Минное поле

Лидия старается игнорировать взгляд Малии. Осуждающий и раздраженный. Смыкает дрожащие от холода, синие губы. Вжимается в висящий на вешалке плеч пиджак Стайлза, силясь согреть продрогшее тело. Чувствует, что если не ощутит тепла, внутренне раскрошится. Навсегда замерзнет. Покроется коркой льда. — Ты не объяснишься? — настойчиво спрашивает Стайлз, сидя напротив нее на корточках, мягкими ладонями даря тепло острым коленям. Лидия слабо качает головой, тратя на это движение весь лимит сил. Просит «просто отвези меня домой». Вздрагивает, понимая, что снова осталась без крова. Где твой дом теперь, Лидия Мартин? И в голове почти слышится его хриплый голос, покрытый налетом извечной усмешки. «Маленькая потерянная девочка». «Бездомная принцесса». Как забыть его интонации? Господи, не поможешь?

***

Лидии кажется, что написанный Судьбой сценарий хуже, чем самые провальные фильмы современности, когда лежит на неудобной тахте, слыша взволнованное дыхание Стайлза, прерываемое рваными глотками. Он сидит рядом, устало облокотившись о спинку кресла, зажимая в руке очередную чашку обжигающего кофе. Пятую или шестую за эту бесконечную ночь. Лидия сбилась со счета. — Иди спать. Я в порядке, — просит, вжимаясь в мягкую подушку. Прячется от его тяжелых взглядов под пуховым одеялом, до сих пор не сумевшим её согреть. — Нет. Не в порядке, Лидия. Абсолютно не в порядке. Или такое состояние стало для тебя нормальным? Усталость вылизывает тело. Бежит в венах вместо крови, закупоривая мембраны сердца. Ей хочется уснуть, но сон не приходит, игнорируя выпитое снотворное. Ей хочется умереть, но Смерть стоит в проеме в двери, насмехаясь над её жалкими просьбами. Кутайся в своем отчаянии. Тони в пустоте. Существуй. Ты еще не успела привыкнуть, Лидия? Она резко садится, чувствуя, как головокружение ударяет по черепной коробке, заставляя зажмуриться. Слышит резкий скрип ржавых пружин, когда Стайлз вскакивает, напуганный её состоянием. Похоже преданный паж остался с тобой, Мартин. Можешь себе похлопать. — Не надо, — обрывает, поднимая вверх исцарапанную ладонь, все еще жмурясь, чтобы не видеть его обеспокоенного лица. — Я напомню тебе, — её хриплый голос убивает тишину одним выстрелом, заставляя Стилински замереть. — У тебя сегодня была свадьба, Стайлз. Свадьба. Я могу повторить по буквам. Там, — она указывает пальцем на закрытую дверь, — лежит твоя жена. Опусти свой взгляд на кольцо на безымянном пальце и ущипни себя. Я не позволю себе отобрать у тебя и это. Слишком много разрушено мной в твоей жизни. Я прошу тебя. Правда, очень прошу. Иди к ней. Его изломанное «Лидия», слетающее с губ оставляет ожог на всю жизнь, встречаясь с её резким «прекрати». Мартин надеется справиться с его присутствием, провожая взглядом напряженную спину с такими знакомыми выпирающими позвонками. Жизнь не дает вторых шансов. Лидия запомнила. Стайлз Стилински уже давно не ее.

***

Пожелтевшая записка с лаконичными «извини» и «спасибо» остается лежать на журнальном столике, когда она уходит, кутаясь в пиджак Стайлза, насквозь пропахший свежестью хвои. На найденные в кармане деньги Лидия первым делом покупает пачку сигарет, кутая легкие в никотиновый дым, растворяющийся в промозглом воздухе почему-то в этом году настолько холодного апреля. Мысль о том, что можно курить, не опасаясь сломанных пальцев, заставляет её улыбнуться. Утро пахнет свободой и дикой растерянностью. Лидия надеется сохранить первое и быстро расправиться со вторым.