Happy End?

      Она любила рисовать с детства, но когда родители начали готовиться к их первому разводу, который так и не состоялся по ряду юридических причин, как говорили они сами. Эта любовь переросла во что-то большее, она знает наизусть миллиарды цветов и их оттенков, когда решила что хочет рисовать небо, то пошла на курсы астрономии, теперь, так же знает все созвездия. Это хобби переросло в одержимость, заставлявшую её двигаться вперед, шагать дальше, узнавать всё скрытое и удивительное, что есть в мире. Но, не смотря на то, что на её палитре всегда было полно эмоции в ней их кажется, совсем не осталось, по крайней мере, ей периодически начинало так казаться. Постепенно они ушли и от туда. Всё чаще на рисунках не было каких-то радужных цветов, чёрный, синий, тёмно-синий, полуночно-синий, бардовый, не красный ни в коем случае, тёмные насыщенные цвета, напоминавшие камеру пыток. Лёгкая ухмылка на губах, она не так давно смотрела фильм, где такую камеру использовали вовсю. Может она так компенсировала не достаток родительской любви? Нет, с этим проблем, не было, родители всячески старались компенсировать и буквально душили её любовью, пока она не сказала, хватит. Думаю, все уже поняли о ком речь. Чуть потянувшись, Гвендолин смотрит на сотворённый внеочередной шедевр, по крайней мере, ей постоянно говорят, что она рисует шедевры, не то чтобы она верит скорее наоборот, стакан всегда на половину пуст, но на то ты и пофигист, чтобы было всё равно. Звонит матери предупредить, что сегодня ждать не стоит. Урок уже давно кончился, но она попросила дополнительное время, хотела доделать и доделала. То, что рисует готеса, считается жутким и мрачным, её часто таскали по специалистам в области психологии и изредка психики, они думают, что с ней что-то не так, но тут они ошибаются, просто она так видит сквозь призму скепсиса и ужастиков. Можно подумать лично она считает жутким мультик про пони и магию, вырви глазная блевотина, созданная чтобы впендюрить вашим детям, как можно больше игрушек, коммерция на коммерции коммерцией погоняет. И её тошнит от всех этих умственно больных тридцатилетних дядечек, что искреннее восхищаются этим говном. Обычно она оставляет рисунки в галерее, ведь какими бы они не были, но ни кто из присутствующих на занятиях не был лучше неё. Но не этот, этот особенный, олицетворяет собой слишком многие перемены, расставания, он олицетворяет её саму, то какой он стала, да это не привычный многим пейзаж или человек у того, что она нарисовала совсем другой смысл. Надо будет Дункану показать, интересно он поймёт, хотя не важно. Впрочем, Трент понимал на, то он и творческий человек, все думают, что они с Дунком одинаковые, но это не с другим парнем чьё имя начинается на «Т», с гитаристом, да удивляться тут нечему, оба чуть чокнутые, оба творческие, они всегда понимали друг друга с пары фраз. Иногда она всё же жалеет, что в тот конкретный момент не поняла, что с ним происходит. Это было впервые, когда ей его понять не вышло, раньше так не было. Для того, чтобы быть более чем похожими, быть совершенно одинаковыми не обязательно. Он предлагал ей сойтись, тогда после шоу, сказал, что ходит к психологу и больше таких заскоков не будет, отказала. Интересно почему? Честно, он напоминает ей этих пони, такой же бестолковый, смазливый и детский, серьёзно, в курсе у скольких малолеток его фотки под подушкой, в инете его в шутку прозвали «детский секс символ», смех, да и только. С Дунканом проще, не надо притираться, меняться, пусть и не нарочно, терпеть заморочки они у них в большинстве своём общие, не нужно ничего создавать, можно просто быть собой вроде бы. Пожалуй, отношения с парнями тот самый аспект в её жизни, в котором даже уже, будучи в отношениях всё остаётся туманно. И да, она к нему вернулась к панку, но всё же, несмотря на то что они говорили на эту тему, ей иногда кажется, что он нагло врёт говоря что ничего не чувствует по отношению к мулатке, но всякий раз, в голове проносится мысль показалось, глупости, всё хорошо. И в такие моменты, так хочется знать точно, она просто уговаривает себя или это правда, если уговаривает, то зачем, резко забоялась умереть старой девой, может, влюбилась, но что-то внутри совсем присущим ей злорадством шепчет, нет на оба вопроса.       — О привет сезонница.       — Может на сезон, а красотка.       — Что за…       — Не бери в голову. — это было не так чтобы давно, но и не давно.       Рядом Солярис слушает аудио книгу по экономике в стыренных из дома наушниках, готеса старается не давать ей переносную технику, та её вечно теряет, впрочем, она теряет всё, что можно унести, придётся искать замену, можно попросить у Дункана. Она пока не афиширует, что они стали встречаться. Не из-за реакции общественности, и не из-за боязни страшной мести от Кортни, а из-за неё, лучшая подруга будет долго и упорно пилить в силу своей нудности во всю силу. Такие парни ей не нравятся, а если точнее ей не нравится, когда Гвен встречается с такими парнями. И нет, она её не боится или ещё чего страшного вы там надумали, просто никому не хочется, чтобы ему активно приседали на уши.       — Ну, а всё-таки, я же вижу, что ты что-то знаешь.       — Ладно, просто, ты ведь дольше сезона, по сути, в этом шоу ни с кем не встречалась. Трент сезон, в следующем разошлись, Дункан, да сгниёт он заживо, тоже сезон, в следующем слава богам разошлись.       — Ну и…       — Ну, так я не договорила, вот интернеты и прозвали тебя вертихвосткой на один сезон, всё началось с комментария на каком-то форуме посвящённому вашему шоу и распространилось по сети. В пример приводят, что так быстро отношения заканчивались только у тебя одной.       Это было так странно, эти люди либо любят тебя любым, либо цепляются к каждой, по их мнению, существенной мелочи. Какая им разница, как долго и как много у меня парней, не им жить этой жизнью, не им цепляться. Девушка тряхнула головой, чтобы отогнать не прошеный сон, электричку затрясло, надо сказать, тряска помогает лучше, чем мотание головой. По небольшому телику идут круглосуточные, как ей начинает казаться, новости. Мимолётного взгляда хватило, чтобы понять всё плохо, а дальше будет, только хуже. Как любил говорить дед, зачем тебе сдались эти твои ужастики, вон новости смотри по часу в день, на год вперёд хватит, на что она отвечала ты, что деда я же настолько страшные не смотрю. Это была их маленькая шутка, надо сказать именно он и подсадил её в какой-то мере на ужасы, «Комары на улице Вязов», её первый фильм в этом жанре. Ей было десять и уснуть, никак не получалось, мучили кошмары, и когда она пожаловалась на это, деда фыркнул и сказал: «Эт не кошмары милочка, хочешь я покажу тебе, что такое настоящие кошмары?» И к собственному удивлению девочка кивнула, где-то на середине фильма заснула, без сновидений вообще. Лишь потом когда родители его ругали, она узнала что это не правильно и так в подобном случае делать нельзя, но до сих пор, когда не спиться она достаёт этот уже ставший раритетным ужастик, это на удивление и сейчас помогает успокоиться и уснуть. Включает громче тяжёлый рок, просто заглушить глупые мысли, пожалуй, иногда твои собственные мысли могут напугать похлеще, чем мистер Тодд, в своё время. Потягивается, ещё две остановки и дома. Только сначала за продуктами. Вчера, как и в каждое воскресенье, ходила на индивидуальные занятия или как называет их панк «доп. занятия» и честно не поймет, зачем они сдались, и так круто рисует, к тому же они рано, с шести часов утра. Иногда и раньше, если профессор не может в постоянное время. И не то чтобы прям, так нравится учиться, просто она хочет знать, как можно больше о живописи, это то чему хочется посветить жизнь рисовать, мало, кто понимает, считают, что и во все это не профессия. Да не заработает девушка этим ни копейки. В любом случае они ошибаются, впрочем, это не ради денег, просто Гвен не представляет, что может заниматься чем-нибудь другим. Как там говорят, так душа лежит. Наверно не правильно, но, да как-бы плевать. Вернувшись тогда чуть позже, чем обычно, на кухне она нашла Дункана и Селин они курили, смотря в разные стороны, опуская ничего не значившие фразы, сидя на подоконнике. Интересно долго или нет, хотя пофиг, он сразу про еду, она, чуть поёжившись, всё же замерзла, значит, человек. Вскочила со словами, что через пять минут на работу, пошла, принимать душ. Спросила что с ней, тот пожал плечами, говорит, просто решили не ссориться больше, к тому же она не такой отстой, как он думал даже местами нормальная. Изредка, так если быть точной он сформулировал. Девушка отправилась спать выходной всё же. Больше эту тему никто не