Связь

      Владу на секунду показалось, что его парализовало. Руки и ноги вдруг онемели, стало очень холодно и тревожно. Юноша с трудом заставил себя повернуть голову и увидел Хозяина, стоящего в модельной позе, чуть боком и выставив вперёд ногу, возле двери. Отвезя Влада в школу, Дима явно не сразу поехал по своим делам, а сначала вернулся домой и переоделся. Сейчас он красовался в глухом жакете из чёрной замши, отороченном на воротнике и манжетах пышным сверкающим мехом, таких же чёрных джинсах и в ботинках на высоком толстом каблуке. Данную обувь, не очень-то подходящую парню, Влад видел на ногах Хозяина уже не в первый раз, Дима, похоже, неслабо комплексовал по поводу своего маленького роста и потому носил ботинки, зрительно увеличивающие его. Во всём этом чёрном образе ярко выделялись белые кисти рук, такое же бескровное лицо и идеально ровные платиновые волосы.       В самой позе Димы сейчас ощущалось нешуточное напряжение. Он походил на пантеру. Очень опасную чёрную кошку, приготовившуюся к прыжку. И как только Влад это осознал, у него ещё сильней засосало под ложечкой.       Константин расплылся в улыбке:       — Ах, Дмитрий! Давненько с Вами не виделись. Сколько же времени уже прошло с гибели Вашей последней Жертвы? Год, два?       — Это не имеет никакого отношения к делу, — зло ответил Дима. — Что Вам опять нужно от моей Жертвы?       — Не зачем же сразу так сердиться? О том, что это Ваша Жертва, я узнал минуту назад, когда Вы сами об этом сказали, — замахал руками директор. — До меня дошли слухи о необычности этого юноши, и я решил сам убедиться, правдивы ли они.       Влад сидел, как громом поражённый, переводя испуганный взгляд то на своего Хозяина, то на Константина. Казалось, что вся эта пафосная вежливость — всего лишь старания держаться, эти двое как будто были готовы сию секунду наброситься друг на друга и разорвать в клочья. И ещё парень невольно думал над словами директора: «Сколько времени прошло с гибели Вашей последней Жертвы?» Значит, подозрения Влада всё же правдивы, все предыдущие Жертвы Димы мертвы, непонятно только, отчего они умерли и имеет ли к этому отношение сам Дима.       — Кстати, времени прошло немало, я и сам чувствую, как постарел, — продолжал Константин, — а вот Вы каким были, таким и остались, Дмитрий, ни одной морщинки не появилось.       В лице Димы не дрогнул ни один мускул.       — Хватит уже ходить вокруг да около, — он сложил руки под грудью. — Повторю свой вопрос: что Вам нужно от моей Жертвы?       Константин, как показалось Владу, слегка испугался.       — Уже, пожалуй, ничего. Просто хотел увидеть, что за Жертва такая необычная. Можете забирать своё сокровище.       — Владиус, пошли отсюда, — приказал Дима.       Влад внезапно для самого себя обозлился и выпалил фразу, которая в качестве ответа на приказ Хозяина ему ещё вчера бы ему в голову не пришла:       — С места не сдвинусь, пока не пойму, о чём вы тут говорите!       Константин хмыкнул. Дима стал медленно наливаться синевой.       — О-о-о, как интересно. Оказывается, мальчик очень любопытный. А Вы, Дмитрий, конечно же, не рассказали ему о том, какая участь постигла всех Ваших Жертв, — ядовито улыбнулся директор и присел на диван рядом с Владом, внимательно глядя ему в глаза. — Тогда я объясню. Скажи-ка, Владик, Дмитрий говорил тебе, который ты у него по счёту?       — Девятый, — неуверенно ответил Влад.       Константин вновь ухмыльнулся.       — Официально да, но по сути я думаю, что этих бедолаг было намного больше. А о том, что случилось с ними всеми, ты знаешь?       Влад помотал головой и краем глаза глянул на Хозяина. Дима неподвижно стоял у двери, сверля их обоих убийственным взглядом зелёных глаз.       — Так и думал. Что ж, тогда слушай. Первой Жертвой, которую Дима сюда привёз, был мальчик Ники, на момент начала обучения ему было четырнадцать лет. Он проучился месяц, после чего исчез с горизонтов, а вскоре стало известно о его гибели. Подросток поздно вечером возвращался откуда-то и угодил под машину.       Влад в ужасе прикрыл рукой рот.       — Вторая Жертва была несколько старше, пятнадцати лет, тоже мальчик, не помню вот только, как его звали. Он пробыл здесь две недели, потом умер. Тоже на вид ничего криминального — мальчишка поскользнулся на мокрой плитке, на глазах Хозяина свалился в бассейн и утонул. Он не умел плавать. Третья Жертва, молодая девушка Алёна, тоже вскоре после становления Жертвой Дмитрия отправилась в мир иной. Причина — сердечный приступ. Думаю, дальше рассказывать нет необходимости, ты и сам понял, что все эти бедняги погибали, едва установив Связь. Привязать к их смертям Дмитрия практически невозможно, но лично мне кажется, что если не он сам их убил, то по крайней мере приложил к этому руку.       Влад густо сглотнул.       — Вы, Константин, постыдились бы разбалтывать столь мерзкие слухи. Приличный человек, вроде как, — послышался хриплый голос. — Посмотрите, Вы же напугали несчастного ребёнка. Владик, иди ко мне.       На Влада опять напал столбняк. Он не мог даже шевельнуться.       — Владиус, — повторил Дима уже с угрозой. — Ко мне. Сейчас же.       Его глаза налились кровью, волосы слегка зашевелились. Влад Нитью почувствовал идущую от него злобу. Константин дёрнулся, побледнел и отпрянул от Жертвы. А Влад вдруг понял, что не может управлять своим телом: оно начало двигаться непроизвольно. Подчиняясь, он медленно встал, походкой зомби подошёл к Хозяину и встал за его спиной. Дима вытянул руку, словно пытаясь загородить его от директора.       — И я Вас убедительно прошу не приставать больше к моей Жертве, — ледяным голосом сказал Дима, бросая на Константина взгляды, которыми запросто мог убить. — Мальчик и так напуган. Если впредь я получу от него хоть один сигнал об опасности, когда он находится в школе… Ох, не завидую я Вам в этом случае.       Константин густо сглотнул, присел обратно за свой стол и приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но звук не шёл, словно разом парализовало все голосовые связки. Дима ядовито улыбнулся, как сытно пообедавшая гиена, и, бросив Владу:       — Пошли, — исчез в коридоре. Жертве оставалось только молча последовать за ним.       Едва они оказались в никак не освещённом проходе, Дима остановился, зло светя зелёными глазами во тьме, пошуршал рукой в кармане и вытащил маленькую коробочку. Выудил оттуда тоненькую, почти дамскую сигарету, раздражённо пощёлкал блестящей зажигалкой и затянулся.       — Здесь нельзя курить, — пискнул напуганный до колик в животе Влад.       — Насрать, — хмуро отозвался Дима, выпуская серый дым. Влад мгновенно учуял исходивший от него приторный запах вишни и корицы. Сигарета и впрямь оказалась дамской.       — Ты злишься? — виновато спросил юноша, прижав ушки и опустив голову. — Извини, что я подал тебе сигнал, дёрнул вот так с дел… Я бы и сам смог разобраться…       — Нет, не смог бы, — отрубил Дима, сведя брови к переносице. — Ты всё сделал правильно, Влад. Это тебе не игрушки. Константин очень скользкий тип, с ним надо держать ухо востро, он умеет так разговорить, что сам не заметишь, как он залезет тебе в душу и вытянет всё, что ему нужно. И встречать его в качестве противника тоже никому не пожелаю, шансов победить почти нет.       — Такой сильный? — ещё больше испугался Влад.       Дима затушил пальцами начавший гореть фильтр. Подушечки мгновенно покраснели и покрылись пузырьками, Влад ощутил жгучую боль в пальцах, к ним словно приложили тлеющие угли.       — Очень сильный, Влад. Не зря же он тут директорствует. Более того — он мой учитель.       — Учитель? — растерянно спросил юноша. — Разве Хозяева не обладают своими способностями с самого рождения?       — Это само собой, но всё равно нужен учитель, чтобы помочь обуздать эти силы. Я попал к Константину, когда мне ещё даже пяти лет не было. Он возлагал на меня большие надежды, считал практически гением, подумывал сделать своим преемником, да только я взбрыкнул, убежал от него, — равнодушно отозвался Дима. — Не желаю, чтобы кто-то использовал меня в собственных грязных интересах. А он мне мстит, распространяет всякие мерзкие слухи вроде того, что набубнил сейчас тебе, нередко приматывается к моим Жертвам. И так происходит почти на протяжении десяти лет.       