Гостья из Тени

      Снег сыпал с неба, как крупа. Липкий и мокрый, он облепил плащ и волосы. И, растаяв в тепле хижины, буквально промочил Карру насквозь. Солас движением руки развел огонь в камине. Мокрый плащ теперь висел на спинке стула и, кажется, сох быстрее, чем бесконечные волосы Карры.       — На чем мы остановились в прошлый раз? — кажется, он сел настолько далеко, насколько мог. Карра начала сомневаться.       Днем казалось, что Солас заинтересован ей не как ученицей, а как женщиной. Ошиблась? Он действительно собрался говорить про Тень? Его взгляд углубился, в привычный и знакомый ему мир, в себя, а руки скрещены на груди. Но здесь она не только ради него, лишь отчасти, но в большей степени.       Тень Карру интересовала, не так, как Солас, конечно, но и тот, и другая загадки, которые тянет исследовать и познавать, как в детстве древние зашифрованные рукописи о магии смерти: снова она ничего не понимает, и никто не может ей помочь. А когда Карре бросали вызов, она отвечала борьбой.       И начала с простого. С Тени.       — На том, что духи сопровождали тебя в твоих исследованиях, поддерживали. Духи Мудрости, Целеустремленности… Одни охотно делились знаниями, другие сопровождали в пути… А огоньки помогали отыскать сокровища.       Он пытливо изучал ее, о чем-то размышляя, и спросил:       — А что ты читала самостоятельно?       — Я читала о ритуалах, — она выпрямила спину и скрестила ноги, положив сцепленные руки на колено. — О том, как духов можно призвать и удержать.       Нахмурившись, Солас покачал головой. Карра вздохнула.       — Думаю, знания никогда не бывают лишними, даже такие, — мрачно сказала она. — Так ведь? Ты ведь не думаешь, что я буду делать нечто… Нечто подобное?       — Знания часто искушают… Слишком много тех, кто прибегает к подобным ритуалам, едва ли задумываясь, что извращают суть живого существа. Полезность знаний определяется здравомыслием обладателя.       Карра удивилась сказанному: духи — живые существа? Возможно, ее замешательство бросилось ему в глаза, и в них тут же появилось что-то темное, настороженное, неприятное.       — А что ты думаешь? — спросил он.       — Мне нравится твой взгляд на мир, — выпалила она, ловя себя на мысли, что стремится смягчить его. — Он необычен.       Почему с ним так сложно? Везде он ищет подвох и скрытый смысл.       — Церковь не признает духов за живых существ. Ведь у них нет тела. Но что делает нас нами? Ты выбрала не совсем простой путь: много упражняешься, учишься сопротивляться демонам и получаешь развитую силу воли…       Его голос звучал чуть тише, чем обычно, и был преисполнен искреннего восхищения.       — Тебя впечатляют мои способности? — удивилась Карра. — А когда ты ими успел впечатлится?       — В Орлее! Это было восхитительное зрелище. Ты бесстрашно вышла навстречу толпе и остановила время,  — сказал он, глядя ей в глаза. — Как маг ты обладаешь сильной волей. Ты не отступаешь, если что-то решила, и никакие уговоры тебя не остановят. Мне еще не приходилось видеть, чтобы кто-то мог тебя поколебать и выбить из равновесия. Думаю, это было бы завораживающее зрелище.       Карра никогда не слышала, чтобы о ней говорили так увлеченно. Будто она какое-то величайшее открытие или головокружительная загадка. Солас поднялся и взглянул в огонь камина — кажется, биение пламени было всем, что теперь его занимало.       Поколебать? Может ты попробуешь меня поколебать? Нет, это слишком пошло и навязчиво, она и так уже посылает ему слишком откровенные сигналы. Ты мне, кажется, нравишься, лысый мозгожор.        И она лишь игриво хмыкнула, ощущая странную смесь удивления и веселья.       