Гостья из Тени

      Она пришла к нему. Дверь чуть скрипнула. Длинные, стройные ноги окутала синеватая дымка от сквозняка, блеск свечей вспыхнул протуберанцем на обнаженной коже, засверкал алыми искрами, словно диадема, в длинных волнах темных волос, спадающих на грудь и до самой талии. Она пришла к нему, опустила голову, смутившись его взгляда, и потерла щеку. Солас резко и порывисто вздохнул, испугавшись этого движения — оно сделало ее такой похожей... Такой настоящей…       Отшатнувшись к стене хижины, Солас тут же помотал головой. Что же он медлит?.. Видят духи, слишком медлит. Мог развеять этот обман в тот же миг.       — Не нужно было этого делать, — он поднял глаза на незваного гостя.       — Почему?       Солас не ответил и отвел взгляд.       Кажется, вчера искра едва тлела на обломках целого кораблекрушения надежд, потухших костров, почти забытых ликов, но сегодня в душе беснуется пожарище. И всему виной одна любопытная остроглазая эльфийка.       Кажется, еще вчера слово «долийцы» пробуждало лишь горькую усмешку и смирение, а сейчас оно звучит надеждой… Также из-за нее.       Солас вновь повернулся, губы искривились в неприятной улыбке. Демон Желания — женская особь с рогами и хвостом, поставила руку на талию и хитро усмехнулась, показав ряд острых белых зубов. Улыбка походила на оскал.       — Тебя нелегко провести.       — Я не тебя искал.       — Я знаю, кого ты искал, — ее здесь давно нет. Твой друг оставил тебя.       Солас промолчал. Это природа демона — находить болезненные точки.       — Надеюсь, с ней не случилось ничего плохого… — сказал Солас и снова выдержал паузу, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. — Я не искал тебя и не звал тебя, но все же ты здесь.       Она наигранно вздохнула и ответила:       — Меня привлекла некая борьба рассудка с чувствами. И я здесь, чтобы склонить чашу весов в сторону желаний, — в ее ладони из воздуха материализовались весы — она качнула их, улыбаясь. Фиолетовые глаза зажглись пламенем и лукаво прищурились.       — Ты пришла ко мне, — напомнил он.       — Да, — уголки ее губ опустились. — Если бы я знала, что это ты, то не пришла бы...       Солас задумчиво смотрел на демоницу, пока она усаживалась на столе, как можно эротичнее: железные кольца и браслеты на руках звякали, тело выгибалось, будто без костей.       — Лисайре, — Солас медленно подошел к ней. Она обернулась, сверкнув фиолетовым пламенем в глазницах. — Мне нужна твоя помощь.       — О, неужели сам Фен’Харел просит о помощи Лисайре? Как это вкусно... Думаешь, мне поверят, если я расскажу? — промурлыкала демоница. — Правда, я немного дофантазирую детали… Какие еще шалости мог бы позволить себе Ужасный бог народов элвен? — она погладила себя по бедру, расплываясь в улыбке.       — Говори, что хочешь. Это ничего не изменит — они дали мне имя.       — Бог обмана и кошмара, — сказала Лисайре и скривила губы в печальной гримасе. — Тебе больно?       Солас не обратил внимания на ее манипуляции — это игра, только и всего. Нельзя показывать свои слабости, если не хочешь проиграть.       — Ты многое знаешь и видишь, для тебя не существует преград… Найди ее.       Она закинула ногу на ногу:       — Ну, тогда не будем медлить. За помощь полагается плата — сам знаешь, не маленький. Что готов отдать?       Солас убрал руки за спину:       — Вопрос в том, какова твоя цена.       — Эта девушка — Карра…       — Нет, — он прервал речь демоницы.       Лисайре широко улыбнулась:       — Как все плохо! Ты горишь, как от лихорадки, и не хочешь излечения?       — Еще варианты, — Солас повернулся к ней спиной. Лисайре томно вздохнула:       — Стареешь, Ужасный Волк? Потянуло на смертных девочек? А чем я плоха?       — Еще варианты.       — Свинья! — он не обратил внимания, когда что-то грохнулось об стену, и демоница хихикнула — она просто развлекается. — Быть со мной не плата, а удовольствие.       — Верю. Но думаю, что это лишнее. Мы с тобой слишком разные.       — Ты всегда такой вежливый, или только тогда, когда мысленно шлешь в пасть к Архидемону?       — Кажется, мы начинаем понимать друг друга. И это после…       — Трехсот лет знакомства.       — Да. Немало.       — Ну славно, славно… Ах да, речь про плату... Что бы я ни делала, ты меня все равно раскусишь! Никакого удовольствия. Так как же мне перехитрить тебя?       — Не бери плату, — усмехнулся Солас. — Я буду удивлен. Обманут в ожиданиях.       Демоница долго молчала, думая, а потом отозвалась:       — Любопытно. Так я еще не делала. А тебе будет плохо?       — Да. Меня еще никто так не обманывал и не проводил, — Солас с трудом скрыл улыбку. Он слишком хорошо знал демонов, это было даже скучно.       — Ладно. Я поищу ее, Фен’Харел.       — Ты обещаешь?       — Обещаю.       — Спасибо.       — Это еще не все… К тебе гостья.       Сердце подпрыгнуло, а дыхание сбилось. Лисайре расплылась в улыбке и исчезла.       Тень потихоньку оставляла Соласа: комната стала отдаляться и таять, а толчок сознания окончательно вернул в хижину — он медленно открыл глаза. Мирра сидела на корточках напротив него и внимательно разглядывала, улыбаясь.       — Что ты здесь делаешь, da'len? — удивился Солас.       Служанка резко отпрыгнула, взвизгнув и едва не плюхнувшись на зад.       — Я убиралась… И я… Простите! Это вышло случайно… Я думала, вы ушли в Тень... Простите еще раз.       Солас быстро поднялся с пола, на котором просидел всю ночь, находясь в трансе.       — Как твоя рука? — его это совершенно не интересовало, просто требовалось время, чтобы она успокоилась. Да и самому сосредоточиться на происходящем и полностью проснуться было бы неплохо.       — О, эм… Откуда вы?.. Зажила, спасибо.       В голове раздался тоненький смех:       «Знаешь, о чем она думает? Знаешь. Тебя ведь так сложно провести… У этой интрижки не будет последствий. Она просто служанка. Развлекись…»       Лисайре. Такая хитрая, подлая и любит шкодничать. Демоны… Никогда не меняются. Но лучше сыщика не найти, если хочешь отыскать иголку в стоге сена.       — Обычно я ставлю охранное заклинание вокруг себя. Тебе повезло, что его не было, — он сделал паузу, вдруг осознав, что уже давно не окружает себя защитой, когда посещает Тень в Убежище. Будто боится кого-нибудь покалечить. Или надеется, что кое-кто придет... — Если ты уже закончила с уборкой, я бы хотел остаться один.       «Зануда!»       Солас без слов зло и резко захлопнул сознание. Она обещала — значит, будет искать и не успокоится, пока не найдет. Лисайре лишь успела обиженно взвизгнуть:       «Хам!»       — Если вы…       — Я бы хотел остаться один.       — Как скажете, hahren… — Мирра дернула уголком рта и кивнула. Эльфийка попятилась к двери, теряя по пути белье из корзины.       Солас вздохнул, пересек комнату, помог ей собрать вещи и вышел следом.       Напротив него поселили Дориана, что сейчас как раз стоял возле ограды, созерцая панораму горных вершин и золотую корону восходящего солнца над ними.       — Солас! — воскликнул он. — Мне нужна была служанка… Я тут уже заскучал в ожидании — она зашла к тебе и словно провалилась.       Мирра потупилась, вперив взгляд в корзинку. Дориан вздернул бровь, но тут же весело улыбнулся, видимо, счел причиной смущения свою персону.       — Дай угадаю… Заставлял ее расставлять книги по алфавиту? «Поставь эти долийские мемуары рядом с Деминантусом Максимусом, da'len», — сказал Дориан, подражая голосу Соласа.       — Не угадал — к сожалению, библиотеки здесь нет, — усмехнулся Солас и тут же добавил: — А твое ожидание… Оно того стоило? Если одеяло с подушками так страшны, то просто позови Кассандру или Каллена — пусть подкатят к твоей хижине требушет.       — Одеяло и подушки тут и правда страшные. Сплошной рассадник блох и клещей. А Кассандра может заправить?       — Наверняка.       Тевинтерец хитро прищурился, однако не смог скрыть улыбку.       — Неужели ты хочешь поставить меня в неловкое положение, Солас? Я, по-твоему, похож на идиота?       — Прошу прощения. Я проявил нетактичность. Забыл, что есть люди, ограниченные умением думать лишь о делах под стать великим магистрам.       Дориана не задело и не зацепило, а может не заметил намеренной паузы и игры слов? Во всяком случае, он ответил на колкость совершенно спокойно.       — Ты вырос в лесу — не извиняйся. Я же — в замке, и у меня всегда были слуги для таких мелочей…       Солас задумчиво улыбнулся, а Дориан подкрутил ус.       — А библиотеки, и правда, нет?       — Нет.       — Вишанте каффас! — вдруг воскликнул тевинтерец, — Восхитительно! Какая дыра! Привезем сюда Дориана! Нет, о культуре мы не слышали, и вместо ванной у нас лишь котелок, скребок и мыло… А развлекаемся мы тем, что каждую ночь воем на луну и ищем друг у друга блох! Нет, я бы смог это перенести. И все бы было прекрасно, если бы одна волосатая дубина не решила с утра пораньше тренировать солдат у меня под окном! Я, может, даже смог бы уснуть.       Он вздохнул, взъерошив волосы, и явно осознал, что все мысли о зарождении древнего Ордена были излишне овеяны романтикой в его голове.       Солас смотрел на Дориана с любопытством — он сейчас либо соберет вещи и уйдет, либо, если внутри у него есть хоть какой-то стержень, загонит свою спесь подальше и наступит себе на горло.       — Ладно, это утро все равно очаровательно… Никаких нянек и родителей — дыши горным воздухом в свое удовольствие. И потом, я сам вляпался в это дело, просто не могу оставить леди Вестнице всю славу, — тевинтерец взглянул на служанку. — Эй, ты! Уберись у меня, и живее, — кивнул он на свою хижину.       Служанка снова вздрогнула, потупилась еще сильнее и юркнула куда-то в сторону Церкви. Дориан уныло вздохнул, но тут же рассмеялся:       — Все бы так любили Империю, глядишь, и воевать бы не пришлось.       — Вы бы нашли с кем воевать… А если хочешь немного интересных и поучительных фактов, то эту эльфийку зовут Мирра. Она не рабыня, а служанка.       — Что правда, то правда. Мирра… Не рабыня, а служанка. Ладно, если это что-то изменит — я запомню. Но, похоже, действительно придется все сделать самому... Пожелай мне удачи.       — Пожалуй, удача тебе действительно пригодится.       Дориан усмехнулся в усы и нехотя поплелся к себе.       «Любопытное начало дня» — подумал Солас. Рывком перенесся от хижины, прошел мимо интенданта во двор и свернул к плацу. Тихо, не привлекая внимания, проскользнул мимо Кассандры, Железного Быка и Серы, направляясь к конюшне с прилегающей к ней кузнице. Краем глаза он увидел, как Искательница и кунари обсуждали различные боевые стили, а Сера сидела на заборе неподалеку и целилась из рогатки в Каллена, зарывшегося в только что принесенные отчеты. В кузнице уже с утра были слышны мерный стук молотов и шипение опускаемых в воду клинков. Солас постучал в дверь.       — Кто там? — отозвался Блэкволл.       — Солас.       — Да ладно?       — У меня есть настроение выпить… Вот думаю, а не угостить ли и тебя заодно? — внутри послышались звук надеваемой одежды и шаги.       Голос Стража прозвучал заинтересованно:       — Хм… А ты играешь в алмазный ромб?       — Да. Если научишь.       — Ну, значит, айда в трактир! — дверь открылась, и Блэкволл шагнул наружу все такой же бородатый и коренастый. Воин засмеялся: — А-ха-ха, честно, вот от тебя я такого никак не ожидал... Ну и видок! Будто уже надрался.       — Дай уточню. Ты не думал, что маги-отступники пьют алкоголь и играют в азартные игры?       — Нет. Мне просто показалось, что ты умеешь играть в алмазный ромб, — Блэкволл снова громко засмеялся.       — Рано веселишься. Итог событий может тебя сильно озадачить, — Солас так и не смог сдержать рвущуюся наружу лукавую улыбку.       — Хочешь сказать, что обчистишь меня до трусов?       — Все возможно.       — Вызов принят! Погоди, только карты прихвачу…       Солас ждал Стража, оставшись на улице, и выдыхал морозные облачка пара. В голове было пусто, как в могиле, в которую забыли положить мертвеца.       Несколько первых партий Солас проиграл, запоминая эмоции, движения, прищур Блэкволла, когда ему в руки идет хорошая или плохая карта. Ох уж и хохотал Серый Страж! Во всех же последующих партиях победу одержал Солас. Блэкволл действительно остался в одних трусах — деньги, добротный кинжал, теплая куртка, штаны и сапоги лежали на углу стола, в противовес тунике и горстке монет. Страж не выдержал, швырнув карты на стол. Они разлетелись с громким стуком, словно деревяшки. Воин допил пиво и, громко стукнув кружкой по столешнице, воскликнул:       — Вот хитрюга! Какой же хитрюга! Я ведь только рассказал тебе правила.       — Все игры одинаковые. Неважно, какой выпал расклад, главное — то, как ты им воспользовался… — Солас быстро надел свою тунику, радуясь теплу — в трактире гуляли сквозняки, и вытащил амулет из горла воротника, откровенно смеясь над миной Блэкволла. — Я отыгрался. Все твое — мое.       Страж вытер мокрые от пива усы:       — Ты же не заставишь меня идти в таком виде?       — Ты проиграл! — возмутился Солас, усмехнувшись.       Блэкволл заворчал и поднялся. Смотреть, как он бежит через весь двор, прикрываясь корзинкой, было довольно весело. А меж тем, Убежище уже наполнила жизнь: шел снежок, прислуга и солдаты мелькали мимо окон, спеша по своим делам. Можно было разглядеть силуэт леди Вестницы, что сейчас присела на корточки рядом с эльфийским ребенком — наверное, это кто-то из Круга Магов. Солас отложил карты, устало потер глаза и с любопытством взглянул на свою кружку пива, будто только что увидел. Она стояла нетронутой.       Да. Пора закончить одно дело. Или же только начать… Он вздохнул — надо лгать, снова. Что ж… Он попытается свести ложь к минимуму настолько, насколько это будет возможно.       Нет смысла больше откладывать.       — Прошу прощения, — Солас подозвал пробегающую мимо служанку. — Отнесите это Серому Стражу Блэкволлу, — он кивнул на вещи.       — Хорошо, я отнесу.       — Спасибо.