поднимал. Она помнит, как из комнаты Солярис вышел её новый «экземпляр», так этих парней, про себя прозвала готеса, и это было забавно. Так всегда, они просто не могут понять, как-как такое может быть, их использовали, обычно всё наоборот самые чувствительные экземпляры могли даже расплакаться. Он был мягко сказать удивлён. Чуть заспанный, с запиской в руке всё время повторял, что это значит, ну и что это значит. Дункан не смог не вставить свои пять копеек, это значит, что тебя бросили чувак, да вы эти из телика и… Вчера. Ох. Он много вздыхал, косился на нас мирно пьющих чай. В конечном счете, расстроился и орал, и даже чуть ли не плакал. Она таких любит, за версту чует. В те редкие времена, когда Селена, заводит отношения действительно долгие ну это только для неё. То ищет себе в пару милых, романтичных, преданных, таких, какой сама не является ни на грамм, некоторые всё ещё звонят, пытаются что-нибудь наладить. Комментирует, говоря, что плохой девочке нравятся хорошие мальчики и это нормально. По той же схеме плохим мальчикам нравятся хорошие девочки, равновесие в людях. Плохие ищут хороших, чтобы в их жизни, оно было это равновесие. И Трент из таких и это все причины, почему он ей нравится, она и правда просила его номер. Но Гвендалин не даст и не давала, хотя даже Дункан предлагал, ну, а что сведи её с этим, Элвисом будет с чего поржать. И ей не жалко не его, не её, он на неё не клюнет. Хотя подруга уверяет в обратном, она помнит, как рассказала о его новом прозвище, та улыбнулась и сказала что, а по-моему это мило. Они долго об этом разговаривали, в итоге ей пришлось признать, что ладно чуть-чуть совсем немножко мило. Иначе она отцепляться не хотела, они правда очень долго об этом разговаривали. Весь день впереди, нужно что-то делать. Помимо готовки, хотя она не готовит, не любит просто полуфабрикаты и не больше. Проходя мимо, девушка заметила газету, на ней была группа та самая, на снимке посередине всех стояла Кортни, слева Джастин, справа Трент, остальные чуть позади, они держали мулатку на руках, так будто собрались подбрасывать. Она грохнулась, пусть в заголовке будет, что она грохнулась, пробралась в голову злорадная мысль, но нет. Там было написано, что теперь продюсер, а заодно менеджер группы, теперь ещё и поёт в качестве единственной девушки. И весь сказочный сарказм заключался в том, что раз у них теперь есть лицо женского пола, то не стоит ли сменить название, а так же немного спекуляций на любовные темы, вроде того как на её отношения с моделью повлияет тот факт, что она теперь ещё и певица. И для пущего драматизма вопрос номера, а не переключилась ли мисс горячая кровь на других участников бойз-бенда. К примеру, на гитариста с которым в последнии недели так мило проводили вместе время, этой спекуляции было посвящено аж шесть страниц! Хорошо, что в этом захудалом магазинчике нет камер и никто не видел, как добравшись, до указанных страниц, где они и впрямь более чем подозрительно выглядели вместе. Гвен сжала газету, так что та порвалась и стала абсолютно не читаемой, швырнула в мусорку благо та была не далеко и как сказали бы фаны баскетбола или бейсбола, трёх очковый. Хотя та реакция однодневки была скорее наиграна, нежели искренняя, просто для виду, чтобы потом говорили, какой он бедный и как расстроился, наверно думал, что у неё есть совесть идиот. Сегодня все трое, скорее всего, останутся ночевать у неё дома, так что есть точные цели что купить, сладкое к чаю для Солярис, а для Дункана сигареты и бургер, а для всех алкоголь иначе от этих двоих можно сойти с ума. Конечно, они утверждают что помирились, но кто их знает, там по семь пятниц на неделе. Хотя признаться честно у готесы возникали мысли сбежать, но поздно, уже позвонила, может она дура и зря на что-то надеется, нет, не так о чём-то думает, но это её друзья. Как бы там не было, а от них ей уже никуда не деться. Поиски пищи, кончились быстро она просто гребла всё подряд, всё равно зная аппетиты этих двух, а в особенности панка, к завтрашнему дню ничего не останется. Очередь, длинная-длинная очередь, заторможённая кассирша и стоило только покинуть этот ад, как полил дождь, да чего прибедняться настоящий ливень и те несколько метров до дома превратились в кошмар, этот день будто издевался над ней, по крайней мере, девушке начало так казаться. Джинсы