Потомки Героев. Часть 2

***

Питер Джексон

Я поздно лег и естественно, поэтому поздно встал. Уже 2 июня, лето, но у меня долбанная тюрьма! Ладно, не будем думать о плохом, подумаем о хорошем, э-э, а что хорошего? Мой друг уже давно уехал, даже через компьютер не с кем пообщаться, мне нельзя выходить из дома, развлекаться, по всем известной причине. Все время то ощущение, как будто тебя предали, его мне внушают что ли? Не знаю, это хуже всего! А ещё то, что никому не скажешь, потому что это бессмысленно, ну, например, представим на секунду, что я сообщил об этом папе: «— Пап, у меня маленькая проблема, — отец отрывается от своих каких-то дел и удивляется одним взглядом, показывая, чтоб я продолжал, — так вот, в моей больной голове происходит такое! Мне или я сам себе что-то говорю, типа меня все предали, отомсти и т.д. Что мне делать? — Э-э, Пит, ты на солнце перегрелся? — наверное бы, так ответил мой отец» София? Ей сейчас наплевать на всех! Ей не до меня! «Вот видишь, Питер… Ты сам это понимаешь…» — Да прекрати ты это! — резко закричал я в потолок своей комнаты. Мои руки сжаты в кулаки, пора это заканчивать! Правда, я не знаю, что заканчивать! Я вышел из комнаты, в ней стало ужасно жарко и душно, конечно, уже где-то 12, солнце хорошо печет, особенно, когда твоя комната находится на солнечной стороне. Спускаясь по лестнице в гостиную, я слышал голос моей сестры: «Побери тебя Аид! Где же ты?!». Я увидел, как София лежит на полу и смотрит под диван. — Ты чего? — сестра на мой вопрос встала и оглядела все вокруг. Да, гостиная была сейчас, как после хорошего урагана. Все шкафы с ящиками были открыты, а вещи перевернуты, мебель явно стояла не в таком порядке. — Да пульт ищу! Помогай! — А предки где? — Уехали на работу! Такая возможность! Сейчас концерт идет по телевизору! А пульта нет! — А они не могли понять, что мы воспользуемся этой возможностью, и забрать его с собой? — Могли…— она присела с разочарованным видом на краешек дивана, я подошел к ней и обнял за плечи, посмотрев в глаза. — Слушай, мы ведь внуки Посейдона! Неужели, мы не можем чем-нибудь интересным заняться?! — мы встретились взглядом и улыбнулись. — К бассейну? — В точку, сестричка! — мы сразу соскочили с дивана и побежали сломя голову на задний двор, только на этот раз я не забыл закрыть дверь на кухню, мне сразу вспоминается день перед папиным юбилеем, я аж вздрогнул. Вы думаете, мы пошли плавать? Ага, как же, когда никого дома нет, мы с сестрой устраиваем такие бои, что увидь б это родители, давно бы отобрали у нас оружие. И вот сейчас София встала на ту сторону бассейна, вооружившись своим мечом, мы не оставили их. — Ну, что братик, готов проиграть? — прокричала она. — Только после вас! — София поняла это, как начало боя. Она призвала волну и оседлала её, я сделал так же, мы двигались навстречу друг другу, забыв, что мы брат и сестра, сейчас мы — противники. Ещё несколько метров и наши клинки соприкоснутся, и раздастся знакомый скрежет небесной бронзы. Наши рефлексы всегда помогают в любом бое, Хирон как-то сказал, почему у нас в самый первый раз всё так здорово получилось, в нас это заложено, мы просто должны довериться своим инстинктам. И вот настал этот момент, мы были на высоте приблизительно второго этажа, надеюсь, Туман это скроет. София сразу поняла, куда я собираюсь нанести удар, она отразила мою атаку. «Соберись! Вспомни, кто она на самом деле!» Я ещё раз атаковал, стараясь задеть её правую руку, в какой она крепко держала меч, но и тут она увернулась и уже начала нападать на меня. Я знаете, тоже не промах, она хотела сбить меня с волны, ударив по ногам, ага, размечталась, я