***

      Солдаты Инквизиции дубасили чучел на плацу, у сестер Церкви на углях закипал большой котел, маги кучковались в стороне, но тоже разминались и практиковались, по двору ходили беженцы. Карра мельком видела Варрика — он лишь махнул рукой, занятый разговором с темноволосой храмовницей. Та размахивала книжкой и что-то возбужденно говорила гному.       Ах да… Книжки. У Карры не было времени их почитать. Книга про Защитницу, подаренная Варриком, лежала в хижине под подушкой с закладкой на второй странице.       И, кажется, в ближайшее время закладка не сдвинется с места.       Карра взяла посох и крепко сжала рукоять — в запястье стрельнуло. Она поморщилась. Однако сломанная кость все же срасталась довольно быстро: осталось лишь небольшое тянущее чувство в предплечье. Лекарь обещал скорую поправку. Карра перевела взгляд на эльфийку из Круга — Эллану. Ей было чуть больше десяти. Когда Вестница шла к Харриту, чтобы проверить заказ, то увидела это зареванное недоразумение у ограды кузницы. Оказалось, наставник назвал ее безрукой ослицей, хотя девочка, на взгляд Карры, была весьма талантлива. Учитель, видимо, ее просто-напросто перепугал.       — Та-ак... У тебя отлично получается! А теперь перенаправь окружающую тебя энергию в ауру. Это уравновесит. Сотрет лишнее… И появится возможность создать случайный барьер, — Карра решила немного подсобить эльфийке, обучив ее одной технике, которую ей когда-то показала хранительница.       — Тогда магия врага испортится? — догадалась девчушка, распахнув огромные зеленые глаза.       — Да, — самопровозглашенная наставница добродушно улыбнулась ей и забегала глазами по округе, подыскивая мишень, чтобы подтвердить свои слова примером.       Наконец заприметив оную, Карра вытянула часть силы из остывающего после волшбы воздуха. Пущенный магессой электрический разряд полетел в дерево, и легким движением руки Карра согнала с посоха искры и мерцающую рябь, словно воду. Ближайшее искрящееся поле вспыхнуло ярче и стегнуло по дереву плеткой так, что щепки полетели. Девочка кивнула и стала пытаться повторить.       — Доброе утро, Вестница, — за спиной раздался мягкий и спокойный голос. У Карры сердце подскочило к горлу. Какой тихий все же у него шаг… Подошел, как хищник в засаде, ничем себя не выдал: ни скрипом снега, ни шорохом одежды, ни дыханием. Карра медленно повернулась, но Солас отвел взгляд. Вид у него был вполне отдохнувший и свежий. Кажется, ночью он спал спокойно. Неудивительно.       — Наверное, — бросила она небрежно, разглядывая посох.       — Неспокойная ночь, lethallan? — спросил он так, будто его это не интересовало, но в глазах все равно промелькнуло любопытство.       — Нет. Спала как убитая.       Сложно было понять, о чем он думает: совершенно расслабленный и в то же время внимательный взгляд, будто для него — она как открытая книга, которую давно выучил наизусть, но все еще надеется обнаружить там помарки и ошибки, чтобы снисходительно цокнуть языком, наконец-то захлопнуть и закинуть в дальний угол шкафа. Возможно, Карра была неправа. Просто запуталась, заблудилась среди водоворота эмоций и собственных страхов. Она поморщилась и от этих сентиментальных мыслей, а также от того, что ответ должно быть прозвучал резко.       Спала Карра, по правде говоря, плохо. То есть вообще не смогла уснуть… Кровать была тесной для нее одной, мысли глупыми и девчачьими, а желания совершенно неуместными и, кажется, не нужными никому, кроме нее самой.       Внезапно послышался щелчок электрического разряда, и в них прилетела пара щепок. Эллана взвизгнула и засмеялась.       Солас внимательно посмотрел на нее и опустился рядом на корточки, став почти одного роста с девчушкой:       — Da'len, этот прием… — он тепло улыбнулся ребенку. — Кто научил тебя?       Она потупилась, убрала руки за спину и стала сосредоточенно сопеть, копая носом сапога ямку в снегу.       — Леди Вестница.       Солас перевел взгляд удивленных глаз на Карру. Ее щеки загорелись, а колени вдруг стали ватными.       Смотрит так, будто знает намного больше, чем ей положено знать. Иногда Карре казалось, что Солас не только знает больше, но и многое может изменить. Вот только не хочет — просто наблюдает, как рабство унижает эльфов, как долийцы бродят тенями прошлого, ищут и не могут найти себя. Это вызывает у него лишь горькую усмешку. Глупо, конечно. Он удивительный, но даже ему не дано изменить историю. Она же излишне идеализирует его, завязнув по самые уши в этих серо-голубых глазах. Вот только, кажется, Соласа не интересует ничего, кроме Тени и духов.       Она отвернулась и сосредоточилась на дереве. Запустить бы пару электрических разрядов, чтобы все разлетелось в щепки...       — Идем, — он слегка кивнул головой, предлагая Карре прогуляться.       — А кто научил тебя этому приему? — Солас снова убрал руки за спину и смотрел на нее свысока.       — Хранительница.       — Неужели?       — Может, не стоит поднимать эту тему? Мы ведь снова переругаемся.       — Я думал — эти приемы давно забыты, — он проигнорировал ее попытку перевести разговор. Карра уже поняла по этому упрямому тону, что ее снова ждет лекция об эльфах. Или о чем-то таком, что требует сосредоточенности.       — Но ты-то их знаешь. И применяешь во время битв.       Солас одобрительно взглянул нее:       — Внимательность — хорошая черта. Я рад, что ты заметила.       — Дориан тоже умеет.       Он как-то недовольно сморщил нос, выдержал некоторую паузу и ответил безразличным тоном:       — Удивительно, что у тевинтерцев было время не только уничтожать эльфийскую историю, но и изучать… Но я хотел поговорить не об этом. Знаешь… — Солас вздохнул и быстро продолжил, будто перескочил через тему. — Закрыть Брешь — наша главная цель, но хорошо бы еще узнать, что ее породило. Артефакт такой силы опасен, и гибель Конклава — наглядное тому подтверждение.       — Думаешь, предмет, устроивший такой взрыв, сам не взорвался?       — Но ты-то цела, — он смолк, задумавшись, но уже через секунду заговорил оживленно и возвышенно, не прекращая идти. Карра едва поспевала, пока он не соизволил подстроиться под ее шаг. — Артефакт, создавший Брешь, не похож ни на какие артефакты нашего времени. Я не поверю, что он уничтожен, пока своими глазами не увижу осколки.       Действительно, было бы интересно узнать, что же произошло на Конклаве, и какое отношение к этому имеет Старший.       — Если он уцелел, то, может быть, рано или поздно мы снова с ним столкнемся?       — Люди Лелианы прочесали Храм, но ничего не нашли… К сожалению. Какой бы артефакт это ни был, его там больше нет. Нам и впрямь осталось лишь ждать и гадать… Правда, я снова ушел далеко от темы.       Солас остановился и резко вздохнул, будто готовился погрузиться под воду. Карра же и не думала останавливаться — мысли были заняты артефактом. Вдруг он крепко сжал ее руку чуть выше локтя, приостанавливая. Мурашки табуном скользнули по телу, кровь прилила к щекам горячая, словно из печки.       — Подожди, lethallan.       — Солас?..       