Связь

      Морозный ветерок проникал в комнату через приоткрытую форточку и колыхал лёгкий полупрозрачный тюль занавесок, принося с собой желанную прохладу и свежесть. Совсем не яркий сероватый свет пасмурного зимнего утра медленно, но верно растекался по всей спальне. Потихоньку он приближался и к постели, стоящей у стены в глубине помещения. Хотя даже в предрассветных сумерках можно было разглядеть лежащего на ней юношу. Он спал крепко, свернувшись в клубочек, как маленький зверёк, и завернувшись в одеяло на манер гусеницы-шелкопряда. Короткие светлые волосы разметались по подушке, длинные ресницы подрагивали. Огромные полупрозрачные ушки с белым пушком прижались к голове, время от времени дёргаясь, стараясь уловить посторонние звуки. Но эти самые звуки были слишком слабы, чтобы разбудить его сейчас. Влад спал слишком сладко и крепко. Впервые за долгое время его сон не был омрачен тяжёлыми видениями.       Тихонько вошедший в комнату Дима, не выдержав, улыбнулся при виде такого милого зрелища, приблизился к окну, прикрыл форточку, поплотнее задвинул колыхающиеся занавески, чтобы свет не разбудил Жертву, и присел на кровать. Пальцы с длинными чёрными ногтями самыми подушечками, стараясь не царапать, пробежались по лицу, начав от виска и остановившись на уголке губ. Он снова здесь, так близко. И с ним всё хорошо. Константин, похоже, попросту не успел причинить ему вреда, если даже и хотел. Но даже самому Диме не удалось точно рассчитать время своего пробуждения, он думал, что пробудет в анабиозе куда дольше. Он просто почувствовал, что Жертва в опасности. Удивлялся сам себе. В его понимании все эти процессы с возрождением проходили куда более тяжело и длительно.       Ощутив прохладу его кожи, коснувшейся лица, Влад чуть-чуть разомкнул веки. На мгновение сонно зажмурился, не привыкнув к свету, потом опять приоткрыл мутноватые глаза. На губах возникла слабая улыбка. На голубой радужной оболочке заплясали многочисленные блики.       — Димка… — во взгляде словно зажглись яркие звёздочки. Влад медленно, с видимым трудом перевернулся на спину, потом на другой бок и уставился на Хозяина всё с тем же безмятежно счастливым выражением лица. Ушки смешно дёргались.       Дима вновь мягко улыбнулся. Его длинные золотистые волосы, рассыпанные по плечам, и белая кожа сейчас, казалось, сами по себе, без всякой магии испускали какое-то чудесное сияние. Красный глаз зачем-то был закрыт марлевой повязкой.       — Доброе утро, — Влад приподнялся на локте и, вытянув шею, поцеловал его в губы. Нежно прихватил сначала верхнюю, потом нижнюю, обхватил за плечи и потянул к себе.       — Доброе, родной, — мягко ответил Дима, поглаживая его за ушком. Влад даже заурчал от удовольствия. Как ему этого не хватало. — Рано ты сегодня проснулся. Я думал, что ты весь день проспишь. Разве трансформация в Ренара не отнимает у тебя много сил?       — Отнимает. Я сейчас даже моргаю с трудом, — Влад смущённо потупил взгляд. — Проснуться-то проснулся, а вот сумею ли встать — ещё вопрос.       — Сегодня, думаю, это и не понадобится. Давай приходи в себя, пока время есть. Твои силы нам очень скоро понадобятся.       От поцелуя в лоб щёки юноши вспыхнули милым розовым румянцем, ушки опять прижались к голове.       — А…Где мы сейчас? — тихонько спросил Влад, шаря взглядом по сторонам и отмечая, что обстановка совершенно ему не знакома. Большая квадратная комната, обставленная дорогой, явно сделанной на заказ, обитой бархатом мебелью, оформленная в бело-серых тонах, даже узорчатый паркет на полу имел белый оттенок, большие окна, закрытые лёгкими полупрозрачными занавесками.       — В моём загородном доме, — пояснил Дима. — В городской квартире сейчас оставаться слишком опасно. Сам, наверное, понимаешь. Она будет первым местом, куда рванут эти упыри, узнав от Константина о сильной паре. Высшие будут нас искать, а наша с тобой задача — как можно больше им в этом мешать.       — Играть с ними в прятки, иными словами? — Влад тихонько хихикнул и зарылся лицом в его шею.       — Именно.       Они оба рассмеялись. Обхватив Хозяина обеими руками, Влад с силой дёрнул его на себя. Дима упал ему на грудь, почти ткнувшись губами в губы. Легонько поморщился, а потом без всякой злости, но укоризненно сказал:       — Осторожнее, дурачок… Мне же больно.       Взгляд Влада проскользнул по его телу вниз. Несколько пуговиц на просторной белой рубашке расстегнулись, на бледной коже был хорошо заметен шрам на груди, чуть повыше рёбер. Он явно затягивался сам по себе, без всяких лекарств, мазей и швов. Но у него это не очень красиво получалось, от такого ранения наверняка всё же останется уродливый рубец.       — Прости. Я забыл, — виновато прошептал Влад, опуская ресницы. Подавшись немного вперёд, он носом отвернул шёлковую ткань рубашки и стал целовать повреждённое местечко. Осторожно, стараясь не причинить лишней боли.       — В целом мне на Константина наплевать, но за это я его убью, — Влад поднял глаза на Хозяина, сталкиваясь с его спокойным взглядом. Дима недоуменно вскинул брови. И юноша, чуть улыбнувшись, добавил: — Этот шрам портит весь вид твоей прекрасной кожи.       — Он скоро заживёт, Владик. Даже следа не останется, — Дима покачал головой. — Ты ещё не видел, какие шрамы у меня до этого зарастали. Этот по сравнению с ними просто царапинка.       — Ничего так царапинка. Тебя кинжалом насквозь проткнули, — Влад опять прижался к рубцу губами и закрыл глаза. — Тебе было больно?       — Нет. Я вообще ничего не почувствовал. Как и в предыдущие разы. Хоть ты и пробудил во мне некоторые чувства, окончательно живым существом я пока что не стал.       — Хватит тебе уже прибедняться. Ты живой. И всегда был живым. А сейчас так и вообще… У тебя всегда была такая ледяная кожа, а сейчас тёплая стала…       Прижав его до невозможности близко к себе, Влад рукой принялся убирать с бледного лица золотистые волосы. Они казались настолько мягкими и шелковистыми, что хотелось постоянно гладить их и пропускать сквозь пальцы. Скользнув по щеке ладонью, он попытался отодвинуть толстую марлевую повязку, которая закрывала второй глаз Димы. Но Хозяин вдруг ловко перехватил его руку, сплетя их пальцы и отведя её чуть в сторону.       — Не трогай её.       — Почему? — удивился Влад, опуская ушки. — Хочу посмотреть тебе в глаза.       — У меня большие проблемы с этим глазом. Даже я сам не знаю, чем может аукнуться то, что ты просто в него посмотришь, — твёрдо ответил Дима, продолжая крепко держать его пальцы и не давать им двигаться.       — Так я же его уже видел вчера, когда ты появился, — Влад недоуменно наклонил голову. — И вроде ничего такого смертельного не произошло. Ну был он красный такой и без зрачка, и в чём проблема?       — Это одно из моих главных орудий, Влад. Тоже часть древней магии, определённое умение, и оно очень опасно, с ним стоит обращаться крайне осторожно.       — Он стал красным, когда ты воскрес? Способность возникла вместе с умением управлять чёрной магией? — глаза Влада загорелись, вопросы посыпались уже сами собой. Именно сейчас ему вдруг стало понятно, что Константин был прав, и Влад практически ничего не знает о своём Хозяине, которого так любит. Он очень надеялся, что у Димы сейчас попросту не хватит сил на злобу и попытки задушить слишком любопытную Жертву.       — Нет. Он у меня такой лет, наверное, с десяти. Точно не засекал, когда эта штука начала проявляться, — Дима тяжело вздохнул. — И одно время глаз становился таким только во время использования самого умения, однако в конце концов эта магия вышла из-под контроля, и глаз остался красным навсегда.       — Но ведь совсем недавно у тебя были самые обычные глаза, — удивлённо пробормотал Влад. — Я же помню… Постоянно смотрел тебе в глаза и даже признака малейшей красноты в этом не видел.       — Я носил специальную линзу, которая не допускала бесконтрольного использования этого умения, — пояснил Дима и потрогал повязку. — Но когда Константин меня якобы убил, я очень неудачно упал, и линза повредилась. А чтобы сделать новую, нужно время. Вот я и замотал его бинтом. Временно, чтобы элементарно не навредить ни тебе, ни кому-либо ещё.       — Ну покажи, — Влад сделал умильную мордочку, опять прижав к голове огромные ушки. — Ты ведь обещал не сделать мне ничего плохого, верно? Значит, контролируешь себя, и от взгляда на твой глаз ничего страшного со мной не случится!       — В том-то и беда, что я его не контролирую, Влад.       Дима отвёл в сторону глаза. Его губы на мгновение сжались в нитку.       — После всего, что между нами было, ты всё ещё не доверяешь мне полностью? — Влад поставил брови домиком. — Болезненный пинок по моему самолюбию!       — Доверяю, родной… Доверяю, — Хозяин, опустив ресницы, прижался губами ко лбу. — Просто это действительно опасно, Влад.       — Ну покажи-и-и! — заныл юноша, округляя глаза. — Ничего такого уж ужасного не случится!       Дима тяжело вздохнул.       — Я тебе уже говорил, что ты слишком любопытный. Однажды это тебя погубит.       — А мне кажется, что меня теперь вообще уже вряд ли сможет что-то погубить, — Влад хихикнул.       — Ошибаешься. В этом мире полно опасных вещей, о которых ты даже не подозреваешь, — Дима покачал головой. — Впрочем, ладно. Всё равно ты ведь от меня не отстанешь.       Хозяин сел на колени, запустил ладонь под бинт и потянул его. Повязка соскользнула с лица, и Дима сразу же опустил глаза, стараясь не сталкиваться с парнем взглядом. Влад растерянно глядел на Хозяина. Этот глаз выглядел так, как будто Дима слеп на него; пустая радужная оболочка словно была затянута каким-то дымом изнутри. В том месте, где у нормальных людей зрачок, цвет был более тёмным и насыщенным.       — Глаз как глаз, — пробормотал Влад, наклонив голову.       — Уверен?       На красной поверхности вдруг вспыхнул белым светом контур печати, месяц, обведённый в круг. Дима живо приложил к глазу руку.       — Это очень грязный приём. При помощи силы, которая находится в этом глазу, я могу загипнотизировать любого человека и заставить его сделать всё, что угодно. Раньше мне нужно было направить в это русло все свои самые сильные эмоции, чтобы способность сработала, а теперь достаточно просто поглядеть человеку в глаза и мельком бросить нечто, хотя бы отдалённо смахивающее на приказ.       — И что, нет никаких стоп-кранов? — Влад распахнул глаза. — Ты можешь так отдать любое указание, и попавший под руку человек его выполнит? Даже если это дело совсем не в его стиле?       — Ну, как сказать… — Дима медленно моргнул. — Там есть несколько факторов, которые могут препятствовать выполнению приказа, но в общем и целом — да, ограничителей очень мало. Особенно когда эта магия выходит из-под контроля, как в моём случае. Если, например, я сейчас посмотрю на тебя и прикажу убить меня, ты это сделаешь.       Печать загорелась ещё ярче, превратившись в ослепительную вспышку, Дима вскрикнул и сжал пальцы, стараясь закрыть глаз. Влад непонимающе хлопал ресницами.       — Вот видишь? — горестно спросил Дима, глянув на Жертву вторым глазом. — Я даже не приказал, просто привёл пример, а она уже рвётся подчинить кого-нибудь! Когда эта магия выходит из-под контроля, она становится смертельной. Понимаешь теперь, почему это опасно? Я какое-нибудь слово вроде «убить» просто употребил в разговоре — а в итоге сделал кого-то убийцей.       — Да мне как-то наплевать. Я не боюсь. Я в любом случае готов выполнить всё, что ты мне прикажешь. С этой силой или без неё.       Влад обнял его обеими руками и опять притянул к себе. Сжав тонкие пальцы, отвёл руку в сторону. Уставился напрямую в опять ставший пустым глаз.       — Опять ты говоришь подобное, — устало отозвался Дима. — Сколько мне ещё тебя учить не бросаться словами, в которых не уверен?       — Я уверен, — Влад сверкнул глазами. — Вот сейчас я точно уверен. И ты это понимаешь.       — То, что в тебе пробудился «акума» — не повод храбриться и обещать горы свернуть, — Дима поджал губы. — Чем стучать кулаками в грудь и лететь на врага с шашкой наголо, временами лучше проявить осторожность и не нападать. Пойми, Влад, это не шутки.       — Я понял, что это не шутки, ещё тогда, когда ты якобы умер, — обиженно ответил Влад.       — Эта «якобы смерть» была необходимой мерой, — Дима чуть прищурил глаза. — И ей было несколько причин. Во-первых, гангрена, которая продолжала разрастаться, уже начала причинять мне немалый дискомфорт, и следовало как-то с ней разобраться, пока тело, которое я столько времени огромными усилиями поддерживал, не сгнило полностью. Риска практически не было, я хорошо знал, что Константин очень плохой колдун в таких вещах и не сможет должным образом зачаровать кинжал, поэтому и решился на такое. Если ты сейчас используешь свою эмпатию, ты увидишь, что душившая меня чернота немного развеялась, хоть и не полностью. Во-вторых, я хотел деморализовать Константина и Высших. Представляю их вытянувшиеся рожи, когда Константин сначала привёз им моё мёртвое тело, а потом потенциальный труп встал на ноги и преспокойно пошёл гулять по зданию и всех убивать при помощи чёрной магии, — Дима прыснул со смеху. — А в-третьих, я рассчитывал неожиданно появиться на поле боя и разобраться с Константином, чтобы остальные Высшие не узнали о том, что я жив, и мы с тобой могли преспокойно скрыться куда-нибудь подальше от всей этой грязи. Но, как известно, писали на бумаге, да забыли про овраги, а по ним потом ходить… И дело вышло боком.       Влад прикусил губу. Вспомнил, как рвал Константину горло и почти что уже его убил, но тот оказался на редкость живучим и не только не умер, но и сумел выпустить в бешеного духа лисицы огненный залп.       — Я виноват. Замешкался и не догрыз этого гада.       — Ты тут ни при чём. В любом случае ведь сделал всё, что мог, — Дима погладил его по голове и легонько почесал за ушком. — Да и ситуация не такая уж критичная. Подумаешь, придётся просто убить на пару-тройку отморозков больше, чем я рассчитывал сначала.       — Убить?       У Влада в горле встал тугой липкий ком.       — Ну да, — Дима вскинул брови. — А ты что думал?       — Ну… Мне казалось, что ты можешь как-то иначе их обезвредить, — пробормотал Влад. Его лицо побледнело, ушки затрепетали. — Убивать — это слишком…       Дима нахмурился.       — Влад, тебе терять нечего. У тебя руки уже в любом случае по локоть в крови, а уж у меня и подавно, если взять всю кровь, которую люди пролили по моей вине, я в ней плавать смогу, как в озере. А ты ведь убил Луиса, и замарался этим.       Влад вспыхнул:       — Я мстил за своего Хозяина!       — Похвально, но из песни слов не выкинешь. Теперь ты убийца. Такой же, как я.       Дима выпрямил спину, исподлобья глядя на испуганную Жертву.       — А значит, на поле боя без кровопролития не обойдётся. Впрочем, даже если бы ты не убил того парнишку, всё равно бы пришлось биться не на жизнь, а на смерть.       — Но это бесчеловечно! — глаза юноши влажно заблестели. — Так не должно быть!       — Наш мир крайне жесток, ты разве ещё не понял? — мрачно проговорил Дима. — В нём выживают только сильнейшие. А всех слабых без всякой жалости поедают. А уж когда мир переходит в состояние войны между избранной парой и Высшими, кроме этой самой жестокости в людях не остаётся ничего. Либо ты их, либо они тебя. Третьего не дано. И если хочешь выжить, придётся идти к свету по трупам.       — Избранная пара… Ты всё-таки считаешь, что в этот раз ей являемся мы? — растерянно спросил Влад.       — Мне на это плевать, меня не интересуют всякие байки, которые Высшие себе придумывают, а потом сами же трясутся от них, — зло ответил Дима.       Влад припомнил рассказ Луиса об избранной паре.       — Но вообще-то, если принять эту историю за чистую монету, то всё очень даже сходится, — рассудительно сказал юноша. — Смотри. Огромная разница в возрасте, необычайно красивый и сильный Хозяин, который является Агнецом, принявшим эту сторону, «чистая» Жертва-Ренар…       — Уже первых двух фактов вполне достаточно, чтобы Высшие перепугались до усрачки и сделали всё, чтобы избавиться от такой парочки, — фыркнул Дима. — Тут я с тобой согласен, многие факторы совпадают. Скорее всего, Константин на это и надавит в первую очередь, когда станет обо всём им докладывать.       — Там остались самые опасные, да? — тревожно спросил Влад. — Ты вчера уничтожил только слабое звено?       — Можно и так сказать. Поэтому мы сейчас здесь, а не в Москве, в городе эти упыри, которые везде могут влезть, нас живо найдут, — Дима наклонил голову, — а здесь почти без шансов. Я не первый раз использую этот дом как убежище, о нём ни одна живая душа не знает, участок куплен по поддельным документам и стоит вдали от населённых пунктов. Мы с тобой сейчас у Высших как бельмо на глазу, а воевать сразу нельзя, надо хоть немного вернуть силы.       — Но ведь рано или поздно они всё равно до нас доберутся, — Влад густо сглотнул. — Мы же не сможем отсиживаться здесь вечно…       — Как будто мы собираемся. Пары дней на восстановление сил хватит, а потом ударим по ним первыми, не дожидаясь, пока они нас разыщут, — Дима усмехнулся краешком рта, обнажив один длинный белый клык. — К тому же, есть там помимо Константина ещё пара личностей, с которыми мне бы очень хотелось поквитаться.       Влад густо сглотнул.       — Ты так уверен, что у нас получится их разгромить?       — Нет, — равнодушно ответил Дима. — Но этот план — единственный.       Влад обнял Хозяина и прижал его к своей груди.       — Ты всегда знаешь, что делаешь…       — Не всегда, — Дима вдруг глянул прямо ему в лицо игриво блестящими глазами. Даже красный сейчас не казался таким пустым и страшным. Влад недоуменно вскинул брови. — Когда я в первый раз поддавался тебе в постели и даже позволил руки себе связать — я не до конца знал, что делаю.       Тихий смех обоих немедленно перешёл в поцелуй. Тишина и непривычное ощущение полнейшего единения щекотали душу. Приложившись к груди Влада и сдавив коленями его бёдра, Дима рукой нащупал край одеяла, ухватил его и отшвырнул подальше. После чего крепко обхватил Жертву обеими руками и потянул в сторону, шлёпнувшись на прогнувшийся матрас и оказавшись придавленным к постели мускулистым телом. Дима чуть слышно всхлипнул от боли, пронзившей сквозную рану от резкого движения. Что бы он ни говорил Владу, этот шрам ещё долго будет причинять ему дискомфорт, ведь он нанесён платиновым кинжалом, а это оружие даже без должного колдовства очень сильно повреждает кожу Агнеца. Чувствуя, как Влад жадно припал к покусанным губам, стараясь зализать каждую малозаметную ранку, Хозяин прикрыл глаза и почти наугад подался вперёд, словно не желая больше прерывать этого прикосновения ни на секунду. Влад и сам тихонько поскуливал, раз за разом всё более всё более яростно припадая к его рту. Одного дня хватило, чтобы понять, насколько крепко судьба их связала. И теперь было так страшно даже представить, что Дима в какой-то момент опять попросту исчезнет, испарится. Здесь дело уже даже не в Связи, нет. Кое-что куда более сильное. Чувство. Любовь.       Сильно прижав к себе пытающегося слабо сопротивляться такому мощному напору Хозяина, Влад жадно ласкал и вылизывал каждый миллиметр такого желанного тела. Невольно последовав его примеру и начав опять же от бьющейся синей жилочки на бледной шее, провёл кончиком языка по нежной коже вниз, до ключицы, легонько покусал остро выступающую косточку, оставив на ней ярко-красные круглые следы от зубов, которые заживут и исчезнут ещё крайне нескоро, сжал ладонями бёдра, бережно облизнул тёмно-розовую полоску шрама и обхватил припухшими губами уже каменно-твёрдый сосок, с силой втягивая его и зажимая на некоторое время. Рёбра Димы ходили ходуном, Хозяин хрипло стонал, прогибаясь дугой, поддаваясь прикосновениям своего партнёра, шумно вдыхал воздух через рот, раздувая этим самым не справляющиеся с работой лёгкие практически до разрыва. А Влада эти звуки только сильнее раззадоривали. Добившись того, чтобы чувствительная точка стала пунцовой и сильно укусив её напоследок, Влад быстро переместился к левому соску, проделывая с ним те же самые манипуляции. Юноша мгновенно ощутил, как бьётся в грудной клетке сердце; колотится, как перепуганная птица, того и гляди, кажется, без всяких усилий проломит рёбра и вылетит на свободу. В этот раз Влад не стал растягивать пытку, сразу на пару мгновений с силой сжал зубами твёрдый комочек плоти, выдавив сдавленный выдох боли у своего Хозяина, и продолжил движение по его телу. Тщательно вылизал впалый живот, запустив язык в ямочку пупка, поцеловал внутреннюю часть бёдер и приподнялся на локтях, дёргая ушками и наблюдая за итогом своих действий. Дима дрожал, глядя на него влажно блестящими разными глазами. Его щёки пламенели огнём. Куча засосов на светлой коже, практически без промежутков, блестящий облизанный покров на животе, и главный венец стараний его Жертвы — красивый напряжённый член, уже весь влажный от перевозбуждения и настойчиво требующий к себе внимания.       