парировал. «Она уже не твоя сестра! И никогда ею не была!» С этими мыслями пришла ненависть, жажда мести, злость, все самое отвратительное, и почему-то я подчинился им. Желание её уничтожить возвысило всё. «Молодец… Кто не сказал тебе про твою маму? Кто скрыл от тебя?!» На что я мысленно ответил: «София…» Несмотря на мой разговор с самим собой, наша тренировка продолжалась, я даже не замечал, как сейчас мы с помощью воды ходим по кругу, переводя неровное дыхание и придумывая следующие шаги. У нас есть одно правило – когда мы деремся с ней вот так, то не имеем право читать мысли друг друга, а то получается нечестно. «Ну же! Прояви себя! Отомсти!» Я с криком двинулся на неё, в её глазах легко можно было прочитать уже не уверенность и азарт, а испуг и страх. Я замахнулся на неё, как будто София какой-нибудь монстр и мне нужно её убить. Она промедлила, и я задел её плечо, от чего сестра взывала, но тут же вода исцелила её. — Питер! — закричала она. — Что ты делаешь? Я сам не знал что, но не мог остановиться. София подумала, что мы перешли на другой уровень и теперь можно ранить друг друга, и тоже начала стремительно нападать на меня, но только она думала так, чтоб не сделать мне серьёзных повреждений, а я наоборот. Набросившись на неё, я выбил меч из её рук, но мне этого было мало, я хотел большего и самого страшного. Перед глазами предстала женщина, она словно своим светом изгоняла из меня этот ужас, эти чувства, эти желания. — Питер Джексон, одумайся! — сказала она, пронизывая каждую клеточку моего организма теплом и добротой. Она права! Что я творю?! Опять. Это повторяется. Я очнулся и оказался на земле рядом с бассейном, как только я открыл глаза, то увидел лицо Софии и её взгляд. Он отражал всё волнение, заботу и любовь ко мне, но и такое было чувство, что сейчас мне очень не поздоровится. — Ты в порядке? — трепетным голосом, тихо и улыбаясь, произнесла она. — Да, всё хорошо… — сказал я и пробовал сесть. — Тогда что это было?! Ты с ума сошёл?! Ты хоть чуть-чуть понимаешь, что я сейчас пережила?! Ты просто упал с огромной волны, хорошо, что я подхватила! Я с испугу позвонила родителям! — она говорила очень быстро, от чего сразу закружилась голова, и я не понял ничего. — Стоп, притормози, давай сначала, что случилось? И говори медленно… — София кивнула, глубоко вздохнула, я только сейчас заметил следы засохших слез на её щеках, сколько я пробыл в таком состоянии? — Когда ты замахнулся на меня, я увидела, что ты реально хочешь меня убить, но потом у тебя на лице появилось смятение, как будто до тебя дошло, что это плохо. Волна, которая тебя держала, разрушалась, и ты полетел вниз, я только и успела создать новую и быстро перенести тебя сюда, — теперь на её глазах наворачивались новые, свежие, настоящие слезы. Она всплакнула и продолжала, — Ты долго не мог прийти в себя… Я звала тебя, даже использовала воду, но все равно это не работало! Ну, я и позвонила предкам, они скоро будут тут… — Это сейчас не имеет значения… Что было потом? — Всё вроде… Ради всех богов Олимпа, никогда так не поступай! Я сама чуть в обморок не упала! — сестра заревела, я прижал её к себе, она продолжала плакать в мою футболку. Я посмотрел в её глаза, которые были красными и опухшими от слез, она что-то скрывала. Я: Ты не договариваешь! София: Я всё сказала. Ну, ещё, я боялась, что ты реально убьёшь меня… Я: Прости, это было ужасно, сознание говорило такие вещи, что я не мог ничего делать… София: Я знаю, как это бывает. И я должна кое-что сказать…. — Что? — Этой ночью я гуляла по пляжу и… — Что ты делала? А они знают? — Нет, папа увидел, как я собираю веревку и