Кричащая повседневность

Эндрю присел на корточки на краю платформы метро. – Я просто устал. Мы загулялись сегодня. Актер и без того был вымотан, а Стивен еще и поцеловал его, не успел он выпрямиться. Скотт отстранился, зная, что за их спинами снует несколько сонных зевак. – Не хочу, чтоб о нас знали. От этого будут одни неприятности, – понуро пробормотал он на выходе из метро. Всю дорогу до этого они молчали и с тех пор начали меньше выходить на улицу, чтоб люди не видели их вместе. Но для себя Эндрю давно решил, что он не будет гоняться за известностью, а напротив, попытается избежать ее, потому что свобода дороже признания публики. Возможно, когда-нибудь он поцелуется с партнером на людях без опаски, но точно не теперь. Наконец, стены квартиры скрыли их от посторонних глаз и позволили полежать в объятьях друг друга. Они привычно вытянулись на диване перед телевизором. Стивен у спинки, Эндрю – в его руках. Телевизор тихо шумел, но им было не до него. Они смотрели перед собой и думали о своем, о тяжелом. – На самом деле мне нравится то, что ты решил, – произнес Бересфорд, лениво поглаживая серую ткань футболки, прикрывающую грудь Эндрю. – Ты знаешь, я поддерживаю это. Но не хочу потом быть виноватым. Не хочу, чтоб в какой-то ссоре по пустяках ты вспомнил мне это, мол, я твою жизнь разрушил. Или, когда мы будем беззубыми стариками, чтоб ты сказал мне, что всегда хотел погулять с Бредом Питом, а я не дал. – В смысле? Не-ет. Мне просто кажется, может, ты решил, что я всего лишь хочу облегчить себе жизнь. Но это не так. На самом деле я много думал. – Знаю. И я поддерживаю. – Почему? – Хочешь собрать аргументы, чтоб пинать меня потом? Скотт фыркнул. Не любил он, когда его мужчина пытался приуменьшить свою значимость для него. – Нет, Стивен, – выдал Эндрю почти зло. – Ты же знаешь, что я люблю послушать твое мнение. Ты очень умный человек, и я люблю тебя слушать. – Ну ладно. Я тебя тоже люблю, – сказал Бересфорд, сомкнув пальцы в замок на груди актера. – Так вот. Я и правда за то, чтоб ты не стремился к славе. Потому что слава – это люди. В негативном значении слова. То есть, ты ведь знаешь, что на самом деле они никогда не поймут тебя, твое искусство. Они не поймут и им в большинстве все равно, сколько работы, сколько смысла и чувств ты вложил в своего персонажа. Они видят только твою оболочку. Понимаешь, Эндрю, ты – человек чувства, ты вкладываешь в работу всего себя, но что в итоге? В итоге домохозяйки, бизнесмены, офисный планктон и прочие обыватели просто обсудят вечерком, сексуальный ты или не очень. А если ты прославишься, это еще и журналисты в СМИ обсудят, и люди начнут преследовать тебя, как некоего бога. Но что они там понимают на самом деле?.. Ты же не выдержишь этого внимания и этой грязи. И смысла выдерживать нет. Мне бы хотелось, чтоб ты просто играл в театре и был рядом со мной, чтоб массы не интересовались твоей личной жизнью, и мы могли бы спокойно сидеть в кафе... К тому же, мне будет больно думать о том, как в высших кругах тебя все прессуют, а я не могу заступиться. – Заступиться... – усмехнулся Скотт. – Да. Ты же с журналистами разговаривать не умеешь и людям стесняешься объяснять, что тебе не до них. Мне так кажется. – Да. Так и есть. Тогда... С твоего благословения я буду придерживаться своей привычной программы. – Хорошо. Но чтоб потом не ныл мне. Я готов терпеть атаки общества и беречь твое сердце от инфаркта из-за столкновения с ним, но ты мне тогда сразу скажи. Пройдем через это вместе. – Нет-нет. Я за покой и уют. – Тогда хорошо, – Стивен уложил голову на его плече. – Стив. – Что? – Помнишь, ты как-то рассказывал, что записываешь разные истории, которые происходят с тобой и окружающими? Это помогает писать хорошие сценарии. – Ну да. – Мне интересно, а наш поход в книжный магазин и прогулки по городу – это тоже история? То есть, это важно или просто лишняя деталь? – Да ты мастер менять темы, – улыбнулся Бересфорд. – Я считаю, что детали и есть наиболее важными. То есть, тот наш вечер – событие. И куда лучше разных навороченных приключений. Ты ведь тоже говорил об этом, когда мы только встретились. За эти слова Скотт поцеловал его в подбородок. – Не хочу, чтоб у нас все было так, как обычно в парах. Зависимость друг от друга и самообман. Пообещай, что если я надоем тебе, ты тут же скажешь. Я нормально к этому отнесусь, и это будет честно. – Боже, Эндрю, не начинай... У меня такое впечатление, что я всю жизнь тебя знаю. И еще, что я никогда никого не любил, кроме тебя. Это что-то должно означать. Не могу представить, что ты мне когда-то надоешь. По крайней мере, до такой степени, что я захочу расстаться с тобой. Скорее, произойдет наоборот. – Это ты сейчас так думаешь. Увидишь, что будет через несколько месяцев. Но через несколько месяцев Стивен так ничего и не увидел.