Глава 28.
4 апреля 2015 г., 20:03
Поездка до театра прошла в неудобной тишине. Они оба старательно не смотрели друг на друга, оба были напряжены и едва шевелились. И таким образом прошёл целый день. Они рано проснулись, кидая друг на друга обидчивые взгляды. В тишине оделись. Если они говорили, то ни о чём важном. Они сомневались, стоило ли говорить о предыдущих ночах. Они сомневались, стоило ли говорить вообще. Они сомневались в своей любви.
Единственный раз, когда они говорили полными предложениями, был перед тем, как Курт ушёл на работу. Блейн напомнил ему о своей премьере. Он говорил спокойным тоном, но барабанящие по столу пальцы выдавали его волнение. Так же, как и его умоляющий взгляд и выражение лица, которое говорило то, о чём он думал в своей голове. Будь там ради меня. Гордись мной. Переживай за меня. Подари мне цветы и поцелуй меня. Отвези меня домой. Обними меня. Займись со мной любовью. Заставь меня простить тебя. Заставь меня снова любить тебя.
Его лицо говорило так много, но он стоял спиной к Курту с опущенной головой. Они не смотрели друг на друга. Курт ответил простым «хорошо» и ушёл. Они не поцеловались на прощание. Они не сказали «Я люблю тебя».
Позже этим вечером Блейн забирал Курта с работы, когда в машине раздался громкий сигнал, заставляя Хаммела подскочить от неожиданности. Он посмотрел на пейджер, прежде чем отключить его. Блейн громко сглотнул, останавливаясь на красный свет. Слова из его рта вылетели быстрее, чем он успел обдумать их:
— Зачем ты взял это с собой?
Курт замер в кресле, медленно крутя пейджер в руках. Какое-то время он просто молчал, опустив взгляд.
— На всякий случай, — быстро ответил он, не поднимая головы.
Блейн кивнул и крепко сжал челюсть, чтобы не позволить себе сказать ещё что-то. Он сосредоточил внимание на дороге, но чувствовал, как смотрит на него Курт, и мысленно просил его прекратить.
— Скажи это, — тихо выдохнул Курт.
Блейн поёрзал в кресле и прочистил горло.
— Сказать что? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги, даже когда они снова подъехали к светофору, горящему красным.
— Скажи, о чём думаешь, — ответил Хаммел.
Блейн замолчал, в отчаянии думая, как легко его можно прочитать. Он знал, что хорошо умел скрывать свои эмоции и показывал их только тем людям, которым хотел доверять. И вот сейчас Курт сидел здесь, читая его как открытую книгу, — слишком легко. И Андерсон ненавидел, что Курт знал его так хорошо. Он ненавидел, что они были такими идеально подходящими друг для друга. От этого было только больнее.
Блейн вздохнул, наконец-то посмотрев в сторону Курта.
— Это день моей премьеры, Курт. Там будет много важных людей, это очень много значит для меня и мне нужна поддержка. И то, что ты взял… это… Это просто показывает, что тебе действительно всё равно.
— Мне не всё равно, — возразил Курт. Блейн снова перевёл взгляд на дорогу. Хаммел вздохнул и протянул руку, чтобы отцепить одну его ладонь от руля и сжать в своих руках. — Блейн, я очень тебя люблю. И это правда, — его голос дрожал.
Блейн посмотрел на него с лёгкой улыбкой.
— Я знаю. Прости меня, — сказал он. Да, он в очередной раз извинился. Он извинялся за все их ссоры, за поспешные выводы, за то, что сомневался в любви своего бойфренда. Блейн почувствовал, как скрутило желудок, а в голове заныл неприятный голосок. Но потом он почувствовал, как Курт оставил поцелуй на его руке и обернулся, чтобы увидеть его улыбку. И может быть, всё было в порядке. Может быть, ещё был шанс всё исправить.