У него красивые руки и длинные пальцы, как у аристократа. Карра пыталась дышать спокойно, но грудь вздымалась, будто она только что участвовала в забеге. Как часто в ее фантазиях он так же решительно останавливал ее, а дальше… Дальше все мешалось…       Милостивая Силейз...       Солас отпустил ее и быстро убрал руки за спину.       — Когда мы были в Редклифе, я почувствовал Зов… Чувство, которое ни с чем не спутаешь, — взгляд Соласа потерялся среди хижин и шатров. И он неожиданно замолчал, утратив нить разговора.       Карра уцепилась за единственное слово, которое уловила в его словах, щеки горели.       — Зов?       — Ах, да. Прошу прощения. Зов… Где-то во Внутренних землях лежит артефакт моего народа. Если его активировать, он укрепит Завесу, — Солас не врал — активация артефакта действительно укрепит Завесу, но не только ее. — Он не единственный. Есть и другие. Но этот даст нам понять, где искать оставшиеся. Если ты считаешь, что это нужно сделать и достаточно хорошо себя чувствуешь, то я покажу, где он лежит.       Последние слова он произнес с какой-то особенной интонацией. Карра встретила внимательный и пытливый взгляд серо-голубых глаз.       — Твоего народа?       — Да.       — Без подробностей? — она слегка нахмурилась.       — Прости. Детали не так важны, как ты думаешь. Сейчас значимо лишь наследие, которое… Есть у нас в пределах досягаемости.       — Спасибо, что доверяешь мне, — Карра вздохнула, окончательно трезвея и возвращаясь в реальность, в которой для Соласа нет никого, с кем он может быть откровенным. — Но почему ты не сказал раньше?       — Мы не располагали достаточным количеством свободного времени, — он отошел к оградке. Карра видела профиль, спину с широким разворотом плеч, сцепленные руки и эту осанку, имеющую так мало общего с бродягой. Будто в роду Соласа затерялись императоры и короли. — Брешь закрывать не завтра. У нас есть два-три дня.       Она тоже подошла к оградке, стряхивая с реек снег. Хотелось нырнуть бы в большой сугроб, чтобы остудить голову.       Возможно, если они укрепят Завесу, то закрыть ее будет легче?       — Мы будем искать все артефакты?       — Думаю, пока будет достаточно одного, — Солас смотрел на лошадей в загоне, на рекрутов Каллена, на Кассандру и Быков, но только не на Карру.       — Почему? — удивилась она.       — Он ближе всего к Храму Священного Праха. Его активация укрепит Завесу в этой области. А когда будет время — поищем оставшиеся. Я понимаю, что сейчас не самый удачный момент заниматься поисками. Если не хочешь или не видишь смысла, то я не настаиваю, — Солас снова сделал ударение на последней фразе, будто давал шанс одуматься.       — Хорошо. Когда лучше это сделать?       — Когда тебе удобно.       — Тогда выдвигаемся после полудня.       Солас чуть улыбнулся, слегка наклонив голову на бок, и кивнул:       — Хорошо, что ты согласилась.       — Думаю, нам это пригодится… — Карра стряхнула с одежды снег, смеясь над собой — «Какая же ты глупая соплячка!» Но сдаваться не собиралась: — Ты можешь сейчас зайти к Харриту? Нашему кузнецу.       На лице Соласа появилось замешательство и какое-то недовольство:       — Зачем?       Ей вдруг стало весело и смешно. Редко когда можно увидеть его таким озадаченным. Кажется, Карра одержала маленькую победу над магом-отступником. Вздернула подбородок, точно с головой бросившись в серо-голубой омут глаз, и улыбнулась, как заговорщица:       — Увидишь.       На губах Соласа появилась задумчивая улыбка.       — Что ж… Интриги и заговоры от леди Вестницы? Это любопытно. Пожалуй, я зайду.       Покрутившись на пятках, как девчонка, Карра проводила его взглядом. Солас шел к кузнице спокойно и расслабленно. Шаг у него легкий, крадущийся, будто не идет, а скользит по поверхности.       — Эй! А я думала, что вы сейчас друг друга засосете, — раздался рядом голос Серы. Она запрыгнула на оградку и толкнула Карру в плечо. — Вот только не делай такие мечтательные мины.       — Я не делаю мины, — Карра скрестила на груди руки.       — Втюрилась в него, да?       — Что за ерунда? — она дернула плечом.       — Пффф… Чеши давай. Вижу же, как смотришь на него… Что ты мнешься? Давай уже, прыгай к нему в кровать! — Сера презрительно поморщилась. — Фу… Меня от этого тошнит.       — Мы не будем обсуждать твои глупые фантазии, Сера!       — Это не мои глупые фантазии, а твои! Меня мужчины не интересуют… Другое дело кунарийки. Такие сильные, мускулистые… Ухххх!       — Да ладно, — удивилась Карра. — Ты серьезно? Кунарийки?       — Ага, с большими титищами… И красивой жопой!       Карра засмеялась, но тут же осеклась:       — Прости.       — Ну-ну… У меня есть план… — Сера понизила голос до шепота. — Наловим самых жирнячих улиток и сделаем из них какую-нибудь склизкую гадость.       — Что?       — Намажем Каллену ручку двери в хижине. Или Лелиане стул... Представь, Лелиана садится на стул, и бац — скользко, мерзко! Она взвизгнет, и все увидят что она такая как все!       — Во имя Митал… Что за идиотизм?       — Пффф…       — Знаешь, меня всегда удивляет, как я умудрилась оказаться в одном месте с двумя эльфами, для которых эльфийское происхождение, все равно, что позорное клеймо на лбу.       — Да? Хоть в чем-то с ушастой жопой наше мнение совпадает… Ну так что? Айда за улитками? Если спустимся с гор? Там ниже по склону есть влажная трава…       — Сэр Каллен нас поймает и будет долго отчитывать… А Кассандра посадит меня под арест, а заодно выставит перед дверью и окнами караул, чтобы я не сбежала, — Карра дернула уголком рта. — Осталось совсем чуть-чуть, чтобы понять, стоит ли это последствий?       Она взглянула на свою ладонь с зеленоватым мерцание метки.       — Я как-то не подумала… Только не говори, что мы никуда не пойдем?       — Не сейчас. Мы выдвигаемся во Внутренние земли после полудня. Есть задание.       — Что за фигня? Мы еще от Редклифа не оклемались! Ты-то уж точно.       — Сера, неужели ты не понимаешь? Попытка возродить Инквизицию — большая ответственность. У нас нет времени на отдых.       — Знаем, знаем… Долг и все такое. Бла, бла…       Карра вздохнула и отвернулась. Глупая была затея говорить с Серой о таких вещах.       — Просто ты стала одной из этих говнистых тронозадов. И тебе нет никого дела до обычного народа.       — Ничего подобного! Вернемся и пойдем за ящерицами или, если ты так хочешь, за улитками.       — У-ии, все слышали?! Леди Вестница одобрила мой план! — закричала Сера на всю округу так, что солдаты на плацу все как один вывернули шеи.       — Не отвлекаться! — прикрикнул на них Каллен. — Адан, ну кто так щит держит? Ты не доску от забора отломал! Согни руку!       — Тихо ты… — Карра дернула Серу за руку и проговорила шепотом: — Значит, накидать ящериц в постель. Хм… — в золотистых глазах зажегся мстительный блеск. — А как мы проберемся? Думаешь, Солас не запирает дверь?       — Ну ты как ляпнешь! Иди за Рыжей Дженни, Вестница, и все двери будут перед тобой открыты, — сказала Сера, вытащив из кармана связку отмычек и заговорщически улыбнувшись.