Влад прикусил нижнюю губу. В голове у него быстро крутились цифры. Судя по словам Димы, от Константина он ушёл, будучи достаточно взрослым, чтобы понимать, что его используют, и с этого момента прошло почти десять лет, на протяжении которых бывший учитель ему мстит. Впервые у Влада возникли сомнения в истинном возрасте его Хозяина.       На вид Диме едва ли двадцать, он кажется Жертве ненамного старше её самой, но по исходящим из его рассказа простым расчётам выходит, что ему никак не меньше тридцати годков. Как же ему тогда удаётся сохранять настолько моложавый вид? Да и Константин сейчас отметил, что Дима совсем не меняется со временем, ни одной морщинки не появляется на его лице. Странно. Более чем странно. Владу вдруг стало жутко: сколько же ещё ужасных тайн хранит в себе его прекрасный Хозяин? Мрачная аура вокруг Димы становилась всё гуще. И чем больше Влад узнавал о парне, тем страшнее ему становилось.       — Так, — Дима повернулся к Жертве. Влад замер, навострив ушки и ожидая указаний. — Сейчас возвращайся на занятия, Владик. А вот когда приедем домой, нам с тобой будет о чём поговорить. Пошёл.       Влад кивнул и послушно отправился на второй этаж. Ноги казались чужими и ватными. По телу волной прокатывалась дрожь. А в голове звенело от избытка новых малоприятных сведений.       Луис, увидев еле бредущего Влада, побледнел и живо сдвинулся к окну, освобождая место. Когда юноша сел, тот ухватил его за плечо и зашептал:       — Ну что, жопу надрали ни за что? Вид убитый.       — Нет, — Влад устало мотнул головой. — Дима меня вытащил. Но мне кажется, что он очень разозлился…       — Что директору вдруг понадобилось от тебя? — с тревогой поинтересовался Луис.       — Он откуда-то узнал, что я далеко не простая Жертва с не менее необычным Хозяином, — Влад устало моргнул. — Кто ему рассказал? Ни одна живая душа здесь не знает, кто я! В итоге Дима разозлился так, что аж посинел, и я чувствую, что дома мне влетит от него по полной программе.       — Ты-то чем виноват? Тем, что в школе полно «ушей», которые доносят обо всём директору? — возмутился Луис. — Не понимаю твоего Хозяина, ей-богу!       — Ты его не знаешь, Луис, — пробормотал Влад, бледнея. — Дима мне запретил вообще с кем-либо разговаривать о нём здесь. Он меня чуть не задушил, когда узнал, что я тебе рассказал. А теперь оказывается, что нас ещё и подслушали и донесли директору!       Луис опустил голову и сцепил пальцы в замок.       — Тут особое дело, Владик. В этой школе под колпаком абсолютно все Жертвы, не только такие, как ты. Хочешь, расскажу, почему директор так тщательно присматривает за нами и в особенности за «чистыми» ребятами вроде тебя?       Владу показалось, что его сердце подскочило до самого горла и застряло там. Но он мужественно кивнул.       — В кругу Высших Хозяев, грубо говоря, нашего нынешнего правительства, где Константин занимает далеко не самую низшую позицию, давно уже ходят нехорошие слухи. Типа раз примерно в сто лет на свет появляется особенная пара Хозяин-Жертва, не похожая на других. Они рождаются необязательно в одно и то же время и в одном и том же месте, их разница в возрасте и расстояние может быть огромно. Они невероятно сильны, каждый раз, когда такое случается, мир перестраивается, происходит захват власти посредством внутренних, но от этого не менее жестоких сражений. Поэтому, когда подходит время, когда должны появиться эти особые Хозяин и Жертва, Высшие Хозяева впрягаются в работу, тщательно наблюдают за всеми новорождёнными. Их главная задача — не допустить, чтобы эти двое встретили друг друга. Эти Хозяин и Жертва, как правило, отличаются от остальных — и дело не только в огромных силах, которыми они владеют, когда Связь установлена. Насколько я знаю, из наблюдений следует, что в такой паре Хозяин имеет очень красивую, ну или как минимум необычную внешность, а Жертва в этом плане может особо не выделяться, но она «чистая», что само по себе большая редкость. Понимаешь, чего директор переполошился и вызвал тебя к себе, едва ему сообщили о том, что ты «чистый» и вдобавок новый питомец Бикбаева, который некоторой частью известности обязан именно своей внешности, которая у него, чего уж греха таить, блестящая?       