Сyffuriau

      Через час капитан уже сидел на кровати, напряжённо вглядываясь в бледное лицо. Несмотря на позднее время мысли били ключом, заставляя Ренарда всё глубже уходить в себя.       Размышления вели его к безысходности. Он не знал, какое оправдание станет для его действий идеальным. А есть ли оное вообще? Мысль о собственной самонадеянности разила его Ахиллесову пяту. «Почему?..»       Из-под одеяла высунулась рука, нерешительно прикоснулась к мужчине. Пальцы уцепились за край рубашки, привлекая внимание. На его лице — обескураживающая улыбка. Яркие глаза счастливо щурятся, заметив внимание. Повернувшись на бок, Ник засыпает, а рука расслаблено падает, накрывая ладонью руку Ренарда.       «Вряд ли он будет это помнить», — думает Шон. Но глупая улыбка всё равно появляется на его лице.       Вероятно, придется сохранить произошедшее в тайне. Так будет лучше. И для него, и для Ника. Всё вернётся на круги своя. Да. Надо просто придумать легенду. Красивую. Идеальную. Убедить себя в её справедливости. Между ними только работа и странное сотрудничество везена с гриммом.       А ладонь лишь крепче сжала холодные пальцы того, с кем у него только «работа и сотрудничество».

***

      Когда за окном начинает светлеть, капитан срывается. Скрепя сердце, отпускает потеплевшую от его ладони руку и выходит из спальни. Да, он не сомкнул глаз, настороженно просидев всю ночь возле детектива. Но важно ли это?..       Хэнк ответил моментально. Вкратце описав состояние Ника в этот момент (холод, сон), мужчина добавил к информации их местонахождение и сказал взять с собой Розали.       Телефон тихо стукнул о стол. Эта краткая беседа вытянула из него столько сил…       Ренард пошёл в ванную, намереваясь умыться и привести себя в порядок.       Что он делает? Зачем бежит от себя? Это не важно. Важно сохранить равновесие. Да, даже если для этого надо наплевать на свои чувства. Иронично усмехнувшись, он споласкивает ледяной водой лицо. Легче.       И всё же он не может отказать себе в желании ещё раз посмотреть на Ника. Просто стоять, наблюдая. Терзаться тревогой, непонятной тоской.       Телефон прерывает его. Прибыли. Пора.       Открыв дверь, капитан меланхолично отходит к окну, отстранённо слушая переговаривания Розали и Эдди.       К нему подходит Хэнк.       — Капитан, с вами всё в порядке? — неподдельное беспокойство в голосе детектива что-то задевает в душе.       — Просто немного устал.       — Я по поводу клуба… Пока мы ехали, патрульные доложили, что он сгорел. Они заметили дым, а когда подъехали — осталась лишь груда обломков. Возможно, это был взрыв. Сейчас на место выехали эксперты, по предварительным подсчётам — там около десятка жертв.       — Хорошо, будем ждать результатов экспертиз.       — Прошу прощения, что вмешиваюсь… Вы не звонили Джульетте? Имя девушки больно врезается в душу, словно удар под дых. Точно.       — Нет, не представлялось возможности. С Ником всё будет в порядке?       — Да, если дурман погиб, то скоро всё будет в порядке. Вы же не общались с ним, пока были в клубе?       — Нет.       — Что же, будем надеяться на лучшее. Именно так. Будем надеяться.

***

      Когда Ник просыпается, то первым делом интересуется, почему оказался у капитана дома. Выслушав сбивчивые объяснения Эдди и Хэнка, он удивлённо кивает, затем приезжает Джульетта. Счастливая пара уезжает, прихватив с собой и Гриффина с Монро и Калверт.       Ренард остаётся один, отстранённо думая, что сегодня может сойти за форс-мажор, и звонит на работу, предупреждая о своём отсутствии. Лишь один день. Он просто успокоится. Эта рана затянется. …и всё будет хорошо?