***

      Солас задумчиво смотрел на пояс с серебряной пряжкой. Нет, он не удивился, когда Харрит показал ему новую мантию. Зачем еще можно было отправить его к кузнецу? Это было вопросом времени, когда же его захотят переодеть во что-то цивилизованное.       Она была хороша: добротно сшитая, отделанная мехом, с серебристой паутиной кольчуги — одна из тех одежд, что не только греют, но и защищают. Но «лохмотья» Солас носил не ради удовольствия: так легче затеряться в деревнях и городах. А эта роскошная и яркая... В такой он давно бы привлек внимание храмовников, солдат, стражников, и даже уличные мальчишки посчитали бы делом чести порыться у него в карманах.       — Спасибо. Но не стоило, — он уже развернулся, чтобы уйти. Интересно, чья это идея? Вивьен?       — Эм, но, господин маг, вы обидите леди Вестницу. Я делал это под ее присмотром… И по ее наброскам.       Солас улыбнулся, покачал головой и вздохнул. Очаровательно. Ему просто не оставили выбора. Ну, может, конспирация сейчас и не нужна? Он часть возрождающегося Ордена, и пора бы уже поменять шкуру на другую. С некоторыми поправками.       — Пожалуй, я соглашусь это надеть. Но мне нужно кое-что переделать.       Харрит озадаченно вздернул бровь, но тут же кивнул.       — Конечно. Все для вашего удобства. Не мне же в ней по горам скакать.       Перчатки с обрезанными пальцами, вместо меха — высокий воротник, кольчугу оставил — пригодится, а вот плащ с подбоем отстегнул — будет стеснять движения. Под мантию надел свою тунику, а не ту красивую и расшитую, что шла в комплекте. Леса, равнины, горы — это не те места, куда надо надевать красивые тряпки. За спиной все та же заплечная сумка и посох, на поясе — кинжал и эликсиры.       Конь пританцовывал в нетерпении, а Соласу было не по себе. Будто он снял защиту, стал уязвимее. Непривычны были также и ощущение удобства, и запах новой одежды. Железный Бык двигался к загону, словно темная гора, острые рога пронзали воздух, как зубья вил. Кунари взглянул на Соласа и хмыкнул.       — Ха! Что это?       — Где? — притворно удивился Солас.       — Босс тебя принарядила…       — Тебя тоже, смотрю.       Железный Бык довольно зарычал: новенькая броня сияла, вернее, ее фрагменты — большие ремни, наплечники и нагрудник, который закрывал шею, но не огромную мускулистую грудь.       — Леди Монтилье нашла какой-то источник финансирования. Теперь мы стали богаче и толще.       — Приятно слышать. Деньги не будут лишними.       — Подожди. Я не договорил. Между нашими доспехами есть существенная разница, Солас… Чуешь ее?       — Мои для мага, а твои для воина...       — Мои доспехи мне выдал сэр Каллен, как солдату Инквизиции, а твои, пташки пели, сделаны под трепетным взором леди Лавеллан.       — Что еще пели пташки? — голос Соласа окрасился в ядовитые тона.       — О ваших посиделках допоздна… Видели якобы, как выходит леди Вестница поздно ночью из твоей хижины, когда все спят.       Солас нахмурился. Как же он не хотел этих разговоров! Для нее… Ведь что бы ни случилось, он уйдет, а Карра останется. Но в Убежище много глаз. А он слишком устал от одиночества, чтобы найти в себе силы оттолкнуть ее.       — Пташек так беспокоит личная жизнь Леди Вестницы, что они не спят тогда, когда спят все?       — Еще бы! Она главная героиня всех сплетен… Чирикают со страстью, — Железный Бык занялся упряжью, — Ты не единственный в списке героев любовников. Там есть Лелиана, сэр Каллен и какой-то граф Тамиль… Кто такой понятия не имею, но он говорит, что леди Лавеллан благосклонна к нему и раздумывает над предложением.       А это не было новостью. Рано или поздно такие слухи должны были появиться — ложь и клевета.       — Хм… Неудивительно. На яркую фигуру в центре водоворота часто попадают брызги грязи. Одни — чтобы урвать славы, а другие — чтобы просто запачкать.       — Да ты просто само спокойствие и рассудительность… Она ведь твой друг. Тебя не задевает?       — Оскорбить и задеть можно только того, кто это позволяет и считает себя оскорбленным и задетым… Надеюсь, леди Вестница не допустит ни того, ни другого, — Солас помолчал. — А ты, Железный Бык, значит, не веришь слухам?       — Зачем мне слухи, когда реальная картина под носом?       — Справедливо.       Бык громко засопел и вздохнул.       — Так, значит, едем искать какую-то эльфийскую побрякушку… Тебя в детали не посвящали?       — Это была моя идея.       — Вот, значит, как. Я должен сказать тебе спасибо за сорванные планы на вечер. И за служаночку, которую так и не попробовал.       — Ну так скажи!       — Спасибо, — фыркнул Железный Бык.       — Пожалуйста.       — Сукин сын! — он захохотал.       Со стороны главных ворот послышались шаги — появились Карра и Сера. Лавеллан взглянула на Соласа и ее улыбка мгновенно завяла. Леди Вестница неверяще помотала головой, потерла лоб. На ее лице появилось это выражение упрямства, смешанное с досадой и обидой.       — Солас… Но она же была такой красивой!       — Была. Согласен.       — Только не делай в ней дырки! — вспыхнула она, и Солас чуть приподнял бровь. Он знал, что Карра несколькими неделями ранее ярко бы продемонстрировала обиду, погнала бы лошадь галопом, выкрикнула ругательство... Но эта Карра просто вздохнула, — Извини. Я просто…       — Да. Понимаю. Спасибо за… беспокойство. Она мне понравилась, но я посчитал ее непрактичной. И поэтому изменил.       — Хорошо. Если тебе так удобнее, — окончательно смирилась она и залезла в седло.       Солас довольно улыбнулся. Нет, она еще не может скрыть эмоции… Но это уже детали. Она научилась контролировать себя. Пора приступать к выполнению следующей части плана. Инквизиция без лидера просто смешна. Кассандра могла бы им стать, но добровольно ушла в тень, отдав Карре полномочия. Однако этого мало. Ни генерал Инквизиции, ни глава шпионской сети все еще не готовы встать под командование остроухой девчонки. Хоть Каллен и симпатизирует Карре, возможно, даже влюблен, но едва ли отнесется к ней в роли главы древнего Ордена серьезно. Что ж… Пора переубедить их и показать всем реальную угрозу, то, ради чего все это затевалось…       Но сначала Соласу надо вернуть хотя бы крошечную часть своей силы, иначе вся эта затея плохо закончится.       Внутренние земли стали относительно безопасны. Восстание магов и храмовников было подавленно, кое-где еще оставалось напоминание об этом — сгоревшие дотла деревни, трупы, которые не успели схоронить люди или растащить падальщики. Разбойники, дикое зверье и демоны по-прежнему терроризировали округу и местных жителей, но эта проблема была целиком возложена на людей Каллена и агентов Лелианы. Лишь разрывы вынуждали Леди Вестницу и команду задержаться на месте.       Солас ехал в хвосте, пытаясь понять, что общего у Карры с Серой?       Эльфийки ехали бок о бок и щебетали друг с другом. Время от времени воздух взрывался от смеха. Потом Сера показала Карре светящиеся флаконы с запертой внутри магией. Один она швырнула в стену разрушенного сарая. Грохнуло! Аж уши заложило. Кони встали на дыбы и заржали. Пылью накрыло лес, и еще больше пыли подняли доски, с грохотом упав на землю. Кое-как животных удалось успокоить, Железный Бык проворчал:       — Кассандры на тебя нет!       Сера только хрюкнула и захохотала в ответ. Глупая, хамоватая девка… Нет. Надо быть мудрее. Только, сейчас Карра по-настоящему свободна и вольна выбирать с кем дружить, а с кем враждовать. Ученица Хранительницы, ищущая запретное, вечно одинокая, белая ворона среди собратьев… Возможно, поэтому она, долийка, так легко приняла его. И Серу.       