Связь

      Дима постарался сохранить спокойный вид, хотя внутри него всё так и загорелось от ярости. Ловкач, однако. Хотя, от Константина иного и не ожидалось, он кого попало себе в Жертвы не выбирает, и не делал этого никогда.       Луис усмехнулся самым краешком рта и сцепил руки в замок за спиной.       — Очень рад наконец-то познакомиться лично, — вполне искренне сказал паренёк. Но чувство этой искренности мгновенно исчезло, как только лёгкая усмешка сменилась злобной улыбкой Чеширского кота. — Знаменитый Дориан Грей, которого все так боятся, как Хозяева, так и Жертвы.       — Право, ты мне льстишь, — сквозь зубы процедил Дима. — Мне до Дориана Грея ещё очень далеко, думаю, я вряд ли смогу когда-нибудь взлететь до такого уровня. Слышал о моей скромной персоне?       — Ну разумеется, — фыркнул Луис. — Влад мне уже все уши про тебя прожужжал. Кстати, ему следовало бы быть осмотрительнее, не самый хороший ход — вот так спокойно выбалтывать все детали о своём Хозяине.       — Всё он тебе не выболтает никогда, — Дима скривился. — Он знает, что ему за это влетит.       — Любой другой Жертве влетело бы и за десятую часть того, что он рассказывает.       — А Владу не попадёт. Я, в отличие от некоторых, не считаю Жертву своей собственностью и не прессую её под себя, — Дима многозначительно посмотрел на Константина и почти с наслаждением увидел, как тот напрягся и сжал руки в кулаки. — И у Владика есть мозги, он сам знает, что можно рассказывать, а что нельзя.       Луис поджал губы.       — Так я тебя и представлял. Слишком высоко, чёрт побери, о себе думаешь.       — Ну, не у всех же самооценка ниже плинтуса, — ядовито ответил Дима, сощурив глаза. — Тем более, у меня есть причины так себя держать. В меня это вбили с четырёхлетнего возраста, с самыми первыми тренировками.       Луис сжал кулаки. Его глаза загорелись красноватым огнём.       — Блять. Всего две минуты общаемся, а ты уже меня бесишь. Со слов Влада мнение было куда лучше.       — Любая Жертва, какой бы она ни была по характеру и как бы себя ни вела, идеализирует своего Хозяина. Поэтому я на твоём месте не особо бы доверял всем этим словам Влада.       Дима сложил руки под грудью.       — И ещё. Наверняка я бешу тебя уже тем, что я на протяжении многих лет был Жертвой Константина, и он возился со мной раз в десять больше, чем с тобой.       Выстрел был наугад, но попал точно в цель. Луис вспыхнул. Даже его уши мигом стали ярко-красными. Дима понял, что попал в больное место, и решил надавить на него ещё посильней. Он подошёл поближе к пареньку и стал медленно ходить вокруг него.       — Хочешь, расскажу тебе много интересненького о твоём драгоценном Хозяине? — вкрадчиво говорил Дима, кривясь. — О его хвалёных тренировках, физических и моральных, которые направлены только на то, чтобы сломать Жертву и сделать её покорной. О том, какие позы он особенно любит. О том, как надо работать языком и губами, чтобы заслужить его благосклонность… О да-а-а, — приложившись почти вплотную к уху Луиса, томно прошептал Дима. — Рассказать?       Не услышав ответа, он отстранился и презрительно фыркнул:       — А хотя, зачем это тебе. Всё равно до его постели ты вряд ли когда-нибудь доберёшься.       Луис рванулся вперёд; сжатый кулак просвистел в двух миллиметрах от скулы Димы. Его спасла тренированная реакция, парень ловко увернулся и отскочил в сторону.       — Ну зачем же сразу до рукоприкладства доходить, — Дима изогнул брови. — В особенности если знаешь, что находишься не в лучшей форме.       — Не смей говорить при мне о таких вещах! — завизжал паренёк и кинулся на него.       — Луис! — рявкнул Константин. — Немедленно прекрати это безобразие, я тебя такому не учил!       — А вы что, его защищаете?! — окончательно взбесился Луис. — Тогда уж тем более с удовольствием ему врежу!       Дима ловко перехватил его руки за запястья и выкрутил их. Луис с визгом оказался в положении заложника, придавленным к чужой груди и с вывернутыми за спину руками.       — Вот дурачок. Послушал бы Хозяина, — почти с сочувствием протянул Дима. — Он ведь очень дельные вещи тебе говорит.       Луис, трясясь от злости, исподлобья посмотрел на своего Хозяина. Константин сжал губы в нитку.       — Дима прав, Луис. Тебе не следует так набрасываться на противника, пока ты не смог полностью оценить его силы. В особенности на такого противника. Ты разве не чувствуешь ауру?       — О чём вы?! — заорал Луис, с силой дёргаясь и пытаясь высвободиться. — Да пусти ты меня уже!       — Зачем? Ты опять драться полезешь, — хмыкнул Дима. — А мне это вообще ни к чему.       — У тебя против Дмитрия ни одного шанса, — критично заявил Константин.       Луис чуть не захлебнулся от негодования.       — Ох уж мне эти детки, — Дима тяжело вздохнул и дёрнул его за руки, притянув ещё ближе к себе и опять почти прижавшись губами к уху. — Похоже, я понял, что тебя реально бесит, Луис. Ты очень хочешь стать Константину ближе, да только зря стараешься, ты нужен ему исключительно в качестве Жертвы для сражений. Более того, Константин практически тебя не ценит, он буквально только что мне сказал, что без лишних сожалений с тобой распрощается и примет меня назад, если я на это соглашусь.       Константин скрипнул зубами.       — Убью! — завизжал Луис, отчаянно трепыхаясь и пытаясь вырваться.       — Гляди-ка, попал, — ухмыльнулся Дима. — Только зря стараешься, мальчик. У Константина за всю его жизнь было огромное количество разных Жертв, но только одна из них была допущена ближе остальных. И это был я. Так ведь, Константин? — он сделал невинное выражение лица и посмотрел на директора.       Тот густо сглотнул и кивнул.       — Вот. Понятно тебе?       Дима резко разжал руки, Луис шарахнулся от него, бросая на парня убийственные взгляды.       — Ох ты. Зыркает-то как, — Дима скривился. — Не выделывайся, я тоже умею злобно на всех глядеть. И гораздо более угрожающе, чем ты.       Луис стиснул зубы и опять сжал кулак. Вокруг его пальцев появилось слабое красноватое свечение.       — Не сметь! — заорал Константин. — Не вздумай начинать бой, Луис! Я же сказал, у тебя против него ни шанса!       — Почему это? — прошипел Луис. — Он ведь тоже Агнец, как и я! Даже не Хозяин, и не Жертва, а нечто в подвешенном состоянии, как он может быть настолько сильнее меня?!       Дима закатил глаза и приложил кончики пальцев ко лбу.       — Ой, дурачок… Что же вы не объясните ему, в чём дело, а, Константин?       Константин встал между ними, разведя в стороны руки.       — Агнец Агнецу рознь. Это всего лишь вид, отличающий их от Хозяина или Жертвы. А между собой они тоже совсем разные.       — Всё равно, способности не могут так уж различаться, — злобно взвизгнул Луис.       — Могут, поверь мне, — устало ответил Константин. — Смирись. С Димой тебе по силе не сравняться никогда.       — Ну, я бы не был столь категоричен, — Дима передёрнул плечами. — Если мальчик будет упорно тренироваться, глядишь — что-нибудь из него и выйдет.       Не обращая внимания на ошарашенных собеседников, Дима прошёл к двери, взялся за ручку, повернул голову и, мило улыбнувшись, сказал:       — Мне пора. Было приятно пообщаться с вами, господа. Ещё увидимся.       И он выскользнул в коридор.       — Вот гад, — топнул Луис. — Я его реально совсем по-другому представлял!       — Увы, такой он и есть на самом деле, — Константин присел за стол и снял очки. — Дьявол. Отлично знает, что красив, и всё время этим пользуется, чтобы ввести в заблуждение.       