубило. — Красивая брошь, — Гарри перевёл взгляд на маленькую бабочка на груди Лили, стараясь отвлечь от грустных мыслей дочь. — Раньше я ее не видел. — Это подарок, — Лили кончиком пальцев едва дотронулась до бабочки, и на ее губах появилась улыбка. — И от кого же? — Гарри тоже улыбнулся, глядя на лёгкий румянец, который появился на щечках Лили. — Я не знаю, подарок не был подписан, — Лили странно посмотрела на брошь, над чем-то задумавшись. Гарри показалось, что она все-таки знает, кто подарил эту красивую брошь, или как минимум догадывается, просто не хочет говорить. Поттер понимал, что однажды его девочка влюбится, но для него это все равно стало неожиданностью. — Пойдём домой. Скоро Альбус должен вернуться.

***

Лили уехала из Лондона почти месяц назад. Хоть она и скучала по родным, но о своём решении ничуть не жалела. Учиться в академии ей однозначно нравилось. Здесь она встретила много людей, которые смотрели на мир такими же глазами, как и она. Многие студенты видели даже в самой незначительной вещи особое предназначение. Видели в самом обыденном красоту. И не только видели, но и старались донести это до других. Ни в этом ли заключается сила и смысл искусства? Сейчас Лили и ещё четыре студента сидели в кабинете директора. Аврора Андерсон — красивая, но очень замкнутая в себе девушка. Первые дни в академии она не разговаривала даже с соседками по комнате, избегала практически всех. Пока Александра Раймон не собрала в одной комнате весь первый курс, мотивируя это тем, что если им суждено проучиться вместе целых три года, то нужно получше узнать друг друга. Тогда, пообщавшись с однокурсниками, Аврора стала более общительной, хотя все равно в компании вела себя слишком тихо, стараясь не вмешиваться в общий разговор. Ещё одна девушка, та самая Александра Раймон, которая успела прославиться в академии в первый же день своим вечным оптимизмом и нескончаемой энергией. Лили сначала подумала, как такой человек может быть привязан к искусству настолько, чтобы связать с ним свою жизнь. В голову никак не приходила мысль, что у этой неугомонной хватит терпения для написания картины. Но как оказалось, Лили ошиблась, Алекс совмещала в себе две стороны, и при необходимости могла стать серьёзной и сосредоточенной. Дэниел и Николас Тернер — два брата-близнеца из Канады. С первых же дней они подружились с Алекс и стали называть чуть ли не свой сестрой. Дэн и Ник поразили практически всех обитателей академии своими шутками и улыбками, даже тихая Аврора в их компании как будто покидала свой скрытый ото всех мир и ее скромная, но, по мнению Лили, достаточно красивая улыбка радовала окружающих. — Как хорошо, что вы все уже здесь. В кабинет, где находились студенты, буквально влетела, по-другому и не скажешь, Джулия Бруно. Директор академии сразу понравилась Лили. Это была женщина средних лет, с лица которой, казалось, никогда не сходила лёгкая улыбка, которая не могла остаться незамеченной. Несмотря на то, что директрисе было уже около пятидесяти, выглядело она прекрасно, и как она сама говорила, молодость ей дарит музыка, без который Джулия Бруно просто не представляла свою жизнь. — Я пригласила вас сюда, чтобы сообщить очень важную новость, которая, возможно, изменит вашу жизнь, — сеньора Бруно внимательно посмотрела на заинтересованные взгляды юных студентов, как и всегда, чуть улыбаясь. — Говорю сразу, вы можете отказаться от моего предложения, настаивать я не буду. Джулия Бруно взмахнула волшебной палочкой и перед студентами в ту же секунду появились картины, которые они присылали в академию для вступительных экзаменов. — Не знаю, осознаете ли вы, насколько вы талантливы, молодые люди, — директор с некой гордостью произнесла эти слова, пока студенты рассматривали картины других юных художников. — Вам ни к чему учиться в академии три года. Поэтому, я предлагаю вам закончить обучение в конце этого учебного года, но, — директор сделала паузу, наслаждаясь крайне изумленными взглядами своих лучших учеников. — Но для этого придётся пойти на кое-какие жертвы. Лили отодвинула от себя рисунок Авроры. Обычный магловский вечерний город, но наполненный какой-то магией. Но не той, какой привыкли