Независимое расследование

      Чужое тёплое дыхание, рваными, полупрозрачными облачками пара витающее в ледяном воздухе, невесомыми обрывками паутинок липнет к лицам почти что собеседников. Неяркое, нервное освещение искажает цвета, стирает линии, расплывчатыми тенями рисует новые и, не забираясь под потолок, оставляет над головой уютную, бархатную бесконечность безлунной ночи. Рефрижераторная установка, своими звуками напоминающая гигантского спящего кота размеренно урчит, разгоняя тугую, неповоротливую тишину. Тонкие колбы электрических ламп изредка потрескивают и едва слышимо гудят, как если бы вдруг оказалось, что они заполнены вовсе не люминофором, а сотнями светлячков, беспрестанно хлопающих крохотными крылышками и мягким сиянием укутывающими притихших молодых людей.       Определённо всё это просто снилось. Снилось двум маленьким большим детям: мальчику, которому всех друзей заменяли стопки книг и верный пёс, и девочке, окружённой любовью семьи, в чьём сердце однако нашлось место одиночеству.       В этом сказочном сне малютке было холодно, это оттого, что ночью с неё сползло одеяло, а у любителя книжек мёрз исключительно нос, который он, наверное, высунул из-под пледа, чтобы было легче дышать.       Так и есть, просто снится. Кафе, повар и вкусная еда - потому что одна любит покушать, а второй лёг спать голодным. С такой же лёгкостью можно объяснить с чего же им снится убийство. Действительно, с чего бы судмедэксперту, и, пусть будущему, но всё же криминалисту видеть во сне труп?       Только вот почему они приснились друг другу..? Легче согласиться, что всё это не пригрезившиеся в ночи фантазии, а упрямая и непреклонная реальность, чем ответить на этот вопрос. Не видеться полтора года и вдруг: присниться или встретиться? Что более вероятно? А что больше нравится?       Луффи нравилось видеть Трафальгара - хоть во сне, хоть наяву общество этого мрачноватого и нелюдимого чудака, доставляло жизнерадостной егозе какое-то совершенно особенное удовольствие.       Трафальгару, как, наверное, уже ясно, не нравились обе версии. Одна из которых заставляла задуматься с чего бы его, уставший и наконец получивший заслуженный отдых, мозг вспомнил о навязчивой особе. А вторая наталкивала на мысль, что эта самая особа свалилась его многострадальную голову, как снег, внезапно заваливший город этой ночью. Нет, снег-то многие ждали, а вот он её - …       - А? - Ло, нагло вырванный из каких-то странных и несвойственных ему рассуждений, понимал, что в данном случае даже Луффи вряд ли стала бы просто так сотрясать воздух, а значит она его о чём-то спросила. Действительно, спросила. Иначе почему бы тёплые кофейные пропасти так выжидающе смотрели на него. Неуёмное создание постоянно от него чего-то ждёт: ответов, объяснений, да хоть чего-нибудь. Будто это он ей обязан жизнью, двумя жизнями, обязан и не расплатится уже никогда.       - Кхм-кхм, - Монки Ди картинно прокашлялась и состроив нарочито-серьёзную мордочку проговорила, - Как вы думаете коллега, какая из нанесённых… Э-э-э… травм, привела к летальному исходу?       Ей неуютно и неудобно шутить, но так проще прийти в себя. Это вполне ожидаемая реакция на стрессовую ситуацию, не то чтобы очень типичная для молодой девушки, но для Луффи - самое оно.       - Мугивара-я, если тебя и правда интересует моё мнение, - в чём Трафальгар сильно сомневался, - То я считаю, что твой впечатлительный блондин не вызвал полицию. В противном случае они уже были бы здесь, а ты - дома.       - Но… - попыталась возразить девчушка.       - А всё, что я думаю по поводу жертвы - следственная тайна, - безапелляционно отрезал Ло.       - Траффи, пока не появится следователь, ни следствия, ни тайны быть не может! - скрестив руки на груди, Лу осуждающе посмотрела на судмедэксперта, будто тот пытался отнять конфету у маленького ребёнка.       Трафальгар проигнорировал выпад в свою сторону, сосредоточенно копаясь в карманах в поисках мобильного. Найденный после непродолжительных розысков телефон показывал полное отсутствие сети. Ло всё же решил проверить показания мобильника и набрал нужный номер. Трель коротких гудков, раздавшаяся из динамика, наглядно подтвердила, что связи в подвальном помещении нет.       - Сбегай наверх, позвони - он протянул телефон Луффи, основательно замёрзшей в холодильной камере, - Последний набранный номер - дежурный. Как его зовут, не помню. Всё подробно объяснишь, и встретишь ребят у входа. Заодно проверь, в каком состоянии мистер повар.       - Чего это ты раскомандовался? - несмотря на содержание фразы, в звонком голоске не было и тени обиды или возмущения, только вот концентрация удивления и задора зашкаливала, - И ты всё ещё не ответил на мой вопрос!       Не расположенный сейчас к препирательствам Трафальгар, не меняя спокойного и уставшего выражения лица, аккуратно поместил телефон в нагрудный кармашек рубашки, после чего хозяйку этой самой рубашки наглым образом переставил поближе к выходу, как если бы та была мебелью, довольно-таки лёгкой мебелью, и, развернув в сторону двери, напутственно подтолкнул её в спину.       - Тра…       - Асфиксия, - почти прошипел Ло, не желавший вновь слышать ужасающее прозвище, доставшееся ему от кошмарной персоны, - Шагай уже.       - Вот так бы сразу! - Лу обернулась и, блеснув напоследок хищным оскалом, заставляющим рефлекторно жмуриться, словно от фотовспышки, скрылась за дверью, которой конечно же не преминула громко хлопнуть.       Ожидая пока успокоятся мысли, в данный момент нервно подпрыгивающие под аккомпанемент удаляющихся шагов, Трафальгар присел на корточки рядом с трупом. Топот ножек по металлической лестнице завершился не то скрипом, не то всхлипом кухонной двери, всё-таки с дверями у леди катастрофы были слишком высокие отношения, в которые лезть - себе дороже.       Кот, светлячки и ночное небо куда-то исчезли, оставив после себя фырчащую рефрижераторную установку, гудящие люминесцентные лампы и низкий, тяжёлый потолок. Пульс медленно, но верно приходил в норму.       Почти тишина.       - Теперь можно и познакомиться, мисс труп…