Карра искренне засмеялась на какую-то шутку эльфийки и что-то сказала в ответ. Сера только прыснула на это. А потом резкое Карры:       — Нет!       — Это же Виви! Говнистая чародейка.       Соласу стало любопытно, хоть он и был не против высмеивания Вивьен, только не такого откровенно мужланского, как это делает Сера. Вивьен тонкий игрок, и с ней надо быть элегантным даже в обоюдных оскорблениях. Иначе проиграешь в словесной баталии, едва открыв рот.       — Мы команда, Сера. Я этого не потерплю!       — Занудина! — фыркнула лучница и демонстративно отъехала. Карра же вздернула подбородок и отвернулась — просить прощения и уступать она явно не собиралась. Но вряд ли они поссорились надолго. А жаль.       Некоторое время путники ехали молча, пока Бык не нарушил тишину.       — Хэй, Босс, а долийцы…       — Что? — отозвалась Карра.       — Они ведь живут кланами? Так вот, я слышал от одного купца на Сегероне…       Она почему-то засмеялась. А может и догадалась, о чем дальше пойдет разговор.       — Я хотел спросить: это правда, что во время полнолуния вы обнажаетесь и…       — Как ты, Железный Бык? Хочешь отвлечься и поработать головой? — вкрадчивым голосом перебил его Солас, понимая, что сейчас, лучше его заткнуть, чем дать договорить.       Бык недовольно заворчал.       — Боюсь, танцовщиц тут явная нехватка.       — Королевская пешка на Е4!       Он повернулся так резко, что конь нервно всхрапнул. Карра с трудом подавила улыбку, зыркнув на Соласа веселыми глазами.       — Издеваешься? У нас даже доски нет! — смерил его скептичным взглядом Бык.       Солас совершенно забыл о том, какое впечатление должен производить — тихий, спокойный, мудрый... Но его захлестнул охотничий азарт. Идея действительно была смешной — поиграть в шахматы посреди леса. Просто ничего другого в голову не пришло. Теперь же ему хотелось попробовать Быка на зуб. Уж очень он необычен для кунари, а тем более горы мяса, призванной убивать и ломать, поэтому Солас не отступал.       — Что? Слишком сложно для тебя?       Бык раздул ноздри и заворчал:       — Вот засранец! Пешка на Е5.       — Пешка на F4. Королевский гамбит!       — Принимаю. Беру пешку. Погоди минуту, фигуры в уме переставляю. Потом посмотрим, на что ты горазд.       За игрой время бежало быстрее, но только они разыгрались, как Солас вновь ощутил Зов.       — Где-то здесь артефакт моего народа… Мы близко.       Темный коридор: молодой Волк ставит сферу на подставку, шепнув заклинание, топит под слоем пыли и паутины, превращая в неотделимую часть интерьера. Садится рядом и, сложив ладони лодочкой, сдувает серебристую пыль… «Однажды я вернусь, — говорит он. — Друзья мои, охраняйте покой этих стен».       — Это там, — Солас кивнул в сторону пещер, погруженных в клубящийся туман.       Сера поморщилась.       — Здесь Завеса какая-то девчачья.       Он вздернул бровь. Прекрасно. Она не совсем то, чем кажется. В этой хамке гораздо больше от древних эльфов, чем от нынешних. Как жаль, что все впустую.       — Эльфи, почему ты так на меня вылупился? Пялься на Вестницу.       — Мне показалось… А, нет забудь. Показалось.       — Солас, здесь стоит магическая защита, — заметила Карра.       — Да. Эта мгла — охранное заклинание. Если войдем, то непременно заблудимся.       — Ее создают духи. Чтобы перейти в Тень, мне потребуется тонна лириума. Ты можешь войти?       Солас озадаченно взглянул на Карру.       — Ты неправа. Но сейчас нет времени объяснять. Я попробую ее убрать...       Он закрыл глаза и коснулся Тени сознанием: духи мягко отхлынули, признав в нем старого друга. Серая пелена мглы расступилась, показав им вход в пещеры.       — Я… Я никогда не видела ничего подобного, — восхитилась Карра.       Это было неосторожно. Сомниари не могут соприкасаться с Тенью через Завесу, но Солас терял терпение. Хотелось войти внутрь как можно быстрее.       Вестница растерянно улыбнулась ему.       — Веди нас.       — Прошу прощения?       — Ты лучше здесь ориентируешься. Я временно отдаю свои полномочия, — пояснила она.       — Хорошо.       Солас кивнул и впервые за долгое время оказался во главе отряда. Все получилось само собой.       — Здесь могут быть демоны и ловушки, — он знал, что они будут. Они были и в прошлый раз, оставленные еще до его прихода, — Сера, следи за тылом. Lethallan, будь готова создать барьер — под твоей защитой и контролем левый и правый фланг. Железный Бык, твоя задача не подпускать к нам никого. Я буду следить за фронтом. И не толпитесь. Сохраняйте дистанцию в четыре шага. Идите за мной и не сворачивайте. Лошадей лучше оставить снаружи.       — Аррр… — Бык раздул ноздри. — Солас, ты точно всю жизнь бродил по лесам? Армией командовать не приходилось?       Солас не ответил ему. Он высматривал блеск серебристой пыли на ветру — она указывала безопасный путь, и слушал журчащую мелодию, которая лилась из темных провалов пещер. Как только они закончили привязывать лошадей, Солас крадущимся шагом прошел вдоль выступивших из земли каменных полуразрушенных статуй. Пройдя пару метров, он движением руки приказал всем пригнуться и остановиться.       Он заметил эльфийку. За спиной болтается посох — магесса. Кажется, она заблудилась в тумане, и если продолжит в том же духе, то активирует одну из ловушек. Проклятье. Стоит ли…       — Солас, что там? — спросила Карра.       — Это долийка. Она что-то ищет. Возможно, то же, что и мы. Боюсь, нам придется либо спасти ее, либо дать… Fenedis lasa! — вполголоса выругался он, услышав хлопок.       — Мы должны ей помочь!       — Хорошо.       Хлопок разорвал Завесу, и демоны обступили эльфийку со всех сторон. Подарочек от прежнего хозяина пещеры, которого молодому Волку когда-то пришлось убить.       — Железный Бык!       — Я понял. Пошел ее вытаскивать. А вы прикройте.       Получить удар в спину демоны не ожидали, так что никаких сложностей быть не могло. Противников было немного, а сражение уже стало привычно. Они знали, что должны делать и как себя вести. Демоны же не отличаются разумом и тактикой. Меч Быка отсек лапу с когтями, когда Солас увидел — эльфийка вскинула посох. Навершие было направленно на Железного Быка.       Солас использовал рывок и врезался плечом в эльфийку. Она громко взвизгнула и кувыркнулась в кусты.       — A tu nadin! — крикнул он. — Я убью тебя, если попытаешься повторить это снова!       — Солас! Что произошло? — с тревогой в голосе спросила Карра. Соратники уже бежали к нему, добив оставшихся демонов.       Солас удивлённо оглянулся. Надо же. Он снова действовал, как на импульсе. Удивительно, что просто не размозжил ей посохом голову. Тем временем, светловолосая эльфийка уже вылезла из кустов. Взъерошенная и грязная, раздувая ноздри и держась за голову, она зло зыркнула на посланников Инквизиции.       — Бррр… И еще одна эльфанутая! — воскликнула Сера.       — Кто вы такие?       — Мы представляем Инквизицию. А вот кто ты такая? — спросила Карра.       — Меня зовут Миирис. А вы… Долийка!       — Да, — Карра не задумываясь коснулась пальцами извивов валласлина на лице.       — Хорошо. Я… Я искала разрывы, хотела изучить их. И заблудилась… И простите. Я не поняла, что вы пришли на выручку. Ваш друг очень жуткий.       — Ха! — фыркнул Железный Бык.       — Можешь пойти с нами, — сказала Карра. — Думаю, назад тебе возвращаться опасно.       — Да… Я, пожалуй, пойду с вами, — Миирис подняла на Соласа взгляд, — Плоскоухий, если еще раз так сделаешь!       — Ты хотела обидеть моего товарища, — он протянул руку, желая помочь ей встать, но эльфийка проигнорировала и поднялась сама.       — Хм, — Солас улыбнулся, откровенно насмехаясь. Он знал, зачем она здесь — пришла грабить эльфийское хранилище. Вот только вряд ли найдет здесь что-то ценное. Миирис зыркнула на него с подозрением.       — Куда дальше, Солас? — напомнила Карра.       — Сфера в этой пещере, lethallan. Идемте, — он сделал несколько шагов вперед, но каменные завалы преградили им путь. Ну конечно.       — Этот вход завален обломками — нужна магия, — послышался насмешливый голос Миирис. — Ты, плоскоухий, сможешь убрать завал?       Ах этот долийский яд… Вот чем встречают правду о своей истории эльфы с рабскими метками.       — Ma nuvinen, da'len, — Солас слегка прикрыл глаза. Камни, вспыхнув завесным огнем, один за одним начали взмывать над землей, а затем плавно опускаться левее прохода. Миирис удивленно приоткрыла рот. Помнится, Карра тоже не ожидала умений мага от плоскоухого.       В глубине пещеры что-то зашипело.       — Приготовьтесь!       Снова демоны. Битва была недолгой. Хорошо, что они были готовы к таким врагам.       Быстрее.       Тело охватил жар, заставляя ускорить шаг… Утро началось так странно, потому что он позволил, иначе эту муку не вынести — все это время Солас был натянут как пружина. Понимал где-то глубоко внутри, тем звериным и диким продолжением себя — ему было плевать, что скажет Карра. Он просто отдал дань уважения, ведь, кроме всего прочего, он действительно уважал ее как лидера, но пошел бы искать Сферу, даже услышав «нет». А позже это могли как угодно оценивать и осуждать. Ему нужна эта сила. Клыки стали острее, а ноздри жадно втягивали воздух.       Слишком длинные и запутанные туннели. Торопиться нельзя. Солас одернул себя, вспоминая, что под его ответственностью находятся жизни. Это немного охладило.       Он коснулся рукой изогнутых лепестков канделябров — движение пальцев, и пещеру залил зеленый свет завесного огня. В его бликах лицо Соласа будто бы помолодело на два десятка лет, Карра широко распахнула глаза.       — Что за? — удивился Железный Бык. — Какой странный огонь…       — Убери от меня эту штуку! — завизжала Сера. — Тычь себе в лицо! Брр… Ну и жуть!       — Завесное пламя! — восторженно сказал Солас, глядя на пылающий факел. — Никогда не приходилось сталкиваться, — начал он, но слишком увлекся. — Это воспоминание Тени об огне нашего мира. Ему не нужны дерево или масло, лишь маг может извлечь его, манипулируя тонким равновесием первичной энергии Тени.       — Какой же ты долбанутый! — фыркнула Сера. — Как ты можешь это держать?       — Если ты видишь, как кошка, в темноте, Сера, то — вперед, — предложил Солас раздраженно. — Мы будем ориентироваться на крики ужаса во тьме.       — Ну уж нет. Сам иди впереди и неси свою хрень.       Солас стоял, но все тело жаждало движения. Он вздохнул. Пора уже повзрослеть… Столько прожил, а так и не научился терпению. Нет. Нельзя торопиться, или он всех угробит. Холодок страха внезапно прошел по загривку: если Завеса истончилась, здесь могут обитать воспоминания молодого Волка. Хотя вряд ли они узнают в нем Соласа... Тогда он выглядел иначе: рыжие патлы до пояса, множество бренчащих побрякушек, роскошные одеяния, перед которыми померкли бы и подаренные Каррой доспехи. Но все возможно.       — Огонь вспомнил тебя! — догадалась Карра. — Юным...       — Хм? А… Да, такое возможно.       Он навел огонь на лицо Карры: черты лица стали чуть мягче, а линии валласлина исчезли. Солас быстро убрал пламя — она прекрасна и с валласлином, ни к чему себя искушать.       — Ого! — воскликнул Железный Бык.       — Что? — удивилась Карра.       — У тебя эти гадские картинки исчезли, — фыркнула Сера. — А так лучше! Намного лучше! А можно их совсем стереть?       Глаза Карры упрямо сверкнули.       — Нельзя!       Солас не стал вмешиваться, слишком много воды утекло, чтобы пытаться сейчас менять что-то. Он провел факелом вдоль стены, подсвечивая руны.       — Это elvish! Во имя Митал, какие же это древние руины! — воскликнула Карра и мгновенно приросла к стене глазами. — Солас, прочти, пожа-алуйста! — она взглянула на него как ребенок, клянчащий конфету.       Миирис заметно напряглась, зыркнув на плоскоухого.       Солас пробежал глазами по строчкам, которые когда-то выжег на этих камнях.       — Однажды я вернусь. Отныне и навсегда вручаю эти стены… Текст стерся. Мой путь лежит через… Хм, неразборчиво… Нет ничего невозможного. Я… Положу конец… Неразборчиво. Думаю — это очень старая надпись.       Солас поджал губы: он прочитал все, даже выцветшие от времени руны.       — Может, здесь есть еще? — Карра жадно вглядывалась в густую, как сливки, тьму туннелей. — Идем, Солас, — она чуть ли не вцепилась ему в руку, вертясь на месте, будто волчонок в попытке поймать свой собственный хвост.       Забавно. И кому из них больше не терпится войти в туннели?       — Осторожнее, lethallan. Такие пещеры обычно оснащены очень хитрыми приспособлениями. — Он шагнул вперед. — Ступайте за мной нога в ногу, не сходите с пути.       Солас подсвечивал плиты пола, загоняя вглубь нетерпение и почти не замечая, как оно кусается и подгоняет, ведь за спиной те, кто ему небезразличен. Даже Сера не настолько ужасна, чтобы наплевать на ее жизнь. Быть терпеливым ради них… И внимательным. А это сложно. Он отвык от обузы за спиной. Не стоило все же ему сменять Карру.       Руны отвечали завесному пламени, вспыхивали в темноте, указывая путникам на ловушки. Серебристая нить убегала вглубь туннеля. Свет выхватил еще пару текстов на elvish, и Солас быстро убрал пламя. Врать не хотелось, а ведь Карра обязательно попросит перевести. Также не стоит забывать того, что она умна и сообразительна — сама может кое-что перевести с «древнеэльфийского».       Наконец среди пыли и паутины он разглядел свет, отозвавшийся на завесный огонь. За спиной вдруг раздался хлопок. Миирис!       — Fenedis lasa! Глупая долийка!       Она в ужасе попятилась от дрожащих стен. Взгляд Соласа быстро обежал затемнённый грот: какое-то время было тихо, и у него появилось нехорошее предчувствие.       Пол стал подрагивать, из недр пещеры послышался рев.       — Уходим! Быстро! — закричал Солас. — Сюда!       Он завел их в небольшую расщелину в стене, где мгновенно стало душно и жарко от нескольких тел, и боковым зрением наблюдал, как по гроту ходит рогатый демон гордыни.       — Я чувствую себя подошвой на ботинке, — проворчал Железный Бык. — Не знал, что меня так можно сплющить.       — Ты что меня рогами бодаешь! — фыркнула Сера.       — Это не рога, а меч.       — Убери, блин!       — Тсс! — прошипела Карра. Ее глаза звездочками мерцали в темноте.       Солас бросил взгляд на Сферу, стоящую у стены напротив. Попробовал дотянуться до нее сознанием, но тщетно. Надо подойти ближе. Придется пробиваться. Или же бросить всех, использовав рывок.       — Сера, ты можешь попасть ему в глаз? — спросил Солас.       — Издеваешься, эльфи? Я ни хрена не вижу и не могу пошевелиться. Тут темно, как в жопе!       — Я дам свет и накрою тебя барьером.       — Хорошо. То есть… Хрен с тобой!       — Что ты задумал? — Карра стояла так близко, теплое дыхание щекотало шею — беспокойное, взволнованное. Она неосознанно прижималась к Соласу, а он не двигался, будто боялся спугнуть. Какая она тоненькая и хрупкая... — Он же заметит.       — Да. Но у нас будет несколько минут. Я думаю, что он защищен барьером. Надо схлопнуть разрыв. Lethallan…       — Я попробую дотянуться.       Солас оглянулся за спину, между Серой и Железным Быком сверкали злые глаза Миирис.       — В следующий раз, — прорычал он, — слушай, что тебе говорят. Можешь помочь, если, конечно, не втянешь нас в новые неприятности.       Она фыркнула и отвернулась.       — Ого, какая громадина! — кажется, Бык наконец разглядел демона, который по-прежнему бродил по гроту и время от времени ворочал головой, принюхиваясь. Рядом клубился разрыв. — Босс, чур, я отвлекаю!       — Думаю, это не будет лишним. Да, Солас?       Он кивнул.       — Пора!       Они тихо выбрались из расщелины, Солас накрыл барьером Карру и Серу. Бык проскочил мимо. Все действовали, как по расчету: раз — Карра вытянула руку, два — Бык вскинул меч, три — Сера прицелилась на звук... Четыре — яркая вспышка света залила грот. Демон взревел. Разрыв зашипел, зеленые щупальца опутали руку Карры. Она зарычала сквозь зубы, на висках выступили капли пота. Бык бросился демону под ноги: скрежет металла и чешуи заполнил грот. Ледяная вспышка сорвалась с рук Миирис. Демон поддался назад, взревел и пнул Железного Быка. Тот вскрикнул и плашмя влип в стену.       — Бык! — крикнула Карра. — Ты как?       — В порядке, Босс! — прокряхтел он, кашляя.       Демон двинулся на Карру с Серой. Электрическая плеть ударила по барьеру и разлетелась на искры. Эльфийки взвизгнули.       Миирис проскочила за спиной Соласа, он лишь стиснул зубы. Целительная магия сорвалась с пальцев долийки, окутав Быка. Он охнул и зарычал.       — Отлично! Спасибо!       Еще одна попытка отвлечь демона. Разрыв хлопнул, меч разрубил чешую до крови. Монстр взревел. Стрела до перьев погрузилась в одну из множества глазниц. Снова рык.       — Lethallan, барьер! — крикнул Солас и перенесся.       Демон ослеп и окончательно озверел в своей ярости. Карра едва успела накрыть себя, Серу и Миирис. Очередной удар электрической плетью разбил ее барьер на ошметки мерцающей материи. Где Солас? Бык снова угодил под удар и потерял сознание. Стрела выбила второй глаз демона, но нетронутых глазниц было значительно больше.       — Многоглазая жуть! — крикнула Сера.       — Уходим! Быстрее! — Карра потащила ее за руку прочь к расщелине. Эльфийки успели туда скользнуть, и удар плетки разнес только камень. Карра вскрикнула: висок обожгло стрельнувшим осколком, теплая кровь потекла по щеке за шиворот. Сера вытащила светящийся пузырь.       — Нет! Там Солас и Бык! Мы убьем их!       — Дерьмо! — выругалась эльфийка.       Они снова вскрикнули, оглушённые щелчком плети.       — Lethallan, барьер! — послышался крик Соласа. Карра послушно распустила мерцающую пленку вокруг руки, накрыв всех куполом. Грот сотрясло от оглушительного взрыва. Кажется, сама стихия сошла на землю. Расколов пещеру, с неба с оглушительным ревом летели огромные, полыхающие огнем, хвостатые кометы. Демон заплясал в пламени, как на раскаленной сковородке. Одно из горящих ядер размазало ему голову, и туша глухо рухнула в пыль.       — Ну и хрень! Ну и жуть! — взвизгнула Сера.       Когда пыль осела, Карра убрала защиту. Горло все равно першило, а глаза разъедало. В потолке пещеры зияла дыра, солнце заливало грот. С магией такой силы Карра еще не сталкивалась. Она шагнула из расщелины на свет, зажимая рукой кровоточащий висок. Солас сидел на вывороченных камнях возле Железного Быка, вокруг них рассеивалась остаточная магия барьера.       — Солас! — вскрикнула она с облегчением, он лишь спокойно взглянул нее. Карра перевела дыхание, успокаиваясь. — Что это было?       — Всего лишь метеоритный дождь, lethallan. Одно из заклинаний магии разрывов.       — И… Кто его вызвал?       Солас поднялся, отряхивая новую мантию от грязи, пыли и сажи: подол был разорван по шву, обгорел, и местами на ткани светились прожжённые искрами дырки. Карра устало выдохнула, обреченно взирая на оборванные тряпки, в которые превратился ее труд, съев фут нервов и почти месяц словесных баталий с Харритом.       Ну и Фен’Харел с ними, с тряпками! Главное, Солас цел.       — Я, — коротко ответил он, после долгого молчания.       — Ты? — она не ослышалась — он действительно так сказал. Что еще она не знает про этого эльфийского бродягу? И как часто ей еще предстоит удивляться?       — Не было подходящей ситуации продемонстрировать свое умение. Кажется, я вспомнил о нем вовремя? — он улыбнулся. Будто это было весело. Все это: эта рухнувшая пещера, которая едва не поглотила их под завалом, этот освирепевший демон, который чудом не растоптал Быка...       — Ну и хрень, — заворчал Бык, поднимаясь. — Сильно меня приложило. Эта махина лягалась, как друффало.       — Не двигайтесь, леди Вестница, — Карра ощутила холодок у виска. Мирис провела рукой, стирая рану. Кажется, она была целительницей. — Я не знала, что это вы. Рада встрече.       — Откуда ты?       — Из клана Вернан. Его убил демон... — нехотя ответила долийка и огляделась. — Ох, чудно! Теперь я могу тут все облазить. Какая штучка! Что ж, она мне пригодится, — она подняла с земли некий амулет. Карра заметила, как Солас вдруг сморщил нос, разглядывая что-то похожее на волчий клык в руке эльфийки.       — Миирис, можно мне это взять?       — Но…       — Ma halani, ma glandival. Vir enasalin, — сказал Солас.       Миирис совсем растерялась и даже как-то сгорбилась.       — Да… Похоже вам это, действительно, пригодится больше, чем мне, — она протянула амулет Карре. — Возьмите.       — Солас, — Карра подняла амулет за веревочку на уровень глаз. От него веяло чем-то жутковатым и мощным, будто от старинного артефакта, найденного в древнем захоронении, и сам он был в пыли и паутине, будто пролежал тут пару столетий. — Это твой?       Солас помолчал, сцепив руки за спиной, буравя амулет взглядом. Словно не хотел по какой-то причине признавать его.       — Да. Наверное, выпал.       Карра передала ему амулет и спросила:       — А что с артефактом?       — Он здесь, — Солас показал рукой на тусклый шар, позже ловко и привычно обернув амулет вокруг запястья. Карра могла поклясться, что раньше там ничего не было. — Можешь активировать его, — добавил Солас.       Все подозрения, раздражение и непонимание были забыты. Восторг затопил Карру от макушки до пят, сердце затрепыхалось, как птица, вспорхнувшая в небо, пальцы пронзило покалывание.       — Я не буду на это смотреть! — пробормотала Сера и затараторила себе под нос, как молитву, обхватив себя руками за плечи. — Ничего не случится, ничего не случится… Во имя Андрасте, во что я вляпалась?       Карра сглотнула, испугавшись причитаний Серы, и едва не отдернула руку, но под внимательным взглядом Соласа все же коснулась шара. Он весь изливался магией, излучая тепло, словно остывающий и прогоревший уголь. Сфера была почти пуста. Карра сняла защитный барьер и высвободила сущность, близкую к магии Тени. Похожую на магию ее метки. Сфера ярко вспыхнула, по коже скользнули мурашки. Воздух вокруг заискрил, стало тихо. И жутко.       — Это поможет укрепить Завесу в округе — демонам будет сложнее прорваться в наш мир, — Солас улыбнулся, в его глазах танцевали зеленоватые искры завесного огня.       Мы близко, Вестница.