Двухвостая империя

      – Убрать фиолетовый модуль с посадочной площадки, немедленно! – Крим использовала видеосвязь, чтобы отдать нужные указания.       – Невозможно, у нас нет паролей для активации, приборная панель недоступна, люк заблокирован, – голос из динамика ничуть не дрогнул перед раздражённой крольчихой, однако за внешним спокойствием несомненно скрывался страх.       Девушка нервно откинулась на спинку стула, тряхнув бахромой на эполетах, с силой потянула себя за уши:       – Так уничтожьте её! Долго ещё мне терпеть вашу недальновидность?       – Взрыв на крыше может привести к обрушению значительной части здания и жертвам – это неприемлемо! К тому же, броня этой машины выполнена из особого сплава и… – договорить не получилось, потому как Крим, очевидно, не захотела слушать оправдания.       Она больше не доверяла никому, пора уже избавиться от временных исполнителей и занять место, предназначенное ей ещё до того, как флагман Тейлзлэнда поднялся в воздух. Крольчиха была фактическим командиром правительства нового мира. Лисёнок по достоинству оценил её прилежность и внимание к деталям, оставляя на Мобиусе для внутреннего управления. Но после того, как группой сопротивления оказались их старые друзья, Прауэр попросил крольчиху затаиться на время и посадить кого-нибудь из подчиненных на своё место. Анонимность Крим позволила ей близко подобраться к команде Соника, но стоила полного непонимания со стороны Сильвера и Блейз, которые не хотели давать лисёнку создавать идеальный мир втайне от них. Ёж и кошка отказались от сотрудничества с ней, выполняя исключительно указания двухвостого и не воспринимая всерьёз попытки побочной базы приказывать вершине власти – крейсеру. Крим жутко злило такое отношение, сильнее, чем понимание, что навигатора и аналитика раздражает больше неосведомленность о её роли в проекте, нежели серьёзность порученного только ей одной. Пусть они как маленькие дети обижаются на недостаток внимания, но считать её ребёнком… длинноухая сорвалась с места, поспешив лично проконтролировать усиление охраны и избавиться от неприятных мыслей. Она не хотела проигрывать, не хотела, чтобы двухвостый лис посчитал её слабой и бесполезной. Не хватило совсем чуть-чуть, Наклз и Руж были слишком поздно пойманы, успев значительно подорвать её работу, а добраться до остальных так и не удалось. Империя разваливалась на кусочки, как карточный домик, который просто нет сил строить заново. Крим даже не вспомнила про охваченный пламенем город.       – Я могла бы и сама, – пробурчала под нос Эми, когда Соник лишил её твердой опоры под ногами.       Ёж не торопился набирать скорость, пропуская совершенную форму жизни вперед, предвкушал долгожданную гонку:       – Не настолько быстро. К тому же, я собираюсь обогнать Шедоу с тобой на руках. И пусть он съест свои кроссовки, когда мы оставим его в хвосте.       Эми хотела напомнить ему о том, что им предстоит и легкомыслие тут неприемлемо. Но её голос растворился в порыве ветра, когда герой Мобиуса продемонстрировал, почему его называют сверхзвуковым ежом. Мгновенно заложило уши, а огненные вихри, блуждающие по шоссе и переулкам перестали пугать её, вытесняемые эйфорией неудержимой скорости. Девушка не решалась раскрыть глаза, уткнувшись в его грудь, надеялась на его благоразумие. Но нет, получивший свободу ёжик, вовсю использовал возможность отдаться своей стихии, безбашенными кульбитами. Проскакивая сквозь стены пламени, он словно вводил в ступор саму реальность, не успевающую здраво реагировать на его молниеносные движения. Если бы крейсер всё ещё был способен сканировать ночной город, то даже его сверхчувствительный локатор не смог бы распознать ни одного из ежей, что бросили ему вызов. Пламенный вихрь надёжно скрывал воздушную базу, пульсировал, увеличиваясь в размерах, и сжимался с гулким рёвом, выпуская горячий воздух. Разрушительное основание воронки уже добралось до нижних этажей городских зданий, уничтожив самые низкие строения. Вобрав в поток то, что осталось от вовремя эвакуированного квартала, неконтролируемый процесс мог в ближайшие часы дорасти до Ночного Вавилона. Соник нёсся вперёд, совсем не реагируя на ужасающую картину происходящего вокруг. Лишь движение и девушка в его объятиях имели значение в этот момент необъяснимого счастья, когда можно было улыбаться не по причине, а по желанию. Централ Сити… Кризис Сити… какая разница, всего лишь новая трасса, препятствие, которое безумно хочется преодолеть.       