Happy End?

      Он бежит за ней, на ходу перечисляя всех, кто кажется подходящим под описание секси, для его девушки.       — Это тот качок, что лип к тебе в прошлую пятницу, у него ещё вроде волосы, тёмно-русые, с серыми глазами и ямочкой на подбородке?       — Что ты, я надеясь несерьёзно? Он туп как пробка, и всё чего от меня хотел — это списать домашку. К тому же, меня не привлекают качки, у большинства из них синдром альфа-самца, а это не лечится, и глаза у него слишком пронзительно серые, как-будто у него на них бельмо, смотреть жутко. И ямочка ты правда думаешь, что мне нравится подобное, да у него непонятно: подбородок это или ещё одна задница.       — Ну, хорошо может и так, подожди, а с каких пор ты так выражаешься? Может это тот смазливый идиот, похожий на Джастина, а то и смазливее, который заносил твою папку вчера вечером?       — С тех как ты меня научил, не люблю смазливых, это во-первых, во-вторых после того, как ты ему врезал, когда он просто решил мне помочь, он вряд ли когда ещё, со мной заговорит, ну и в третьих и это самое главное, запомни очень хорошо, я никогда не под каким предлогом не буду встречаться с Джастином или кем-то ему подобным, меня от таких как он тошнит.       Дункан открывает глаза, вроде прикрыл лишь на секунду, но вот почему-то пробежал именно этот момент именно с ней, точнее не пробежал, он вспомнил лишь их не большой диалог. Лишь слова, ничего больше. А телик продолжал мусолить одну и туже тему, будто фанатам, этого идиотского шоу больше нечего обсуждать, выбор сделан, хватит уже капать на мозг, для них это развлечение, просто любовный треугольник, с которым можно поиграть, а вовсе не живые, нормальные люди. Они сводили его даже с Линдси, этой идиоткой, это уму непостижимо, где они тут-то романтику увидели. Он никогда не понимал, что в таких находят, настолько тупа, что даже её огромные бидоны не спасают ситуацию. Нет, он не из тех парней, кому она бы понравилась, ему нравятся девчонки с мозгом, панку кажется эта черта более привлекательной и эротичной, чем просто фигуристость без какого-либо содержания. Боже, да та же Хезер, была куда более сексуальная, чем блондинка, а ведь азиатка по его шкале, ну никак не проходила, дальше десятого места. Тем временем стажёр продолжал что-то говорить, а на фоне мелькал город, который, кстати, всего в паре миль (я не знаю, сколько это в метрах просто выпендриваюсь.) отсюда, заехать бы к ним на съёмки и врезать хорошенько этому мелкому гадёнышу. Что смеет так просто судить чужую жизнь, будто сам её прожил. Который не стесняется предлагать эти глупые викторины. Конечно, он понимал, что парня, скорее всего, заставили и возможно он сам этому не рад, но ярость была сильнее здравого смысла, впрочем, как всегда.       — Мы нашли одного из участников этого треугольника, точнее одну, мы направляемся в одну из недавно арендованных студий: Тотал Драма Бразерс. — это молодой стажёр произнёс с таким пафосом и величием, что сразу захотелось ему врезать, щёки раскраснелись, глаза бегали, ему понравилось столь обильное внимание к своей персоне люди слушали его и терпеливо ждали его последующего слова. Быстро поправив чуть растрепавшиеся волосы и щёлкнув каблуками, он развернулся, чтобы отправиться в ему одному известном направлении.       