Эмпаер

Серена хорошенько потянулась в постели и открыла глаза. Яркий свет летнего солнца заливал всю комнату, играя на блестящих поверхностях ослепительными зайчиками. Повернув голову влево, она расплылась в улыбке – лучи солнца переливались золотом в волосах Нейта. Его спокойное и мягкое дыхание пресекло на корню мысли о том, чтоб его разбудить. Встав с кровати, девушка босиком прошла через ванную комнату и постучала в дверь подруги. Тишина. Медленно повернув ручку и осторожно заглянув внутрь, она никого не обнаружила. Более того, не было заметно, чтоб кто-либо спал в постели Блэр этой ночью. Определенно, у этих двоих была жаркая ночь. Но скорее жаркая от любви, чем от ненависти, и гораздо более вероятно, что они сейчас отсыпаются в объятиях друг друга, чем что они разорвали друг друга на мелкие куски. Иначе она бы уже была в курсе. Так что волноваться не о чем. Удовлетворенная ходом своих мыслей, Серена вернулась в свою комнату, легла обратно в постель и прижалась к Нейту, который во сне что-то промурчал и крепко обнял ее. Проснувшись, Блэр испытала дежавю – ей в глаза ударил яркий солнечный свет. Слегка приоткрыв один глаз, она взглянула на постель рядом с собой. Значит, это не сон, и он все же вернулся. Откинув голову назад на подушки, она блаженно зажмурила глаза. Он здесь, рядом. И к нему можно прикоснуться. Можно запустить пальцы в его темные волосы. Можно взять его за руку, такую сильную, можно прижаться к нему, такому теплому… повернувшись на бок, она стала разглядывать его лицо. Как же давно она его не видела и как же сильно по нему скучала. Солнечные лучи придавали его волосам мягкий блестящий отлив. Ей кошмарно хотелось прикоснуться к нему, но она боялась его разбудить. Все же не удержавшись, она провела кончиками пальцев по его щеке. Внезапно, так, что Блэр встрепенулась с головы до пят, он схватил ее за ладонь, закинул ее руку за свою шею, прижал все тело девушки как можно крепче и зарылся носом в ее волосы. Блэр закинула ногу ему на бедро и улыбнулась – идеальное утро. И когда Блэр уже была готова снова провалиться в блаженный сон, на прикроватном столике вдруг противно зазвенел телефон. Чак сморщил нос и зарылся подальше в подушки, но телефон и не думал переставать звонить. Весьма недовольная происходящим, девушка перевалилась через Чака и, взяв телефон в руку, взглянула на экран. «Барт» Ну и отношения у этих двоих. Не папа, и даже не отец. Барт. - Чак, это твой отец. Она потрепала его за плечо. Не открывая глаз, парень взял телефон в руку и приложил к уху. - Да. Да. Хорошо. Повернувшись на спину, он положил телефон назад на столик, и лишь потом слегка приоткрыл глаза. Его взору предстала Блэр в неглиже, что моментально вызвало на его губах довольную улыбку. Притянув ее за руку к себе, он провел ладонью по ее спине, которая моментально покрылась гусиной кожей. Одним резким движением он расположился над девушкой, и стал покрывать поцелуями ее шею, вызывая бурную реакцию в виде стонов разной высоты и продолжительности. По мере того, как парень опускался все ниже, красные полосы на его спине и плечах становились все ярче. Она нетерпеливо обхватила его ногами, ее кожа пылала и обжигала. Когда он легко провел ладонью между ее ног, она так сильно изогнулась, что он понял – она больше не может ждать. Сорвав с нее остатки белья, он вошел в нее, заглушая поцелуем ее крик. Понадобилось минут 10, чтобы отдышаться. Волосы Блэр были мокрыми, и вся ее кожа была покрыта капельками пота, ее и его. От этого она выглядела еще сексуальнее, но прежде чем приступить к следующему раунду, нужно было хорошенько передохнуть. Чак повернулся на бок и подпер рукой голову. Блэр лежала с закрытыми глазами и приоткрытыми губами и тяжело дышала. Скользя взглядом по ее телу, он заметил: - А ты изголодалась по мне, Блэр. - У меня не было секса почти 10 месяцев, Чак, - не открывая глаза, парировала Блэр, и облизала пересохшие губы. От удивления парень сел и уставился на нее. Она приоткрыла один глаз и с интересом стала изучать его оторопелое лицо. Его искреннее изумление повеселило Блэр