Сосед.

Каким бы соней по сущности своей ты не являлся, восходящее солнце само по себе разбудит тебя рано, как и каждую пташку в этом лесу. Стрелки на наручных часах оттикали пять минут девятого, а из глубин синего полиамида уже начали высовываться острые носики проснувшихся айдолов. Первым на свет выкатилась булочка, слыша ворчанье Сухо за спиной, которого он разбудил, когда выбирался. Минсок потянулся, улыбаясь солнечным лучикам раннего солнца, которые щекотали ему переносицу и, зевнув, обернулся к берлогам друзей. Постепенно из палаток начали вываливаться мемберы, укутанные в теплые кофты – они натягивали свои ботинки, стоящие на траве, и оглядывались на лес вокруг себя, явно удивляясь такому утру – нечасто просыпаешься посреди зеленой рощи под крики дроздов, а не в своей постели общежития под привычный трезвон комодного будильника. - Так, сейчас будем завтракать! – ЧанЕль, похожий на безумного пуделя, в которого ударила молния, потер друг о друга ладони. – Яичница на камнях, дикие ягоды, подстреленный кролик? Кенсу, ты же взял ружье? Я всегда был уверен, что у тебя под подушкой кладовая оружия. ДиО закатил глаза. Чонин скрыл в кашле вырвавшийся смешок – он-то знал, что под подушкой у соседа лежит стопка романтических манг. - Пойдемте сначала умоемся. – Подал голос Син, выползающий из своей палатки с полотенцем и зубной пастой в руках. - Где? - Тут неподалеку есть горный ручеек. – Парень указал в правую сторону. – Я вчера его нашел. - А я не взял зубную щетку. – Раскрыл рот Пак Чан, машинально взглянув на Бэкхена, который раздраженно вздохнул. - Ты взял с собой монополию, набор пилочек для ногтей, дождевик, плавательную шапочку, разноцветные ленточки, чтобы обвешать ими деревья, в последний момент запихнул в рюкзак древний, как мир, магнитофон, но ты. Не взял. Щетку? ЧанЕль фыркнул, отмахнувшись. - Подумаешь… - Камышом чистить будешь. Исин оказался прав – не так далеко от их места расположения в густой листве низких веток обнаружился ручей пресной, чистой воды. Он утекал куда-то вниз, по склону, виляя между крупными камнями и островками земли. Приятное журчание воды и свежесть, исходившая от нее приободрило парней, с которых тут же сошли остатки сна. Сехун осторожно нагнулся к воде, собираясь зачерпнуть ладонями воду – рядом промелькнул радостный Лухан, забежавший в ручей по самые колени. Макнэ тут же зашипел на хена. - Лухан, она же ледяная – ты опять простудишься! Но чучело не слышало его, заворожено смотря на кристальную прозрачность воды и неуклюже пытаясь наступить на быстрых мальков, разлетающихся у него под ступнями. Бэк тоже ступил на берег неуверенно, и сначала быстро опустил руку в воду, проверяя ее температуру, от чего тут же встрепенулся, скривившись. - Бррр, ну и холодрыга… - Пробормотал он, пятясь назад, но тут к нему сзади подошел ЧанЕль и, взяв старшего за шкирку, потянул за собой. - Так, бекончик, пора купаться. - Что? Эй, пусти! Пак Чан улыбчиво взглянул на друга через плечо, который отчаянно выкручивался в его руках и покачал головой. - Это тебе за ночные похождения. Одним движением руки он окатил Бэка водой, отчего тот резко ахнул, подняв на довольного ЧанЕля обезумевший взгляд из под мокрой челки. Ни сказав ни слова, он нагнулся к воде, и запустив в них руки, обхватил лодыжку Пак Чана и резко дернул на себя. Младший, не удержав равновесие, со звонким плеском шмякнулся на спину, и пустив на поверхность воды парочку пузырьков, вынырнул наружу, до сих пор сидя на дне. Бэк захихикал. - Ты как мокрый выдренок. – Брякнул он, откручивая крышечку тюбика. ЧанЕль несколько секунд сидел неподвижно, наблюдая за движениями хена, затем медленно протянул руку в сторону плавающей рядом бейсболки, нахлобучил ее на макушку с чмокающим звуком, и прорычав: «Ну берегись…», кинулся к Бэку, который отвернулся, начав чистить зубы. Вскоре весь берег наполнился отчаянными вскриками сцепившихся айдолов – промокшие до нитки, они