По-прежнему смущаясь пристального взгляда голубых глаз, Дима зажмурился, на ощупь нашёл лежащую рядом подушку и закрыл ей лицо. Влад улыбнулся. Вот и верь после подобного действия, что этот парень вполне может уничтожить тебя одним только испепеляющим взглядом.       — Ну хватит тебе. Не закрывайся, я хочу видеть твоё лицо.       Накрыв ладонью тонкую кисть, Влад попытался отодвинуть её вместе с подушкой, но Дима только сильнее придавил к лицу мешок с пухом и неразборчиво пробубнил из-под него:       — Ни за что!.. Я стесняюсь.       — Никто кроме меня не смотрит, Дим.       Влад наклонился и приложился губами к его ладони, всё ещё пытаясь заставить её убраться в сторону.       — Не-е-ет… Ты не понима-а-аешь, — голос Димы сейчас походил на голос капризного аристократа из какого-нибудь псевдостаринного фильма. — Не в этом проблема…       — А в чём же? — хихикнул Влад, покрывая поцелуями его кисть. — Ты и в первый раз точно так же себя вёл.       — Просто… Я стесняюсь именно потому, что ты смотришь…       Пальцы, сдавливавшие шёлковую наволочку, задрожали. Взгляд Влада упал на нижнюю часть подушки, которую не придерживала ладонь. В голове мигом оформился план действий.       — Сейчас ещё больше застесняешься.       Согнув шею, юноша просунул нос в незащищённое место, на секунду остановился, прислушиваясь к звукам дыхания, а потом резко дёрнул головой. Дима от неожиданности не удержал подушку, ладонь сползла чуть выше, увеличив область поражения, а Влад потянулся вперёд и практически наугад поцеловал Хозяина. Руками ухватил обе его кисти за запястья и придавил их к покрывалу, чтобы отбить попытки к сопротивлению. Дима попытался было вырваться, но из этой затеи ничего не вышло. Хозяину приходилось мириться с тем, что его Жертва намного сильнее его физически.       На секунду отлепившись от его рта, Влад с силой ударился лбом в подушку, ничем более не поддерживаемая, она с тихим шорохом упала в сторону.       — Вот видишь, — прошептал, улыбаясь, юноша, глядя на Хозяина светящимися от счастья глазами. — И чего ты боялся?..       Дима высвободил руки из его захвата и обвил ими шею любимого, приложившись лбом к его лбу, касаясь кончика носа, потираясь о него и ощущая обжигающее дыхание на губах.       — Ну что ты за идиот… — с притворным вздохом проговорил Дима.       — Твой идиот, — Влад блеснул глазами. — Это далеко не одно и то же.       Ещё один поцелуй. Такой, что они легонько столкнулись скулами. И Влад дёрнулся, ощутив, как по щеке мазнуло влагой от этого прикосновения.       — Что с тобой? — растерянно спросил он, глядя на смущённое лицо Хозяина. Его выражение невозможно было описать. Глаза странно блестели. Губы со стёршейся в некоторых местах кожей дрожали.       — Ничего… Просто когда во мне пробудились все эти силы… Я вспомнил то, о чём не хотел бы думать…       Влад живо приник к нему и закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на ощущениях. И вправду, чёрные нити, до этого паутиной опутывавшие сердце Хозяина, слегка ослабели.       Перед глазами встал всё тот же темноволосый подросток; сейчас он лежал на постели, уткнувшись носом в подушки и подвернув под себя руки; его спина была целиком располосована огромными ранами. Кровь стекала по остаткам кожи и впитывалась в простыни. А парнишка судорожно дрожал и тихонько всхлипывал. Но, похоже, не от боли, а от ужаса.       В ушах тихонько зашуршало. Рядом на постель присел Константин, как обычно, в глухом чёрном костюме. Провёл пальцем по самой крупной ране, вырвав тихий вздох.       — Хороший, — притворно мягко сказал Хозяин. — Понять вот только не могу, ты просто идеально держишь себя в руках или действительно совсем ничего не ощущаешь? А, Дмитрий?       Схватив юношу свободной рукой за длинные тёмные волосы, Константин резко дёрнул его и заставил приподнять голову. Тот лишь стиснул зубы.       — Хватит упрямиться, всё равно ведь добьюсь от тебя того, что хочу. Отвечай, — приказал Константин, поправив очки на носу средним пальцем.       Дима медленно моргнул, глядя пустыми глазами куда-то в сторону.       — Я…Не чувствую. Вообще ничего.       Константин ухмыльнулся.       — Тебя даже не смущает, что у тебя вся спина изрезана?       — Не чувствую, — равнодушно повторил Дима.       