Happy To Keep His Dinner Warm

      Прошёл месяц с момента ссоры. Месяц без единого спора или пререкания. Курт всё ещё убегал в разное время, но всё-таки возвращался домой. Он проводил время с Блейном, и они разговаривали дни напролёт. Блейн ценил его усилия и отплачивал массажем ног, когда Курт приходил уставший с работы, или ранним подъёмом с утра, чтобы убедиться, что Хаммел позавтракал перед уходом.       Бывали дни, когда их рабочие графики совпадали, из-за чего парни не могли видеться. Тогда Курт непременно засыпа́л Блейна смс-сообщениями с простыми комплиментами, такими как «Ты удивительный» и «Я так счастлив, что ты у меня есть». Блейн сохранял их все, перечитывая, когда Курт оставался работать ночами, и ему приходилось спать в пустой постели. Некоторые сообщения были милыми, какие-то ребяческими, некоторые немного кокетливыми, а некоторые просто трогательными и сентиментальными. Больше всего Блейн любил именно сентиментальные.       Восемнадцатого июня Блейн ждал, пока Курт вернётся домой. Он предупредил, что будет поздно, и сейчас на часах было почти десять. Блейн зевнул, пытаясь не заснуть, пока играл в игру на телефоне и поглядывал на время. Когда Курт пришёл, Андерсон сел на кровати, потягиваясь после долгого лежания в неудобной позе.       — Привет, — протянул он, когда Хаммел вошёл в комнату, снимая пиджак.       — И тебе привет, — улыбнулся Курт и подошёл к Блейну, чтобы легко поцеловать в губы. — Ты ведь знаешь, что не должен ждать меня каждый вечер, — усмехнулся он, садясь на кровати.       — Мне нравится ждать тебя, — признался Блейн, кладя руки Курту на плечи и мягко их растирая.       Курт застонал и наклонил голову вбок, пока Блейн продолжал массажировать напряжённые мышцы.       — Ну, если ты настаиваешь, — пробормотал он, и Андерсон ухмыльнулся.       — Длинный день?       — Да, — прошипел Курт, когда Блейн задел чувствительную точку. Блейн наклонился поцеловать его в висок, заставляя мягко улыбнуться.       — Хочешь поговорить? — спросил он. Хаммел отрицательно покачал головой и позволил своим глазам закрыться.       — Модные штучки, в которых ты не разбираешься.       Блейн прекратил свой массаж, зарабатывая недовольный стон от своего парня.       — С каких это пор я не разбираюсь в моде?       — С тех пор как купил тот отвратительный шерстяной свитер.       — Оу, ты любишь тот свитер, признайся.       Курт расплылся в улыбке и откинул голову Блейну на плечо. Голубые глаза встретились с карими, и он сказал:       — Я люблю тебя.       Блейн улыбнулся. Он всё ещё не привык к тому, что Курт говорит это, и поэтому каждый раз старался запечатлеть в памяти такие моменты. Он чувствовал настоящую любовь, и это не было сном или сказкой, хотя и походило на это.       — Я тоже тебя люблю, — ответил он наконец, легко целуя Курта в лоб, а затем и в уголок рта. — А теперь рассказывай, — он похлопал его по плечам и продолжил массажировать, в то время как Курт начал говорить.       — Итак, ты ведь знаешь, что я люблю быть впереди всех с нашими сезонными коллекциями и прочими вещами, да?       — Да.       — Ну, так вот, я, наконец, закончил осеннюю коллекцию, включая дизайны, которые я делал с нуля и над которыми работал с Рождества. Всё было упорядочено и размещено в определённом порядке и всякое такое. Итак, я собрал всё это, поместил в миленький конверт, даже подписал его «Осенняя коллекция» и отдал его Кэсси.       — Подожди, кто такая Кэсси? — прервал Блейн. Курт вздохнул.       — Она следит за безопасностью. Проверяет, что ничего не украдено и не потеряно, прежде чем помещено онлайн или, по крайней мере, пока мы не установим авторские права.       — Понятно.       — Итак, я отдал ей это в руки и ушёл. На следующий день я пришёл на работу, а все просто с ума посходили! По-видимому, Кэсси подумала, что не случится ничего страшного, если она сделает парочку фотографий осенней коллекции. Фотографии просочились в другую компанию, и теперь нам нужно сделать сорок два новых проекта за два месяца! — Курт закончил и разочарованно фыркнул. Блейн продолжал разминать его плечи.       — Бедная Кэсси…       — Блейн.       — Извини, но посмотри на всё это с её точки зрения. Она, вероятно, сделала это просто для мотивации. И я уверен, что ты её уволил, и она теперь без работы в Нью-Йорке. А ещё у неё, наверное, есть какое-нибудь домашнее животное, которое она не сможет прокормить, ведь у неё нет работы и...       — Пожалуйста, прекрати искать хорошее во всём и встань на мою сторону, — застонал Курт, потирая виски́.       — Хорошо, — сказал Блейн, останавливая массаж, чтобы повернуть Хаммела к себе лицом. — Я думаю, что всё будет в порядке. Тебе просто нужно немного вдохновения.       — И где я найду вдохновение в начале лета? — спросил Курт, и Блейн надул губы.       — Я думал, что я твоё вдохновение.       — Не обижайся, но прямо сейчас ты не очень-то вдохновляющий.       Блейн сел, прикусывая губу и раздумывая над чем-то.       — Я могу изменить это, — ухмыльнулся он, сокращая пространство между ним и Куртом, схватив его за бёдра и потянув вниз так, что Блейн теперь лежал на спине с Хаммелом, оседлавшим его.       Курт успел прижать руку к груди Блейна, чтобы не свалиться на него, и покачал головой.       — Нет, — категорично сказал он.       — Почему? — проскулил Андерсон, всё ещё не отпуская его бёдра.       — Потому что я устал, а ты встал на сторону Кэсси, хотя из-за неё, скорее всего, вся компания погрязнет в долгах, — ответил Курт, скрестив руки на груди.       — Ты действительно отшиваешь меня из-за этого? — спросил Блейн. Хаммел кивнул. — Курт… — застонал Блейн, приподнимаясь, чтобы поцеловать его в шею, но он не позволил.       — Нет, Блейн, — строго сказал Курт. Блейн взглянул на него на мгновение, прежде чем вздохнуть.       — Хорошо.       — Хорошо?       — Хорошооо.       — …хорошо.       После чего Курт слез с Блейна и направился в ванную. Через какое-то время он высунул голову из дверного проёма.       — Почему хорошо? — спросил он, расстёгивая свою рубашку. Блейн пожал плечами.       — Потому что я уважаю твоё тело…? — сказал Блейн, как будто это было очевидно, прежде чем встать и подойти к своему парню.       — Оу… ладно. Спасибо.       — Не за что, любимый, — улыбнулся Андерсон и прижался к Курту губами. Курт оторвался и покачал головой, нахмуриваясь.       — Нет, ты что-то замышляешь.       — Говоришь так, будто я сексуально зависимый какой-то.       — Ты и есть сексуально зависимый.       — Ты делаешь мне больно, Курт.       Курт закатил глаза, снял рубашку и отдал её Блейну, после чего прошёл к душевой кабине, включая воду.       — Блейн, я не говорю о том, что ты никогда не отпускаешь меня, когда ты заведён. Я просто говорю, что обычно ты более настойчив, потому что знаешь, как легко можешь уговорить меня. И то, что ты так просто меня отпустил, немного необычно, — объяснил Курт, проверяя температуру воды, после чего стянул свои штаны.       — Хорошо, может быть, я терпеливее из-за того, что будет завтра, — признался Андерсон.       — А что будет завтра? — спросил Курт, как ни в чём не бывало расставляя баночки с кремами на полке в определённом порядке.       Блейн улыбнулся и закатил глаза, но, когда Курт повернулся к нему в полной растерянности, улыбка быстро исчезла.       — Пожалуйста, скажи, что ты не забыл, Курт, — Курт вопросительно взглянул на него. — О боже, ты забыл?! Не могу поверить, что ты...       — Ладно, ладно, успокойся. Я помню.       Блейн остановил тираду и скептически взглянул на Курта.       — Помнишь?       — Помню, — усмехнулся Курт, подошёл к Блейну и положил руки ему на плечи. — Я не забыл про твой день рождения, — Блейн с облегчением вздохнул, а Курт продолжил: — Я хотел притвориться, что забыл о нём, но у тебя было такое грустное лицо, — он хихикнул.       — Это не смешно, — возразил Блейн, всё же улыбаясь.       — Ты выглядел как щенок, которого пнули, — Курт уже откровенно смеялся, и Блейн покраснел, опуская голову.       — Н-неправда, — утверждал он, заикаясь от смущения. — Ты меня правда испугал.       — Ох, прости меня, Блейни, — поддразнил Курт. — Я всё исправлю, обещаю, — добавил он, наклонился и мягко поцеловал.       Прежде чем он успел отстраниться, Блейн с жадностью ответил на поцелуй, скользя руками по его голой спине и улыбаясь при этом.       — Лучше бы тебе выполнить обещание, — пробормотал он, захватывая губами нижнюю губу Курта, посасывая её, после чего скользя языком в его рот. Его руки пропутешествовали ниже по спине, пока не остановились на заднице, мягко сжимая и заставляя Курта застонать. Блейн ухмыльнулся.       — Видишь, — выдохнул Хаммел, отстраняясь от его губ. — Настойчивый.       — Уважение, — возразил Блейн, убирая свои руки и поднимая их над головой.       — И я ценю это, — улыбнулся Курт, быстро целуя его ещё раз. — А теперь отвернись, пока я снимаю трусы. Не хочу, чтобы ты ещё чего-нибудь себе придумал.       Блейн тихо засмеялся, но всё же повернулся к нему спиной.       — Итак… — начал он, пока Курт снимал своё нижнее бельё и проскальзывал в душ. — Что ты мне подаришь? — спросил он и обернулся, когда услышал звук задвигающейся занавески.       — Мм?       — Что ты подаришь мне на день рождения? — повторил Блейн.       — Я тебе пока не скажу.       — Почему? Остался только… — Блейн замолчал, посмотрев время на часах, — один час и тридцать семь минут до моего дня рождения.       — Ты ведь понимаешь, что не начнёшь получать свои подарки сразу же, как часы пробьют двенадцать, ведь так?       — Подарки? — спросил Блейн, с волнением растягивая букву «и».       — Ну, я сомневаюсь, что только один я приготовил тебе подарки.       — Подарки? — дразнил Андерсон, снова растягивая «и».       — Чёрт возьми, Блейн, ты увидишь, когда получишь их… его! — сказал Курт, злясь. — И мы говорили, что время душа — моё личное время.       — Ладно-ладно, но я просто, чтобы удостовериться, — начал Блейн. Курт вздохнул и запел в надежде, что не будет слышать своего неугомонного парня. — Я намекал как-то на новый ноутбук, чтобы работать с почтой, не перезагружая компьютер каждые тридцать секунд, но я ещё хотел парочку новых инструментов. Помнишь, мы говорили о той хорошей гитаре, которую видели в магазине? — Блейн остановился и вперился взглядом в душевую занавеску, ожидая, пока Хаммел ответит.       — Знаешь, ты слишком часто жалуешься, что я не пою для тебя, а сейчас даже не слушаешь.       — Во всяком случае… — Блейн продолжил увлечённо бормотать что-то себе под нос, игнорируя замечание Курта и его пение. После целой минуты ходьбы и беспрестанного бормотания он, наконец, остановился и положил руки на бёдра. — Курт, ты меня вообще слушаешь?       — Да, Блейн.       — Потому что, знаешь, никогда не поздно приобрести идеальный подарок, да?       — Да, Блейн.       — И если ты сомневаешься даже на секундочку, что твой подарок для меня идеальный, то я не разозлюсь, если прямо сейчас ты уйдёшь, чтобы купить новый. Хорошо?       — Да, Блейн.       — Ты можешь сказать что-то кроме «Да, Блейн»?       — Можешь передать мне полотенце?       — Курт.       — Блейн.       — Прекрати. Это единственный раз, когда мне действительно разрешено упрямиться.       — Между упрямством и надоедливостью очень тонкая граница.       — Я не надоедливый, я просто хочу убедиться, что у тебя есть список подарков, чтобы ты не сомневался. Просто список.       — Ты говоришь как Рейчел. Немного похоже на неё. Это действительно жутко, вы двое случайно не близнецы?       — Я просто хочу, чтобы всё было идеально.       — Всё и так будет идеально. А теперь ты можешь помолчать и передать мне полотенце?       Блейн вздохнул, передавая Курту полотенце через занавеску. Курт обернул его вокруг талии, вышел из душа и встал у зеркала.       — Но на самом деле, если ты и не подаришь мне идеальный подарок, то я не буду расстраиваться из-за этого. Любой подарок от тебя будет идеальным.       — Блейн, перестань говорить об этом.       — Но...       — Хватит.       Блейн вздохнул ещё раз, наблюдая, как Курт наносит крем на щёки.       — Ты ведь знаешь, что тебе не нужна вся эта ерунда?       — Блейн, только не читай мне, пожалуйста, нотации сейчас.       — Тогда о чём ты хочешь поговорить?       — Давай никто из нас не будет говорить. Просто насладимся присутствием друг друга.       Блейн молча кивнул, продолжая наблюдать за Хаммелом. Потом он взял одну из баночек «хрен-знает-чего» и открыл крышечку, чтобы понюхать. Он сморщился, поставил баночку на место и взял другую. Курт молча наблюдал, как он перенюхал всё, что стояло на раковине, а потом принялся за другие вещи на полках.       — Ты собираешься перенюхать все мои вещи? — не выдержал он. Блейн положил на место то, что держал, и поднял руки в защитном жесте. Курт продолжил заниматься своим лицом, а Андерсон продолжил наблюдать за ним.       Внезапно Курт почувствовал, как Блейн обнял его сзади, скользя руками по животу и прижимаясь носом к шее, принюхиваясь.       — Ты что, шутишь, Блейн?       — Тсс, не разговаривай. Наслаждайся моим присутствием.       — Я собираюсь насладиться тем, что сейчас пну тебя.       — Ты так хорошо пахнешь, — ещё один долгий вдох.       — Ты такой раздражающий, почему я вообще с тобой встречаюсь?       — Курт, это было жестоко.       — Блейн, я предупреждаю. Отстань от меня.       — Ты такой сексуальный, когда сердишься.       — Это точно! — крикнул Курт, отчего Блейн отстранился, и Хаммел подтолкнул его к двери.       — Проваливай.       — Но я хочу побыть с тобой.       — Мы уже достаточно побыли вместе.       — Куууурт.       — Проваливай, Блейн.       — Ты слишком жесток ко мне.       — Иди в постель.       Курт успешно вытолкал Блейна из ванной и запер дверь. Блейн преувеличенно громко и возмущённо застонал, прежде чем упасть на кровать. Через пару минут Курт закончил свои вечерние процедуры и переоделся в пижаму, после чего забрался к Блейну в постель, обнимая его поперёк живота и легко целуя в шею.       — Блейн…       Блейн на мгновение пошевелился, переворачиваясь в руках Курта так, чтобы быть к нему лицом, но потом просто прижался ближе и глубоко вздохнул.       — Милый… — господи, Блейн был таким очаровательным, когда спал. Курт ненавидел себя за то, что приходилось будить его, потому что он выглядел буквально как ангел. Его лицо было спокойным и умиротворённым, рот чуть-чуть приоткрылся, отчего было слышно приглушённое сопение, а ресницы мягко подрагивали. Он был невероятно красив. Курт нежно потряс его за плечо, шёпотом ещё раз зовя по имени. — Просыпайся, Блейн.       — Мм? — Блейн тихо простонал и медленно открыл глаза, щурясь от света в комнате. — Ты сам сказал, чтобы я пошёл в постель.       — Я сказал тебе лечь, но не засыпать, — улыбнулся Курт, и Андерсон снова застонал.       — Ты посылаешь мне двусмысленные сообщения, — пробормотал он, снова засыпая, и Курт хихикнул, целуя его в нос.       — Оставайся со мной, дорогой. Я должен первым сказать тебе «с днём рождения», — настаивал он, раскачивая Блейна.       — Почему это так важно? — спросил Андерсон, с трудом раскрывая глаза и зевая.       — Первый человек, сказавший «с днём рождения», тоже загадывает желание, — объяснил Хаммел. Он поднял руку, запуская в волосы Блейна и играя с кудряшками.       — Никогда не слышал, — нахмурился Блейн.       — Что? Это же всем известно. Это такая же обычная вещь, как и с тортом, — сказал Курт, но Блейн продолжал скептически смотреть на него. — Ты и об этом не знаешь?!       — Наверное, я не такой крутой, каким казался, — Блейн пожал плечами, и Курт засмеялся.       — Когда ты отрезаешь первый кусок торта, как только нож достигнет дна, ты должен поцеловать человека, стоящего к тебе ближе всех. Как ты можешь не знать об этом?       — Я думал, ты не веришь в подобные вещи.       — Это весело. И я буду верить во всё, что угодно, если мне представится шанс поцеловать тебя, — признался Курт, продолжая играть с волосами Блейна. Андерсон мягко улыбнулся в ответ, а его глаза снова начали закрываться. — До двенадцати всего лишь час. Сможешь продержаться?       — Попробую, но не обещаю, — Андерсон опять зевнул.       — Я знаю, как не дать тебе уснуть.       — И как же? — пролепетал Блейн, снова проваливаясь в сон.       — Думаю, мне нужно немного вдохновения.       Блейн открыл глаза, поднимая брови.       — Да неужели? — улыбнулся он, и Курт кивнул, закусывая губу. — Тогда ты по адресу, — флиртовал Андерсон, приподнимаясь, чтобы поцеловать Курта. Курт потянул его ближе, переворачиваясь на спину, и Блейн оказался сверху.       Язык Курта пощекотал нижнюю губу Блейна, прося разрешения войти, и Блейн с готовностью приоткрыл рот. Он позволил Курту занять лидирующую позицию в поцелуе, а его руки легли на бёдра парня, заставляя его обернуть ноги вокруг талии Блейна. На мгновение он оторвался от поцелуя, повернул голову и широко зевнул, не в состоянии сдержаться.       — Прости, — он виновато улыбнулся и чмокнул Хаммела в губы, спускаясь поцелуями к шее. Курт судорожно вздохнул, поднимая подбородок, чтобы дать Блейну больше пространства, чем тот не преминул воспользоваться, мягко посасывая нежную кожу.       — Блейн… — Курт тихо простонал, инстинктивно вплетая пальцы в кудри Андерсона. Блейн медленно водил языком по его коже, толкаясь в него бёдрами. Внезапно, все движения Блейна замедлились, а затем и вообще прекратились.       — Блейн? — прошептал Курт, чувствуя, как вес Андерсона тяжелеет.       — Мм? — промычал Блейн, уткнувшись лицом в его шею.       — Ты засыпаешь? — засмеялся Курт, но Блейн отрицательно покачал головой.       — Я просто… просто наслаждаюсь твоим запахом, — пробормотал он. Прежде чем Курт успел что-либо сказать, Блейн продолжил прокладывать дорожку из поцелуев вниз по его телу, задирая рубашку, чтобы добраться до живота. Он прижался поцелуем чуть повыше его пупка, после чего устроился головой в этом же месте. Курт опять рассмеялся.       — Ты принял что-то, пока я не видел? — спросил он, притянув Блейна ближе, чтобы быть лицом к лицу.       — Просто немного… — Андерсон умолк, поднял голову и посмотрел на Курта, после чего решил, что его грудь была замечательным местом, чтобы устроиться поудобнее. Да, это хорошая идея. Рубашка Курта такая мягкая, а его сердцебиение усыпляло.       — Немного чего? — настаивал Курт и поцеловал Блейна в макушку. Потом потянулся, чтобы выключить лампу, погружая спальню во мрак.       — Снотворное…  — еле слышно пробурчал Блейн, подсовывая руку Курту под спину, чтобы обнять его за талию и прижаться ближе.       — У тебя проблемы со сном, дорогой? — спросил Курт с явным волнением в голосе.       Блейн кивнул, уже не в силах ответить.       — Соседи, — просто сказал он. Курт кивнул, сразу понимая, в чём дело. К соседям в гости приезжали родственники с маленьким ребёнком, который начинал плакать в два часа ночи в течение двух недель. — Можешь разбудить меня… в двенадцать.       — Сомневаюсь, что смогу, — улыбнулся Хаммел.       Блейн зевнул ещё раз.       — Не буду ни с кем говорить, пока… пока… — он умолк, а его слова заменились тихим сопением.       — Спокойной ночи, Блейн.