Розовая ежиха не разделяла его восторгов, стискивая зубы от охватившего её страха, сковавшего тело. Ещё никогда он не демонстрировал ей пределов своих возможностей, и девушка ошеломлённо слушала ровный стук из его груди, когда её сердечко колотилось, вырываясь и трепеща. Её герой, похоже, был счастлив делить этот момент с ней и наверняка мог страшно расстроиться, если бы Эми никак не выдала своё впечатление. Неугомонный ёжик открывал девушке свои чувства, впускал в свой внутренний мир, показывая его истинную скорость. Ушедший на приличное расстояние Шедоу уже показался вдали и прекрасно понимал, что его вечный соперник затеял, разумеется, не собираясь уступать. Реактивные ботинки жалобно взвыли, выбросив максимально мощный заряд энергии, ускоряя скольжение чёрно-алого ежа, грозя расплавить дорожное покрытие. И горе тому водителю, который рискнет выехать на охваченную пламенным хаосом скоростную магистраль с двумя неудержимыми гонщиками. Им было нечего терять, не нужно прятаться, быть осторожными – грань времени слишком неуравновешенна сегодня. Напасть первыми, перестать быть целями, стать охотниками, просто бежать вперёд.       «Как только ты победишь Тейлза, мы вновь станем врагами, помни об этом» – эта фраза, сказанная Эггманом на прощание, всё время всплывала в сознании синего ежа, не давая покоя. Но с каждым мгновением неумолимо приближался конец пути, и ёжик чувствовал сильнее и сильнее – доктор ошибается. Это не перемены и не последствия, а именно тот порядок вещей, который был, будет и должен быть. Как и то, что Шедоу не может быть впереди самого быстрого ежа. Финишный рывок вспышкой света сократил расстояние до минимума, образуя из поравнявшихся противников единую волну, пронзившую заграждение из роботов – жалкую попытку Крим защитить здание от вторжения. Соник слегка повернул голову, одарив совершенного победной улыбкой, казалось бы, продолжал бежать наравне с ним… нет, чёрно-алый успел заметить, всего на какую-то долю секунды, как во сне, словно показалось. Наклоняясь вперед, попытаться продемонстрировать то же самое, оспорить его превосходство, Шедоу ни за что не смирится с этим, никогда не уступит даже одно единственное мгновение.       – Я нашел их камеры, – произнес синий ёж в коммуникатор, закреплённый на запястье, обыскивая толстопузого охранника, стонущего на полу.       Группа разделилась, нанося урон всему правительственному комплексу, рассредоточив их силы на три части по заранее подготовленному плану. Тревожная сирена вместе со снующими роботами привели в замешательство персонал, не ожидавший такой дерзости от нападавших. Им было что противопоставить этим бунтарям, но все возможности властей хорошо действовали на вражеских территориях, кроме того, элемент неожиданности был невозвратно утерян. Эггман подключился к системе безопасности здания, каждую минуту давая ежам указания о движении в коридорах, координируя действия, помогал избегать ловушек и большого скопления охраны. Соник, наконец, разыскал связку ключей, отпирая решётку за которой находилась летучая мышь, ярко ощутил дежавю от спасения этой парочки из тюрьмы.       – У нас тут интим, закрой дверь, – пошутила Руж, от чего непонятное существо, торчащее из стены, стало ругаться голосом Наклза.       Присмотревшись, герой Мобиуса сообразил, что заметил красное нечто в камере по соседству и то, как тут... Его потихоньку начал разбирать смех, от нелепой, ворчащей морды, непонятным образом застрявшей в дыре.       – Он неудачно пошевелился, упал на колени, и его прищемило так, что всё распухло. Теперь ему больно вылезать, – внесла ясность мышка, слегка поглаживая раскрасневшуюся моську несчастного пострадавшего.       Похоже, ехидна находился в таком положении довольно давно, раз Руж не думала подшучивать над ним. Наверняка это занятие уже ей надоело, на её лице заметно виднелось беспокойство, когда парень сдавленно скулил от боли. Соник пожал плечами, совсем не собираясь терять время на решение вопросов застрявших, резко приложил к нему руку и с силой впихнул внутрь. Мышка взвизгнула, приложив ладони к лицу, охваченная мерзкой волной мурашек, с ужасом представила, как это было. Синий ёж самодовольно заглянул в дыру, чтобы приободрить вышедшего из себя друга, что было большой ошибкой – шипастый кулак расширил отверстие, точно направленный в глаз Сонику, достиг своей цели. Руж встала перед взбешенным парнем, когда тот разломал препятствие до конца, топнула ногой, пресекая драку:       – Наки, не смей ругаться при мне как портовый грузчик! – она убрала его руку, чтобы не теребил ободранное место. – Ну не волнуйся ты так, всё пройдет. Выглядишь даже ещё брутальнее, прямо от одного взгляда забеременеть можно.       