Хозяин поднёс к носу юноши пальцы, с которых крупными каплями стекала кровь. Несколько тёмно-красных капелек, отдающих в нос железом, упали на кожу, сползли по ней и оказались на губах.       — И вид собственной крови тебя не пугает?       Дима высунул кончик языка. Слизнул попавшие на губы капельки. Поморщился.       — Горькая.       — Ну конечно, а как иначе? Ты же не вампир, чтобы кровь тебе сладкой казалась, — ядовито спросил Константин. Приложил подушечки к его рту. — Оближи.       Дима вновь медленно моргнул. Подавшись вперёд, самым кончиком языка принялся устранять последствия прикосновения к ране. Константин тем временем протянул свободную руку за его спину и с силой продавил один из разрезов. Действие, от которого обычный человек бы в узел завязался от боли, на Диму не оказало никакого влияния. Прикрыв пустые, абсолютно ничего не выражающие серо-зелёные глаза, он продолжал слизывать с пальцев кровь.       — Идеальная Жертва. Не ощущает ни боли, ни жалости, ни чего-либо ещё, просто подчиняется приказам, да ещё с такими способностями. Другие Высшие бы передрались за такую. Но я его не отдам. Продавать такой бриллиант — полнейшее безумие.       Дима отлепился от его кожи и уставился на Константина, хлопая длинными пушистыми ресницами.       — Слышишь, да? — Хозяин опять потянул его за волосы и поглядел в пустые серо-зелёные глаза. — Ты моя Жертва. Будешь подчиняться только мне. Понял?       — Да, — прохрипел Дима.       — Не слышу, — Константин вскинул брови. — Что ты сказал?       Дима опустил уголки губ.       — Да, Хозяин.       — Вот. Именно так.       Наклонившись, Хозяин взял паренька за подбородок и потянул его к себе. Тёмные глаза оказались совсем близко. На мгновение опустив взгляд, юноша увидел зажатую в его руке чёрную шахматную фигурку в короне с остро заточенными углами. Дима густо сглотнул и закрыл глаза. Ранами на спине дело не ограничится.       — Помнишь, что надо делать?       — Помню…       Дима улёгся обратно на подушку и выгнулся, приподняв бёдра. Опять закрыл глаза и постарался задуматься о чём-то постороннем. Подобные тренировки для него были хуже ударов мокрыми плетьми. Наверное, потому, что повторялись почти каждую ночь и с каждым разом ужесточались. Константин очень интересовался тем, с какой скоростью у Агнеца будут заживать разорванные половые органы.       — Это ужасно, — прошептал Влад, раскрыв глаза. — Понятно теперь, почему ты так хочешь убить его.       Дима тяжело вздохнул.       — Влад, я же просил…       — Да помню я. Помню, что нельзя лазить в твои воспоминания. Просто очень захотелось увидеть, что за тяжёлые мысли тебя грызут.       Влад виновато прижал ушки и приложился к его губам, словно пытаясь таким образом попросить прощения.       — Твоё любопытство рано или поздно угробит нас обоих.       — Ничего не могу с ним поделать. Так уж устроен мой мозг.       Юноша ткнулся лбом в лоб Хозяина, пристально глядя в его спокойные глаза. Тот легонько прикусил кожу на его подбородке.       — Лисёнок, — вдруг тихонько засмеялся Дима, почёсывая его за ушком. — Я ошибался, Владик. Ты не похож на котёнка. Ты лисёнок. Маленький хитрый любопытный лисёнок.       Влад опять припал к его губам. Едва не захлебнувшись от волной нахлынувшей на него нежности, юноша закрыл глаза и со всей силы стиснул Хозяина в объятиях, на мгновение прижимая его к простыням. После чего аккуратно потянул в сторону и перевернул на живот, приподняв за бёдра и приложившись грудью к спине. Лицом закрылся в длинные золотистые волосы, вдыхая знакомые ароматы. Металлическая отдушка сейчас не чувствовалась совсем; ощущался лишь запах горького парфюма и дорогих сигарет, а так же какой-то чуть-чуть мятный аромат самой кожи. У Влада закружилась голова. Ему безумно захотелось заурчать, как котёнок. Опустив ушки, он шевельнул головой и провёл носом по затылку, утыкаясь в шею под ухом и легонько дыша в неё.       — Ах… Прекрати… — Дима залился розовой краской и попытался было изогнуться, чтобы отодвинуться, но Влад в точности повторил его манёвр и только плотнее прижался к коже. — Щекотно…       — Но тебя ведь это заводит, верно? — хихикнул ему в ухо Влад. — Иначе бы давно уже локтем стукнул.       — Даже в голову такое…охх…не пришло бы…       Дима сжал пальцами подушку, его щёки розовели всё сильнее, кожа уже не казалась такой мертвенно бледной, как раньше. И она была тёплой…       Умиляясь от такого вида своего Хозяина, Влад медленно провёл рукой по его телу вниз, легонько продавливая плоский живот, массируя его, потом, осмелившись, накрыл ей твёрдый член, обхватывая его пальцами и медленно шевеля ими.       — М-м-м…       Дима издал низкий протяжный стон и прогнулся под напором Жертвы, упираясь в смятую подушку лбом и ладонями. Светлые волосы, растрепавшись, почти полностью закрыли его лицо, золотистые прядки защекотали нос Влада. Поняв это как намёк на то, что следует продолжать, юноша отлепился наконец от его шеи и стал целовать его ходящую ходуном спину, затрагивая языком каждую маленькую впадинку. Проводя пальцами по влажным следам, Влад невольно отмечал, что слова Константина на какую-то часть были правдивы, на коже Димы и вправду есть микроскопические разрывы, следы от плети, невидимые глазу, но различимые на ощупь. Видимо, их невозможно залечить целиком и полностью даже со способностями Агнеца.       