неприятно липнут к телу, а футболка, кажется, в таких случаях принято прикрываться руками и она возможно, и прикрылась бы, да руки заняты. Подошва скользит и только чудом удаётся сохранять равновесие, но не всегда, девушка успевала затормозить и не впечататься в асфальт носом. Ненависть ко всему подряд, вот что она чувствовала. И матерясь и ворча, она собирает разбросанные вокруг продукты. Путь домой явно обещал быть долгим. Ключи доставаться совсем не желали, то и дело, выскальзывая из рук, но всё же где-то с четвёртого раза, пипка нашла домофон и девушка с облегчением проскочила внутрь. Зайдя, всё же успела напоследок подумать, что если ещё и лифт не работает, то будет ей полное счастье. Но он всё же работал и, зайдя в него, прислонилась к одной из его стенок. Дверь она открыла без каково-либо труда, пальцы согрелись, да и немножко подсохли ещё-бы, ведь те усилия, что были приложены обтирая их о, и без того вовсе не сухие джинсы того стоили. Наверно. Войдя в внутрь, резко кидает пакеты на пол и захлопывает за собой дверь.        — Ненавижу, — произносит, не обращаясь конкретно ни к кому, просто всё сразу и ничего конкретно.        — Там в прихожей кто-то гремит… — послышалось из кухни. Эта чокнутая опять какого-то привела в ту квартиру, что купила якобы ей, ага как же сама бывает ту чаще, чем хозяйка.       — Да, слышу я, не глухая. Что уставился, вставай своей тощей тушей, пошли, — вскоре буйная головушка показалась в дверях, в руках у неё было полотенце, а на талии фартук, она готовила. Может готовка у принцессы-зомби и не на уровне шеф-повара, но вполне сносная учитывая, что готеса готовить, не любила, да и времени отнимает много. То лишь эта странная, вечно гробившая жизнь себе и окружающим особа, была можно сказать её спасителем от голодной смерти, в магазины девушка не ходит, периодически забывая напрочь, что ей надо есть. Если бы не панк, то и сейчас её маршрут ограничился лишь художкой. «И не попала бы под этот дождь», — закралась в голову мысль, тряхнув головой, чтобы отогнать её, подняла целую бурю капель.       — Малыш, с тебя капает, там что ливень, вот-вот так, — сел в мгновение ока оказалась рядом с озябшей подругой, укутала в полотенце и уволокла в дом. Не сразу поняв, что топает в гостиную в обуви, пол в которой ей самой мыть, Гвен скидывает их при помощи пяток и послушно идёт внутрь.       — Ты долго, — бурчит Селена, не оборачиваясь, из кухни всё же вышел тот на кого она ругалась. Готеса решается посмотреть, поворачивает голову. Средний рост, в меру подкачан, серые глаза, ничего примечательного, тёмно-русые волосы, совершенно не похожий на этих однодневных парней, что были будто модели, сбежавшие с подиума в её объятия.       — Там остались пакеты, иди, принеси.       — А, если не буду?       — Кормить не буду, — они ругаются, как типичная парочка, даже отвечают друг другу в тон, это шокирует.       — Ты Гвен, я Питер, она много о тебе рассказывала, ты береги её, а, то Селин не собирается доживать и до двадцати, а я ещё собираюсь взять в жёны эту крэзи-леди. — надо сказать вот что шокирует больше, после этих слов в него полетела подушка.       — Пакеты быстро.       — Так точно, мэм.       — Ещё раз так меня назовёшь, месяц тебе звонить не буду.       — Всё ты меня убила, сдаюсь.       — Дункан где, это же он вас впустил?       — В душе скоро выйдет, и нет…       — Что значит, нет, ты же отдала мне все свои ключи, сказала, что это только моя квартира, так и что в таком случае значит, нет. — она говорила очень тихо с нотками угрозы в голосе.       — Допустим, один остался, и не надо мне тут угрожать, а вдруг пожар, тебя спасти надо, а ключа нет, ты можешь привести в аргумент пожарных, но они далеко, пока доедут спасать будет некого. А я тут вот, рядом через балкон к тебе не попаду, ведь он закрыт, да и стёкла пуленепробиваемые, так что не вариант. В два счёта спасу тебя сестрёнка.       — Ла-ааа-дно допустим. Что какие стёкла ты издеваешься, кто будет тут стрелять, кроме возможно тебя. И не называй меня сестрёнка и вообще ни как так не называй только по имени, ненавижу все эти глупые прозвища, сама знаешь. — первое слово она слегка потянула, обдумывая услышанное. Пока девушки спорили, панк покинул ванную, и Гвендалин залезла в неё, наслаждаясь теплом и тишиной, её собственной маленькой нирваной.