Но был ли это комплимент? У него на мгновение было такое выражение лица, будто он сказал самую глупую вещь в своей жизни. Наверное, так оно и есть. Карра не думала, что достойна таких громких слов.       По правде говоря, она запуталась и не понимала, как Солас к ней относится. Отношения с Ферганом в прошлом, но они были такими ясными — он влюблен и желает ее. Солас же никак не хочет помочь ей разобраться. Он будто гонит ее в дремучую чащу, чтобы в этом заросшем лихолесье она не отыскала и не разглядела нечто важное.       — Но говоря о духах, — резко продолжил он. — Обязательно ли живому тело? Что делает нас нами? Варрика — волосатая грудь или его ум? Кассандру — скулы или вера в Создателя?       — Любопытная точка зрения. Я ни разу не задумывалась…       — Ты уходишь от ответа, — раздражаясь заметил он.       Как же легко потерять его расположение!       — Я размышляю над тем, что ты сказал, — Карра действительно задумалась. В его словах что-то было, они будто меняли угол ее зрения, делали объемным, открытым. — Ты говоришь, духи — живые существа… А демоны — это те же духи, только в искаженной форме. Значит, и демоны живые? Можно ли как-то поменять отношение к ним или сделать не таким агрессивным противостояние?       — Не в этом мире. Но хорошо, что ты задалась этим вопросом.       Карра подперла подбородок рукой и внимательно посмотрела на Соласа. Какой же он странный и удивительный! И как же ей уютно в его компании, словно ее маленькую, разбитую шлюпку долго бросало по волнам и наконец-то прибило к берегу.       Он вдруг засмеялся.       — Что? — восклинула она. — У меня смешной вид?       — Ммм… Нет. Скорее, испытующий.       — Испытующий?       — Дело не в этом… Ты долийка. Я уже отчаялся надеяться, что меня услышит кто-то из твоих собратьев.       — Я первая, Солас. Будут и другие.       — Не уверен. Возможно, — мгновенно отмахнулся он.       Он подошел к стоявшему на полке подсвечнику и движением руки зажег огоньки: мрак расступился, блики от свечей появились в глазах Соласа, и что-то в его спокойном взгляде заставило Карру думать о прошлом, о древних эльфах и Арлатане. Как мало долийцы смогли сберечь! И как несправедливы они со своим поспешным суждением к Соласу. Ему есть что рассказать. Почему они не желают его слушать?       Он заговорил. Не как хранительница или Аврель, что днями напролет у костра убаюкивал своим голосом детей. Своими рассказами Солас уводил далеко в Тень, и она будто своими глазами наблюдала духов. Он рассказывал о том, что духи — это отражения чувств, мыслей этого мира, стежки изнанки, оставленные не материальной, а духовной частью Тедаса. Хотя слово «нематериальный» ему явно не нравилось. Он просто пытался говорить понятным для нее языком. Его огорчала гибель редких духов, не как людей — гибель уникальной живности, а как того, кто теряет целый и восхитительный мир, которому отдал часть себя. Он рассказывал воспоминания о Море, о том, как блуждал в Диких землях…       — Однажды мне повстречалась девушка-дух, — рассказывал Солас, — смотревшая сны юных селянок, готовых вот-вот в кого-нибудь влюбиться. Она чутко направляла их к деревенским юношам, способным принять хрупкую любовь и одарить заботой. Я называл ее Свахой. Жители деревушки даже не догадывались, как им повезло.       Он думает о таких вещах: О хрупкой любви… О том, что девушку надо одарить заботой. Карра подтянула колени к подбородку, обняла их и прищурилась, наблюдая за ним.       — Стемнело, — Солас взглянул в окно. — Поговорим… — он вздохнул, точно слово, которое должен произнести, весит, как пара откормленных бронто, — утром, lethallan?       — Беспокоишься, что про нас начнут сплетничать, Солас?       Карре хотелось его смутить.       — А? — протянул Солас, всплеснув руками.       — А?.. — передразнила она.       — Я не подумал о других.       — Я подумала, — Карра усмехнулась. — Так… значит, просто выгоняешь?       Он отрицательно покачал головой:       — Нет, — и помолчав пару секунд, заглянул ей в глаза. — Можешь остаться.       — Я бы еще поболтала.       Он чуть удивленно вскинул брови и улыбнулся, серо-голубые глаза потеплели.       Тень, духи, демоны, Тень… Карре казалось, эти темы настолько глубоки и бездонны, что если бы Солас взялся писать книгу, то вышла бы не одна толстая рукопись. Ближе к утру ее стало клонить в сон. Перед глазами все точно подёрнулось туманом. Она лишь помнила мягкое и заботливое тепло, блеск в камине, прикосновение к руке. Ей снилось, что Солас разглядывал ее ладонь… Что вел ее по темному туннелю: было холодно, сыро, она сбила ноги в кровь, но впереди сквозь мрак проступало сияние рассвета. Солнечные зайчики прыгали по серому камню стен, а Солас не отпускал ее руку. Карра и раньше блуждала по темным лабиринтам во сне, но впервые видела свет и знала куда идет…       Карра проснулась, лежа все на том же диванчике, накрытая пледом. Соласа в хижине не было, ее плащ давно высох, а за окном уже рассвело.       А где спал он?       Второго дивана или кровати в комнате не оказалось, и Карра почувствовала себя законченной эгоисткой.       Вспомнив о долгом и утомительном походе, она оделась и, наконец, решилась выйти. Поеживаясь от утреннего мороза, что клубами пара заплыл в открытую дверь хижины, Карра шагнула на улицу… И буквально тут же налетела на высокого мужчину, едва не стукнувшись лбом в железный нагрудник.       — Оу… — Каллен увернулся, но документы в его руках все равно смялись. Карра попыталась сбежать, как девчонка, будто только что разбила статуэтку хранительницы, и сейчас ее начнут отчитывать. Гнев командора испытать на себе ей хотелось меньше всего. Она видела, как он кричит на солдат…       — Просто восхитительно! Солдат, ты не видишь куда прешь? — крикнул он. Схватив ее за плечо, храмовник резко развернул Карру к себе и тут же удивленно вскинул брови — она была одета в доспехи мага Инквизиции — неудивительно, что он ее не узнал. Каллен округлил глаза, некоторое время изучал хижину Соласа и открытые двери, а потом снова взглянул на Карру. Она машинально пригладила растрепанные волосы. По щекам Каллена пробежали желваки.       — Дыхание Создателя, леди Лавеллан! — он отпустил ее руку. — Я… Простите, я читал и не заметил вас… Прошу прощения, но что вы делали в комнате… Кхм. Вы кого-то искали?       — Нет… Да, — неопределенно выдала Карра. — Искала… Соласа. Зашла, но он уже ушел… — зачем она ему врет? Каллен ей явно не верил: уголок губ дрогнул в насмешке, на щеках вновь обозначилась линия лицевых мышц. Карра запнулась. — А вы не видели Соласа, командор?       — Возле конюшни, кажется, — Каллен кивнул головой в сторону ворот, — похоже, вашему эльфийскому другу не очень нравится Кун? Он очень прямолинеен.       — Прямолинеен? Ммм, наверное… А Кун — это?..       — Религия кунари. Я, возможно, даже понимаю почему — она лишает индивидуальности. Тюрьма без клетки вот здесь… — он постучал себя по виску. — Это пострашнее, чем пару лет за решеткой. Не все могут найти силы вырваться, а большинству так удобнее… Иногда мне кажется, что Кун избавил бы людей от множества проблем… Иногда, — Каллен усмехнулся. — Но у вас, наверное, нет времени слушать мои лекции, леди Лавеллан?       — Нет, продолжайте, это интересно, — улыбнулась Карра, удивленная многословностью командора. Правда, она до сих пор побаивалась Каллена. Этот мужчина может лишить магических способностей. Она точно стоит под прицелом лука и без барьера — совершенно беззащитна. Ничто не спасет жизнь, если он будет к ней так близко. На расстоянии храмовники не опасны. Ей надо держаться от него подальше.       Каллен прокашлялся:       — Эм, я… Вас уже ждут… О, и еще кое-что. Наемник кунари довольно мутный тип, такие конфликты могут быть опасны для Соласа. Поговорите с эльфом, кажется, вы… Дружите.       — Солас может сам за себя постоять, — поспешно выпалила Карра. — А Железный Бык показался мне способным держать себя в руках… Он умен — легко понял, что вы храмовник.       — Да?       — Из-за того, как держите щит на тренировках.       — А… Ну в его умственных способностях я не сомневаюсь. Просто видел однажды, на что способны кунари.       — Спасибо за предупреждение. Надеюсь, что команда не передерется…       Она торопливо сбежала по врытым в землю ступенькам, направляясь в сторону главных ворот. Командор проводил ее взглядом, тряхнул головой и взглянул на документы. Несколько минут он бездумно перелистывал страницы, но потом точно спохватился, перелистнул назад и двинулся к хижине лекаря.

***

      Солас похлопал по шее беспокойного жеребца: животное стригло ушами, всхрапывало, кусая уздечку, и призывно ржало. Из конюшни ему отвечала длинноногая Вьюга.       — Ну, тише, тише, красавец.       Вивьен бросила снисходительный взгляд и устроилась поудобнее в своем роскошном седле, одетая так, будто в походе нужно блестеть и сверкать, а не сражаться. Ее конь стоял смирно, впрочем, Солас не исключал, что чародейка его попросту оглушила заклинаниями. Все жеребцы в это утро были беспокойны, и причиной их беспокойства была Вьюга.       Животным нет дела до того, идет ли война, гибнет ли мир, нужно ли собираться в поход отряду Инквизиции — природа брала над ними верх. К сожалению, разумным существам такое непростительно.       — Фрр, — поежилась Сера и захохотала. — Может, отпустим уже их… Пусть они свои шпили-вили сделают, и поедем?       Бык удивленно взглянул на нее и некоторое время молчал, изучая:       — Сера, отпустить жеребца в мыле? — прогрохотал его голос. — А тем более нескольких? Наши горячие парни разнесут Убежище, пытаясь отвоевать себе даму в загоне. Не самое удачное время для любовных утех… Где босс, кстати?       Солас едва не сказал, что она спала, когда он уходил. Вовремя спохватился — как это прозвучит для остальных?       — Сейчас придет, — отозвалась Кассандра.       Карра не торопилась. Кажется, им не следовало так засиживаться. Она уснула только под утро, а их ждет трудный день. Пока все томились в ожидании, Солас с интересом разглядывал отряд. Они достаточно умелые, но не будут ли проблемы с такой разношёрстной командой? Сера едва ли представляет, во что впуталась, для нее все как игра: она забавляется, дурачится и кривляется, как ребенок, да смеется так, что уши глохнут. Вивьен же прекрасно понимает, что это не легкая прогулка. На других смотрит, как на грязь под ногами, или как на ступеньки для восхождения к власти. Варрик единственный готов дружить со всеми, кто дружен с ним, но гном далеко не так прост. Он хитер и смышлен, вечно себе на уме. Кассандра немного напугана. Она в раздумьях, но собрана, хоть и едва понимает, как эта команда собирается работать сообща. А Железный Бык уже успел разглядеть каждого с головы до ног, от одежды до манеры держаться и разговаривать, но в шпионы и не берут простых солдат. Соласу Бык был интересен, хоть они и успели уже не сойтись во взглядах, стоило только заговорить про Кун.       