На секунду Влада что-то кольнуло, он живо попытался отогнать от себя тяжкие мысли. Но полностью от них избавиться не удалось, у Влада, на собственную беду, была чересчур богатая фантазия, услужливо начавшая подсовывать под глаза яркие картинки. Представлять, как Дима точно так же трепыхается под Константином, покрываясь румянцем от корней волос до кончиков пальцев на ногах и издавая протяжные стоны, было безумно мучительно для Жертвы. Зажмурившись и встряхнув головой, чтобы сбросить с себя наваждение, Влад опять припал к спине Хозяина, покусывая невидимые шрамы. Спустившись вниз, он быстро лизнул ягодицу любимого и медленно провёл большим пальцем по колечку мышц.       Дима резко вскинул голову. Сузившийся до состояния ниточки зрачок тонул в блестящей серо-зелёной радужке, он стал почти незаметным. Белая печать в другом глазу приняла немного другой оттенок; она стала красноватой и засветилась ещё ярче. Пальцы, сдавливавшие подушку, побелели. Шёлковая рубашка соскользнула с его второго плеча, и Дима беспорядочно задёргал им, пытаясь сбросить ненужный лоскут ткани окончательно. Он стал очень мешать.       — Что такое?.. — насторожился Влад, ощутивший нервные движения Хозяина.       — Убери её, — прохрипел Дима, продолжая трясти плечом. — Она мне мешает…       Влад улыбнулся.       — Слушаюсь, Хозяин.       Опять прижавшись к спине Димы, он потянул за рукав. Ткань с тихим шуршанием поползла вниз. Дима дёрнулся особо сильно, и рубашка осталась в руке Жертвы. Влад отбросил её в сторону, подальше, наклонился, ухватил пару прядок волос Хозяина, повернул его голову к себе и поцеловал. Обвёл языком острые клыки и запустил его ещё глубже.       Дима, на которого совершенно не повлияла смена положения на крайне неудобное, приоткрыл глаза и подался назад, отрываясь от Жертвы.       — Хватит уже ласк, — прошептал он, шумно дыша. — Я сейчас с ума сойду…       — Я же ещё ничего толком не сделал, — слегка растерянно шепнул Влад, ткнувшись в его щёку и прислушиваясь к звукам хриплого сбивающегося дыхания.       — Как будто тебе для того, чтобы заставить меня съехать с катушек, нужны какие-то действия… Давай уже…       — Нетерпеливый какой, — Влад усмехнулся краешком рта и чмокнул его в нос.       — А ты что хотел? Я практически целый день провалялся в чём-то вроде комы, знаешь, как сейчас от желания распирает? — слабо огрызнулся Дима. — Сам попробуй провернуть такой трюк, я посмотрю, какой ты терпеливый после этого будешь!       — Ну ладно тебе злиться. Я же ни в чём тебя не упрекаю, — Влад блеснул глазами. Ушки дёрнулись и встали торчком.       — А разве я злился? Я очень спокоен.       Дима на мгновение с силой вонзил острые зубы в его шею, Влад только тихонько пискнул в знак протеста и прикрыл глаза. Ощущая, что на коже от его укуса остались две крохотные круглые ранки, но стараясь на обращать на них внимания, Влад подхватил Хозяина под спину, легко поднял его и насадил на себя.       Дима, почувствовав насильственное вторжение, взвизгнул и вцепился в располосованную шрамами спину Жертвы, раздирая длинными чёрными ногтями остатки кожи, не тронутые следами болезненных тренировок. Его глаза на мгновение расширились, в них плескалась боль. Огромное количество боли. У Влада дрогнуло сердце. Что-то не так. У Димы в глазах до этого ни разу не было подобного выражения.       — Прости. Я поспешил, — виновато шепнул Влад и прижался к губам.       Дима опустил ресницы.       — Да нет, дело не в этом… Просто… — хрипло дыша через приоткрытый рот, он обвил руками шею возлюбленного и устроил голову на плече, практически прижавшись к уху губами. — Я чувствую, Влад… Я тебя чувствую…       Влад обнял его за талию и притянул вплотную к своей груди.       — Это хорошо или плохо? — с тревогой спросил он.       — Непривычно…       Дима предпочёл ответить обтекаемо. Немного поёрзал, как бы на пробу, привыкая, медленно приподнялся и опустился, поморщился, прислушиваясь к собственному телу. Ощущения не были окончательно и бесповоротно неприятными, просто действительно непривычными для него. В силу своего «спящего» состояния Дима, по сути, и не знал, каково это, когда внутри кто-то находится. От подобного процесса с Константином, да и с Владом тоже, он всегда чувствовал лишь слабую боль, и не более того. А сейчас всё, что дремало внутри него, проснулось. Пробудились и чувства. Хотя Дима сам бы с трудом пока что мог назвать себя совсем уж живым. Что-то всё ещё не на своём месте.       Они видели друг друга и наблюдали друг за другом, не сводя взглядов. Никакой робости и нерешительности здесь давным-давно не было места. Дима судорожно выдохнул, почти застонал, опять царапнул ногтями плечо Влада и легонько ткнулся в его подбородок носом. В голубых глазах опять промелькнула неслабая тревога, Влад наклонился к Хозяину, собираясь спросить, что случилось. Но Дима вдруг улыбнулся, поднял на него разные глаза, обнял за шею и, щекоча кожу дыханием, прошептал:       — Всё хорошо. Не беспокойся.       