***

      Где-то в другом уголке этой страны, в городе что совсем не далеко от того, где проживает безумная тройка. Сердитая-сердитая принцесса кричит на непутёвого принца и убегает от него прямо в дождь. Жмётся в свой тонкий плащик, цвета утреннего солнца, у неё нет зонта, да и не передавали на сегодня дождь. Морщит нос, фыркает, но молчит, сама виновата, смысла жаловаться нету. Да и некому, убежала от слушателя, а от сеанса отказалась, попросила перенести, нужно было, наметить большой гастрольный тур для группы, парни так этого ждут, особенно Коди. Фанатка дежурит у студии ночами и не упускает возможности потискать парня, впрочем, если бы не её усилия и пиар. Как только она не продвигала их, что только не делала, лишь бы у нас были зрители, всё чтобы порадовать своего сладкого, так что это одержимость, в какой-то степени помогла им подняться, да чего там без Сиеры турне и вовсе бы не состоялось. Наверно она зря так, он ведь не виноват, хочет как лучше. А с другой стороны нянчится с ней вовсе не необходимо. Не хрустальная ведь не рассыпется, ведь если она к тому же и заболеет, подумав что, скорее всего именно Джастин будет за ней ухаживать, девушка поёжилась. Серьёзно, ведь это беременность, а не какая-нибудь смертельная болезнь в последней стадии, к тому же ребёнок даже не его, если бы хотелось бесконечно слушать нотации, о том, что ей можно, а что нельзя, вернулась жить бы к родителям, ну или точнее к матери. К тому же, к материнству шатенка подошла со всей ответственностью. Огромное количество, диет, ну как диет дольше, чем на день, два их с малышом не хватало, дальше полный срыв и поедание всего подряд. Множество различных упражнений, витаминов, а так же йога и водная аэробика. Пусть она сама и некоторые её решения не идеальны, но беременность, эти девять месяцев обязаны быть идеальными, потому что потом начнётся ад на этой бренной земле. И надо же такому случится, что всё, что портит эту идиллию, красавчик герой, что спас тебя от суицида, постоянно со своей чрезмерностью, а это плохо, то он слишком увлекается ролью бойфренда, то постоянно укладывает спать, то ещё как-нибудь портит настроение. На то интервью только из-за него согласилась, давай, это сделает тебя ближе к народу, ничего страшного не случится, будет весело, мимо по всем пунктам. Ближе к концу, хотелось встать и задушить горе репортёра голыми руками и плевать, что прямой эфир. Хотя, может это всё из-за гормонов, что буквально устраивают штурм и бомбят её мозг всякими странными желаниями. Конечно так у всех будущих мамочек, но ей кажется, что у неё как-то особенно, а ведь ещё вчера светило солнце и ни единого облачка на небе. Они с Трентом сидели в кафе и обсуждали будущее турне и те города, что непременно нужно посетить. Мокрые волосы чуть завились, что не мешает им больно бить по лицу всякий раз, когда поднимается ветер, девушка бежит, не разбирая дороги и не смотря куда, уже продрогла и по телу периодически пробегает довольно крупная дрожь. Оглядывается, мельком замечает старую деревянную, чуть покорёженную вывеску кафе, забегает внутрь, плюхается на ближайший стул. В голове только одна мысль, «повезло». Там тепло и пахнет сдобой, столики пусть и не все, но всё же заняты. За ними протекает чья-то чужая жизнь. У кого-то свидание, пара держится за руки, заглядывают друг другу в глаза, со стороны это выглядит забавно, они будто играют в гляделки, совсем позабыв о еде, да как же давно она не была на свидании. Дункан не видел в них смысла, раз они уже живут вместе, а Джастин ну с ним ей просто некогда, то запись новой песни, то поход к врачу, новый парень оказался тем ещё параноиком и заставлял ходить по врачам каждый