Кричащая повседневность

Первый: Стивен разлепил один глаз и, посмотрев на цифровые часы, отметил, что уже далеко за полночь. Но из-за Эндрю он все еще не спал. Перевернувшись, Бересфорд понял, что его партнер лежит на спине и слепо глядит в потолок. – Эндрю, ну что ты воротишься? Что тебе там покоя опять не дает? – проворчал сценарист сипло. – Сейчас снова расплачешься из-за какого-то погибшего кота? – Нет, – ответил Скотт без тени улыбки. – Я все думаю о той девушке, дочери твоего однокурсника. Ей же всего двадцать один. А она уже успела развестись с мужем. И сейчас зависает в ночных клубах, пьет, колется в этих компаниях... А на трехлетнего сына ей чисто наплевать. Мне жаль мальчика. – Ну так усынови его и позаботься. – Не могу. Он от шока не оберется, как тебя увидит. И философствования твои услышит, – Скотт хотел пошутить, но не вышло. Стивен устало вздохнул и перевернулся обратно. – Эндрю, у нас не может быть детей. Максимум собака. – Я знаю. Конечно... Второй: – Готов? – спросил Скотт, отворив дверь в спальню. Стивен завязывал на шее новый шарф. – Да. Во сколько спектакль начинается? – Через полчаса. Но есть один нюанс... – Эндрю вдруг оробел и потупился. Бересфорд повернулся к нему и подозрительно сощурился. – Что такое? – Ну... Мне Томми звонил. Предупредил, что там на входе журналисты. Поэтому нам придется прийти раздельно. Сначала я зайду в зал, а через пару минут ты. Или наоборот... И такси надо брать разные, я думаю, – Скотт сник. – И было бы хорошо, если б ты попросил Диану пойти с тобой и прикрыть. Ну, чтоб вообще не возникло никаких подозрений... – Скотт, наконец, осмелился поднять глаза на Бересфорда. Тот выглядел оскорбленно. – Я в шоке, блять. Третий: – Стивен, помнишь, я рассказывал тебе, что Йен играл адвоката, бывшая Бена – секретаршу. И Марк спрашивает, не хотел бы ты... – Не хотел бы. Четвертый: – Эй, Эндрю! – Что? – Скотт вошел в гостиную, вытирая мокрые руки полотенцем. – Слышал новости? – Нет, я же посуду мыл. Что случилось? – В России ввели антигейский закон. Если мы с тобой туда поедем, нас сожгут. – Правда? – какое-то время Скотт ошарашено пялился в ящик. Затем последовала естественная реакция: – Блядский рот! Ну как так можно! Я у этого человека учился русскому произношению!.. Черт возьми! Эндрю от этого всего так завелся, что, даже разговаривая с родителями по Скайпу, не мог никак успокоится. – Вы слышали про новый закон? Мне так обидно! Его мама слегка растерялась, но быстро просияла, заметив на заднем фоне Бересфорда, который как раз приводил в порядок постель. – Эй, Сти-и-ив! – Здравствуйте, миссис Скотт! – Стивен тактично подошел и присел возле компьютера. – Как у вас дела? Что ты делаешь? – она всегда любила спрашивать что-нибудь у Стивена, Эндрю почему-то до конца не доверяла. – Да все в порядке, – отозвался Бересфорд беззаботно. – Я нам новые простыни стелю. Скотт от этих слов залился краской и незаметно пнул партнера в бок. – Хм, – глубокомысленно ответила мать. – Слушайте, мальчики, я вот всегда хотела у вас спросить... Можно? – Конечно, – охотно разрешил Стив. – Вы же оба мужчины... – Вполне возможно. – А кто из вас двоих тогда кушать готовит? Вы же нормально кушаете? – Ну да, – Эндрю и Стив переглянулись. – Ну мы по очереди готовим. – А? – не расслышала мать. – Мы по очереди! – прокричал Эндрю в микрофон. – Они по очереди, дорогая, – окончательно внес ясность отец, который все это время верно сидел рядом с женой. – А-а-а. Ну я так и думала. – Мам, да у тебя все одно на уме, – обиделся Скотт. – Я же тебе про важное событие вначале сказал. В РФ ввели антигейский закон! Это что, только меня волнует? Мам, это же меня касается! Или ты не понимаешь? – Эндрю уточнил на всякий случай, мало ли. Мама у него старенькая, может, думает, что они со Стивеном просто друзья... Да Эндрю ей пару раз напрямую говорил, что спит с мужиками, но мама всегда отвечала, что он еще маленький, а как вырастет, все поймет. Что он свою еще просто не встретил... – Ясно, сынок, – оправдалась женщина. – Но какая разница, что там во внешнем мире? Главное, что думают твои близкие, разве не так? А ты же знаешь, Энди, что мы с папой тебя и такого любим, – на этом месте послышался смех Ханы. Вскоре девушка и сама появилась на экране. – Привет, Стив! – Привет! Эндрю скрестил руки на груди и подчеркнуто надулся. – Ну спасибо, мам. – Это капец, Стив, нам надо что-то сделать! – заявил Скотт перед сном, шагая по спальне взад и вперед. – Надо что-то сделать! Придумай что-нибудь, Стивен! – Что? Митинг устроить? – Можно. Но можно сделать еще что-нибудь в силу наших творческих возможностей. Слушай! – Эндрю застыл. – Придумай какой-нибудь спектакль... Или лучше фильм! Да, придумай какой-то фильм на эту тему! Это очень важно для меня. Придумаешь? – Эх, ладно, моя Беатриче, я придумаю, – заверил Бересфорд, чтоб успокоить партнера. – Но не так сразу. Нужно время. – Ладно. Но пообещай, что ты это сделаешь! – Даю слово. – Отлично, – обрадовался Скотт. – В такой ситуации не надо сидеть на месте. Потому что мы, Стивен, сознательные люди, граждане и геи. И мы не должны убегать и прятаться от общества, – на этом месте Эндрю начал раздеваться. – Я на все отвечаю: "Да", – сказал Бересфорд, наблюдая за ним.