******
Блейн мерил шагами гостиную, неоднократно смотря на часы, на телефон, на дверь. Именно в таком порядке, повторяя всё по кругу, снова и снова, часы, телефон, дверь, часы, телефон, дверь… Время шло, телефон оставался тих, дверь не открывалась, и это сводило Блейна с ума. Он ходил по пустой гостиной, ожидая и беспокоясь. Он нервно грыз ногти, его пиджак помялся, а галстук был развязан. Волосы стали полным беспорядком из-за того, что он неоднократно вцеплялся в них одной рукой, другой поднимая к уху телефон, готовый звонить Рейчел. За пределами двери послышалась болтовня, и дверная ручка пошевелилась. Вошёл Курт с улыбкой на лице и вместе с ним девушка, без умолку что-то говорившая. Он выглядел абсолютно в порядке. Блейн скрестил руки на груди, чувствуя, как беспокойство уступает место гневу. Курт остановился, как только заметил его, а девушка всё ещё тараторила, не обращая внимание, что в квартире есть кто-то ещё. — Нат, — прервал её Хаммел. — Спасибо, что отвезла меня домой. Девушка, очевидно, Нат, посмотрела на Курта, потом на Блейна и кивнула с дружелюбной улыбкой. — Нет проблем, Курт. Увидимся на работе, — она быстро обняла его и ушла, прикрыв за собой дверь. В комнате мгновенно воцарилась полная тишина. Блейн стоял, прислонившись к спинке дивана и скрестив на груди руки, а Курт переминался с ноги на ногу, опустив взгляд. — Там, эм… — начал он, сглатывая, и спрятал руки в карманы. — Чрезвычайная ситуация. Я не мог проигнорировать, я должен был быть там. И когда я вышел, уже было одиннадцать... — Я звонил тебе, — прервал Блейн. Курт стыдливо опустил взгляд, вздыхая. — Я звонил тебе, я писал смс, оставлял сообщения, но ты не ответил. Ни разу. — Я знаю. Прости меня. Я правда хотел перезвонить тебе, но мой телефон сел. Я пытался перезвонить тебе, Блейн, правда. Блейн выпрямился, закатив глаза и в недоумении качая головой. — Твой телефон сел, — повторил он и развернулся, уходя в спальню. — Блейн, брось. Пожалуйста, не сердись. Я сказал, что я сожалею, я пытался... — Ты сожалеешь? — изумлённо спросил Блейн. — Серьёзно, Курт? Я говорил тебе! Я сидел в машине и говорил тебе, как важно для меня было, чтобы ты был сегодня со мной. Я… я ждал снаружи у театра вместо того, чтобы праздновать с друзьями, в надежде, что ты появишься. Я стоял на холоде, перенёс встречи с агентами и прочее дерьмо, потому что я волновался о тебе. Я пришёл домой и звонил каждому, кто, блять, мог знать, где ты. Чёртова Рейчел в открытую врала мне, защищая тебя, говорила, что не может сказать. Я ходил здесь, рвал на себе волосы, а ты… ты приходишь и говоришь, что сожалеешь? Нет, Курт. Нет. Ты можешь сожалеть сколько хочешь, но я не прощу тебя. Не на этот раз. Блейн ворвался в спальню, оглушительно хлопнув дверью и оставив Курта стоять в гостиной. Через пару секунд, когда он сидел на кровати и раздевался, он услышал слабый стук. Дверь медленно открылась, но Блейн повернулся спиной и не обращал никакого внимания. — Блейн, пожалуйста, поговори со мной, — вздохнул Курт и прислонился к дверному косяку. Андерсон просто проигнорировал его, снимая галстук и убирая вещи в шкаф. Курт закатил глаза. — Ну и что, собираешься теперь злиться на меня всю оставшуюся жизнь? Очень по-взрослому, Блейн. И как я должен оправдаться, если ты даже не даёшь мне шанса? — Я давал тебе миллиарды шансов, Курт, — пробормотал Блейн, по-прежнему не смотря на него. — Я устал слушать твои оправдания и извинения. — О, потому что ты у нас чертовски святой, — пробурчал себе под нос Курт, ещё раз закатив глаза. — Что ты только что сказал? — потрясённо спросил Блейн и повернулся к нему. — Ничего, — пожал плечами Курт. — Нет, скажи. Скажи это, потому что ты, очевидно, единственный, кто борется за эти отношения. Это ведь ты ждёшь всю ночь, только чтобы увидеть, блять, своего парня впервые за весь день! — Знаешь, ты всегда выставляешь меня плохим парнем. Я не прошу, чтобы ты ждал меня всю ночь. Я никогда не просил тебя делать это. — Ну, а я делал, потому что я чертовски хороший бойфренд! — О, боже, Блейн, это не соревнование! Мы не выясняем, кто хороший бойфренд, а кто плохой. Я стараюсь делать тебя счастливым. Каждый день. Но для тебя этого всегда мало. — Стараешься? Курт, единственное, чего я хочу от тебя, так это чтобы ты был рядом. Ты не делаешь даже этого! Неудивительно, почему я так несчастен. — Я рядом... — О, не смей. Даже не произноси этого, потому что я вижу, как ты лжёшь. Но в этом нет ничего нового, ведь так? — О чём, чёрт возьми, ты говоришь? Блейн усмехнулся и закатил глаза с недоверчивой улыбкой. — Я не могу поверить, что ты задал мне этот вопрос, — пробормотал он, выходя в гостиную, чтобы уйти подальше от Курта, но тот последовал прямо за ним. — Нет, скажи. Ты ведь, кажется, эксперт по всем вопросам. Скажи мне, о чём