Crescendo

      Цунаёши снилось, что он идёт по пустыне. Заветного оазиса не было и в помине, он умирал от жажды, но продолжал идти по горячему песку в поиске воды. Но сон внезапно оборвался, так и не дав ему погибнуть.       Он медленно открыл глаза, пытаясь сообразить, где находится. В горле всё пересохло, хотелось пить. Пошарив рукой рядом и не обнаружив Реборна, Савада вздохнул. Поджав нижнюю губу, он попытался подняться. С третьей попытки ему удалось победить лень и сонливость. Детектив встал. Немного тянуло поясницу, да и ощущения в заду были странными. А уж что говорить о типичной неприятности любого мужчины по утру вроде стояка, от которого хотелось как можно скорее избавиться? Ему был срочно нужен душ, но он лишь подошёл к столу и прямо из хрустального графина начал жадно пить воду.       Юноша поставил графин обратно на стол и облокотился об него спиной, кладя руки на края. Одежда не лежала на полу: Реборн собрал её и аккуратно сложил на стуле в углу комнаты. Там же был какой-то листок — видимо, записка.       Цунаёши уже собирался подойти к стулу и прочесть её, но, к его неожиданности, громко хлопнула дверь в комнату и на пороге появился почему-то запыхавшийся Реборн. Детектив ничего не успел сказать ему: его сгребли в объятия. — Ты мне веришь? — несколько неожиданно прозвучал вопрос в одиннадцать часов утра.       Савада несколько растерялся. У него были причины не доверять мужчине, но кому какое дело? После того, что произошло в этой комнате, он доверял Реборну. Потому просто кивнул, ничего не понимая. — Тогда прости, но будет больно. Но мне нужно, чтобы ты как можно дольше не мог кончить.       Цунаёши опешил, но ему и не дали переварить слова: Реборн достал что-то из кармана и усадил его прямо на стол. В руках мужчины была странная тонкая трубка сантиметров как минимум двадцати, у одного конца которой было небольшое навершие. К ужасу детектива, Реборн обхватил его член одной рукой, немного сжимая у основания, и просто начал проталкивать трубку в наружное отверстие уретры. Савада вцепился в руку мужчины ногтями, но тот, будто бы ему и не было больно, продолжил проталкивать трубку ему в член. Глаза слезились, было такое ощущение, что член разорвёт на куски.       Закончив, Реборн удостоверился, что навершие трубки точно затыкает член его любовника. Подхватил Цунаёши на руки и потащил к кровати. Сдернув простынь, он завернул юношу в неё с головой и вынес из комнаты. — Реборн, какого чёрта? — прошипел Савада, пытаясь привыкнуть к болезненным ощущениям в собственном члене. — Скоро узнаешь, — неоднозначно последовало в ответ.       Детектив нахмурился. Он не понимал, зачем нужно было запихивать ему медицинскую трубку для лечения простаты в член. У него не было никаких проблем с эрекцией. Да и ещё этот вопрос о доверии не давал ему покоя.       Реборн остановился у знакомых дверей и вновь, не стучась, зашёл в кабинет. За столом обнаружился Скайрини Занзас. — Устройство по выявлению пламени уже принесли? — с порога задал вопрос Реборн, прижимая к себе Цунаёши. — Да, принесли, но какого чёрта происходит?.. — начал преемник, но замолк, хмуро наблюдая за своим наставником, который лёгким движением руки смёл со стола на пол папки с документами и всё остальное.       Как гусеницу расчехлив Саваду и поставив его на ноги, Реборн постелил простынь на стол, после чего развернул юношу лицом к Скайрини и толкнул вперёд. Детектив, ничего не понимая, ровно как и Занзас, просто стоял спиной к своему любовнику и отчаянно краснел. В мерном тикании настенных часов взвизгнула молния. — Реборн, ты совсем страх потерял? — нахмурив густые брови, преемник наблюдал за тем, как Реборн спускает штаны.       Холодные ладони легли на обнажённые ягодицы. Цунаёши понял, что сейчас будет. Реборн приставил головку своего члена к его входу и резко толкнулся, пользуясь тем, что любовник был до сих пор растянут и готов принять его в себя. Громко застонав, юноша рухнул грудью на стол, сжимая простынь пальцами. Реборн двигался медленно, неторопливо, что сводило с ума. — Цуна, протяни ему руку, — потребовал Реборн, особенно грубо толкнувшись в горячее нутро любовника.       Савада, сжав зубы, выставил вперёд правую руку, как ему и велели. Он ничего ровным счётом не понимал. — Из всех способов вызвать адреналин в его крови ты выбрал секс, придурок, — закатил глаза Занзас и схватил за запястье худощавую кисть детектива.       