Он шёл недолго и вскоре зашёл в самое типичное здание с полу-облупившимся кирпичом. Щербатые лестницы и полутёмный подъезд, всё-таки будущим звёздам эстрады явно не хватало гонораров с выступлений. Новоявленный ведущий повернулся на камеру, с видом величайшего в мире заговорщика и поманил своих зрителей дальше, как-бы говоря не переключайтесь, смотрите дальше. Хотя, это можно было сказать и словами, а жест совершенно бесполезный, ты ведь не можешь встать с дивана и залезть к нему в телевизор, значит, и пойти с ним не куда не можешь. Третий этаж шестая дверь налево, ничем особо не примечательная разве что маленькой, позолоченной табличкой с названием группы. Дойдя, парень достаёт маленький ключ и поясняет шёпотом: «Нам удалось подкупить охранника», вставляет в скважину, поворачивает несколько раз ключ, открывает дверь, та со скрипом, но поддаётся, спустя пару мгновений заходит вовнутрь. Нежно-бежевые обои, это что-то вроде коридора, большой диван перед маленьким теликом, стол со стеклянным верхом на котором аккуратными стопками сложены журналы по темам. В углу гитары две из них Трента, одна висит на неумело вбитом гвозде, две других стоят рядом, скромно к ней прислонившись, три полочки из Икеи с кремами и разнообразными средствами по уходу за собой, на стенах несколько фотографий всем составом, на некоторых в середине красуется Кортни. Плакаты их собственные и других групп, чуть вздувшийся ламинат на полу, ради приличия прикрытый ковром. Чисто, всё рассортировано, на окнах красивые новые шторы с маленькими листочками. Пусть, то была другая студия, но когда они с Гвен были у них, в прошлый раз там был полный кавардак. А замученная в край латина орала и пыталась заставить своих подопечных сделать хоть что-то правильно, ему её даже стало не много жаль, но это не помешало ему на обратном пути высмеивать её внешний вид. Кажется, она смогла взять их в узду и теперь в новом здании, всё именно так, как должно быть, полный порядок. Толстенное стекло и надпись: «Не входить идёт запись» над дверью, всего дверей пять или шесть, прихожая, сама студия, кабинет продюсера, душевая, кухня, ибо не фиг так вкусно готовить, если ты продюсер. Ну и кладовка, переделанная во что-то вроде гардеробной, где ребята могли спокойно переодеться. Стучать, разумеется, никто не стал, ушлый парнишка прошмыгнул внутрь, но буквально через пять секунд вылетел из студии. Следом за ним вышла мулатка, она явно была зла, это выдавали раскрасневшиеся щёки и общее сердитое выражение лица, молча указав на знак, девушка вернулась в студию.       - Что ж, похоже, нам придётся дождаться конца записи, чтобы взять у неё интервью, — парень занялся протиранием ушибленных мест. — Почему никто не предупредил, что она такая сильная? — шёпотом произнёс он. То, что ему ответили, увы, навсегда осталось за камерой, но я почему-то уверена, что оператор всего этого действа знатно посмеялся над мальчишкой стажёром. Однако один человек по другую сторону экрана улыбнулся сей выходке своей бывшей, ему нравилось, когда эта тёмная сторона показывала себя.       — Я за пивком, пожелания в это области у кого-нибудь будут? </i>— сладко потянувшись, Солярис подскочила, и направилась в сторону кухни, виляя всем, чем только можно.       — Мне на разлив.       — Светлого.       — На разлив хорошо, подожди, кто-то сказал светлого?       — Да я, а что? — ох, зря панк подтвердил свой заказ.       — Ты что баба, я да, но и, то светлое не пью, настоящее пиво может быть лишь тёмным, всё остальное чистого вида моча, созданная для хрупких светских дамочек, а то их ещё унесёт, не дай бог.       — Я взрослый человек и могу пить, то пиво что захочу в этот самый момент времени!       — Дункан, Дункан. — в пылу ссоры, панк и не заметил, что всё это время девушка пыталась ему что-то сказать.       — Дункан!!!       — Что?! — сорвался он на готесу.       <i>— У нас нет светлого, надо было тебе раньше сказать.       