и она, улыбнувшись, села рядом с ним и поцеловала в щеку. - То есть ты хочешь сказать… - Да, - прервала его Блэр, - это именно то, что я хочу сказать. А еще я хочу, чтоб ты отправился со мной в душ, - она встала с кровати, представив его взору свою точеную фигуру. Удивление от услышанного плавно перешло в восторг – он-то решил, что она вовсе не будет его ждать, а она не то, что ждала… она ждала во всех смыслах! Похотливо облизав губы, он поднялся с кровати, схватил ее на руки и понес в ванную комнату. - Блэр, ты невероятная. - Я знаю. Вода заливала глаза, попадая на ресницы, отчего становилось почти невозможным открыть глаза. От этого сила всех ощущений возросла в n-ное количество раз. Ощущение его груди спиной. Ощущение прикосновения его руки к ее. Ощущение того, как он проводит их руками по ее мокрой коже. Блэр откинула голову на его плече. Он знал все ее самые потаенные желания. Он знал расположение каждого миллиметра удовольствия на ее теле. Он знал, как довести ее до экстаза. Когда, возобновив дыхание, они выбрались из душевой кабины, он хорошенько вытер все ее тело, попутно целуя каждый сантиметр, вызывая новую волну мурашек и желания. Надев на нее халат, Чак подошел к умывальнику, чтобы привести себя в порядок. Блэр тем временем присела на край ванны и стала наблюдать за ним. Конечно, мысль о том, что Чак не хранил ей верность так, как она ему, посетила ее. И она не хотела его за это осуждать. Хотя в глубине души все же это ее обижало. Но заводить разговор на эту тему означало нарушить только что вновь обретенное счастье. Перехватив ее взгляд в зеркале, Чак обернулся с наполовину побритым лицом. - Блэр, тебя что-то беспокоит? Он что, читает мысли? Не получив ответа, так как Блэр замялась и не смогла соврать, он положил бритву и подошел к девушке. Присев подле нее, он посмотрел снизу вверх ей в глаза. - Ну же, милая, в чем дело? Вздохнув и опустив глаза, она все же решила сказать. Это будет лучше, чем носить этот груз постоянно с собой, еще и скрывая от Чака. - Я подумала о том, что у тебя за эти 10 месяцев секса было гораздо больше, - с легкой улыбкой сказала девушка, пытаясь сделать вид, что ее грусть наигранная. - На твоем месте я бы не был так уверен, - парень поднялся и вернулся к зеркалу. Ну вот, то, чего она боялась. Она испортила ему настроение. - Чак, я не хотела затевать этот разговор. Но если эта мысль не дает мне покоя, то лучше уж я скажу тебе об этом, чем буду скрывать, а ты совершенно не будешь понимать, что со мной происходит. Сполоснув бритву и поставив ее на место, он снова повернулся к девушке и пристально посмотрел в глаза. Она права. И разве можно злиться на нее за то, что она не хочет его ни с кем делить? Проблема лишь в том, что ему чертовски сложно говорить об этом. Но если это поможет ей избавиться от навязчивой мысли… - Не буду кривить душой, пару попыток отвлечься от воспоминаний о тебе я сделал. Но проблема в том, что они были безуспешны. Какой бы большой ни была грудь, какими длинными бы ни были ноги этих всех моделей и прочих сиднейских шлюшек, они все – ширпотреб, который так и не смог вызвать во мне половое влечение и эрекцию. Надеюсь, это поможет тебе избавиться от твоих неприятных мыслей. Вместо ответа Блэр подошла и крепко прижалась к нему чтоб он не видел восторга, накрывшего ее после этих слов. Он все еще лишь ее мужчина. Он погладил ее по волосам и поцеловал в макушку. - Я не хотела тебя огорчать. Или чтоб ты думал, что я придаю сомнениям твою верность. Спасибо, что ты так спокойно отреагировал. - Милая, это абсолютно нормально, что тебя волновал этот вопрос. Я только что вновь тебя обрел, и сделаю все, чтоб больше не терять. А значит, необоснованной злости нет места в наших отношениях. Идем, Блэр, я закажу кофе и круассаны. Ты сильно похудела, пока меня не было. Я намерен это исправить. - У тебя поменялись вкусы, и теперь ты хочешь себе толстушку? - Посмотри на себя, ты физически не сможешь стать толстой. Чак взял трубку стационарного телефона и заказал завтрак. Когда он повернулся лицом к кровати, обнаружил Блэр, которая