волшебники, а своей собственной, которая привлекает и завораживает, но остаётся незаметной. У Лили никогда не получалось так нарисовать вечерний город, с множеством святящихся фонарей. У Авроры определённо талант. — Вам придётся успевать посещать все уроки в академии, и путешествовать в разные страны, чтобы выполнить данное мною задания. Это даст вам огромный опыт. Вы сможете посетить множество достопримечательностей разных стран и запечатлеть их собственной рукой на листе бумаги. Также у вас будет возможность познакомится с культурой этих стран, что опять же немало важно. — Я правильно поняла вас, директор, — Алекс задумчиво посмотрела на Джулию Бруно, а глазах так и плескался восторг. — Мы впятером сможем закончить академию, за один год, для этого нужно только везде успевать? — Правильно, мисс Раймон. Но это не так легко, как звучит в ваших словах. Но возможно. И я уверена, что все вы, — директор поочередно посмотрела на каждого с некоторой гордостью, — успешно с этим справитесь. Я думаю вам возможность подумать и принять реше… — Подумать? Серьёзно? Мы согласны! — Александра, ты неисправима, — Лили не смогла сдержать тихий смех, глядя на такую неугомонную однокурсницу, которая, была бы ее воля, прямо сейчас бы отправилась хоть на край света. — Ещё скажи, что ты откажешься, — Алекс с некоторых сомнением посмотрела на Поттер, делая вид, что действительно в ней сомневалась, хотя прекрасно знала, что путешествовать по всему миру, было давней мечтой Поттер. И отказываться от такой возможности было бы крайне глупо. — Нет, не откажусь. Но остальные… — За кого ты нас принимаешь, Лили, — близнецы, как и всегда, думали и говорили вместе. — Мы даже думать не собираемся. — Аврора… — А это милое создание просто не сможет оставить нас, — Ник подмигнул тихой однокурснице, с улыбкой глядя на лёгкий румяниц на ее щеках. — В нашей безумной компании обязательно нужен здравый смысл, который присутствует только у Лили и Авроры, — Дэн решил прийти на помощь брату, видя, что Аврора, пусть чуть-чуть, но сомневается. — Мисс Поттер не сможет справиться с нами одна, тем более, скорее всего, она попадёт под наше обаяние и даже не будет пытаться нас троих угомонить, — Дэниел улыбнулся и подмигнул Лили, на что она только закатила глаза и слегка улыбнулась, прекрасно понимая, что у Авроры сейчас просто не останется выбора. — Поэтому без мисс Андерсон мы просто пропадем. — Будем считать, что вы меня уговорили. Близнецы победно улыбнулись, давая друг другу пять, под смех Алекс и Лили. Рыжеволосой определено нравилась эта компания все больше и больше. — Вот и прекрасно. Значит завтра утром жду вас у себя в кабинете.

***

— Я думаю, что прежде всего стоит начать переговоры с представителями Германии. Возможно, ещё с Италией. Скорпиус докладывал Драко и Гарри о ситуациях в других странах и предлагал различные способы развития событий. Хвала Мерлину, в стране восстановился порядок, вот только многие сомневались, что это надолго, и опасались, чтобы это не было затишьем перед бурей. Поэтому Гарри решил воспользоваться идей Малфоя и попробовать начать переговоры с другими странами, которые способны помочь Англии. — Почему именно они? Может, стоит попробовать с Францией или США? — Нет. Во Франции недавно сменился министр, который явно не настроен вмешиваться в сомнительное дело. А США вряд ли чем-то сможет нам помочь. А если и сможет, то с ними стоит начать переговоры чуть позже. — Да, наверное, ты прав, — Драко пытался вникнуть в документы, в которых рассказывалось о внутренней ситуации европейский стран. — Тогда стоит рискнуть начать сотрудничество и с Германией, с и Италией. — Вот вы этим и займетесь, — Гарри отбросил все документы на стол, устало прикрыв глаза. Хоть он и неплохо разбирался во всех этих политических интригах, ему это никогда не нравилось и никогда его к этому не тянуло. Другое дело Малфои. У них это в крови. — Это с какой радости мы, Поттер? Кто у нас министр? — Ты сам на этом настоял, Малфой. Тем более очевидно, что вы оба разбираетесь во всем этом намного лучше меня. А я с Роном и другими мракоборцами буду пытаться сделать так, чтобы в Англии больше ничего серьёзного не произошло. — Скорпиус