день, а то мало ли. Никакие увещевания, что всё хорошо, он со своими истериками лишь нервирует её, и что именно это и плохо для ребёнка не помогали. Иногда ей казалось, что ему плевать на её ребёнка и что он лишь разводит иллюзию бурной деятельности, просто чтобы в глазах окружающих выглядеть лучшим парнем и наиболее правильным выбором. Особенно в глазах её мамы, с которой модель так хочет, чтобы она помирилась, наверно плохо, что ей самой это не надо, ну вот вообще ни капельки? Как-бы там ни было, сейчас это неважно. Согревшись достаточно, девушка сняла насквозь промокший плащ и повесила его на спинку стула. В этом месте так уютно, горит электрический камин, плетёные стулья, деревянная обшивка стен, паркет на полу, круглые столики занавешены белоснежной скатертью. Официантки все в одинаковой форме, стучат каблучками туда-сюда, казалось, просто избегают столика, за которым она сидит, плазма, прикрученная неведомо, чем по которой идёт не понятно что. Конечно, это только кажется и в ней наверняка говорили гормоны, но всё же было обидно, немножко. Девушка заказала кофе и булочку с корицей и яблоками.       Она убежала, бросила его, устроив предварительно истерику, ушла в дождь, лишь-бы подальше от его неуместной чрезмерной опеки и заботы. Впрочем, он в какой-то степени понимает, с чем это связано, латина всегда была через-чур, самостоятельной и самодостаточной. Все эти занятия самообороной, боксом, джиу-джитсу, немного карате и не которыми другими видами борьбы. Может её кто-то так сильно обидел и, судя по излюбленному приёму мужчина, что она всё время стремится себя защитить. Казалось, он сделал всё возможное, но по не понятной причине так и не заслужил доверие. Сам же не считает свою заботу какой-то навязчивой. Во всех книгах, что он прочёл, чтобы хоть как-то разбираться в этом вопросе, говорилось, что капризам беременных нужно потакать всячески, помогать им, и оберегать, а мулатку это как будто только злит. Планировщица, вечно всё в своей жизни продумывает, до мелочей, как она будет проводить каждый свой день, и не дай бог что-то пойдёт не так. Дождь медленно барабанит по крыше, чем несусветно раздражает. А, он всё ждёт, верит что вернётся, сядет рядом, упрямо покачав головой. Как-бы говоря, что извинятся, не будет, разумеется, будет бурчать всю обратную дорогу, но не страшно. Но, вот время ползёт полудохлой улиткой, а принцесса не стремится к своему сказочному принцу. Это до безумия надоело. Парень выскакивает из машины, громко хлопнув дверью, может просто забыть, перестать за ней бегать, в конце концов, он может найти и получше ну или хотя-бы не ждущую ребёнка от какого-та идиота. Мысль улетучивается, не успев толком сформироваться, нет, так не получится. Знать бы только почему, но задаваться этим вопросом совсем не хочется. Быстро и уверенно нащупывает сигнализацию, в левом кармане бридж. Её трезвон успокаивает, что ж хоть машина от него никуда не денется. Бежит, ищет эту чокнутую, дождь больно бьёт по лицу. Заглядывает в чьи-то подъезды, слушает, как бешено, колотится сердце, а вдруг он не сможет. Не найдёт её, серые булыжники мостовых, будто кричат о скором отчаянии, но всё же нельзя прекратить. Мулатка нашлась спустя час, может больше, в небольшом кафе. Она пила зелёный чай, рядом стояла чашечка с недопитым кофе, сама девушка его любила, а вот малышка очевидно не особо, потому-что мамочку начинало тошнить от запаха буквально через пять минут. Но видимо на, то Корт и безусловная упрямица, что заказывает его снова и снова. Смотрит на него как на инородный объект и отворачивается, ну вот он снова разрушил её уединение уголок спокойствия и мира. И ведь совершенно не понимает что