Влад густо сглотнул и зябко обхватил себя за плечи.       — Дима сказал, что Константин его учитель. Мол, взял его к себе, когда пяти лет ещё не было, возлагал огромные надежды, хотел сделать своим преемником, а Дима взбрыкнул и убежал от него, не желая, чтобы кто-то использовал его способности в своих целях.       — Вот оно как… Видать, у Константина в отношении Дмитрия были какие-то подозрения. Если рассматривать всерьёз, Бикбаев вполне годится на роль этого особенного Хозяина — красив, жесток, крайне силён. Думаю, Константин тоже это понял и пытался использовать его в своих интересах, подсовывая слабых Жертв в пару и не поставив никого в известность о своих мыслях. Да только Дмитрий оказался умнее и вырвался из-под его власти до того, как всё это закрутилось всерьёз.       — Ты даже отдалённо не представляешь, какой он умный, Луис, — Влад тяжело вздохнул. — Он людей видит насквозь, чувствует каждое движение и желание.       — Ох и проблемный же у тебя Хозяин, — Луис приложил пальцы ко лбу. — Не понять даже толком, что он такое.       Влад опустил голову. Видимо, если он влюбился в Диму, он и сам не менее странный, чем Хозяин. Но юноше очень не хотелось об этом думать. Пусть уж лучше наоборот, они будут абсолютно разными. Пусть лучше окружающие думают, что в случае с ними сработал элементарный физический закон: противоположности притягиваются. А ещё Влад очень хотел смыть со своего Хозяина все эти мерзкие слухи и страхи, что окружают его.       После занятий Влад попрощался с Луисом и вполне бодро направился к воротам. Голова была забита разным. Юноше не давала покоя та история Луиса об особенных Хозяине и Жертве, и Влад очень напряжённо об этом раздумывал. По его размышлениям, Дима и вправду вполне может быть тем самым Хозяином, он вполне соответствует его приметам. Но вот подходит ли на эту роль Влад, Жертва, которую Дима сам выбрал из десятка находившихся на аукционе? Юноша, конечно, «чистая» Жертва, и ему не раз говорили о том, что у него очень хорошие способности, имеются в наличии сразу и скорость, и сила, и потенциал, а что самое главное — невероятное желание защищать своего Хозяина, преданность, однако достаточно ли хороши эти качества для избранного? Непонятно. И ведь у Димы не спросить, он не ответит, только опять рассердится, что Влад в школе вопреки его приказу общается с Луисом.       И может ли вообще быть такое, что Дима знает о своём предназначении и истинной Жертве заранее, или же он всё-таки случайно оказался тогда именно на том аукционе и выбрал Влада так, словно заприметил его для себя уже давно? Конкуренция была ого-го, слова Максима о «чистоте» вызвали огромный ажиотаж, кто-то предлагал отдать за такую Жертву девятьсот тысяч долларов, уже немалые деньги, хотя, казалось бы, смешно платить столько за человеческую жизнь, но цена обычной Жертвы, как слышал от своего прошлого Хозяина Влад, редко превышала отметку в пятьсот тысяч. Но Дима поднял последнюю ставку почти вдвое, отдал полтора миллиона. Это означает, что ему был нужен конкретно Влад, и что на аукцион Хозяин приехал за ним и желал заполучить в своё владение за любые деньги. Слишком уж это для случайности. Да и Влад тогда своей Нитью чувствовал, что его Хозяин рядом…       В общем — время идёт, ситуация меняется, а вопросов становится всё больше.       Влад подошёл к воротам и внимательно посмотрел по сторонам. Блестящий чёрный джип стоял чуть в стороне. Дима сидел на водительском кресле, оперевшись локтями на руль, пустым взглядом смотрел в лобовое стекло и мусолил пальцами дымящийся конец зажатой зубами сигареты. Ощутив сквозняк, пробежавший по салону после открытия передней двери, блондин медленно повернул голову и уставился на съёжившуюся Жертву. А Владу хватило одного взгляда, чтобы понять — Хозяин разозлён до крайнего предела.       — Дим, я… — Влад приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Дима всё так же молча размахнулся и со всей силы ударил его ладонью по щеке. Юноша с криком шарахнулся от Хозяина в сторону, налетев на дверь, которую, к собственному счастью, успел закрыть, и прижал руку к горящему месту оплеухи.       — Идиот! — заорал Дима не своим голосом, ухватив его за шиворот, как нашкодившего котёнка, и притянув вплотную к своему лицу. Зелёные глаза горели яростью, граничащей с безумием. На лбу вздулись жилы. — Я ведь предупреждал — мало тебе не покажется, если ослушаешься моего приказа!       — Но я не ослушивался, — прохныкал напуганный Влад. — Честное слово, Дима! Мне даже в голову не придёт пойти против твоего указа!       — Откуда тогда Константин узнал о том, что ты за Жертва? — рявкнул Дима. — Откуда?!       — Не знаю! — не справившись с собой, рявкнул Влад, пытаясь освободиться из его руки. — Не знаю, не знаю, не знаю! Отпусти!       Дима зло сощурил глаза, разжал руку, влепил Жертве ещё одну сильную пощёчину и, когда Влад в ужасе съёжился в комок, сунул ключ в зажигание. Юноша услышал злобные слова, произнесённые тем же самым жутким голосом:       — Вот тряпка. Даже постоять за себя толком не можешь. Самому не мерзко, а, Влад?       — Не в моих правилах противиться… Моя жизнь полностью в твоих руках, и если ты решил меня за что-то ударить — значит, так надо… — стараясь придать своему голосу уверенность, прошептал Влад.       Дима поморщился.       — Прекрати, мне противно. Только сопляк может пытаться маскировать свою слабость под покорность. И это отвратительно.       Влад молча потирал ладонями щёки. Да уж, рука у Димы очень тяжёлая, после этих оплеух на коже точно останутся внушительные синяки.       Поговорить с Хозяином нормально дома тоже не удалось. Швырнув красивую дублёнку прямо на пол в прихожей и скинув ботинки, Дима рысью метнулся к себе в кабинет и хлопнул дверью так, что покачнулась люстра, жалобно позвякивая. А через секунду послышался звук поворачивающихся в скважине ключей.       Влад, расстроенный до невероятности, отправился в комнату переодеваться. В спальне всё осталось на своих местах, как ночью. Одежда в беспорядке разбросана по полу, а на кровати и вовсе словно совсем недавно было поле боя — простыни и подушки сильно смяты, одеяло скомкано и отброшено в сторону. Влад покраснел, припомнив, что они вытворяли, потом вздохнул, подобрал вещи с пола и присел на край постели. Подумать только. Каким образом могла вчерашняя страсть превратиться в то, что происходит сейчас? Отчего же Дима настолько обозлился? И когда они выходили из кабинета директора, Хозяин вовсе не казался таким злым… Но делать нечего, лучше пока не лезть к Диме, мало ли что ему ещё в голову придёт.       Продолжая думать над этим и вздрагивая от ощущения, как дёргается Нить, Влад занялся своими делами. Он переоделся, почитал учебник по истории, решил несколько номеров по алгебре и записал в тетрадь важные формулы по физике. За этими делами прошло примерно полтора часа. Влад надеялся, что за это время Дима остынет, но Хозяин окопался в своём кабинете и сидел тише воды ниже травы, из-за стены не раздавалось ни одного звука. Непонятно было, что он там делает. Влад горестно вздохнул, убрал тетрадки и свернулся в клубочек на постели, шмыгая носом и прижав к голове пушистые ушки. Ситуация ухудшается. Парень начинал уже серьёзно бояться своего Хозяина. Дима и вправду слишком многолик, настроение у него меняется мгновенно, непонятно даже, чего от него ожидать дальше.       — Константин сказал, что он совсем не меняется со временем… — бормотал Влад, сонно моргая и насторожённо прислушиваясь к окружающим звукам. Но в квартире царила зловещая тишина, прерываемая лишь воем бушующей за окном метели. — Может, Дима и вправду… То, над чем я думал ночью… Высасывает из Жертвы жизненные силы, обращая их на пользу себе, потом убивает так хитро, чтобы привязать его к этим смертям было почти невозможно, и со спокойной душой ищет новую Жертву? Как в том романе, про который Дима вчера говорил…       Влад перевернулся на спину, подложив под голову руки, и мрачно уставился на потолок. Возможно, что и прозвище «Дориан Грей» пошло вовсе не от того, что Дима постоянно носил при себе роман, а именно из-за его неувядающей с годами внешности и жутковатой ауры, что окружает его и погибших Жертв? Луис ведь говорил об этом с таким ужасом… Если бы речь шла о книге, он не был бы так напуган, но друг ведь даже словом не обмолвился, что Дориан Грей — герой романа, следовательно, речь шла не об этом…       По квартире вдруг прокатился жуткий грохот, как будто кто-то с силой швырнул железную сковородку в каменную стену, Влад подскочил чуть не до потолка и испуганно прижал к себе подушку. Громкий звук повторился, многократно усилившись, он эхом разлетался по апартаментам, и было даже трудно определить с первого раза, откуда идёт ужасающее нарушение тишины.       — Что происходит? — порядком побелевший Влад скатился с постели и, зачем-то даже прикрывая ладонями голову, пополз в коридор, пытаясь напрячься и сообразить, откуда доносятся страшные звуки. Когда в этот неописуемый грохот вдруг вписался низкий, похожий на стон раненого животного, крик, Жертву словно по затылку ударили. Влад вскочил и, едва не споткнувшись об кинутую на пол дублёнку, побежал к двери, ведущей в кабинет. Прижавшись к створке плечом, Влад прислушался; и вправду, оттуда. Сидевший тихо Дима внезапно словно взбесился. Слышались звуки разбиваемого стекла, грохотание швыряемых на пол книг…       И вдруг всё стихло. За такое же единственное мгновение, как началось. Испуганный Влад густо сглотнул, аккуратно постучал кулаком по двери и сдавленно спросил:       — Эй… Дим, ты там в порядке?       В ту же секунду створка содрогнулась от удара — похоже, в неё с силой запульнули что-то железное и очень тяжёлое, парень отскочил, боясь, что сейчас она не выдержит и обрушится прямо на него, пребольно ударив по лбу, если не убив. Страх за то, что Хозяин впал в безумие и может себе навредить, стал сильнее остальных. Влад с силой пнул створку, та внезапно легко поддалась и распахнулась, а парень взвизгнул и замер, прижав ладони ко рту. Влад до этого ни разу не бывал в кабинете Хозяина, эта комната всегда стояла запертой, и потому не знал, как всё тут выглядело, но сейчас она была буквально перевёрнута вверх дном: книжные шкафы зияют пустотой, их содержимое неаккуратной грудой свалено на полу, повсюду рассыпаны осколки, как просто стеклянные, так и элементы чего-то цветного, похожего на фарфор, возле стены, разделяющей кабинет с соседним помещением, валяется тяжёлая бронзовая статуэтка дамы с крыльями, с письменного стола всё сброшено, ящики выдвинуты, бумаги местами порваны и в беспорядке разбросаны по ковру. Посреди всего этого погрома сидел красный от злости растрёпанный Дима и ожесточённо рвал на части полотенце, да с такой лёгкостью, словно оно было не из толстой махровой ткани, а из бумаги. На белой впитывающей поверхности виднелась цепочка крупных тёмно-красных пятен. И у Влада в глазах потемнело, когда он пригляделся и увидел, что с рук его Хозяина то и дело срываются алые капли.       — Что ты делаешь? — закричал Влад, кидаясь к нему. Схватив запястья Димы, юноша выдрал из пальцев останки ни в чём не повинного полотенца и повернул ладонями вверх. Его худшие опасения оправдались: вдоль рук до самых локтей тянулись длинные глубокие разрезы, из которых пульсирующими струями вытекала красная кровь, настолько яркая, что казалась ненастоящей. Артериальные ранения. Самые опасные. Непонятно, как он ещё от них не умер...       Дима в упор уставился на Жертву. Его грудь вздымалась и опускалась обратно, Хозяин тяжело дышал, худенькое тело сотрясала дрожь, как от озноба. Спустя секунду его зрачки резко сузились, словно в глаза посветили ярким фонарём, серо-зелёная оболочка налилась кровью, он легко выдрал свои запястья из пальцев Влада и набросился на него, ухватывая руками за горло и сдавливая его. Юноша с визгом повалился на покрытый осколками пол, почувствовав, что в спину словно вонзились тысячи иголочек через ткань футболки, захрипел и закатил глаза.       — Какого чёрта… — прорычал Дима, бешено сверкая глазами, Влад ощущал, как тёплые капельки его крови падают на шею и стекают по ней. Хозяин не душил его, нет, просто крепко держал за горло обеими ладонями. Влад с трудом заставил себя сфокусировать взгляд на его лице. — Ты… Ты не то чёртово отродье, которое я знаю… Что ты такое?! Что?!       Владу стало совсем не по себе. Сказать, что он испугался — значит, не сказать ничего вообще. Что случилось с Димой? Почему он так странно себя ведёт? Неужели обозлился так, что даже помутился рассудком? Слабо верится, но…       — Отпусти… — прохрипел Влад, с трудом заставив свои руки подняться и упереться в плечи Хозяина, чтобы хоть попытаться отстранить его. Но Дима держал его как в железных тисках, он даже не шевельнулся от слабого толчка.       — Только рыпнись мне, — с угрозой заявил Хозяин. — Выпотрошу живьём.       Владу показалось, что его сердце подкатилось к горлу и успешно там застряло, на парня напал кашель, будто душащий изнутри. В жутком сне Дима произнёс ту же самую фразу, точно тем же голосом. Видение начинало сбываться со страшной быстротой.       — Понять не могу… Что-то от тебя такое исходит, а на моего истинного не похож, — задумчиво произнёс Дима, наклонив голову. — Не слушаешься моих указаний, суёшь нос где не надо, вынюхиваешь… Что бы это могло значить, а?       — Ничего я не вынюхиваю, — сдавленно отозвался Влад. — Разве это не нормально, что я просто хочу знать хоть что-то о своём Хозяине?       — Жертва не должна думать и что-то знать. Её единственный удел — слушаться Хозяина и повсюду следовать за ним. А тех, кто не слушается…       Дима наклонился и ткнулся носом в шею парня, Влад сморщился, чувствуя, как бархатный язычок быстро слизнул кровавый подтёк.       — …Надо наказывать, ты согласен? — приглушённо послышалось в ухе. — Ты меня ослушался уже три раза. Достаточно, чтобы свернуть тебе шею прямо здесь и сейчас.       Влад густо сглотнул.       — Но я этого не сделаю. Потому что ты нужен мне живым. Ещё слишком рано тебя убивать. Кстати, хочешь, покажу тебе один свой трюк? Иди-ка сюда, — Дима, прищурившись, ухватил подбородок Жертвы и притянул его вплотную к себе. Горящие серо-зелёные глаза со взглядом бешеной собаки оказались совсем близко. Положив другую руку на затылок парня, чтобы не дать ему отстраниться, и прошептав:       — Не бойся так, больно не будет, — Дима присосался к губам. В ту же секунду Влада будто огрели со всей силы сковородкой по лбу; перед глазами закружилась стая разноцветных бабочек, в районе переносицы запульсировала тупая боль, голова закружилась, тело начало слабеть и бессильно раскинулось на осколках. Рука, державшая плечо Хозяина, медленно опустилась на пол. Дима ухватил окровавленными пальцами одно из запястий, надавил на него, проверяя пульс, опять сощурил глаза и резко подался назад, дав Жертве возможность глотнуть немного воздуха.       — Что… — Влад, с трудом отдышавшись, поглядел на него мутными глазами. Перед ними всё плыло, было почти невозможно сфокусировать взгляд на конкретных вещах. — Что ты сделал.?       — Всего лишь поцеловал тебя, — Дима наклонил голову. — Я ведь энергетический вампир. Только и делаю, что отнимаю у других энергию и поворачиваю её на благо себе. А самый лучший способ передать энергию… Через поцелуй, конечно же, — он вновь наклонился, потираясь носом о кончик носа Жертвы. — Понравилось? Хочешь ещё?       — Не трогай меня! — взвизгнул Влад и с силой боднул его, Дима, охнув от боли, возникшей от столкновения их лбов, отпрянул. — Всё Константин правильно сегодня говорил! Это ты убил своих Жертв, отняв у них предварительно всю энергию! Но со мной такой трюк не пройдёт, понял?! Едва Влад приподнялся на слабых руках, Дима с силой ухватил его за волосы и дёрнул, заставив запрокинуть назад голову.       — Ещё как пройдёт, мой хороший, — прошептал он в ухо, терзая губами мочку, — со всеми прокатывало, отчего ж с тобой не получится? Думаешь, то, что ты «чистый», делает тебя особенным в этом плане? Хрен тебе, пока твои силы не пробудились, ты не опаснее раздавленной мухи и ничего, слышишь, абсолютно ничего не сможешь мне сделать.       — Отвали…от меня, — зло просипел Влад и, подняв руку, ухватил запястье Хозяина, сдавив пальцы на месте длинной раны, заставив кровь выливаться из неё буквально фонтаном. Где-то в глубине закопошились сомнения: что-то не так. Разве обычный человек смог бы столько прожить с артериальным ранением? Да ещё и проявлять такую активность?       И вдруг окружающий мир исчез, сменившись миллионами разноцветных искр и ярких взрывов, закружившихся перед глазами. Со всех сторон окутал холод: Влад чувствовал лишь тоненькое, как сухая веточка, запястье своего Хозяина, которое его пальцы держали мёртвой хваткой. На Жертву нахлынула разом волна незнакомых и малоприятных эмоций, которые были ему чужды. Там была и ненависть ко всему окружающему, и боль, пульсировавшая в разных частях тела, в которых разом словно появились гигантские синяки, и желание стереть с лица земли то, что причиняет тебе эту боль, и какая-то нежность, любовь, чувство необходимости защищать что-то очень дорогое тебе… Такие эмоции появляются, когда наступает тот самый час, в который тебе хочется убить что-то, что ты любишь, просто ради собственного спокойствия, чтобы тебя это больше не мучило… Ужасно…       Сердце, полностью опутанное холодными и злыми чувствами. Почему он так страдает? Что причиняет ему такую боль?       Влад с трудом мог разглядеть в появившейся перед глазами серой дымке изображение худенького темноволосого подростка, сидящего на корточках и с интересом рисующего что-то на сухом песке тоненьким пальчиком. Едва юноша сумел сфокусировать взгляд на пареньке, тот поднял голову, позволив узнать в нём Диму, правда, совершенно не похожего на себя самого, улыбнулся и знакомым ласковым голосом спросил:       — Пробудился, Владик?       Запястье в руке, казавшееся жёстким и напряжённым, вдруг обмякло. Влад с силой тряхнул головой, дымка исчезла, юноша увидел разгромленный кабинет, опустил взгляд и наткнулся на упавшего головой на его колени Диму; создавалось ощущение, что он разом ослабел и потерял сознание. Но отчего?       — Что… Что это было? — Влад растерянно приложил ладонь ко лбу. — Я что, схожу с ума? Что за галлюцинации?..       — …Это твоя магия… — внезапно охрипшим голосом произнёс Дима, с трудом размыкая веки и глядя на Жертву из-под опущенных ресниц. — Магия…       — Так это…и есть та самая способность, которая должна была пробудиться с установлением Связи?.. — неверяще прошептал юноша.       Дима медленно кивнул.       — Сильная… Эмпатия даётся лишь единицам… — слабо ответил он, приподнял руку и коснулся ей лица Влада, проводя самыми кончиками ледяных пальцев по щеке.       — Тебе больно? — Влад прижал к голове ушки и наклонился к нему, стараясь заглянуть в глаза. В них сейчас уже не было той страшной налитости кровью от злости, они лишь немного поблёскивали, искоренив внезапно проснувшуюся в Диме жестокость. — У тебя раны…       — Ерунда, это царапины… Заживут, как на собаке, — Дима с кряхтением опёрся ладонями на пол и сел, встряхивая растрёпанной головой. Убрав с лица длинные спутанные волосы, Хозяин внимательно посмотрел на Влада. — Ты сам-то цел? Не поранился?       — Только чудом, — пробормотал Влад, глядя на валяющиеся под спиной острые куски стекла. — Что на тебя такое нашло, Дим? Ты говорил такие ужасные вещи и чуть было меня не убил…       Дима поморщился, пошарил рукой в груде разорванных бумаг, нашёл сигареты, затянулся и приложил ладонь ко лбу.       — Башка раскалывается, сил нет… Похоже, у меня опять началось обострение, надо срочно показаться врачу, а то опять зайдёт хер знает куда.       — О чём ты? — дёрнулся Влад.       Дима выпустил дым и вновь перевёл взгляд на Жертву. На пухлые губы наползла кривая усмешка.       — Дело в том, что я псих, Владик. Я сумасшедший во всех смыслах этого слова.