Хозяйка Хогвартса +528

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Годрик Гриффиндор, Кандида Когтевран (Ровена Равенкло), Пенелопа Пуффендуй (Хельга Хаффлпафф), Салазар Слизерин
Рейтинг:
R
Жанры:
Юмор
Предупреждения:
Смерть основного персонажа
Размер:
Миди, 54 страницы, 10 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Отличная работа! Бесподобно!» от Tatsi
«Восхитительно!» от Moriell
«Прекрасный фик» от Book-worm
«Великолепно! Канон объяснен!» от Пепельная Буря
«За непередаваемую атмосферу» от Marnara
«Лучшее описание Основателей!» от Silvia_sun
«Незабываемый, любимый шедевр!» от kaury4
Описание:
Один рыжий ирландец как-то в лесу повстречал ведьму. И они... поругались.
А школа? Школа как-то сама образовалась.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Сиквел. Времена Гарри Поттера. "Русские не сдаются" http://ficbook.net/readfic/2718329
Вбоквел. Сборник стебных драблов. "Совладетели" http://ficbook.net/readfic/2784551/7796080#part_content

Барабанная дробь!
Внимание-внимание!
Leka-splushka вступила в группу

l С R E A T I V E ✿ C O M M U N I T Y l

и Марина Стрельникова нам сделала обложку-баннер
Смотреть и наслаждаться:
http://showpic.ru/upload/040715/5597dfd7f239d.jpg

адрес группы (не больше одного баннера в одни руки ;) )
https://vk.com/walkingdisasterfanfiction

Аудиофанфик: https://soundcloud.com/leka-21/8ii76wbivaak

Длинножоп и шляпа

2 апреля 2015, 13:38
Через год в школу приехали достойные витаны, проверить навыки и житье учеников. А также — не слишком ли старательно юношей учат воинскому делу, в ущерб прочим наукам?

Предводительствовал среди них Ксенофилиус Лавгуд — муж ученый и колдун сильный. Впрочем, в их роду слабых колдунов не рождалось.

— Дорогая сестра! — встретил Ксенофилиус Ровену. — Вот уж не ждал от тебя столь странной задумки со школой! Но раз уж ты придумала это, вот тебе твои племянники: Полис и Лисандр. Я собираюсь заняться делом, так что сам воспитывать не успеваю. А наставники не видят у самого носа простейших мозгошмыгов. После того, как я убил дурака, распугавшего моих кизляков, стало совсем непросто подыскать учителей. Ну, что тут у тебя?

Леди отдала приказ слугам устроить мальчиков со всеми удобствами, а сама повела брата, показывая отделанные хозяйственной Хельгой классные комнаты.

— Ммм! Какие у тебя кизляки! — восхищенно прицокнул лорд Лавгуд, нежно вороша листики герани. — Чем ты так их откормила? Я высаживаю фиалки.

— Откормила?! Я не знаю, чем их вывести! Я развожу герань. Слышишь, брат?! Ге-рань!!!

— Послушай, ты просто обязана поделиться со мной парочкой кустиков. Или хоть череночек любимому брату. Совершенно удивительно! Мне казалось, что у фиалок листики вкуснее.

— Не пробовала ни герань, ни фиалок. Ты всегда был слишком уж эксцентричен, дорогой братец. Быть может, отловишь себе и пару кизляков? Пару десятков кизляков.

— О! О!!! Какое великодушное предложение! У меня и сачок с собой.

Первая проверка уехала очень, ну очень довольная школой и ее обитателями.

А племянники леди Ровены остались. Они были неглупыми мальчиками, сменившими восемь наставников и хорошо разбирающимися в том, как надо учить детей. Леди Ровена решила, что свои знания им будет передавать в вечерних беседах. А днем племянники вполне могут стать учителями астрономии и нумерологии в Хогвартсе. Да и вообще, когда сам учишь кого-то, лучше запоминаешь знания.

Розита, повстречав мальчишек Рейвенкло в учительских робах, пришла к брату:

— Я тоже хочу быть наставником!

Первую пришедшую в голову мысль керн не озвучил. Сплюнул и промолчал со второй и третьей идеей. Да и четвертое предположение, самое не обидное, не стал озвучивать взбалмошной сестрице, только очень выразительно заржал.
Розита вспыхнула и топнула ножкой.

— Не считай меня дурой! Я могла бы рассказывать про висы! Про разных скальдов, про страстную любовь, про подвиги и про Мерлина! Или… или прорицания вести.