Луис запрыгнул на край столешницы, притянув к себе коленку, вызывающе обтянутую кожаными брюками.       — И всё же, насчёт способностей… Он и вправду так силён?       Константин помолчал мгновение.       — Дима — в каком-то смысле моё лучшее творение. Скорей всего, если бы его родители тогда не погибли и он не попал ко мне, он бы и не стал тем, кем является сейчас. Стал бы самым обычным Хозяином. Но… Здесь мой косяк, пожалуй. Я сам рассказал Диме о том, что он Агнец и может выбрать, кем ему быть. Но я же не знал, что он вот так взбрыкнёт, заявив, что хочет быть Хозяином, и убежит прочь. Я воспитывал его как свою Жертву, а в итоге породил чудовище, демона в прекрасном обличии.       — Но ведь я тоже выгляжу не так плохо, — Луис надул губы, — и способности у меня хорошие, иначе вы бы меня и не взяли себе в Жертвы.       — Длина спектра излучения твоей крови — всего сорок пять процентов установленной нормы. Это очень даже неплохо, но далеко не из ряда вон, Луис, — Константин нахмурился. — А у Димы этот показатель ещё в детстве, когда я только его нашёл, зашкаливал за семьдесят, и сейчас, думаю, стал только выше, не удивлюсь даже, если он уже давно перевалил за эту самую норму. Ты хоть оцениваешь эту пропасть, которая стоит между его силой и твоей?       Луис угрюмо отстранился. Да уж, действительно, пропасть.       — Всё равно. Даже если у меня нет таких способностей… — Луис потянулся к Хозяину, сев тем самым почти на шпагат, демонстрируя, как может изгибаться и какая у него растяжка. Карие глаза влажно заблестели. — Тренируйте меня, как его, Константин.       — Я уже не практикую тренировки такого вида. Дима был последним моим воспитанником в подобном режиме, — отрезал Константин. — Даже мне это временами казалось слишком жестоким. Дима терпел, хотя иногда и плакал от боли, когда был совсем маленьким, а я в ответ только ещё сильнее лупил его плетью. Результат ты только что видел.       — Результат — превращение в холодную и бесчувственную сволочь, — Луис сжал губы. — Я готов. Разве вы сами не хотите сокрушить своего бывшего ученика, Константин? Подходит время появления избранной пары, и мы с ними невольно будем конкурентами в борьбе за власть. Если вы меня не натренируете, эта отличная возможность проплывёт мимо носа.       Константин осёкся.       — Что ж, в этом ты, пожалуй, прав, — кивнул он. — В таком случае тебе следует быть готовым к очень жёсткому режиму и постоянной боли.       — Я готов, — повторил Луис и облизал губы.       Константин ухмыльнулся. Как раз предоставится идеальная возможность проверить, какая же пара окажется сильнее — Агнец в виде Хозяина с «чистой» Жертвой, или же один из Высших Хозяев с Агнецом в виде Жертвы. Редкое сочетание.       — А этому уроду я всё равно обязательно врежу, — мстительно пообещал Луис, похрустывая суставами.       Миновав по-прежнему увлечённо разгадывающего кроссворд охранника, Дима вышел из здания школы и направился к воротам. Да уж, мама-актриса могла бы сегодня им гордиться. Похоже, ни у Луиса, ни у Константина не возникло никаких подозрений в его поведении. И они не поняли, что Дима только храбрится, а на самом деле он очень напуган, и если бы сейчас начался бой, вряд ли бы смог одержать верх, при таком разладе с самим собой.       — М-да… Везёт же Константину на Агнецов… Этот хоть и слабенький, а всё равно та ещё заноза в жопе.       Притормозив, Дима вытащил из кармана пачку с сигаретами, выудил тоненькую цигарку, пощёлкал зажигалкой и раздражённо втянул в себя едкий дым.       — Так. Надо бы мне убраться отсюда побыстрее. Не хочу, чтобы Влад узнал, что я был здесь. Он и так слишком болезненно на всё реагирует, а известие о том, что я Агнец, которого он вчера даже со слов испугался, его добьёт.       Острый слух вдруг уловил знакомый противный свист. Дима, не оборачиваясь, поднял руку, вытянув пальцы. Через секунду точно в щель между указательным и средним влетел маленький перочинный ножик; от такого резкого торможения лезвие звякнуло и по инерции стало покачиваться.       — Ножик в спину? Как подло, — Дима поймал трофей всей ладонью, сжал рукоятку и медленно развернулся. На первой ступеньке крыльца, стиснув руки в кулаки, стоял Луис. В незастёгнутой короткой кожаной куртке, модной, но слишком холодной для зимы, с горящими от ярости красным светом глазами и развевающимися тёмными волосами — он вдруг напомнил Диме самого себя во время побега от Константина.       — Предупреждал же, не пытайся меня обмануть, всё равно не получится.       Дима подкинул ножик.       — Лёгкий. Швырять такой и попадать в цель надо уметь. Что явно не твой случай. Спорим, что если я сейчас кину его в тебя — попаду, прям точнёхонько между бровями?       — У тебя смелости не хватит.       — Это у тебя её не хватает, Луис. Константин, конечно, мразь, но он не подлый, и не учит этому своих воспитанников. Более того — он категорически против подобного.       Луис сдвинул брови.       — Может, хватит тебе уже пытаться на меня напасть? Послушай Хозяина, — сочувственно проговорил Дима.       — У меня есть право самому решать, на кого мне нападать, а на кого нет, — Луис усмехнулся. — В этом плане Константин меня не ограничивает.       — Охо-хо. Тяжело с тобой придётся. Хоть инстинкты бы свои включил.       — Они включены. И говорят мне об опасности, — Луис упёр руки в бока. — Но я не отступлю. Не прощу себе, если преклонюсь перед кем-то вроде тебя.       Дима снял линзу. Красный глаз загорелся, в нём засветился белым светом контур печати.       — Эх, не люблю я ввязываться в такие дела, когда нет крайности. Но ты меня уже серьёзно достал, приятель. Ну-ка, подойди сюда.       Тёмно-коричневая радужная оболочка обвелась красным ободком.       — Что это?.. — испуганно прошептал Луис, побледнев и нервно озираясь по сторонам. — Не могу двигаться…       Дима ухмыльнулся.       — Всё-таки никто не смог придумать нечто, способное этому противостоять.       Лоб Луиса покрылся мелкими капельками, он медленно направился к Диме. Покачиваясь, как во сне, походкой зомби.       — Что ты со мной сделал?! — уже без злости вскрикнул Луис. — Почему я не могу себя контролировать?!       — Я же предупреждал — послушай Константина. Это одно из моих умений. И лишь малая часть всего, что я могу сделать с обидчиком.       Когда Луис оказался достаточно близко, Дима ухватил его за волосы и притянул к себе вплотную. Юноша испуганно смотрел на его лицо, чувствуя, как к горлу поднимается липкий ком страха. Глаза, казавшиеся сероватыми, сейчас горели сумасшедшим ярко-зелёным огнём и больше всего походили на очи бешеной собаки, которая выбирает, кого бы ей укусить.       «Что это? Я чувствую какую-то ужасную силу… Что-то незнакомое…»       — Ай! — он вскрикнул, когда Дима сильно дёрнул его за длинные волосы, заставив запрокинуть назад голову. Горячее дыхание ощущалось на горле в районе кадыка. Луис густо сглотнул. Он кожей ощущал, как Дима ухмыляется, похоже, собираясь вонзить зубы в шею, как вампир.       «Мои инстинкты продолжают вопить мне об опасности и приказывают бежать со всех ног, отступив от принципов. Почему мне так страшно? Насколько же опасный враг — этот Дориан Грей?»       — Знаешь, Луис… Мы с тобой ведь похожи, несмотря на ту пропасть, что стоит между нами. Все Агнецы схожи между собой. У них всех тёмные волосы и необычный цвет глаз, как результат мутаций. Я не хотел бы сражаться против тебя. Но ты меня вынуждаешь это делать. Скажи-ка… — Дима легонько прихватил нежную кожу, вырвав ещё один вскрик. -…Я попал в точку, и у тебя с Константином ещё ничего не было?..       Смуглые щёки окрасились нежным румянцем.       — Не твоё…дело… — прохрипел Луис, жмурясь.       — Уже моё, дружок. Раз уж ты сегодня так удачно вмешался в наш с Константином милый непринуждённый разговор.       Ледяная рука цепко сомкнулась на бедре, собирая в складки кожаную куртку. Ситуация явно выходила из-под контроля. А Луис по-прежнему не мог даже лишнего движения сделать — его продолжала держать какая-то неведомая сила.       — В следующий раз подумаешь, прежде чем мешать взрослым.       Дима вытянул шею и почти прижался губами к уху, обжигая его горячим дыханием.       — Хочешь, я покажу тебе, что это такое — быть в безграничной власти Хозяина? — жарко прошептал он.       — Пусти! — слабо взвизгнул Луис. — Тебе что, Влада мало?       — А при чём тут Влад? — Дима хмыкнул. — Влад — это совсем другое. В данный момент меня очень волнует то, что вы с ним так якобы сдружились. Что-то мне подсказывает, что ты, такая мелкая сволочь, можешь заманить его в змеиную яму. В лапы Константина или ещё куда похуже. Я всего лишь хочу убедиться, что ты не доставишь Владику хлопот. И мне заодно.       — Да нет у меня в планах устраивать Владу неприятности, — просипел Луис. — Я считаю его своим другом…       — Да что ты говоришь.       Дима рывком притянул его к себе вплотную. Свирепо сверкнул глазами.       — Сделаю вид, что поверил. Но мне нужны гарантии. И, думаю, я их получу. Заодно и стукну Константина побольнее, а то так достало уже рыпаться и судорожно пытаться найти, куда бы его ударить.       Он выпустил Луиса, но буквально на секунду, чтобы посильнее сжать пальцы на его талии. Тот поморщился — от такой хватки синяки останутся, тонкая курточка от них совсем не спасёт.       — Имей в виду, приятель, — голос Димы потерял издевательские нотки и стал звучать по-настоящему угрожающе. От такой интонации по коже побежал холодок. — Один шаг в сторону, откуда можно нанести Владику вред — и я тебя прикончу.       — Как будто обычные ранения могут убить Агнеца, — Луис скривился, попытавшись вернуть остатки былой смелости. — Знаешь небось, что мы как вампиры — мало на свете такого оружия, которое могло бы нас серьёзно ранить.       — А кто говорил про «убить»? — Дима оскалился. Луис вздрогнул. — Обычная смерть будет для тебя слишком простым выходом, дружок. Не-е-ет, умирать будешь очень долго и мучительно. Константин обучил меня навыкам пыток, которые могут заставить рыдать от боли даже камни, уж поверь.       — Ты серьёзно думаешь, что меня напугают эти твои угрозы? — Луис изо всех сил пытался сохранить остатки самообладания, на губах появилась жалкая ухмылка.       — Мне нахер не надо тебя пугать, ты и так боишься. Смотри, дрожишь весь…зрачки расширенные…кожа стала такого приятного синего цвета…       Холодные пальцы пробежались по лицу, Луис дёрнулся и отвернул в сторону голову.       — Вот видишь. Ты даже посмотреть на меня лишний раз боишься. Я же Дориан Грей, редкостный подонок, верно? — Дима, усмехнувшись, убрал руку. Пустой красный глаз угрожающе светился. — Если что, я поступлю с тобой так же, как с моими прошлыми Жертвами. Утащу тебя в страшный подвал с красным полом и чёрными стенами, где никакой Константин тебя не найдёт… Свяжу в такой позе, что ты уже спустя пару минут начнёшь кричать, чтобы тебя лучше убили…       Он опять наклонился к юноше, касаясь губами мочки его уха.       — Располосую твою гладенькую спинку плетью, а потом и ножом, изуродую, места живого от рубцов не оставлю. Сделаю тебя красным от крови. Ты сам, лично будешь наблюдать, как я медленно, по одному, отрезаю тебе пальцы на руках. Разорву тебе все половые органы, как сделал со мной в своё время Константин.       У Луиса едва не подкосились ноги. Стало ужасно страшно уже с одной интонации, с которой были произнесены все эти слова.       — Замучаю тебя до такого состояния, что ты сможешь только чуть слышно молить о смерти. В конце концов мне надоест слушать этот твой писк, и я вырву тебе язык. С корнем. Высосу из тебя все силы, повернув их на пользу собственной молодости, оставлю лишь сморщенную оболочку, — Дима, ухмыляясь, шептал ему в ухо, наблюдая за тем, как белеет, а потом и зеленеет кожа Луиса, — а потом выкину, как ненужный хлам.       Едва он разжал руку, Луис чуть слышно всхлипнул и бессильно осел на землю.       Дима вытащил из кармана маленькую коробочку, достал оттуда линзу и вставил её в правый глаз.       — И всё вышеперечисленное я обязательно с тобой сделаю, если посмеешь Влада хоть пальцем тронуть или натравить на него своего Хозяина. Ты меня понял?       — Понял, — еле слышно прошептал Луис.       Дима зло сощурил глаза.       — Вот и славно. А теперь убирайся с глаз моих. И на будущее тебе: кидать нож в спину даже врагам — это подло и грязно, совершенно не подобает воспитанной приличной Жертве.       Луис помутневшим взглядом смотрел вслед стройной фигуре.       — Константин прав. Он настоящий дьявол, — чуть слышно прошептал юноша, с трудом вставая и отступая на несколько шагов назад. — У меня и вправду никаких шансов против него… По крайней мере, пока…       Из школы донёсся пронзительный звонок. Аллея мгновенно наполнилась толпой выбегавших из здания ребят. Луис отошёл чуть в сторону и принялся внимательно наблюдать за Димой. Тот встал возле ворот, облокотившись на свою машину, и закурил. Казался спокойным, как статуя.       Спустя пару минут к нему подбежал Влад. Почти с разбегу бросился на шею Хозяина, прижимаясь к нему и тянясь за поцелуем. Дима приобнял его в ответ и стал гладить свободной рукой по растрёпанным русым волосам. Его лицо мгновенно потеряло всякую жестокость, на губах появилась нежная улыбка. Поплотнее придавив к себе Жертву, Дима поднял глаза. Взгляд упёрся прямо в Луиса. И если бы глазами можно было убивать — на месте юноши бы даже кучки пепла не осталось.       «До чего же он двуличный, — промелькнуло в голове Луиса. — Как он только может быть такой сукой с окружающими, и настолько нежным со своей Жертвой?»       Дима отвёл глаза, обхватил ладонями лицо Влада и поцеловал. Мягко потёр пальцами пушистые ушки. После чего что-то сказал Жертве, тот кивнул и, отлепившись от парня, полез в машину. Дима захлопнул за ним пассажирскую дверь. Напоследок он ещё разок поглядел на Луиса испепеляющим взглядом и скрылся в затонированном салоне.       Луис, еле перебирая каменно-тяжёлыми ногами, побрёл обратно в школу.       — Ой, как плохо… Если Константин меня не натренирует, я действительно не смогу даже слегка приблизиться к его способностям, — прошептал юноша, обхватив себя рукой за плечо. — Даже не верю, что он Агнец. Такое ощущение, что он и не человек вовсе… Или же он реально какой-то психопат. Ну ничего… Я ни за что не отступлю. Всю жизнь себе не прощу, если склонюсь перед кем-то вроде такой твари…       Облизанная и покусанная шея полыхала огнём. Было отвратительно ощущать на себе такие отметки от постороннего человека. Скрипнув зубами, Луис прикрыл горло воротником. Нельзя Константину этого видеть. Хорошо, что Связь ещё не вошла в ту стадию, когда её составляющие все свои ощущения делят пополам. Никому не следует знать о том, как бешено колотится сейчас у юноши сердце. Впереди война. И её не избежать.