Цунаёши приподнял голову, всё ещё пытаясь сдерживать стоны, хоть это и плохо получалось. Скайрини выдвинул ящик стола и достал семь колец, от которых тянулись тонкие провода к какому-то устройству, по форме напоминающему коробок спичек. Нанизав кольца на пальцы юноши, он включил аппарат. — Ты всегда умел заставлять делать меня то, чего я не хочу, — хмыкнув, Занзас уставился на кольцо, нанизанное на тонкий мизинец. — Нет, он явно не Солнце. Попробуем Дождь… — он повернул колёсико на устройстве чуть в бок. — Тоже мимо. Ураган? Нет, кольцо не реагирует… С чего ты вообще взял, что в этом пацане есть пламя? — Пробуй дальше и меньше чеши языком, — усмехнулся Реборн. Ему было трудно сдерживаться, хотелось задать темп быстрее и интенсивнее, но нужно было держать любовника в тонусе, чтобы тот упивался адреналином в крови. Он не мог допустить, чтобы парня накачали стимуляторами и только потом устроили проверку на атрибут пламени.       Скайрини смерил суровым взглядом своего наставника и бывшего репетитора, после чего проверил детектива, которого совершенно бессовестно трахали в его кабинете, на атрибут Грозы, но снова мимо. — Ну, твой парнишка точно не Гроза. Сейчас проверим на Облако — на него он похож, — вздохнул Занзас, которого раздражала ситуация. Но и проверка на пламя Облака ничего не дала — нужное кольцо не загорелось фиолетовым огоньком. — Остались Туман и Небо, но это вряд ли.       Реборн ничего не ответил, неспешно толкаясь внутри Цунаёши, срывая с его губ очередной стон. У Скайрини уже заканчивалось терпение. От убийства своего репетитора его удерживало только то, что тот сам мог наподдать ему как следует.       Цыкнув, Занзас снял с двух пальцев Савады два кольца и надел оставшиеся из стандартного набора семи видов пламени, сильно сомневаясь в том, что извивающийся на столе юнец из элиты. Проверка на Туман вновь ничего не дала. Он уже хотел хохотать в голос, не веря, что репетитор нашёл ему нового внешнего советника так просто. Так не бывает.       Наклонив голову, Скайрини повернул колёсико устройства до конца, уже собираясь утопить в сарказме Реборна. Но каково же было его удивление, когда последнее кольцо вспыхнуло оранжевым огоньком — самым редким видом пламени. — Да ты прикалываешься надо мной… — удивлённо пробасил Занзас, не веря показаниям прибора. Но тот не мог врать. — И что думаешь? Он подходит тебе на пост внешнего советника? — спросил Реборн, нежно обнимая за талию Цунаёши, поскуливающего под ним и умоляющего вытащить из его члена трубку.       У Скайрини дернулся глаз. Да, ему подходил парень, который стонал на его любимом столе, место которого теперь на помойке, — он за него больше никогда не сядет. Детектив владел своими каналами связи, он нашёл им кольца Вонголы, когда все их люди потерпели неудачу, а что самое главное — у него было пламя Неба. — Да, чёрт тебя дери. Заканчивайте здесь и проваливайте, готовьтесь к завтрашней церемонии! — гаркнул будущий босс, убирая устройство в один из ящиков стола, после чего встал, намереваясь покинуть кабинет. Но в дверях остановился и повернулся. — И прикажи раздобыть мне новый стол, твою мать!       Громко хлопнула дверь. Реборн усмехнулся. Его подопечный был в своём стиле. — Да-да, знаю… — прошептал он на ухо Цунаёши, которому уже становилось плохо из-за того, что ему не давали кончить.       Приподняв любовника и подсадив на стол, прямо на простынь, Реборн ухватился за навершие трубки и аккуратно вытянул её из члена Савады. Тот нечленораздельно пробормотал какую-то гадость в его адрес, но мужчину это сейчас не волновало. Он заткнул губы юноши поцелуем, целуя одновременно страстно и нежно, насколько мог, понимая, что то, что он сделал, — жестоко, но это лучше, чем накачивать парня стимуляторами.       Реборн развёл колени Цунаёши и вошёл в него, тут же задавая быстрый темп. Савада, охнув, обнял его за шею. — Больше не смей запихивать мне в член всякую дрянь, — выдохнул он Реборну в шею.       Мужчина хмыкнул, меняя угол проникновения. Любовник тут же умолк, через мгновение громко выкрикивая его имя. Реборн улыбнулся, с огромным удовольствием наконец-то кончая прямо в Цунаёши.       Теперь этот странный юноша на полных правах будет всегда с ним. Осталось только сделать своего ученика новым боссом и благополучно завершить церемонию наследования.