большим, тяжелым комом, возились в воде, мутя ее подымающимся песком со дна и распугивая прилетевших попить воробьев. Лухан поспорил с Минсоком на полсотни вон – он поставил на ЧанЕля, а Сюмин – на Бэка, и теперь оба наблюдали за поединком, как ярые болельщики подбадривая своего кумира. Ифань сидел на камешке неподалеку и умывался, стараясь не глядеть на Цзытао, который бродил по берегу где-то неподалеку – с момента вчерашнего вечера и по сей момент они не перекинулись ни одним словом. Кенсу уже ушел обратно, к их месту, потащив за собой Чонина, который должен помочь ему с завтраком. Исин и Чондэ примостились на небольшом выступе и, болтая свесившими ногами, щелкали семечки. Только Чжунмен, увидев завязавшийся бой этих двух пытался утихомирить ребят. - Эй, перестаньте! Бэк, ЧанЕль – сейчас же выходите на берег! – Прокричал он одним из своих властных голосов, говорящим: «Я не щучу», но те его даже не слышали. - Да ладно тебе, все будет нормально – ты же их знаешь. – Тронул его за плечо Лухан, и Чжунмен фыркнул. - Вот именно. Именно Сухо оказывался им – человеком, благодаря которому ЧанЕль и Бекхен еще не поубивали друг друга. Не будь его, у этих двоих уже были бы рты лишь с половиной зубов , сломаны парочку конечностей, выдраны волосы и откусаны уши – никто не сомневается в серьезности их перепалок, в порыве которых они разносили к чертям половину общежития и пугали персонал компании. Конечно, все знали – это такой показатель их любви друг к другу – яростной и крепкой, которую заметили все в первый же день, стоило им появится в танцевальном зале с обвившими друг друга руками и тычками под бок. Она выражалась в каждой из тысячи мелочей, которые те и сами не замечали – в том, как ЧанЕль каждый обед таскал у Бэка из под носа поджаренные кусочки самгепсаля, а тот делал вид, что ничего не замечает, в том, как ЧанЕль просил пересесть Чонина, чтобы сидеть рядом с Бэком, когда они собирались в зале ожидания, для того, чтобы крепко сжать ладошку друга и перешептываться: «Боишься?». «А ты?». «Нет». «Врунишка». В том, как Бэк натягивал на ЧанЕля его бейсболки, когда они вместе ходили в ближайший магазинчик за гамбургерами для Исина, но в итоге возвращались с тремя-четырьмя коробками пиццы и пакетами картошки фри. В том, как ЧанЕль клал голову Бэку на плечо, когда засыпал в машине, в том, как они открывали окна в фургоне и горланили песни Girls Generation, махая руками удивленным прохожим, в том, как Бэк сваливал спящего друга на диван и, бормоча про его сумасшедший вес , плелся в комнату за пледом и подушкой. В том, как Пак Чан увязывался за хеном в звукозапись, чтобы послушать его голос, в том, как ставил ему подножки, хлопал по макушке, оттягивал за уши, щипал нос, не давая спать. В том, как они смотрели друг на друга, как вели себя, как вместе существовали. Во всем. - Нет, с этим надо что-то делать. Чондэ, помоги мне. – Крикнул Чунмен, закатывая джинсы. Чен разочарованно вздохнул, чувствуя конец шоу и пошел за лидером. Вместе они подошли к барахтующимся друзьям и потащили их к берегу, отцепив друг от друга, как шипящих котов. - Ну и кто победил? – протянул с берега Лухан, вытягивая длинную шею. - А ты как думаешь? – яростно воскликнул ЧанЕль, отбрасывая со лба прилипшую прядь темных волос. - Из-за тебя я потерял свою зубную щетку. – Прошипел Бэк, недовольно глядя на младшего. - Ничего – я с тобой камышом поделюсь. – Усмехнулся тот. Никто не сомневался, что ДиО сумеет приготовить наивкуснейшую еду не только в Сеуле, но и в лесу, и в пустыне, и на дне океана, и в небе, сидя на облачке. Аппетитный рис, свежее кимчи, ароматные лепешки с патокой, тофу с фасолью и теплые стаканчики с растворимым кофе. Порция куриных ножек для Чонина, который уже уплетал еду за обе щеки, когда остальные вернулись на их полянку. Лухан побежал к своей палатке за целой сумкой печений, суфле и пончиков, надеясь, что он не раздавил их во сне, а Минсок достал из кармана