Ехидна сглотнул, мгновенно забыв о сверхзвуковом ёжике, проворчал что-то о её поведении, бессильно выпутываясь из ловушки её взгляда. Летучая мышь умела полностью лишить равновесия своего избранника всего парой слов или одним чувственным взмахом ресниц, вынуждая краснеть ярче своей шёрстки.       Громкие крики за пределами тюремного блока становились всё ближе, пока из прохода не появилась Эми. Она тащила за собой брыкающуюся Крим, то и дело резко дергая её за локоть, когда та упиралась ногами. Крольчиха хныкала, делая тщетные попытки вырваться, но крепкую хватку Роуз не мог разжать даже Соник, хотя и имел несколько иные помыслы. Ежиха, злобно ворча, прошла мимо освобождённой пары и обладателя свежего синяка вокруг глаза и, оттаскав Крим на прощание за уши, закинула в теперь уже свободную камеру.       – Что ты делаешь?! Выпусти меня! – Крим вцепилась в запертую решётку, хлюпая носом, всё никак не могла поверить в происходящее. – Не надо, не делайте этого, вы же всё разрушите!       Увидев, что её никто не слушает, девушка сползла на пол, неразборчиво бормотала нечто бессвязное. Эми не сразу смогла отойти от своей длинноухой подруги, борясь со своими эмоциями, убеждала себя в необходимости принятого решения. Соник получил сообщение от Шедоу, и теперь осторожно пытался увести её отсюда. Чёрный ёж выполнил своё задание – добрался до крыши здания и уже сумел активировать фиолетовый модуль Блейз, осталось лишь надеяться на его навыки управления летающими машинами, приобретенным в G.U.N.       – Я подвела тебя… я не смогла… твоя империя пала… простишь ли ты меня когда-нибудь? – слова крольчихи растворились эхом в пустом коридоре.       Руж схватилась за плечи Наклза, благоразумно сложив крылья, как только оказалась на открытом воздухе. Горячие порывы ветра лишали шаги уверенности, а впечатление от увиденного было отнюдь не восхищённым.       – Вот значит, какое веселье мы пропустили. Наки, иди медленнее, я не успеваю, – мышка уставилась на огненный циклон и чуть не оступилась, всё же ей было труднее, чем остальным, противостоять шторму.       – Я же просил не называть меня так… когда мы не одни, – попробовал огрызнуться бывший хранитель, но тут же осёкся, почувствовав себя эвкалиптом в объятиях коалы.       Руж оседлала его спину, найдя это решение самым удачным в сложившейся обстановке, однако относилась к этому вполне серьёзно и не думала отпускать шутки по этому поводу. Синий ёж не стал говорить этим двоим о вместимости модуля, рассчитывая, что те сами всё поймут, но получилось совсем не то – ехидна уверенно приближался к кабине и столь же уверенно скидывал с себя ушастую. Герой Мобиуса раскрыл было рот, но обитатель острова Ангела не дал ему вымолвить ни слова:       – Мне всё равно, можешь сесть на колени к Шедоу, если места мало! На крейсере осталось то, что принадлежит мне, и я намерен вернуть это.       Мышка протестующе схватила парня за руку, уколом в сердце, почувствовав угрозу своему счастью. Всё это время она всеми силами старалась сделать так, чтобы ехидна забыл о своём камне, остался с ней навсегда и больше не уходил. Эгоистичному стремлению держать его под присмотром и не позволить осколкам главного изумруда вернуться в зиккурат на парящем острове не суждено было осуществиться. Руж беспомощно смотрела ему в глаза, едва сдерживая предательские слёзы от полного бессилия.       – Помнишь, я сказал, что ты не умеешь готовить? – Наклз заметил, как Соник забрался на фиолетовую тарелку и ждёт его. – Так вот, я соврал. Всё было прекрасно.       Используя против беловолосой красотки её же оружие, парень притянул её к себе, завладев пухлыми губами. Эми уже догадалась, что от неё требуется, стиснув зубы от зависти, сообразила, что прошляпила прощание со своим ежом. Резко прервав поцелуй, ехидна оттолкнул девушку от себя, прямо в руки розовой ежихи. Та поймала фигуристую мышь, надёжно подхватывая её под руки, не давая вырваться, держала до тех пор, пока кошачий корабль не взмыл в воздух.       – Ненавижу тебя, мерзавец, попробуй только попасться мне на глаза! – Руж бесновалась в истерике, крича свои угрозы в сторону стремительно исчезающей летающей тарелки. – Тупоголовый, бесчувственный… убью, закусаю, изнасилую!       Роуз понимающе молчала, не пытаясь прервать её, с интересом поглядывала на маленькое колечко, что поблескивало на пальце у летучей мыши.       Ещё не конец, не совсем… ближе, ещё ближе… пожалуйста…