Чучело

— Если ты не перестанешь выламывать дверь – я спущу тебя с гребаного крыльца! — крик по ту сторону стены был просто оглушительным, хотя Айеро всего лишь постучал настойчивей, когда ему не ответили в первый раз. И только Фрэнк подумал, что вот-вот психанет и ударит дверь ногой, как существо за ней прикрикнуло, щелкая замками. Дверь приоткрылась, все еще держась на цепи, и из щели выглянула часть лица, не скрытая темнотой. — Пароль? — Я… Я не знаю, — Фрэнк растерялся, понимая, что говорит даже не с чучелом, которому минуту назад хотел дать в нос. Более мальчишечий, чуть срывающийся голос не ответил, а только захлопнул дверь перед носом Айеро, чтобы открыть оставшиеся замки. — Все верно, у нас нет пароля, — перед Фрэнком показался парень в очках, такой же худой и вытянутый, как Джерард, но явно младше их возраста. — Я пришел к Ч… Джерарду, чтобы помочь с домом. — Так это ты изуродовал наши стены? — Я просто… — Ладно, мне все равно. Джер, к тебе пришел какой-то придурок, — парень развернулся на пятках, так и не пригласив возмущенного Фрэнка войти, и ушел вглубь дома. — Я иду, — сверху раздался голос, и топот ног по лестнице оповестил, что их хозяин вот-вот соизволит заявиться. — Ты все-таки пришел? — А ты меня не особо и ждал, — Фрэнк вызывающе оглядел парня, который выходил к нему. — Думал, что ты просто обманул. Кому в голову придет добровольно идти красить дом? — Ты сказал, что я не похож на вруна. — Это похвально, Фрэд, именно поэтому двигай к заднему двору, — Джерард одним махом преодолел ступени, направляясь за дом, по пути закатывая рукава. — Я Фрэнк, — Айеро сжал челюсть, пытаясь побороть желание дать пинка этому ненормальному, а тот пропел: — Хорошо, Фил. Спустя двадцать минут в голове Айеро билась мысль, что неплохо было бы посмотреть в интернете, где в их городе безопаснее всего спрятать труп. Труп неугомонного идиота, без остановки пытающегося вывести из себя все живое и неживое. Уэй то болтал о чем-то постороннем, обсуждая проезжающую мимо машину или цвет листьев дерева, растущего на участке, то уходил в себя и раздражался, когда Фрэнк спрашивал его о чем-то нужном. Джерард вытащил из дома две большие банки с белой краской, раздобыл на заднем дворе валики с длинными ручками, и теперь они оба, нещадно пачкая одежду, мазали белоснежной краской грязно-серые стены дома, замаскировывая рисунки и слова, старательно выведенные Питом. — Что сказали твои родители, когда увидели это? — Мама сначала подумала, что это я, и уже приготовила речь, но я вовремя все испортил, рассказав о вас, идиотах. — Зачем тебе портить собственный дом? — Потому что это не мой дом. Я не рад жить здесь. — Хорошо, тогда зачем мы это делаем? — Потому что я люблю мучить людей, задающих тупые вопросы, — Джерард раздраженно бросил, быстро утирая с лица капли еще не засохшей краски. — Трудись, раб, солнце еще высоко. Фрэнк закатил глаза, незаметно ухмыльнувшись себе под нос. Вещи не укладывались в голове: этот чудак знал, что все его называют чучелом и не препятствовал этому, соглашаясь, но одновременно с этим в его речи проскальзывали нотки осознания собственного превосходства. Когда-нибудь, может, лет через десять, какой-нибудь психолог возьмется за решение понять, что творится в голове этого парня, но умрет в самом расцвете сил от вывиха головного мозга. — Ты слишком самоуверенный, знаешь? — Проводил много времени, узнавая себя получше, и пришел к выводу, что я классный парень, — он мило улыбнулся, тут же чертыхаясь из-за жука, который вляпался в еще не засохший слой. — Но ты ведь так не думаешь? — Фрэнк озвучил мысль вслух, успев даже пожалеть об этом. Улыбка сошла с лица Чучела, и тот, помедлив, ответил: — Не думаю. Оба молча продолжали работать. Прошло уже около получаса, но парни не выполнили и половины, хотя руки Фрэнка уже начали затекать, а спина побаливать, напоминая о предыдущей бессонной ночи. Некоторые прохожие поворачивали голову в их сторону, но все равно проходили мимо, потому что не находили ничего интересного в том, что каких-то два парня красят краской неподходящего цвета измазанные стены дома. — Проще было бы позвать колонию муравьев и заставить поднять кисточку – они бы быстрее вас справились, — уже знакомый насмешливый голос раздался из-за спины, и Фрэнк обернулся, разглядывая этого непонятного мальчишку, который некоторое время назад обозвал его придурком. — Иди сюда и помогай, если такой умный, — Уэй закатил глаза, вытирая руки о тряпку. — Чего тебе? — Хотел убедиться, что ты не измываешься над этим парнем, — худой мальчишка поправил очки и указал на Айеро, который решил подать голос: — Кто ты такой? — Хах, ты приходишь ко мне домой и спрашиваешь, кто я такой? — Он просто городской сумасшедший с садистскими наклонностями, который живет через лестницу от меня, — Джерард вставил как бы между прочим, усаживаясь на траву и разглядывая кляксы на мысах своих кед. — Я Майки, брат этого необщительного куска дерьма, — парень усмехнулся, обменявшись коротким взглядом с Чучелом, а Фрэнк, тоже садящийся на траву, замер. — Ты не говорил, что у тебя есть… — Потому что из меня ужасный старший брат. — Это правда. Если мы и семья, то Джерард, скорее, безумный дядюшка Уэй, живущий в лачуге, с дробовиком наперевес, — Майки сжал губы, чтобы не улыбнуться, и еще раз оглядел Фрэнка перед тем, как развернуться к дому. — Эй, — Айеро окликнул парня, прежде чем тот успел скрыться, — почему я – придурок? Майки усмехнулся. — Потому что только полный придурок согласится прийти в гости к моему брату.

* * *

Фрэнк буквально ввалился в дом уже за десять часов вечера, устало волоча ноги и пытаясь вдохнуть в отяжелевшие легкие побольше воздуха. На кухне горел свет, но желания заходить туда не было, даже несмотря на пустоту в урчащем животе. Решив, что уроки могут подождать и до завтра, а некоторые вообще пусть отправляются к чертовой матери, Айеро на пути в комнату стягивал с себя провонявшую и испачканную толстовку, а на кровати еще и джинсы. Ванная комната приняла его в свои объятия, и парень подумал, что она, в принципе, единственное, что продолжает радовать его в этом доме. Очень плохо, когда в семнадцать ты разочаровываешься в собственной семье и друзьях. Уже лежа в кровати и ворочаясь из стороны в сторону, пытаясь найти более удобное положение для уставшего тела, Фрэнк параллельно переваривал мысли, которые одолевали его всю неделю и не давали покоя, жужжащим роем носясь в голове. Очень плохо, когда в жизни появляется какой-то ненормальный Джерард.