куртки полароид и принялся фотографировать их деревянный столик и присаживающихся мемберов, которые потянулись за своими чашками и палочками. - Ну так что, мы будем искать этот спрятанный клад нашего любимого менеджера? – спросил Чондэ, достав из кармана джинс помятую записку О Сина, которую они вчера нашли под камнем у дерева с указаниями к следующей подсказке. - Нужно, чтобы кто-то остался и присмотрел за вещами. – Пробурчал с набитым капустой ртом Минсок. - Я останусь. Не хочу играть в какую-то детсадовскую ерунду. – Моментально вызвался Ифань с потаенной причиной, но Цзытао тут же отозвался: - Я тоже останусь. - Вы просто боитесь проиграть. А я вот уверен, что найду спрятанное. – Ткнул панду в бок сидячий рядом Пак Чан с полотенцем на голове и покосился в сторону Бэкхена. – Надеюсь, это окажется моей сухой одеждой или феном на солнечных батарейках. - Нужно разделится по парам. - Я пойду с Сехуном. – Моментально вскинул руку Лухан и инстинтктивно притянул к себе макнэ, который чуть не опрокинул кофе. - До Кенсу, пойдем? – просящим взглядом посмотрел на хена Чонин, отрываясь от риса. - Хорошо, но вообще мы с тобой сейчас пойдем за грибами для панчхана. – Ответил тот, кидая парню небольшую корзинку, стоящую у ног. - А они тут есть?- неуверенно спросил Ким Чонин. - Найдем. В итоге, все, кроме Тао и Криса разбрелись по лесу, прихватив с собой какое-нибудь средство для ориентира – кто неразряженный телефон, кто бумажную карту. ДиО с Каем пошли на поиски полянки с сиитаке – грибами, которые хотел заполучить Кенсу. Кай смотрел себе под ноги, высматривая в траве какой-нибудь признак съедобности, но в скором времени уже начал копаться в каждом встречном кусте, уповая на ягоды. - Чонин, а тяжело жить с двумя сестрами? – неожиданно спросил Кенсу, бродящий неподалеку. Кай удивленно оглянулся на друга. - В смысле? - В прямом. Мне интересно, каково это – быть младшим среди девчонок. Я все детство провел с родителями и братом, с которым мы делили одну комнату, грызлись по пустякам и сваливали друг на друга каждый косяк. А вот сестры… Кай пожал плечами, пиная перед собой мелкие камушки. - Они всегда казались мне вторыми матерями, потому считали меня слишком мелким – постоянно учили, что да как, заботились, укладывали спать, ругались на плохие оценки и поздние возвращения домой, ставили в угол и гладили по головке – в общем, опекали, как могли. А сейчас у обеих есть семьи – дома только я да мама, и мы редко видимся. Кенсу прочистил горло и осторожно взглянул на младшего. - А отец? Чонин споткнулся на ровном месте, и выронил горстку черных ягодок, которые только что ощипал с густого кустарника. Он уперся взглядом в землю, застыв на месте и не смотря на Кенсу. - Кай…? - Развелись они. – Сухо ответил тот, все так же не поднимая головы. – Пару лет назад. Иногда я встречаюсь с ним. Кенсу подошел ближе к младшему, испугавшись новому состоянию друга, которого он раньше не показывал и легонько тронул по плечу. - Ты скучаешь по нему? – тихо спросил ДиО, думая, что Кай сейчас уткнется ему в плечо и крепко обнимет, делясь внутренней болью, как он обязательно сделал бы в подобной ситуации – но Чонин только повел плечами и вскинув подбородок, фыркнул. - Нет. Ни капли. И наклонившись к земле он резкими движениями начал собирать ягоды, на которые взглянул Кенсу и воскликнул: - Кай, это же воронец! Чонин довольно взглянул на хена. - Я молодец? - Он ядовитый, балда! – прошипел Кенсу и шлепнул младшего по рукам. – Прежде чем что-то тут есть, покажи мне. Парень надул губки, и встав, отряхнул руки. ДиО повел его за собой, как-то слишком бережно взяв за руку. Ифань пытался сосредоточится на раскрытой книге, перечитывая каждое предложение по нескольку раз, но смысл признаков аффективных синдромов никак не доходил до него, со свистом вылетая из правого уха. Весь его разум был забит хаотичным потоком мыслей о Хуане Цзытао, который стоял неподалеку и тренировался. Крис