— Ага, гадание на птичьих кишках, — Годрик пригладил усы. — Замуж я тебя отдам. Вот Гай дом выстроит, и сразу отдам.

— Почему сразу Гай! Что он у тебя вечно крайний?! Я бы вот за Салазара не отказалась…

Годрик опять обидно заржал. Да так, что на глаза Розиты набежали слезы.

Оборвался смех резко. Гриффиндору вдруг подумалось…

— Девка, уж не поверила ли ты всей той чуши, что этот охальник вешает на уши своим бабам?!

— Почему чуши? Салазар меня любит, — шмыгая носом подняла на брата невинные глаза Розита.

— Я его убью. Где этот козел? Я его убью! — проревел Гриффиндор.

— Нет, Годрик, нет! Не трогай Салазара!

— Да не прикоснусь! Так убью! Издалека!

— Годрик! Годрик! — испуганная Розита не понимала, как так получилось, что разговор о ее преподавательской деятельности закончился обвинениями в разврате.

Гриффиндор опять сошелся в бою со Слизерином, но в этот раз правда была на стороне Салазара.

— Да слово даю! Я был всего лишь вежлив с девой. С ума я сошел — сестру друга портить?

— А висы читал?! — Годрик размахивал тяжелой секирой, убрав палочку подальше, чтоб не прибить ненароком приятеля.

— Да кому я вис не читал?! — изумился Слизерин, едва не пропустив удар, только в последний момент выставляя щит. Он как раз пользовался только волшебной палочкой. Ему тоже не хотелось обижать друга. Что за проблемы вечные у этих юных дев?! Одна сбежала и вредничает, другой пару раз улыбнулся, так вздохов, словно на сеновал затащил! Одна Ровена нормальная.

После боя оба знатно надрались. И в великой мудрости, какую дает только бочка доброго эля, распитая на двоих, решили пойти потребовать у Хельги твердого и однозначного выбора.
Приди они трезвыми, Хаффлпафф еще бы задумалась, а так — надавала обоим по морде и выставила вон. Еще и пригрозила протрезвить насильно или водой ледяной облить.

— Нет-ту щщастья в жиззи с ведьмой! — пошатываясь произнес Салазар.

— А ни с ведьмой — тоже нету. Ваапще нету, друг ты мой! — расстроился Годрик. — Вот Роззии-ита — ведьма слабая. А щастье хде?

— Хде?

— Вооот. А Гая она в мужья не хочет. А Бран — не дурак. Киф тоже. И Калваг. Был. Помянем?

— Да.

— Знчт, за Гая не хочт? — спросил вдруг Салазар, пока они пошатываясь брели к новой бочке эля.

— Не хо. В тебя влюбилась, как дуууура.

— Пщему, как дура?

— А че, в тя умная влюбится? — Годрик так удивился, что забыл, куда шли.

— Ты это. А пшли у нее спросим?

— Чего?

— Она за меня замж пойдет? А то Хельга не хочет, а у этой, у второй, муж.

— Он же помер?

— Ы.

— Ну, пошли.

Розита пьяным до изумления друзьям тоже сперва не обрадовалась. Но когда узнала, зачем они пришли, тут же передумала.

Никаких сомнений! Салазар выпил, чтобы преодолеть робость! И Годрика споил, чтобы тот не возражал! А то вечно брат против ее счастья!

Проснулся Слизерин с больной головой и с кольцом на пальце. И дня два приглядывался к дамским ручкам, пытаясь определить — с кем же успел помолвиться за время, выпавшее из памяти по пьяному делу. Увы, ни Ровена, ни Хельга парного кольца не носили. А на ручку Розиты Гриффиндор Слизерин вообще посмотрел случайно.

Ровена только пожала плечами, не выказав никаких чувств. Хельга прикрыла глаза и попыталась отговорить Розиту от необдуманного шага, но слова подобрала неверно. Так все и осталось, как сложилось. Девушка буквально летала по замку, раздумывая, что и как готовить к свадьбе, а ее брат бдил, охраняя нравственность. На свидания Слизерин мог бы не рассчитывать, если бы не слизеринская хитрость.

Ранним утром, у всех на виду, жених и невеста перемолвились несколькими словами. Розита что-то переспросила, Салазар ее пару раз поправил. Гриффиндор не заподозрил ничего такого.

Глаза ему открыл священник. Год спустя.

А пока… Гриффиндор вел учеников в горы, в лес, на озеро или на реку, а за ним, ругаясь и проклиная все на свете, мчался Салазар — вытаскивать гриффиндорцев из-под обвала, добивать диких лесных троллей, осушать озеро и перегораживать реку, чтобы всех спасти, обсушить, напоить лечебными зельями и отругать так, чтобы в другой раз неповадно было.