подумал, что я только собираюсь сбежать, а не уже вернулась… — я был удивлен тому, как ей поперло! Вот я на сто процентов уверен, если бы я такое сделал, то меня бы все равно застукали! — Знаешь, а адекватные люди ночью спят, но мы же говорим о тебе! — Питер, я говорила с Афиной и Посейдоном… — вот теперь вместо удивления, я был в шоке. Афина и Посейдон пришли к ней? Интересно, они не устроили в этот момент мировую войну, и Софе не пришлось предотвращать её? Но по лицу моей сестры можно было понять, что что-то серьёзное случилось. — Кто-то восстает снова… И они сказали, что надежда на нас… — На нас? — словно эхо повторил я, нет, не испугавшись, а просто не веря в это, но ощущая, что так и должно быть, это было предсказуемо. Все связано, всё… Если надежда на нас, то может быть так, что все события – это не случайность? — Да… На нас… — с такой же интонацией прошептала она, София отвернулась от меня и посмотрела задумчиво и загадочно куда-то вдаль. — Когда приедем в лагерь, нам предстоит выяснить всё это… — А если рассказать родителям? — Нет. Сейчас нельзя. — Почему? — я реально не понимал, они могут помочь, они, в конце концов, полубоги, а не мы. — Потому что они сейчас не чувствуют того, что мы. От них не зависит судьба мира, она зависит от нас. — А наша судьба от них… Все честно и логично! Ладно, давай убирать следы, пока… — и тут я увидел, как дверь с кухни открылась, и раздались самые заботящиеся голоса: «Питер! Вы где?!» София: Что скажем? Я: Типа я упал в обморок, перегрелся на солнце… Родители так быстро подбежали к нам, что я ничего не успел придумать получше, чем этот план, который родился в моей голове за пару секунд, я сам понимал, что он никудышный. Мама сразу начала меня осматривать с ног до головы, при этом умудряясь спрашивать ещё быстрее, чем София. Я уловил только: «Милый, с тобой всё в порядке?! Что произошло?! Почему у тебя в руках меч?! Почему так мокро?!» И ещё куча, наподобие таких, вопросов. Они провели нас в гостиную, провожая то беспокоящим, то грозным и серьёзным взглядом. Представьте себе, что о вас и одновременно заботятся, и в то же время думают, чтобы вам сделать такое, что кровь в жилах стынет. Вот сейчас я и София сидели рядом на диване в гостиной перед родителями и старались как-то выкрутиться. — Вы на секундочку представьте, а если бы он тебя задел! Или ты его! — Мам, мы в лагере тоже же тренируемся и ничего! — возразил я, на что получил ещё более свирепый взгляд, сейчас лучше вообще не говорить, а просто выслушать эту тираду про безответственность и всё в этом духе. — Тому же мы были возле воды! — продолжала София, я ей знаком показал не надо, но было поздно, просто мне иногда кажется, что с каждым сказанным словом, мама ещё больше злится. Спустя каких-то мучительных 33 минут и 56 секунд они отпустили нас по своим комнатам. Я все время наблюдал за их лицами, мама хоть нас и ругала, но при этом она не сводила с меня глаз, тоже словно изучая и узнавая этим в порядке ли всё со мной. А отец, он молчал, только иногда поддерживал позицию мамы, но пристально тоже оглядывал нас, такое было чувство, что он знал наши секреты, точнее, что они у нас есть. Весь оставшийся день мы провели скучно, никаких таких событий не было, мы почти не разговаривали. Не было смысла этого делать, слишком много стресса за эти дни. Я такое сейчас совершил, снова… Я, поверьте, только сейчас отошел, тогда и после был словно погружен только в свои отвратительные, недостойные существования эмоции. Но потом появился свет, он как будто затмил те мысли. Я должен извиниться перед ней, да, я уже извинился, но было похоже будто это отмазка. До сих пор я не