пытался краем глазом следить за каждым его движением, прислушивался к шелесту травы под ногами младшего, боясь, что он вот-вот подойдет и попросит объяснений. А что он мог сказать? Зачем он вообще открыл вчера рот, зачем наговорил всего этого? И как им теперь разговаривать, когда над головами, словно густой туман гнетет недоговоренность? Нервы тонкими струнами натянулись до предела, руки предательски трясутся, да еще и колени дрожат, мешая прочитать строчки. Тао в это время старался вспомнить самые трудные упражнения, чтобы хоть как-то отвлечься от размышлений по поводу вчерашнего вечера. Он напряженно вслушивался в шелест страниц, доносившийся со стороны Ифаня – он действительно читает? Действительно ведет себя так, словно ничего не произошло? Юноша не знал, сумеет ли сам как ни в чем не бывало докучать хену и делать вид, что того странного разговора вовсе не было. Хотя нет, - знал. «Я так не могу.» - подумал про себя Тао, и встав на ноги, направился к Ифаню, который, по мере приближения младшего все больше нагинался к книге, чуть ли не утыкаясь носом в листы. - Не думаешь, что нам стоит все разъяснить? – спросил Цзытао, взглянув на хена сверху вниз. Крис поднял на него удивленный взгляд и невинно похлопал ресницами. - О чем ты? - О чем? – усмехнулся парень. – О том, что ты говорил вчера. Ты ведь не закончил, верно? И к чему были все эти слова? Как ты на самом деле ко мне относишься? Презираешь? Ненавидишь? Ифань цокнул языком, прищурившись. Он устало вздохнул, и поглядев в сторону, наконец произнес: - Давай забудем об этом разговоре, окей? Я наговорил ерунду и теперь сам об этом жалею. Тао ничего не ответил, вглядываясь в лицо хена. Он мельком заметил, что Крис нервно теребит кутикулу на указательном пальце и отбивает ступнями дробь по траве. Боится встречаться с ним глазами, поворачивая голову в разные стороны. Он избегает его с самого утра – быстро отошел подальше, когда они ходили умываться, втиснулся за завтраком между Ченом и Сухо, лишь бы не сидеть рядом с Тао, чертыхнулся себе под нос, когда он тоже решил остаться, и не играть. - Посмотри на меня. – Решительно произнес Цзытао, чувствуя нарастающее раздражение внутри. Крис неопределенно уставился на Тао где-то в районе пупка, а потом неожиданно нахмурился, все больше и больше вглядываясь. - Это что – моя футболка? – спросил он, тыкнув парня в грудь. Тао оглядел себя, и растянулся в улыбке – на нем действительно была черная футболка Криса с белыми вертикальными линиями, изображающие звуковые волны. – Какого фига она на тебе? Ифань отметил про себя, что она чертовски идет Тао, возможно, даже лучше, чем ем самому – лису вообще очень шли темные цвета, подчеркивая его сливочную кожу и острые линии тела, но сейчас ему было просто необходимо перевести тему, заговорить о чем-то другом. - Мне идет, правда? – усмехнулся Тао, отбросив с глаз челку. - А ну снимай! – воскликнул Крис, и сорвавшись с места, кинулся за убегающим Цзытао – тот быстро подскочил к деревьям, и петляя между ними, пытался запутать хена, который то и дело врезался в твердую кору стволов. - Цзытао! – вскрикнул Ифань, оббегая очередное дерево, за которым притаился младший, и резким движением прижал его к лиственнице, схватив за грудки. – Попался! Тао растянулся в довольной улыбке – Крис наконец-то смотрел ему прямо в глаза – он видел миниатюрную версию себя в блеске его ахроматических зрачков, кожей чувствовал его тяжелые выдохи, ощущал запах хвои, исходивший от опушки его куртки и ментол, и грозу, которая вот-вот должна его оглушить. В следующую секунду Цзытао резко протянул вперед руки и накинул на Криса его огромный капюшон, который тут же закрыл весь обзор, и звонко рассмеявшись, выскользнул из его рук, забрав из рук книгу. - Ты, хитрюга! Это нечестно! – Воскликнул Крис, облокотившись на ствол, к которому привалился, когда Тао неожиданно исчез. Восстановив равновесие, он потянулся к мешавшему капюшону, как услышал