***

      Луффи торопливо выбежала из холодильника. Усиленно топая по узенькой лесенке, она вовсе не стремилась добить расшатанную нервную систему оставшегося на складе знакомого, она таким образом буквально вбивала себе в голову сведения, которые жутко боялась забыть.       “Двадцать один, сорок пять” Громкий стук ног по железным ступенькам.       “Два, один, четыре, пять” Скрип и… треск хлопнувшей двери.       “Эннис Лобби, Ватер Севен” Под ногами мельтешит разноцветный, до блеска вымытый кафель.       “Тьфу ты, наоборот: Ватер Севен, Эннис Лобби” Теперь не менее блестящий паркет, перепачканный следами, её и Трафальгара.       “Два, Ватер, один, Севен, четыре, Эннис, пять, Лобби” Невысокий порожек, который надо пере…       Луффи с размаху шлёпнулась на пол, уже второй раз за день, не поделив что-то с силой притяжения Земли. Зато это обычное для неё происшествие в этот раз оказалось вполне уместным и даже полезным. Кроме разбитой коленки, из которой едва заметно сочилась кровь, она получила нормального, насколько он вообще может считаться таковым, Санджи, который в излюбленной своей манере переживал за очаровательную недотёпу-подругу.       - Лу-тян, вы так торопились ко мне, - повар проворно подхватил девчушку, будто та вовсе ничего не весила и усадил на диван, - Я сейчас сбегаю за аптечкой. Одна нога здесь, другая там.       Студентке пришло в голову, что слишком уж часто её стали таскать. Что она ходить что ли не умеет? Но эта мысль в срочном порядке была задвинута в список вещей, о которых можно подумать как-нибудь потом или в ближайшее никогда, поскольку на настоящий момент имелись куда более важные вещи.       Луффи недолго думая, что в полной мере соответствует её жизненному кредо, высыпала рядом с собой на диванчик всё содержимое портфеля, чтобы сэкономить время, ушедшее бы на поиски ручки, которая при нынешнем раскладе уже оказалась в её руках. Искать чистое место в блокноте или вырывать лист из тетради, надобности не было - Луффи невероятно нравилось писать на салфетках. Ей казалось, что слова, выведенные на них, приобретали понятный ей одной, почти сакральный смысл и совершенно особенное очарование.       Через несколько секунд перед ней на столе красовалась голубенькая салфетка с корявой размашистой надписью:       “21:45 Ватер 7 - Эннис Лобби”. Подумав, ниже она приписала ещё пару слов.       "Мешок, каблук" А рядышком пририсовала аккуратное сердечко.       Теперь не забудет, даже если потеряет салфетку. Вот такая милая особенность запоминания.       Вернулся Санджи с маленькой белой коробочкой в руках и, рассыпаясь в комментариях, которые Лу пропускала мимо ушей, принялся обрабатывать ссадину. Обычно милая растяпа была в равной степени хорошим рассказчиком и внимательным слушателем, но сейчас ей что-то навязчиво мешало слушать обходительного блондина. Кажется, она что-то забыла… А может и нет…       - Хей, Лу-тян, вы ещё здесь? - присевший напротив повар помахал рукой и пощёлкал пальцами перед её излишне сосредоточенным личиком, привлекая внимание, - Спрашиваю, не знаете ли чей это телефон?       - Точно! Телефон же! - девчушка звонко хлопнула себя по лбу, выхватила мобильный, который, видимо, выпал во время её приветствия с полом, из рук удивлённого приятеля и сосредоточенно начала нажимать на кнопки.       После нескольких гудков на том конце сняли трубку:       - Трафальгар-сан, разве у Вас не выходной? - владелец смутно знакомого голоса не скрывал некоторую неуверенность и нервозность в общении с коллегой.       - Это не Траффи, - радостно заявила Лу своему собеседнику и, решив не тянуть кота за хвост, чуть спокойнее добавила, - У нас тут труп.       - У Вас, у кого? И тут, это где? - молодой человек, разговаривающий со студенткой, не успев удивиться чудному прозвищу, моментально посерьёзнел, - И будьте добры, назовите своё имя.       - Монки Ди Луффи! Мы - я, Санджи и Траффи, тут - кафе Баратти, адрес - Ист Блу сорок три, - на одном дыхании выпалила брюнетка.       - Луффи-сан?! - вскрикнул голос из динамика, но тут же образумился, - Кхм... То есть, скоро к Вам прибудет следственная группа, - чтобы избежать лишних расспросов, трубку бросили.       Некто на том конце трубки определённо был знаком с девчушкой, дописывающей номер, по которому только что звонила, к важным заметкам на салфетке. С этим кем-то было решено разобраться чуть позже, а сейчас она, мысленно получив разрешение Трафальгара, нашла в мобильнике его собственный номер и проделала с ним то же самое.       От усердия высунув кончик языка, Лу, стараясь записать цифры, как можно разборчивее, напоминала маленького дошколёнка, рисующего новую каляку-маляку в подарок маме. Закончив свой безусловно сложный и ответственный труд, она удовлетворённо кивнула самой себе и шустро, без разбора покидала свои вещи обратно в портфель, пристроив ручку и несколько салфеток, ту, что с пометками и парочку чистых про запас, в отдельный кармашек.       Если уж обстоятельства были настолько важными, что требовали записи на салфетку, то одной тут точно не обойтись и впереди любительницу приключений ждёт что-то грандиозное.