у тебя есть отчёты о Германии и Италии? — Драко как-то обреченно это проговорил, понимая, что он уже втянут во все это. Назад пути нет. Малфой-младший вышел, оставляя старых школьных врагов наедине. Если из этой авантюры выйдет то, на что рассчитывал Драко, все это закончится. Исчезнет сумасшедшая шайка, вместе с главным сумасшедшим идиотом, найдётся убийца министра. И на что особенно надеялся Драко, это то, что найдется убийца Джинни Поттер. Он чувствовал, что неспроста Поттеру подбросили эту чертову анонимную записку. Ему казалось, что ответ на вопрос совсем рядом, но так его и не находил. А это все наверняка как-то между собой связанно… — Скажи мне, Малфой, у вас в семье с детства учат наследников всяким интригам? — По наследству передаётся, — Драко усмехнулся, понимая, что это действительно выглядит забавно со стороны. Но что поделать, если Малфои целыми поколениями жили, играя чужими жизнями и находя выходы из разных сомнительных ситуаций. От этого сразу не отделаешься. Да и пригождается иногда «наследство». — Странно, обычно к двадцати годам, насколько я помню, все наследники вашей семьи уже имели жен? А ты так и не подобрал выгодную партию для своего сына? — Что-то ты слишком заинтересовался нашей семьёй, Поттер. Мне начинать бояться? — Драко подозрительно посмотрел на Гарри, который, если бы не разговаривал, создал бы впечатления спящего. — Если уж тебе интересно, то мне уже предлагали женить Скорпиуса на нескольких аристократках. Только вот я отказался. — Не подходят по статусу? — Сколько сарказма, — Драко вспомнил разговор с женой на эту тему. — Астория сыграла большую роль. Напомнила, что в своё время я пошёл против воли родителей и женился на ней, а не на… Да и не помню, кого мне там подобрали родители. А зная Скорпиуса, он вполне может поступить так же. Поэтому я решил, что пусть сам выберет себе жену. Ему жить. — Не ожидал от тебя. — Ты много от меня не ожидал, ведь так? Драко усмехнулся, сам удивляясь самому себе. Поверил бы он, если бы кто-то сказал ему в школе, что его сын и сын Мальчика-Который-Выжил будут дружить, а он совершено спокойно к этому отнесется, и более того, сам станет дружески общаться с Потером? А что он будет добровольно выдвигать давнего врага на пост министра, а потом и помогать ему в государственных делах, заботясь далеко не о выгоде семьи? Невероятно, но факт. — А ты, Поттер, ещё же не всех деток переженил? Когда вокруг дедушки-Гарри будут бегать много зеленоглазых мальчиков и рыжеволосых девочек? — Завидуй молча, Малфой. Вокруг тебя опять будет бегать один бледный блондин. Хотя … — Гарри не смог сдержать улыбки, представляя себе картину, где Драко водится с множеством внуков, не один из которых не унаследовал истинно малфоевских волос и цвета кожи, которую не трогал не один солнечный луч. — А что мои дети? Один уже женился, хотя я лично от него этого не ожидал… — Как и другие. — Это да. Альбус… Даже не знаю. Мелинда вроде как уже давно должна быть миссис Поттер, но, зная своего сына, могу сказать, что случится это не раньше, чем года через два. А Лили… Гарри замолчал, вспоминая последние разговоры с Лили перед ее отъездом и ее странное поведение, когда он спросил про брошь, которая явно была ей дорога, хотя она и сказала, что не знает, кто подарил ее. — А что с рыжей? — Драко видел Лили на свадьбе Джеймса и даже подшутил над старшим Поттером, мол, никогда бы не подумал, что у Гарри может быть такая красивая дочь. Видимо, гены Уизли. Ну, или бабушки Эванс. — Знаеш, похоже Лили влюбилась. — И что за траурное выражение на твоей физиономии, Поттер? — Драко хотелось рассмеяться в голос, но только какая-та безысходность в интонации Гарри его остановила. — Ей сколько лет? Восемнадцать? Ей уж скоро замуж выходить. — Сразу видно, Малфой, что у тебя нет дочери. — Так понимаю, к счастью? — В данной ситуации, да. Гарри совсем не хотелось думать, что однажды его девочка станет совсем взрослой. Станет чей-то женой. Гарри понимал, что однажды это случится, Лили станет мамой. Но он не мог смириться с тем, что однажды она уже не будет той маленькой девочкой, которой он считает ее до сих пор. — Оставим пока твои отцовские чувства. Есть дела поважнее.