я тебе лгал, — с вызовом спросил Курт, кладя руки на бёдра. — С чего бы мне, чёрт возьми, начать? Как насчёт того, где ты бываешь по ночам? С кем ты бываешь... — О, остановись. Я говорил тебе... — Нет, позволь мне закончить! — крикнул Блейн. Курт от неожиданности сделал шаг назад. Он скрестил руки на груди и опустил взгляд, позволяя Андерсону продолжить. — Ты лгал мне целую вечность, Курт. Ты лжёшь мне прямо в лицо и даже не переживаешь. Я больше не знаю, кто ты. В смысле… ты хоть любишь меня? Последнюю часть Блейн произнёс совсем тихо, но Курт расслышал и посмотрел на него в абсолютном шоке. — Ты думаешь, что я не люблю тебя? — спросил он, и его руки безвольно опустились вдоль тела сами собой. Блейн в ответ пожал плечами и опустил взгляд в пол. — Блейн… — Признайся, Курт, ты сомневался с самого начала, — приглушённым тоном сказал Андерсон. — Дорогой, нет… — мягко сказал Курт, подходя к Блейну и заключая его в свои объятия. Блейн задрожал всем телом, обнимая его в ответ, и крепко вцепился руками в его куртку, утыкаясь лицом в плечо. Он позволил Курту взять верх и утешать себя, пока он молча плакал. — Я люблю тебя, Блейн, — прошептал Курт, целуя его в макушку. Когда его голос дрогнул, Блейн заметил, что был не единственным, кто плачет. — Я очень люблю тебя. — Ты… ты не показываешь этого, — приглушённо проговорил Андерсон, приподнимая голову с плеча Курта. — Ты больше не показываешь этого, и это… делает мне больно, Курт. Мне очень больно. — Мне так жаль, Блейн. Я обещаю, что буду показывать тебе это каждый день, — Курт немного отклонился, чтобы провести дорожку поцелуев по плечу, шее и щеке Блейна, подбираясь к губам. — Я обещаю, — бормотал он без остановки, пока не накрыл его губы своими. Блейн поцеловал в ответ, обхватывая его лицо ладонями и вытирая слёзы. Поцелуй продлился всего несколько секунд, прежде чем он отстранился, качая головой. Курт попытался снова приблизиться к нему, но он снова отстранился. — Нет, Курт! Ты не можешь просто поцеловать меня и думать, что это всё исправит! Потому что это не так. Совсем не так, — он всхлипнул. — Ты нарушил столько обещаний… Я больше так не могу. — Блейн, пожалуйста. Я больше ничего не нарушу. Я изменюсь, дай мне шанс. — Я не могу продолжать давать тебе шансы, когда ты просто разбиваешь мне сердце! — А что насчёт меня…? — выдохнул Курт, пытаясь сдержать слёзы. — Что насчёт моего сердца? — Я никогда не делал тебе больно. Не смей обвинять меня во всём, что случилось… Ты сделал это. И я больше не могу, Курт. Просто не могу… — Ты не можешь? Не можешь что, Блейн? Не можешь больше любить меня? — Не могу позволить тебе снова сделать мне больно! — воскликнул Блейн, сжимая ткань рубашки на груди. Он шумно вздохнул и попытался вытереть слёзы, но они не прекращали литься по щекам. — Я никогда не хотел причинить тебе боль, — прошептал Курт, неспособный говорить громче. Он сжал кулаки и закрыл глаза, изо всех сил стараясь сохранить спокойное выражение лица, хотя внутри всё разрывалось от боли. — Пожалуйста… Я просто… Ты мне… ты мне нужен. Его голос дрожал, и он открыл глаза, даже не пытаясь остановить свои слёзы, а Блейн просто смотрел в ответ на того, кто когда-то был любовью всей его жизни. Человек, которому он отдал своё сердце, человек, который запал ему в душу с самого первого взгляда. В голове Блейна промчались воспоминания, усиливая боль. От самых незначительных до самых важных. Их первое свидание, первый кофе, первый поцелуй. Прогулки в парке в январе. Пикники в мае. Каждое воспоминание пронзало Блейна, пока он смотрел на человека перед собой. Человека, которого он любил. И который любил его. Который сделал ему больно. Курт сделал ему больно. — Блейн, пожалуйста... — Я думаю, ты должен уйти. Курт выдохнул, в страхе смотря на него. Он много чего хотел сказать в этот момент. Умолять, просить, признаваться в любви. Но ничего, ничего не получалось. Он просто смотрел, разрушаясь изнутри, теряя всю силу, позволявшую ему сохранять спокойное выражение лица. Он больше не был сильным. — Я люблю тебя… — слабо прошептал Курт, громко всхлипнув. Блейн поморщился и опустил взгляд. — А я любил тебя, — ответил он. Курт судорожно вдохнул, неверяще глядя на него, обрабатывая то, что услышал. Потом он медленно кивнул, кусая губу, и отвернулся с выражением боли на лице. Он медленно пошёл к двери, оставляя Блейна просто наблюдать за ним. Блейн смотрел, как Курт уходит. Сквозь пелену слёз он смотрел, как уходит любовь всей его жизни. Сердце болело и кричало ему позвать Курта, попросить его остановиться. Оно хотело, чтобы его любили. Блейн хотел, чтобы его любили. Но он ничего не сказал, замерев на месте, и по его щекам скатилось несколько слёз. Больше нечего было говорить. Он мог только наблюдать, как с тихим щелчком закрылась входная дверь.