***

      Санджи курил, машинально стряхивая пепел, Луффи увлечённо болтала ногами. Бесформенные, податливые дымные разводы наполняли воздух приторной горечью, как неоформленные и разрозненные мысли наполняли взъерошенную головку. Тонкая пелена сигаретного тумана позволяла смотреть на мир будто из-за запотевшего стекла, будто со стороны, даря волшебное ощущение отчуждённости, непричастности к тому, что происходит вокруг.       Это единственное, за что можно простить другу вредную для здоровья привычку, забивающую всё вокруг едким запахом.       За возможность побывать вне обстоятельств, подумать о жизни, как об увлекательном фильме, идущим где-то там, за пыльным экраном, забывая, что сам являешься сценаристом и персонажем.       Она раньше бывала в морге. Кто-то из бывших выпускников, работающих в полиции, помог старшекурсникам устроить что-то вроде посвящения. На курсе было мало девочек, но несмотря на это, визга было очень много. Во время этого мероприятия Лу познакомилась с чудиком Барто, который чуть не грохнулся в обморок, когда с одной из кушеток встало нечто, накрытое простынёй. Только вот бирка на пальце покойничка была неправильно заполнена и цвет ног - чересчур здоровый, о чём Монки Ди сочла необходимым сообщить присутствующим и чем заслужила всеобщее одобрение.       Это всё вспомнилось к тому, что трупы её совершенно не пугали. Почти не вызывали никаких эмоций фотоматериалы преступлений серийных убийц. Луффи до мельчайших подробностей могла вспомнить собственные развороченные внутренности, разбитую грудную клетку сестры. Тогда что же было не так с той девушкой. Или что-то было не так на складе...       Хлопнула входная дверь.       Теперь их будут расспрашивать, задавать кучу вопросов, из которых нужных - процентов тридцать, не больше, потребуют подписать тысячу и одну бумажку, а если что-нибудь узнают, то ни за что на свете не расскажут. Следственная тайна... Может она в будущем тоже будет отбиваться этой фразой от навязчивых вопросов, а пока от этих слов горчило на языке, как от порядком надоевшего табачного дыма, без которого Санджи не представлял свою жизнь.       По паркету звонко и неторопливо цокали каблучки, сопровождая радостные бойкие голоса.       - Просто взяла и не явилась? - тёплый спокойный голос выгнал все неуместно мрачные мысли из головы.       - Да! Хотя после её закидонов уже ничего не удивляет, - так же тепло, но только бодро, резво и солнечно.       - Зато больше времени проведёшь с на... - Сабо замолкла на половине слова, недоумённо разглядывая притихшего блондина, который в классической картине мира, вёл себя несколько, если не сказать совершенно, иначе. И уж точно не позволял себе курить в помещении.       - Ого... Что-то не нравится мне здешняя атмосфера, - не без смешинки в голосе, но с заметным волнением протянула Эйс, отмахиваясь от серебристых облачков, - Ну, и что ты натворила, мелкая!?