И «в другой раз» гриффиндорцы не лезли в горы или реку, а выбирали новые, неизведанные опасности — вересковые пустоши с добрыми соседями, остров, населенный дементорами, руины замка с баньши в единственной уцелевшей башне…

***



Хельга нашла отличного старосту для своего факультета. Юл прекрасно подошел. Он и до назначения приглядывал, чтобы мальчишки и девчонки не ссорились, не дрались, не отнимали друг у друга еду и вещи. Помогал отстающим, не жалел добрых слов для отличников. Жаль, что такой Юл — один на весь факультет.

Окрыленная внезапной идеей, Хаффлпафф потащила мальчишку к шляпе.

— А этого куда? — сморщилась тряпка.

— Этот мой, — поспешила ответить Хельга. — Было бы неплохо, если бы похожих юношей ты отправляла ко мне. И мне просто учить столь покладистое дитя, а то сама знаешь мой тяжелый нрав, и прочие мои воспитанники будут присмотрены подобным добрым старостой.

Юл зарделся и поскорее стянул с себя шляпу. С чего это его хвалить вздумали? Он и не делал ничего такого. Вот Мерлину бы примерить эту шляпу. Он, бедолага, так боится господина Слизерина. Может, его бы шляпа распределила на другой факультет? Или хотя бы уверила, что он на своем месте находится, и на самом деле Салазар его за лучшего ученика считает. Ну в самом деле — староста, это же не просто так, да?
Одним вечером, когда прочие обитатели замка были заняты ужином и беседой, Юл и Мерлин прокрались в комнату со шляпой.

— Тихо ты! — шикнул хаффлпаффец на Длинножопа, чья секира со страшным скрежетом проехалась по камням, высекая искры.

— Я нечаянно!

— Почему ты свой топор в караулке не оставил?!

— Я же сказал тебе! Я боюсь. Господин Гриффиндор заругается!

— Она где-то здесь. Госпожа Шляпа!

— А? О! Юные лорды захотели послушать мои висы?

— НЕТ! — вскрикнул Длинножоп прежде, чем Юл успел его остановить. Шляпа обиделась.

— Мерлин, ты идиот? — спросил хаффлпаффец.

— Ты ее голос помнишь? Тут через минуту весь замок будет висы слушать!

Юлу пришлось признать правоту старшего товарища, а шляпа приосанилась, расправив тулью и затрепетав обвисшими полями.

— Госпожа Шляпа, не могли бы вы тихонько распределить Мерлина? А потом мы послушаем все висы, какие вы успеете нам спеть до прихода господина Слизерина. Честное слово! — поклонился Юл.

— И будете хвалить их! — сварливо потребовала шляпа.

— Конечно! Как же можно не хвалить?!

— Ну, хорошо! Где там ваш Мерлин? Это который? Который из легенд или Длинножоп? — шляпа гадко захихикала. — Хотя, Длинножоп тоже войдет в легенды. Наслышана уже, наслышана.

Мерлин нерешительно примерил шляпу самого господина Годрика, безмерно им уважаемого.

— Ну и зря ты так! Хам, вояка и охальник. А от кого, как ты думаешь, я все кеннинги* брала?

И тут с пола послышалось угрожающее шипение — новый фамильяр Салазара, которого скальд берег от сна и смерти, увидел нарушителей и что-то там для себя решил.

Собирался ли он позвать мага или покусать мальчишек — никто никогда не узнает. Мерлин с испугу запустил секирой на звук. И попал.

— Да лучше бы я себе по ноге попал! Да лучше бы нас искусал этот змий! Да что ж такое! Ни на одной тренировке не попадал, а тут — с одного броска и насмерть! — причитал Длинножоп над трупиком. Юл молча и траурно стоял рядом, мысленно соглашаясь со всеми причитаниями.

— Надо идти к леди, — наконец решился он. — Леди Хельга добрая. Она нас защитит. Или к леди Розите — она нас спрячет.

— Точно! — вскочил на ноги Мерлин. — Ты иди к леди Хаффлпафф, а я побегу к леди Розите. Давай, давай! Не стой! Быстрее беги! Отрастил себе пузо! Господина Салазара на тебя нет!

Юл побежал за защитой, а Мерлин, сбросив шляпу, чуть подумал и, просияв, скрылся совсем в другой стороне. Он побежал не к леди Розите (та все равно была в большом зале вместе с Салазаром), а в покои леди Ровены.