В это время на экране опять стало что-то происходить, запись кончилась и она вышла, виновница всего торжества. И сразу стало всё равно, что есть и чем закусывать. Заодно её теперь можно было рассмотреть поподробнее, белое платье с объёмной юбкой, приятно оттеняющий её тёмную кожу, да к тому же потрясающе сидящий на ней, таково же цвета балетки, заметно отросшие волосы были собраны в пушистый хвост, который она впрочем, вскоре распустила. И это всё, не смотря на столь малое количество украшений, выглядела мулатка вполне эффектно. Она села в кресло дружелюбно и открыто улыбнулась пареньку, лёгкими движениями поправила чуть растрепавшиеся волосы, не смотря на миролюбивый настрой в её глазах виднелась сталь, говорящая, что если что-то будет не так, то он полетит снова.       — Мисс Бенитес, начнём интервью?       — Можно просто Кортни. Ну, раз Вы настаивайте.        — Мне можно на ты? — парень поправился, усаживаясь поудобней стараясь при этом не отводить взгляд от своей собеседницы.        — Хорошо, продолжайте, что тебя сюда привело? — ей явно было неудобно, но всё же, переступив через себя, продолжила общение в более неформальном тоне.       —Слухи, сплетни, треугольник. Всего по чуть-чуть, как видишь.       — Треугольник?! — она рассмеялась. — Он давно превратился в прямую, рассмешил, как тебя зовут? И в каком веке ты живёшь?       — Том. — вопрос последующий после этого, Томас благоразумно проигнорировал.       — Так слухи правдивы про тебя и самого красивого солиста этой группы, Джастина, вы пара, или это не более чем слухи? — он смотрит на неё внимательно, не отводя взгляда.       — Да, я нашла того, кто обо мне на самом деле заботится, кому не всё равно как я и что со мной, он даже кормит меня вкусняшками и покупает моё любимое мороженое, к тому же он моется. Мне с ним спокойно, не думала, что смогу сказать о Джастине, но он лучший из моих парней если я принцесса, то он принц.       И будто специально в подтверждение её слов, тот о ком они говорили секунду назад, садится к ней на подлокотник. По ту сторону впиваясь в экран голубыми глазами, один человек искренне ненавидит всё, что происходит на его телевизоре, сжимая кулаки, так что костяшки были не просто красные, а бордовые, в мозгу почему-то отчётливо всплывает тот их разговор про смазливых парней. Вкусняшками, она называет такие конфеты для мозга, во время тяжёлых тестов и экзаменов она их горстями ест, то ли правда верит, то ли просто слишком нервничает. Выглядят, как такие козявки из какао и ещё всякой мути, стоят до фига и больше, позволить их себе он не мог, хотя пару раз даже воровал и приносил домой, ей говорить, что украл нельзя. Они поссорятся, это конечно ненадолго, оба слишком гордые, чтобы что-то говорить поэтому, они встанут в проходе, и будут буравить друг друга взглядом. Потом быстро бежишь и поцелуй, конечно, кто-то будет первее, но им уже всё равно: её тапочки либо слетели, либо полу висят, он не носит, протирает носки наверное, чтобы ей было за что его ругать, ногами обвивает его за талию. Пожалуй, ради примирения стоит ругаться, даже если от крика на эту истеричку сядет голос. Понятно, что всё, что было только что сказано, чтобы уязвить его. Обычно у неё не выходило, но не в этот раз, не понятно почему, но всё вышло, может из-за конфет, или потому что она снова говорит, что он не моется, то ли потому что принцесса, ей не нравится это прозвище; она его не ненавидит этому множество причин, но все они мелкие, кроме одной — её отец, он назвал так прежде чем бросить их с матерью.       — Ну не плачь ты же моя маленькая принцесса, ты справишься, всё будет хорошо, принцессы должны быть сильными.       — Папочка не уходи, мама будет плакать и я не хочу быть принцессой в замке без короля, пожалуйста, папочка я…я буду хорошей честно-честно…       — Будь обязательно, будь, я люблю тебя моя маленькая принцесса. — девушка вытирает слёзы, рассказывая эту историю. Пошла попить воды и увидела, что отец складывает чемодан. Он тогда спросил её, что было дальше, она честно отвечает: он ушёл. В свои четырнадцать она взяла фамилию матери, решив оставить эту историю позади. Но это давалось ей с трудом, тогда она впервые при нём плакала, а он был ласковым и нежным.       — Похоже, вы нашли друг друга, ладно. А как ты прокомментируешь слух о твоей беременности, некоторые фанаты стали замечать странное ещё в туре, где ты постоянно плакала в будке, когда речь заходила о Дункане и Гвен. А в следующем сезоне, странностей стало только больше, на некоторых фотографиях, что присылали нам в редакцию, у тебя отчётливо виден еле заметный животик. Ну что это правда если, да, то кто счастливчик панк или испанец? Большинство за второй вариант, ведь если первый, то зачем так тщательно скрывать сей факт?       — Должно быть нашли. Мне кажется, Вы сами себе противоречите еле заметный и при этом отчётливо виден! Мы с Алехандро просто друзья, вероятно зрители забыли, что уже тогда был влюблён в Хезер, а ухаживал за мной, потому что у них с Дунканом был договор, чтобы выгнать меня с шоу. Ваши зрители считают, что он, что для большей убедительности он решил со мной переспать, да я бы и сама не захотела, мы друг друга обоюдно использовали я его, чтобы это чурбан зеленоволосый ревновал, думала, что он ко мне ещё что-то чувствует, а он просто играл на моём эго. Больше ни слова не хочу об этом говорить, выметайтесь!       — Что ж раз Вы настаивайте…       — Я тебя сейчас с лестницы спущу, если ты не заткнёшься и не свалишь!       — Что я пропустила? — на диван с грохотом плюхнулась Селина, которая всё же принесла все три бутылки.       — Ничего интересного, всего лишь очередную истерику, имени Кортни и чего так разоралась, подумаешь слухи, про кого их не распускали.       — Ты не понимаешь всей соли, горячая латиноамериканская кровь это огненные люди, которые придумали сальсу, танго, это ведь какие танцы такие и люди страстные, чуть безумные, уникальные. </i>— говоря всё это, она делала невероятные пасы руками, будто стараясь объяснить, что это за люди с их помощью. Телек было решено выключить, ибо по всем каналам одно и то же праздновали не большой юбилей шоу, которое они искренне ненавидели. Чуть подвыпив и истратив все возможные темы для разговора, снова вернулись на тему в их случае вечную ТД.       — И чё он её бросил, из-за того что она нарисовала ему хвостик и ушки, ну не Мики Маус, а чё прикольно, это ж надо быть полным придурком, чтобы бросить её из-за этого, не ну роскошная же женщина, или девушка, как там правильно.       — Я её бросил.       — Ну и дурак, не ничего не хочу сказать, Гвенни прелесть, но худая как вобла, рыба такая есть. Вот не подержать, не ущипнуть, ещё и утянет себя всю ужос-ужас, да вот, а эта как смесь Бьёнсе, Шакиры, ДжейЛо и немного капелька Рианы, говорю же шикарная женщина, да и характер огонь прямо.       — Ты сумасшедшая женщина и не пей из горла, это вредно       — Не правда, — по-детски обиженно произносит одна из умнейших девушек планеты, по крайней мере, она так себя называет. — Для тебя, правда. — панк закатывает глаза, заботливая Гвен, кто бы мог подумать, а может просто придуривается.       Время летит быстро, в дальнейших спорах-разговорах парень принимать участия не стал. Просто, правда не далеко ушёл лишь в соседнею комнату, надел наушники и включил на полную. Немного по слонялся по квартире, поел и вернулся в зал, как только обнаружил, что это безумная в своём роде девушка покинула дом.       — Ну что, решил вернуться к телику?       — Ага, надеюсь, эта твоя подруга сюда не вернётся.       — Надейся у меня ещё, ни разу не сработало.       — Она что правда никогда не спит, а то может, стоит проверить её на вампиризм?       — Не знаю. Может просто брешет, было, время, когда Сел на полном серьёзе утверждала что лишь на половину человек и синий её истинный цвет волос, но она красит их и брови, чтобы земляне не пугались и охотней шли на контакт, думая, что она всего лишь представитель асоциальной группы, под названием панки.       — А знаешь, да пошла она, я тут у вас откопал раритетный ужастик, давай поржём?       — У вас, меня вдруг стало много? — совершенно спокойный голос и лёгкая усмешка на губах, на этот вопрос он хмыкнул.       — Ну, так ты и Солярис, у вас разве не всё общее? — слова панк сопроводил настоящим танцем моноброви.       — Да пошёл ты, тащи этот раритетный ужастик.       Фильм оказался не полным отстоем, чисто на один раз сойдёт, если когда-нибудь его спросят о чём, то вряд ли парень сможет вспомнить, лишь скажет что всё не так плохо как кажется. Он не помнит, как уснул на этом диване, от которого разит пролитым кем-то пивом и попкорном, который они ели во время просмотра. А вот пробуждение, он точно запомнит надолго. Громко хлопает дверь, каблуки стучат по полу и этот противный звук, напоминающий о Бриджет и Джеффе, и будто этого было мало так на него ещё и грохается сверху пальто или пиджак, изрядно провонявший алкоголем, табаком и духами, и эта термоядерная смесь бьёт по пазухам не хуже чем скунс. Дункан встает, медленно намереваясь напугать или хотя бы припугнуть тех идиотов, что не дают бывшему зеку выспаться. Но удостоился лишь мимолётного взгляда.       — А это кто?       — Никто. — этот он «никто» прифигел от подобной наглости, поднимается резко верх, но парочка уже скрылась из виду. Пары секунд хватило, чтобы осознать, кто был женской половиной этой пары и на неё, что реально ведутся, вот бред. Столь же странной ему, но всей видимости правильной была мысль, что пришла чуть позже, у неё есть ключи, у этой выдры есть ключи, но она всё равно постоянно заходила через окно, то, что они есть, также подтверждало, что квартира их общая или, по крайней мере, так считает эта чокнутая. А это реально пугало, то есть в любой момент в квартире его вроде бы девушки, может появиться это чудо. Она оказалась не реально громкой, сколько это бесящее существо выпило. Внезапно заинтересовал вопрос, а где его собственная девушка, а главное где те наушники, что он одолжил ей, прежде чем снова загребли, подумаешь не столь великое преступление. На кухне обнаружилась записка, со следующим текстом: «Ты, наверное, забыл, но в это время в художке доп. — задания, они индивидуальны с нужным тебе специалистом, наконец, без всех этих идиотов буду рисовать что хочу. В холодильнике есть бутеры и вчерашняя лапша, котлет нет, ты вчера всё съел, но осталась колбаса и кетчуп, на обратном пути куплю пельменей, оставь не много соуса к этому моменту». Парень достал бутерброды взял пиво и вышел на балкон подышать воздухом, увы к большому его сожалению наушники он не нашёл, а уснуть у него явно не получиться. На лице его расплылась блаженная улыбка, тишина хорошо, к тому же душу грела мысль, что переборов отвращение ко всем этим запахам или к тому, кто этот как оказалось, пиджак носил, он вытащил его бумажник и сигареты, будет, чем занять себя после еды. И пусть пока нельзя выходить из дома, а значит, и потратить деньги чувака панк не может, но мысль, о том, как эта весёлая парочка будет орать друг на друга, делала ему очень хорошо. И таким ничего неделанием он занимался час, два или три, пока не услышал, как по квартире кто-то топает, решив, что это Гвен с пельмешками, зашёл в дом. Вместо готесы, его встретило чудо-юдо с красным факелом волос, вихрем промчавшееся мимо. Парень решил отнести бутылку обратно в холодильник, к тому же, она тоже там всё же интересно, что именно вытворяет. Зрелище было поистине странным, циничная и грубая мисс Солярис танцевала и не клубный танец, а просто кружилась по комнате, вот так внезапно, Дункан выяснил, где его наушники. Она выглядела не привычно, вместо каблуков самой странной формы, узких мини юбок, и прочего извечного набора, мужская футболка, в которой девушка просто утопала и босая. Оказалось она довольно миниатюрна в плане роста, ниже среднего. Грубо отобрав наушники у прима балерины, приложил их к уху.       — Рамштайн, серьёзно? — кружить чуть ли не балет, под такую музыку это надо уметь.       — Ага, люблю их творчество, хотя я не только по року, разные направления слушаю.       — Хочешь? — он протягивает ей бутылку, орать на неё почему-то расхотелось, наверно на него так подействовал шок.       - Не откажусь. — она улыбается и берёт бутылку, делает глоток, протягивает обратно.       — Не, с меня на сегодня хватит.       — Фи никогда не хватит, присядешь? — отодвигает ему стул, сама запрыгивает на сидение, внимательно смотрит на него, вздохнув, Дэй садится рядом на всё тот же стол.       — Ты знаешь, что я психолог, так что не обессудь, но сейчас будет допрос с пристрастием.       — Знаешь, не знал и меня удивляет, что ты вообще работаешь. Знаешь, где у меня все эти допросы сидят, говори, что надо я и так тебе всё расскажу, а то скажешь Гвен какую-нибудь чушь.       — Как хочешь, но я рассчитывала на допрос. Домашние питомцы у тебя есть? Если есть, то возможна ли на них аллергия и могут ли они убить? Работа, подработка, кражи это не работа, есть и какой с неё доход? Любимая еда и десерты, в этом доме готовлю только я, так что должна знать? Ты бросил свою бывшую, потому что боишься серьёзных отношений, или потому что разлюбил?       — Я так и подумал, что ты на него рассчитывала. Паук и да он ядовит у меня был до этого, но он помер в этом глупом шоу. Если всё уладиться с копами, то да, меня пригласили в один магазинчик, там пушками торгуют. Картошка фри и чизбургер, а десерт не знаю, может фисташковое мороженое. Что, можно повторить последний вопрос?       — Нет нельзя отвечай! — она буравила его взглядом, не скажешь, задушу.       - Это неважно я с Гвен. — Дункан услышал, как её ногти скребут что-то металлическое.       — Там что нож, да?       — Да, — в повреждение своих слов достаёт сей предмет из-за спины. — А теперь отвечай, пока я тебя не продырявила, знаешь я врач и знаю, что и как нужно дырявить, чтоб оно мучилось, но не умирало.       — Ты врач, реально?       — Скажем так, в тюрьме полно свободного времени, а интернет, на более интересные сайты не пускает. А теперь отвечай, а то у меня руки чешутся понаделать в тебе дырок.       — Гвен тебе этого не простит.       — Не ты первый, не ты последний.       — Не знаю, может и то, и то. Не задумывался над этим, я знал, что Гвен ко мне что-то чувствует, мне показалось, что и к ней тоже что-то испытываю, просто хотел понять, то ли это, о чём я думаю, вот и всё, я тогда не планировал с ней расставаться.       — То есть если бы не Тайлер, то…       — Да так и получается, да я козёл, что хотел сидеть на двух стульях сразу, но знаешь, что она не была против, Гвен не была против, поэтому мы пара она понимает, что мне надо и не критикует меня за это, ей по большей части вообще плевать.       - Перебивать не красиво. Просто чтоб ты знал. Ладно, я узнала что хотела, хочешь. — она снова протягивает ему бутылку, в этот раз он берёт, да чего там фактически вырывает её из рук девушки. Она абсолютно спокойно у неё даже тембр голоса лишь несколько раз повысился за весь разговор, чуть улыбается, как же она его ненавидит, и ей до безумия хочется, но он выполнил уговор и она тихонько кладёт нож обратно на стол, за свою спину.