могу простить за отца, а тут моя сестра-близнец! Для меня нет её родней, она моя любимая, достающая сестра. Я подошел к её комнате, это очень сложно, чувство стыда, злоба на самого себя буквально съедали меня изнутри. Я уже хотел постучать, как услышал смех, такой живой, искренний смех сестры и чей-то другой голос. — Кто-то идет! Всё, пока, до завтра! — Я люблю тебя, София! — Я тоже тебя люблю! — и затем дверь открылась. Её глаза так и кричали: «О, великая Афродита! Я только что разговаривала с ним!». Я хоть и капитально чувствовал ревность, да еще, какую ревность, но все же я пришел не за этим. — София… Я знаю, что… Она не дала мне договорить, а просто обняла, сильно-сильно. Я не ожидал, я бы так не поступил, будь на её месте. — Питер, я знаю, что это был не ты! Давай забудем это, как страшный сон! А сейчас я слишком устала… Спокойной ночи… — Спокойной ночи… — как идиот повторил я, Софа улыбнулась краешками губ и закрыла дверь своей комнаты. Вот кажется, что все так хорошо и чудесно, но все равно что-то не так! Окей, Пит, успокойся и завтра может все поймешь. Я вошел в свою комнату, здесь теперь веет морем, здесь почти каждый уголочек напоминает о бризе океана, о волнах, это так классно. Я ещё чуть-чуть поиграл в компьютер, а потом лег спать, сон – лучшее лекарство от нервов, от забот. Ты погружаешься в самые тайные переулки твоего подсознания, но это у обычных людей, а у нас бывает всякое. Сегодняшний сон показал мне день, который я очень хотел забыть, а точнее забыть битву. Я снова пережил те моменты, некоторые были ужасны, страшны, а некоторые счастливые и дающие надежду на то, что всё же существует счастливый конец. Наша пятерка плюс Лео двигались по темному месту. Мы шли на звук без доли страха, а только с целью – спасти их. Только об этом я думал, о маме, о родителях… — Хейзел! — раздался по всей пещере крик Фрэнка, Ванесса, расталкивая всех, бросилась вперед к единственному проходу. Никто не успел её остановить, оставалось только бежать за ней. Когда мы увидели эту армию, родителей на другом конце пещеры и маму, привязанную к столбу, то тут мы действовали как настоящая команда, решительно и стремительно, особенно Несса. Она одним идеальным выстрелом убила, не задумываясь, этого циклопа, который сжимал в руках дочь Плутона. Позже все переключились на нас, события развивались очень быстро, я даже иногда не успевал следить за ними. Мы с Софой сразу договорились обойти всё сражение и освободить маму. Но мне помешали, эта драконница чуть не лишила меня жизни, если бы не папа. Я помню, что я чувствовал, в груди образовались пустота, страх, гнев и злость. Это не передать словами, я больше не руководил собой, всё потеряло смысл… Каким-то чудом мне удалось его спасти, и тут я помню эту радость, он жив! Мы моментально побежали на помощь Софии, вы бы видели её тогда, казалось, что сейчас её не победит никто, она излучала такую силу, такое чувство мести… Я испугался, когда Келли вызвала её на бой, за неё… Она не должна одна драться, мы сделали это вместе, мы не отомстили – мы вернули мать! Но тут и была вся загвоздка. Один удар и всё — для неё наступило забвение, но может это было только притворство? Эмпуса слишком легко сдалась, она практически не боролась, только с Софой совсем чуть-чуть, словно выжидая, что мы придем или один я, а потом просто без сражения, без крови, без потерь она исчезла. Я и София смотрели в её глаза, на её наглую улыбку, и её последние слова запомнились нам на года: «Это только начало…». Что она имела в виду? Кажется, только сейчас я начал понимать и улавливать смысл её слов. То событие связано, как-то связано со всем этим.