Confessions and Lamentations (Исповеди и сетования)

Воздух вокруг душный и тяжелый, наполненный дымом, звуком и напряжением. Я зафиксировала взгляд на стене напротив меня, позволяя себе частично впасть в медитативный транс – достаточно легкий, чтобы я в одно мгновение могла перейти к действию, в случае необходимости, но достаточно глубокий, чтобы успокоить нервы. Нервы. Это почти забавно, что после прожитых столетий, наполненных событиями, о большинстве которых я даже не мечтала, я все еще чувствую беспокойство. Разумеется, это не та эмоция, которую я испытываю часто. Мое соблюдение Кодекса, и его предписание моих действий, устраняет почти всю нерешительность, что так часто мучает других. Тем не менее, когда кто то сталкивается с завершением стремления всей жизни – будь это во благо или же во вред – начало, по крайней мере, в какой-то мере является неизбежно нервозным. Мои глаза пробежали по дверям в VIP комнату, где Шепард слилась среди клиентов клуба. Она проявляет харизму, которой нельзя научиться, очарованию которой, я знаю, моя дочь не сможет противиться, и я чувствую, небольшое утешение на фоне беспокойства. Я близко, сейчас я очень близко. Недалеко от меня, мое внимание привлекает движение неспособного усидеть на месте Гарруса Вакариана. Его мандибулы сжаты, а пальцами он непрерывно проводит по оружию, турианец точно не ощущает ни комфорта, ни спокойствия, хотя отсутствие его хладнокровия не стало для меня неожиданностью. Он обладает всем нетерпением вполне естественным для кого-то столь молодого как он, и как это характерно для его вида, он предпочитает решать проблемы пулями. Это вынужденное бездействие должно быть довольно затруднительно для него. Хотя я думаю, что это не единственное внутреннее сражение, с которым он борется в настоящее время. Я слегка поворачиваюсь к нему, хотя мои глаза и внимание по-прежнему сосредоточены на Шепард. - Ты очень заботишься о ней, не так ли? Я чувствую, как он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, но, прежде чем он отвечает, я добавляю. - Больше чем как о коммандере. Даже не глядя на него, его удивление очевидно, но его тон безропотен, когда он отвечает. - Достаточно чтобы не разрушить команду. Я, наконец, обращаю на него свой взгляд. - Я не разрушу, я могу тебя заверить. - Ну, возможно, не ты, - он отводит глаза, кажется почти смущенным этим упоминанием. - Но я полагаю, что, если один человек знает, то, вполне вероятно, все знают. - Нормандия относительно небольшой корабль, - соглашаюсь я. - И не надо тратить много времени с людьми, чтобы узнать, что они обычно являются разговорчивым видом. В клубе, Шепард, кажется, придает правдоподобность моей точке зрения, по мере того как она увлекается разговором с человеком мужского пола. Когда я смотрю на нее, ее лицо оживленное, выражения меняются, как текущая вода, сильный контраст с ее обычным спокойным и сдержанным поведением. - Мне нужно задать тебе вопрос, Гаррус, - я говорю после того, как Шепард перемещается в толпу. - Да? - отвечает он с готовностью, хотя его тон насторожен. - Ты сердишься на меня? Язык его тела выдает очередной толчок удивления. - Я... что? - Шепард твоя возлюбленная, - отвечаю я. - Ты, очевидно, в курсе какая это для нее опасная ситуация, и что это был мой план поставить ее в это положение, - я умолкаю на минуту. – Мне нужно знать, если она пострадает, какой будет твоя реакция. Он затихает на время, мы смотрим, как Шепард подходит к бару и заказывает для всех напитки. - Ну, - наконец-то говорит он, - я солгал бы, если бы сказал тебе, что считаю этот план идеальным. Но это указывает... Он наклоняет голову в одну сторону, не отрывая глаз от Шепард, когда он говорит. - Она не тот человек, который остается в безопасности. Я имею в виду, посмотри на нас – мы все вместе на самоубийственной миссии. И это даже не первый раз, когда Шепард выступает против таких неравных шансов. Это то, в чем она преуспевает. В то время как другие люди сбежали бы, она берется за дело. Тон его голос слегка понижается, и мне становится интересно, не забыл ли он что я здесь. - Иногда, - продолжает он, - я думаю, что она не будет знать, чем себя занять, если не будет другой угрозы, которую нужно устранить, или несправедливости с которой нужно бороться. Так же как и я, на самом деле, так что я могу понять ее готовность поставить себя в опасность, если это означает, что убийцу остановят. Он, наконец, прерывает свое пристальное внимание за Шепард и встречается со мной взглядом. - Потому что это был ее выбор. Возможно, ты придумала план, но если бы она не захотела, она не стала бы этого делать. Очевидно, она думает, что может справиться с Моринт, и я доверяю ей достаточно, чтобы позволить ей сделать этот выбор, не вставая у нее на пути. Теперь настала моя очередь, чтобы чувствовать на себе небольшую дрожь от неожиданности, и я склоняю голову. - Твое уважение к ней похвально. Однако... ты не ответил на вторую часть моего вопроса. - О том, что бы я делал, если с ней что то случится? - Да, - киваю я. - Я не сомневаюсь, в твоей искренности, но люди в тисках потери, часто гонимые своим горем, набрасываются на любого, кого они воспринимают как несущего ответственность. Его взгляд становится тверже, он отворачивается, и я распознаю признаки того как кто-то ускользает в болезненные воспоминания. - Я уже потерял ее однажды,- говорит он после долгой паузы, его голос низкий и грубый. - И это было, прежде чем я... Он замолкает. Я не давлю на него. - Если что-то с ней случится, - продолжает он, наконец, - я убью ублюдка ответственного за это. А затем я заставлю Миранду воскресить его, и убью его снова. – Он перемещает взгляд на меня, и я ловлю проблеск раны, свежей и кровоточащей, прежде чем он быстро скрывает это. - Но я не стал бы винить тебя, Самара. Если это то, о чем ты спрашиваешь. Я обдумываю его слова некоторое время, прежде чем ответить. - Я рада, что мы пришли к взаимопониманию, Гаррус. В клубе, в глаза бросается движение в тени, и мои мышцы невольно напрягаются, когда Шепард останавливается, чтобы поговорить с невидимой фигурой. - Моринт клюнула на приманку, - бормочу я, и смотрю на Гарруса. – В скором времени они уйдут в ее квартиру. Я хочу, чтобы ты следовал за мной. Держи дистанцию, но осторожно, чтобы не отставать. Мои глаза возвращаются к Шепард, которая вместе с моей смертоносной дочерью прокладывает свой путь за уединенный столик. Мои следующие слова не более чем шепот. - Она будет нуждаться в тебе, прежде чем ночь закончится.