Минное поле

Месяц пролетает, будто по щелчку пальцев, пока Лидия пытается заново научиться жить. Правильно распоряжаться своей свободой. Глубоко дышать. Расслабленно улыбаться. Пока почему-то выходит не очень. Но Лидия способная. Она справится. Маленькая квартирка на окраине города, насквозь пропахшая сигаретным дымом, становится её новым домом. Здесь покрытый рисунком плесенью потолок встречает Лидию каждую утро, а ветер беспрепятственно заходит в комнату через расшатанную оконную раму, разбавляя тонны свинцового одиночества, что наваливается на плечи ночами, придавливая к ржавой раскладушке, мешая дышать полной грудью. Мартин почти привыкла. Восхищенные взгляды мужчин за сорок, ложащиеся на её обнаженную кожу липким налетом, больше не заставляют трястись от волнения и отвращения, заламывая тонкие пальцы. Она без пренебрежения смахивает крошки с расшатанных столов, прикрепляя к губам обезоруживающую ухмылку. Не то, о чем мечтала в свои восемнадцать, но привыкнуть можно ко всему. Она убедилась. Ощущение свободы забирается под кожу. Устраивается в сердце. Засыпает между тугих мембран. Ей без него хорошо. Даже очень. Ей без него свободно. Невыносимо свободно. Ей нравится стоять возле старого зеркала, осматривая чистое, незапятнанное его пальцами тело. Нравится говорить «да» влюбленным мальчишкам, поджидающим Лидию у кафе в диком желании увидеть её улыбку и заполучить хоть один случайный взгляд. Нравится срываться из дома ночью и падать в темноту не спящего города, не думая об утре, собственном одиночестве и заснувших в груди страхах. Ей нравится. Дико. Отчаянно нравится чувствовать мягкие ладони свободы на собственных хрупких плечах. Только вот почему он просачивается в каждый сон, впиваясь в сознание расслабленной улыбкой? Почему она томно целует его в губы, невесомо касаясь пальцами бритого затылка? Почему улыбается, ощущая силу его рук на собственных запястьях, умоляя его не уходить. Присвоить себе. Никогда не отпускать. Не оставлять тряпичной куклой на сырой земле, навсегда выбрасывая из памяти? Откуда эта нерушимая уверенность. Ощущение безопасности, преследующее её во снах. Нагое доверие, прожигающее сознание мыслью, что рядом с ним ничего не случиться. Что он не позволит катастрофе произойти. Остановит землетрясение, заморозит накрывающую волну цунами, посадит горящий, стремящийся камнем вниз, самолет. Откуда это чертово чувство? Каждую ночь она просыпается с тяжелым дыханием, что неспособны поднять альвеолы. Хлестким, избивающим выдержку непониманием. И ощущением его присутствия. Практически необъяснимым. Он отравил её. Остался в ней осадком. Морской пеной. От него не спасает селекция внутри головы. Горстка таблеток снотворного, что должно вытравливать каждую мысль, оставляя за собой выцветшее полотно пустоты. Дрожащая в сердце ненависть. Она тонет в собственных снах, не зная, как спастись. Как выплыть. Как откашлять из легких желание его присутствия. Здесь. Рядом с собой. В ней. Лидия Мартин способная. Она справится. Может быть.