наделал, смотрит ей в глаза, но не видит там, а просто ничего не видит. А ведь там внутри так и плещется раздражение. Смотрят друг другу в глаза ещё пару минут, спустя которые она фыркает и хватает плащ, кажется ей от него никуда не убежать. Девушка ничего не говорит весь оставшийся путь, да и дома тоже молчит. Он сдержанно улыбается, когда они идут к выходу, а потом весь оставшийся путь несёт над ней свою куртку, не хочет чтоб намокла. Помнит, как расплатился за её заказ чуть смятыми купюрами, не дожидаясь официанта. Как обнимал её в машине, его сердитую, но всё же, несомненно, очаровательную принцессу. Что всё ещё дулась на него время пути до дома. Уткнувшись в учебник по юриспруденции, старый и изрядно помятый, он принадлежал ещё её матери. Оперившись об его плечо, а принц всё ещё улыбается, он понял кое-что безумно важное, что с другой быть не может и пусть её бывает невозможно понять, но он любит эту странную шатенку.

***

      Солярис ненавидит сидеть без работы или же быть одной и это единственная разумная причина, почему она тут. Но это враньё в том, что ей приходится стоять под окном и швырять в него камни, нет ничего даже пахнувшего разумом. Отношения это как ядовитая змея в Мексике, так или иначе, рано или поздно, но она тебя укусит. И будучи довольно приземлённым человеком, Силина, бежала от этого явления как от огня. Говорят, что у всякого пусть даже самого странного и безумного человека есть своя половинка. Тук-тук-тук гулким эхо по комнате, юноша вздрагивает и улыбается, он знает, кто пришёл, её не было две недели, именно столько прошло, с тех пор как по своей наивности и глупости предложил встречаться. Секунду раздумывает, стоит ли открывать вообще, но разумно вспомнив, как она уже один раз разбила стекло, решил открыть. Нет, разумеется, не сама, но ей так надоело, что оно не открывается, что в общем, у них не только стекло вылетело, но и всей стены не было, разумеется, она всё оплатила. Как только парень перед ней извинился, что заставил нервничать. И не просто заплатила, но и сама нашла рабочих.        — Селина.        — Пит. Я должна извиниться.       — Ты… у тебя уже кто-то был, — она молчит, в нём нет ничего примечательного, серые глаза, овальное лицо, не за что зацепиться. Но почему-то с ним, в этих недо-отношениях уже год, и выбраться не получается, только сильнее вязнуть. Это пугает, он пугает, а ведь ей просто было скучно, и лень искать кого-то серьёзней. Просто очень пьяная и весёлая ночь. А, потом Питер нашёл её раненую на улице, шипящею сквозь зубы: «Вызовешь медиков или полицию убью». Поверил, к удивлению забрал домой и выходил. Всё время говорил, о том какая она потрясающая и что они всё будет хорошо, и они поженятся. И там не было безусловного обожания, он кричал и ругался, что ей нельзя пить снотворное, а все эти фразы бросал как бы, между прочим, без контекста. Прям как двадцать пятый кадр.       — Ты сам виноват, знаешь все эти предложения, жениться, жить вместе, встречаться. И вообще-то, а мы что, по-твоему, не встречались, ты вечно бежишь впереди паровоза.       — Официально ты знакомишь меня со своими друзьями и семьёй, а я тебя со своими.       — С какой из семей тебя познакомить, к каким мразям пойдём?       — Ладно, семья будет моя, друзья у тебя же есть друзья, у панков же есть коллектив?       — Друзья, всего один и я не панк чтоб ты знал, не отношусь не к одной из субкультурных групп, мне просто нравится красить волосы. Более того я глубоко презираю вандалов, что гордо зовут себя панками, абсолютно не понимаю Эмо эти придурки всё время ноют, какая жизнь не справедливая и как им хочется умереть, но к моему великому удивлению ещё все живы. Ну, более-менее сносно терплю готов.       — Ладно-ладно не напирай, ну и что ты согласна?       — Хорошо, но давай, скорее, скоро будет дождь, не хочу намокнуть.       — Дождь, ты что шутишь, на небе ни облачка!       — Не спорь со мной, а, то уеду одна и накроются тебе отношения ещё на две недели.       — Мне накроются, … подожди, так ты согласна.       — Только если ты поспешишь, — он и впрямь поспешил, обулся и выпрыгнул прямо из окна.       Байк упрямая штука не хотел заводиться, поэтому его пришлось пнуть, и только после данной манипуляции он заурчал своим мотором.       — А это точно твой мотоцикл? — Питер не доверчиво косился на средство передвижения, прекрасно помня, что воровство вовсе не красит его леди, как иронично он её называет, просто потому что от подобного титула в ней было ничего.       — Меньше вопросов — больше действий, он мой во всех смыслах этого слова.       — Угораздило же мне, из всего человеческого многообразия найти вторую половину в тебе.       — Я задаю себе тот же вопрос, а теперь хватит меня бесить. — она уже залезла на свой свеженький Харлей красного цвета.       — Сдаюсь, — он обнял её за талию.       Всю дорогу они болтали ни о чём. Девушка чуть улыбается, отвечая на очередной вопрос. Этого странного парня не смущало её прошлое, разумеется, всё она не смогла рассказать, кажется, ему даже льстило что в итоге леди именно с ним. Овальное лицо, серые глаза, тёмно-русые волосы, высокий, чуть мускулистый. Когда они познакомились, он был просто длинным, стал качаться, хочет соответствовать или чтобы она перестала обзывать его хлюпиком. Да, это не из тех пар, где все зайки и котики. Если Питер саркастично звал её леди, то Солярис вместо сарказма пускалась в ругательства. Всё же кажется он её идеальный. Несмотря ни на что рядом, прощая её глюки. Знает о том, почему она носит рукава и как тяжело бывает бороться с собой, да скандалистка не может отказать себе в выпивке и травке, но более тяжёлое старается не принимать. В её жизни было такое и это помогает — точнее помогало, уносило, дарило покой. Но, так жить нельзя Гвен спасала её, как Селина её, когда у неё анорексия, они не дают друг другу сдохнуть, разве это не настоявшая семья. Хотя признаться честно, то Силина не верит что доживёт, до двадцати, ну, по крайней мере, ей есть, для кого жить. Припарковавшись пара, вошла в дом, лифт долго не хотел ехать, но всё же им удалось добраться до квартиры. На стук никто не отвечал, и тогда девушка зазвенела ключами. Зайдя внутрь и скинув обувь, затопотала в дом видимо, чтобы с кем-то ссориться. Кем-то оказался парень с ирокезом и моно-бровью. Этот ходячий пирсинг, оказался на балконе. Где девушка его тут же заперла и всячески дразнилась, прям как маленькая, тот же показал ей фак. Наверное, думал, что ему ничего не грозит, та лишь показала на небо, молча, продолжая кривляться. Панк послушно посмотрел наверх. Он даже не успел, закончит мат, как на его буйную голову, как из дырявого ведра полился дождь. Настоявший ливень и ругательства ссыпались из парня, как крупа из ведра. Но будучи более-менее благородным, Питер всё же уговорил Селин выпустить человека.       — Знаю, ты хочешь послать меня на три буквы, но тебя надо в ванну срочно. — она позволила себе рассмеяться прямо в голос. Панк фыркнул и поднёс к ней руки в жесте, будто хочет её задушить.       — Иди, иди, а то заболеешь, — девушка даже открыла ему дверь, продолжая улыбаться. Голубоглазый, шмыгнул в душ.       — Пойдем, сварганю тебе кусь-кусь, ням-ням.       — Ура еда, люблю тебя.       — Ты, сейчас о еде? Или обо мне? — она повернулась и поняла, что вопрос адресован никому, её половинка уже сидел на кухне и ждал свою еду.