уже успела скинуть халат. Она лежала на боку, и изгибы ее тела, ясно вырисовывающиеся на фоне окна, вызвали помутнение в голове и напряжение в штанах. Наклонившись, он поцеловал ее в плече. - Тебе придется подождать, пока не принесут завтрак. На секунду надув губы, она откинулась на спину. Но изголодавшееся тело было неподконтрольно его разуму - он тут же оказался в ее ногах, и стал вырисовывать узоры языком по ее животу и бедрам. Его сводило с ума все – то, как она изгибается, какая она на вкус, как она стонет, как она выдыхает его имя. И воспоминания об этом всем часто сводили его с ума долгими ночами в Сиднее. Все, что было до нее – пресное, блеклое, одинаковое. Лишь с ней он ощущал все в полной мере. Даже нет, в тысячу раз сильнее. Каждая нервная клетка трепетала от импульсов. И трепетала Блэр. На этот раз они не спешили переходить к следующему акту, они наслаждались друг другом. Он гладил ее бедра, проводил языком по их внутренней части, и от каждого прикосновения Блэр покрывалась гусиной кожей. Она никогда не привыкнет к ощущению его прикосновений. Они настолько нереальные, что она не знала, найдет ли в себе силы в ближайшее время проводить время с Чаком где-то помимо постели. Когда он коснулся ее между ног, она вскрикнула и сжала его волосы в своей руке. Но им все же суждено было прерваться – звук прибывшего лифта заставил Чака подняться и отправиться в гостиную, вызвав недовольный стон Блэр. Вернувшись в комнату с подносом, он пресек попытки Блэр затащить его обратно в постель. - Милая, у нас еще вся жизнь впереди, куда ты так спешишь? – девушка недовольно сморщила нос. – Сейчас же принимайся за еду, а мне пока нужно перезвонить отцу. Он был столь лоялен, что позволил перезвонить, когда я отосплюсь, но не стоит злоупотреблять его терпением. Когда я вернусь, хочу увидеть, что ты позавтракала, - Чак взял чашку кофе и отправился в сторону балкона. - Это ультиматум? – Блэр в недоумении вскинула брови. - Да, это ультиматум. Потому что я могу себе позволить ставить тебе ультиматумы, - улыбнувшись негодующему лицу шатенки, парень вышел на балкон. Сложив руки на груди, Блэр искоса поглядывала на содержимое подноса. Есть совершенно не хотелось. И Чак был совершенно прав – у нее были проблемы с аппетитом все время, пока его не было. Но ведь нельзя же просто взять и снова начать есть приемлемыми порциями просто потому, что так сказал Басс? Девушка оторвала виноградинку и сунула в рот. Заметив краем глаза какое-то движение со стороны балкона, Блэр повернулась туда и увидела Чака с угрожающим выражением лица. Театрально закатив глаза, она взяла круассан и, откусив небольшой кусочек, начала его тщательно разжевывать. Что бы там не выражало ее лицо, ей было бесконечно приятно, что Чак заботиться о ней. Но, естественно, это не в ее стиле показывать это. Нейт никогда не знал о ее проблемах, хотя частенько, сидя с ним в ресторане, она удалялась в уборную, задерживаясь там немного дольше положенного. Но он вовсе не задумывался о том, что она там делала. А Серене было запрещено под страхом казни рассказывать ему что-либо. При своем росте, в своем возрасте она всегда весила слишком мало. А если и набирала килограмм-другой, ее мать сразу же это замечала и «толсто» намекала на это. Привыкнув к окружению юных манекенщиц, она просто не имела понятия, как должна выглядеть здоровая девушка возраста Блэр. Ну а Серена была Сереной, как бы она не выглядела. Хотя худой ее назвать было нельзя. Она могла поправиться на 5 кило, похудеть на 10 – она всегда оставалась блестящей для Элеонор. Что было причиной такого разного отношения к своей дочери и ее подруге, понять было невозможно. Задумавшись об этом всем, Блэр даже не заметила, как слопала весь круассан. Чак договорил по телефону и вернулся в комнату, к своему удовлетворению отметив, что хоть немного, но Блэр поела. - Отец хочет сегодня видеть меня в Басс Индастриз. Останешься тут, или поедешь к Серене? - Поеду к Серене. Но для начала попрощайся со мной как следует, - Блэр поманила парня пальчиком и он, хищно улыбнувшись, забрался под одеяло.