И его щёки опять порозовели, словно в подтверждение словам.       Помедлив ещё минуту, Дима стал опускаться, податливо впуская в себя плоть Жертвы на всю глубину. В теле, казалось, всё было готово порваться надвое от боли. Стараясь удержать вскрики, Дима несильно вцепился зубами в плечо Влада, его свободная рука сжалась в кулак, длинные чёрные ногти оставили на коже кровоточащие раны в виде полукруга. В уголках глаз блеснули слёзы. На третьем движении боль слегка притупилась, словно откатываясь в сторону и освобождая путь для более приятных ощущений. В плоском животе словно образовался один большой тугой клубок, всеми своими силами отвергающий происходящее, и в то же время отчаянно требующий продолжения.       Влад начал медленно двигаться, скользя губами по его обнажённой шее, затрагивая кончиком языка каждую выступающую жилочку. Осторожно, изо всех сил стараясь не причинить лишней боли. Дима метался в его руках, то выгибаясь всем хрупким телом, то опять прижимаясь к Жертве, без конца терзая поцелуями распухшие губы. Казалось, что грудь вот-вот разорвётся от уже не сдерживаемых хриплых криков и стонов, которые, не успев вырваться, мгновенно тонули в бесчисленных поцелуях. Влад упустил момент, когда он уже отбросил к чертям последние попытки держать себя в руках. Прижимая худенького Хозяина к своей груди, юноша целовал его руки, водя губами по гладким чёрным ногтям, прижимал узкие ладони к своим щекам, ощущая, как бешено колотится пульс. Наверное, в том же ритме, что сейчас бьётся его собственный. Полнейшая совместимость. Это ощущалось в каждом движении. Впившись коротким поцелуем в губы возлюбленного, Влад сильно сжал ладонями его ягодицы и ускорил движения, начиная вбиваться в тело Хозяина ещё мощнее. Теперь Влад старался входить и выходить разом на всю длину. Ответом ему служили вскрики Димы и саднящие царапины на плечах.       Стараясь сосредоточиться на неотвратимо приближающейся душной волне оргазма, они оба практически одновременно выдохнули, то ли со стонами, то ли с непонятными хрипами. Застыли, сжимая друг друга до громкого хруста и боли в костях. Постоянно вздрагивая в ощущении ложного наступления разрядки. Пальцы едва не сдирали влажную от пота кожу на лопатках. Два голоса слились в один, практически разом вернув влюблённых в реальность. Влад вдруг судорожно дёрнулся, приложился к Хозяину, глухо простонал ему в ухо что-то неразборчивое, кончая. Его огромные ушки на секунду прижались к голове, показывая крайнюю степень напряжения. А спустя ещё мгновение под отчаянными рывками его ладони внизу живота Дима выгнулся колесом и подался вперёд, практически давясь своим визгом, на ладони осело несколько белёсых капель.       Хозяин обмяк в сильных руках своей Жертвы. С трудом, дрожащей рукой он взял ладонь Влада за запястье, поднёс её к лицу и принялся вылизывать его пальцы от своей спермы, ловко работая бархатным языком.       — Что ты… — голубые глаза испуганно расширились.       — А что? Это ведь часть нас, — прошептал Дима, собрав в рот последние капли. — Хочешь попробовать? Могу поделиться.       Влад секунду похлопал ресницами, потом улыбнулся и кивнул. Дима с силой пихнул его в грудь, опрокинув на подушки, сжал коленями бёдра и прижался к нему вплотную. Юноша покорно приоткрыл рот, когда Хозяин взял его за подбородок. Горьковатый, вяжущий язык привкус сделал этот поцелуй незабываемым.       Дима улёгся на грудь Влада и успокоенно прикрыл глаза, шумно выдыхая.       — Всё хорошо? — тихонько спросил тот, погладив его по волосам и убрав в сторону длинные золотистые пряди.       — Теперь — да, — Дима чуть улыбнулся. Но эта улыбка тут же пропала с его губ. — Правда, надолго ли — сказать пока не могу…       — Ну, ты же вроде сказал, что пара дней у нас в любом случае есть, — Влад засмеялся, однако это звучало как-то нервно и напряжённо. — И я вовсе не собираюсь тратить их впустую.       Дима опять вспыхнул и выжидательно уставился ему в глаза.       — На что это ты намекаешь? — поинтересовался он.       — Ты меня понял. Не притворяйся.       Влад обхватил ладонями его лицо. Чуть прищурился, внимательно глядя в глаза и пытаясь понять выражение в них.       Хозяин ухмыльнулся краешком рта.       — Ненасытное животное.       — Кто бы говорил, — фыркнул Влад. — Я просто хочу восполнить то, чего был лишён целый день. А что, ты против?       Дима моргнул и провёл подушечкой пальца по его губам.       — Не-а, — с улыбкой сказал он. — Ты прав, потери надо восполнять. Действуй, моя Жертва.       В голубых глазах загорелось яркое сверкающее пламя.       — Слушаюсь, Хозяин, — прошептал Влад и поцеловал его руку.       Краем глаза он глянул на окно. Небо заволокло тучами, поднималась сильная метель, ветер выл и бросал в стекло комья снега. В такую погоду до них точно никто не доберётся. А значит, и вправду есть некоторое время, чтобы просто побыть вместе. Есть время на любовь.