Почувствовав на себе изучающий взгляд, Железный Бык повернулся. Они некоторое время молча смотрели друг на друга.       — Солас… Я тебе не нравлюсь?       — Я как раз пытаюсь это выяснить.       — Много ли разницы?       — Хватит, чтобы затопить пару Убежищ.       Бык хмыкнул и промолчал. Карра наконец появилась. Она шагала к ним в плаще и с собранными волосами. Видимо, убедить ее их обрезать — невозможно. Придется ждать, пока урок преподаст жизнь.       Она взглянула на Соласа, будто хотела что-то сказать, но передумала.       — Доброе утро, босс, — крикнул Железный Бык. — А ты горишь энтузиазмом, как я погляжу…       — Простите, что задерживаю, — Карра потянула за задвижку в загоне.       Солас и Бык в один голос:       — Lethallan!..       — Подождите, босс.       — Ну? — остановилась она.       Солас взглянул на Быка, и тот продолжил:       — Возьмите коня. Не свою лошадь.       Карра удивленно выгнула бровь, а затем едва заметно улыбнулась.       — Я не в городе выросла, уже сама все поняла.       — Леди Вестница, кто возглавит отряд? — спросил Солас, как можно прохладнее, пока она кормила с руки морковкой нового питомца.       — Что? — удивилась Карра и, точно не веря услышанному, переспросила, — что?       Он удивился ее реакции и нахмурился. Все посмотрели на них, и Солас продолжил:       — Я бы предложил Железного Быка или Кассандру.       — А Солас дело говорит, босс… Тебя надо держать где-то в середине. Мы можем построиться так: маги в хвосте, стрелки по бокам… Нет, с магами должен быть один воин. Хм… Сейчас я прикину как лучше, — он точно зарычал, углубляясь в мысли.       — Давай я к тебе на плечи залезу? — предложила Сера. — Ты будешь бегать и дубасить, а я стрелять.       Бык снова что-то проворчал.       — Как осадная башня? Да, пожалуй, будет толк.       — Вы все очень любезны… Спасибо, Солас! — сказала Карра. — Но я сама поведу!       Она вскочила в седло и, пришпорив жеребца, быстро погнала вперед мимо Серы и Кассандры, явно не горя желанием, чтобы за ней ехали. Солас хмуро посмотрел ей вслед. Опять… Когда она наконец повзрослеет?       Но на этот раз Карра быстро остыла. За воротами сразу же приостановилась и повела жеребца на пригорок. Солас наблюдал.       Если бы они были одни, то он догнал бы ее и отчитал, как ребенка. Заставил стыдиться поступка. Это верх безрассудства — бросаться вперед сломя голову!       Она должна быть осторожной, тихой, незаметной…       Что же ее задело?       То, что он попытался сдвинуть ее с места лидера в отряде? Неужели власть так много значит для нее?       Чтобы руководить, необязательно идти впереди… Даже необязательно быть командиром. Достаточно уметь дергать за правильные ниточки. Но разве своенравной долийке объяснишь?       Ее нужно сохранить для более важных дел, чем шествие во главе отряда по Внутренним землям. Ее жизнь важна… Солас вздохнул. Она важна… Когда его личное успело перемешаться с тем, что важно для мира в целом?       Хотя… так было всегда. Но сейчас, это личное… стало очень личным.       — Эй, что за?! Хрр… Я не понял, что это было, но сделаю вид, что все нормально, — проворчал Железный Бык. — Кажется, будем шагать, как куча-мала… Хэй, босс! Я не привык к такому дилетантству! — крикнул он и тут же пробурчал себе под нос, поглядывая по сторонам, точно его никто не слышит. — Меня не предупредили, что наш босс — нервная девчонка.       Карра лишь мотнула головой, вытянувшись в седле и поглядывая на замерзшую гладь реки.       — Я тоже не привыкла к такому командованию, — Кассандра вздохнула. — Но леди Вестница носит метку — больше никто из нас не способен закрывать разрывы. Мы должны считаться с ее мнением.       — Вот ерунда! — недовольно пробурчал Варрик, — Карра учится, и она будет отличным командиром… У девчушки есть все задатки лидера. Что, только я это вижу? Просто, — гном хитро глянул на Соласа и буквально напал. — Смеюн, это из-за тебя?       — Мы не будем это обсуждать, — резко отрезал Солас.       — Я понял. Мой большой нос уже убрался подальше. Вы двое… Нет! Признаю, глупая была затея.       — Эльфячьи секреты между эльфами, — прищурилась Сера, почесывая коленку. — Фррр… как скучно.       — Какая бестактность. Ваши личные проблемы не должны выпирать на людях, мой дорогой, — сказала Вивьен. — Если вы не можете найти общий язык с леди Вестницей, то разберитесь с этим между собой, а демонстрировать конфликт на публике вульгарно и пошло.       — Тактичные люди не уделяют внимание личным проблемам других, как склочники, мадам чародейка.       — А вы откуда знаете?       — Просто заметил то, чего в вас нет.       — Аргх! — зарычала Кассандра. — Может, вы найдете другое время и другое место, чтобы перегрызть друг другу глотки?       Искательница была права: он повел себя как глупец. Но чародейка, откровенно говоря, раздражала Соласа настолько, что вежливым у него получалось быть с трудом.       — Леди, которая не знает, где проживает дружелюбие, решила поучить этому других, — хмыкнул Варрик.       — Варрик, не думай, что если я разрешила тебе здесь присутствовать, то буду терпеть твои шпильки!       — Я тих, как мышь и спокоен, как удав, — он расплылся в улыбке.       — Еще слово…       — Стоп! Я сказала стоп! — крикнула Карра, все удивленно взглянули на нее и притихли. — Бык, строй отряд! — она уже успела расстелить между ушей коня карту и что-то вычерчивала на ней веточкой. — Думаю, сначала мы навестим Блэкволла, чтобы не делать лишний крюк, дальше поедем через ущелье на север и разобьем лагерь. А потом в Редклиф через Восточную дорогу… — она воткнула веточку за ухо и внимательно пробежалась взглядом по притихшей команде. — Вопросы?       — Так вот для чего эльфам острые уши! — усмехнулся Бык и продолжил снова себе под нос. — Нет, лучники рядом с магами… Нам бы кинжальщика. Солас, Вивьен… О, я понял. Вас вместе нельзя.       — Немытые отступники пусть едут с безветренной стороны.       — Слишком поздно, мадам чародейка. Я уже надышался вашей противокомариной отравы.       — Это духи, мой дорогой! Но странно было бы думать, что вы знаете, что это такое.       — Прошу прощения. Я просто вспомнил ядовитую плесень в пещерах Бурой Трясины — запахи похожи.       — Так, Сера, иди туда… Проклятье, что ты делаешь? Прекрати дергать коня и пятиться задницей, Виви лезет из-за тебя в навоз… Вот это задачка, босс! Что с ними делать? Они же перегрызутся!       — Лучше навоз, чем запах этой эльфийки, — фыркнула чародейка. — И слушайте меня, цветик мой: Первая чародейка Вивьен, придворный маг императорского двора Орлея, либо мадам де Фер. Никаких Виви.       — Ох, виноват, мадам. Прошу прощения, мадам.       — Хм, мадам тоже подойдет.       — Хэй! Что ты сказал про уши? — запоздало возмутилась Сера, вся сосредоточенная на том, чтобы напакостить Вивьен. — Я палки туда не втыкаю.       Карра глубоко вздохнула и сказала:       — Думаю, в ближайшем лагере я брошу половину отряда.       — Я же вам говорил! — довольно улыбнулся Варрик. — Она молодец. Для начала совсем неплохо.       — Кто такой Блэкволл? — спросил Солас.       — Серый Страж, — ответила Карра, не глядя на него.       Серый Страж… Откуда он взялся? Так скоро и так не вовремя. Что ж… Поглядим, что он из себя представляет.