тихий шепот прямо над ухом: - Лисы – они такие… Вздрогнув, Крис откинул с глаз темный мех и встретился со своим страхом лицом к лицу – Цзытао стоял прямо перед ним, всматриваясь в него взглядом, пронизывающим Криса, словно множество шпаг во всех частях тела – до боли, до дрожи. - Что? – произнес он одними губами, пытаясь избавиться от леденящего холода, который обычно возникает в районе груди перед чем-то неизбежным. Тао улыбнулся уголком рта. - Я и не знал, что ты разговариваешь во сне. В общежитии я этого не замечал, а здесь вот, посчастливилось узнать. – Он приблизился к парню на один короткий шаг, от которого у того чуть не подкосились ноги. – Ответь мне, У Ифань, что с тобой происходит? Думаешь, я ничего не замечаю? Я просто не мог понять, что ты ко мне чувствуешь. Вроде бы я тебя раздражаю, нервирую, но в тоже время ты делаешь необъяснимые вещи. Я вижу это. То, как ты выключаешь верхний свет, едва я ложусь в постель и читаешь при слабой лампочке, портящей тебе зрение. То, как ты просишь Кенсу не добавлять в нэнмэн соевый соус, зная, что у меня на него аллергия. Как ты протираешь капельку размазанной подводки перед концертом у меня на щеке, как внимательно оглядываешь меня перед выходом. То, как рассказываешь мне о целебных свойствах алоэ перед сном, обрадовавшись, что я заинтересовался твоей косметикой. Как передаешь мне грелки в фургоне, как подсаживаешься у окна и держишь руку на соседнем сиденье, пока я не заберусь в машину. То, как в злости прикусываешь губу и косо смотришь на Сюмина, обнявшего меня за шею. Как накрываешь меня одеялом, если я засыпаю, едва зайдя в комнату и то, как проснувшись вчера посреди ночи, нагнувшись, долго глядел на мое лицо, полагая, что я сплю. А этой ночью я почти не спал – не мог, прокручивая в голове эти совместные месяцы странного общения. Ответь мне, У Ифань. Что с тобой? Оторопев, Крис смотрел на Тао, чей голос повышался с каждым словом и говорил все требовательнее и настойчивее. Он застыл на месте, боясь сделать вдох – он в ловушке, он попался. Неужели его попытки скрыть свой интерес были настолько жалки и ничтожны? Почему он оказался загнан в угол, перед Тао и своим собственным сердцем, которое сейчас бешено стучало где-то в висках? Попался. Загнан. Что делать, если назад пути нет? Правильно – уверенно ступать вперед, как бы не было страшно. - Если ты надеешься снова просто промолчать… - начал было Тао, но тут Ифань неожиданно притянул парня к себе и, прижав к дереву, накрыл его прохладные губы своими, горячими, обжигающими. От неожиданности Цзытао выронил из рук книгу, которая больно ударила корешком по ступне Криса, но тот не обратил внимания – он лишь сильнее прижался к младшему, ожидая, что тот в любой момент его оттолкнет. Но он не оттолкнул. Глубоко вздохнув, Цзытао скомкал в руках куртку Криса на плечах и прикрыв глаза, ответил на поцелуй. К Крису наконец-то вернулось дыхание, и набрав в легкие побольше воздуха, он наслаждался теплым запахом Тао, щекотившим ему нос, без страха скользнул ладонью на открывшуюся над воротником шею, почувствовал кончиками пальцев участившийся пульс. А Цзытао обмяк в крепких руках хена – лишь пальцы до сих пор с силой впивались в мех куртки, словно он боялся, что Крис исчезнет. «Лис хорошо целуется.» - пронеслась в голове Ифаня наиглупейшая мысль и он улыбнулся, не отрываясь от Тао. «У него мягкие и вкусные губы. Он выше меня на пару сантиметров, и они идеально ложатся на мои.» - очередной разумный поток, от которого у Криса закружилась голова. Он медленно отстранился от Тао, чувствуя, как хватка младшего на его руках постепенно слабеет – сам он тоже опустил ладони, проведя ими по животу парня. - Что… что это было? – пробормотал Тао, взглянув на Криса стеклянным взглядом – зрачки расширились, губы еле шевелятся, он переминулся с ноги на ногу, словно боялся упасть. Настал черед Ифаня расплываться в довольной улыбке. - Всего лишь ответ на твой вопрос.