— Бегите, бегите, — злопамятно буркнула шляпа, чьи висы слушать не стали. — А Длинножопы теперь только у Гриффиндора учиться будут. Он вас научит слово держать!

***



Леди Ровена увлеклась экспериментами пугающими и даже в какой-то мере непостижимыми.

Расчеты свои она тщательно скрывала ото всех в замке, кроме него — Мерлина. А то! Он умеет хранить тайны. И может оценить полет мысли! Ну, и бегать на подхвате и выполнять черную работу он тоже может, конечно.

Леди решила покорить воду песка. Перевернуть песочные часы, обратить время вспять или раскрутить вперед и взглянуть на сказочные города магов будущего. Уже даже был готов первый хронос. Его надо было вращать по часовой или против часовой стрелки. Пока подопытными были только големы и почтовые совы. Но леди обещала, что скоро опробует механизм и на Мерлине.

«Так что худого не будет, если я чуть пораньше воспользуюсь хроносом. Утяну гада за хвост от секиры, спасу ему змеиную жизнь, а там он меня пусть хоть до полусмерти искусает! Все не перед господином Салазаром краснеть!» — думал Длинножоп, разглядывая артефакт и решаясь совершить прыжок назад во времени.

— Я не думаю, что зелье удачи вообще возможно, чайка ран. И уж совсем не понимаю, как оно может помочь твоему артефакту, — услышал Мерлин голос человека, с которым совсем не хотел бы встречаться.

— Ай-ай-ай! Ай-ай-ай! — запричитал он, раскручивая артефакт дрожащими руками.

— Длинножоп, что ты?..

— Мерлин, немедленно положи хро…

Это были последние слова, которые слышал Мерлин.

Это был последний раз, когда его видели современники.

— Криворукий идиот, только и способный, что взрывать зелья на занятиях!!! Ни одной тренировки с кернами не прошедший без травм! — бесился Слизерин.

— Бедненький, — вздыхала прибежавшая спасать мальчика Хельга. — Как он там выживет?!

— Все-таки удачу надо закладывать в расчеты. Но как вычислить формулу? — задумалась леди Ровена.

— А это что же, родителям и жене Длинножопа мы виру должны выплачивать? Все ж, не углядели…

— Детей заберем в школу, обеспечим всем необходимым, и ладно. Мерлин и сам виноват в произошедшем, — нахмурилась рачительная Хаффлпафф.

— Столько Длинножопов в школе я не выдержу! — простонал Слизерин. Но его предпочли не услышать.

Зарубленного фамильяра Слизерин обнаружил только день спустя, подумав, что надо бы договориться со шляпой насчет Длинножопов. В комнатке обнаружились и Ровена с Годриком. Явно за тем же самым пришли. Но разглядывали что-то на полу, не слушая вопли Гриффиндорской тряпки. Салазар пригляделся внимательнее.

— Отказываюсь верить. Проклятие какое-то! Следующего питомца заведу такого, чтобы ни один идиот его убить не смог!

— Эх, сразу видно, отроков ты недавно взялся воспитывать, — вздохнул Гриффиндор. — Пока тут школа, заведи ты себе хоть василиска тысячелетнего — все равно не поручусь, что он в полной безопасности будет от наших юнцов. Я вот почему себе у циркуса льва не выкупил? Жалко стало зверюгу. Все ж живая тварь, чтобы его в школу тащить.

— Василиска? — задумчиво протянул Салазар, явно что-то прикидывая.

— Эй! Я пошутил! Не обдумай! Что нам делать потом с таким питомцем? С зажмуренными глазами ходить?!

— Зато каков потенциал в защите. И ингредиенты интересные… — кивнула головой Ровена. Голоса разделились, и до поры до времени Салазар о василиске не упоминал.

Юлу злой Слизерин назначил отработку — слушать висы шляпы. Пять вечеров кряду.

***



Через три дня к Годрику пришел Дункан МакЛаген и передал растрепанный пергамент:

— Родичи хранили этот свиток, как гейс. Нельзя было читать его. Нельзя было его утерять или уничтожить. И нельзя не передать его, когда возникнет школа в замке Хогвартс. Передавали в моем роду этот свиток со времен Мерлина. Как только я узнал, что появилась такая школа, сразу отправился в путь. Это напутствие Четверым Основателям от Великого Мерлина.

Дамы заахали, мужчины приосанились. Леди Ровена развернула свиток, отметив подозрительно знакомое заклятие запечатывания: таким пользовались в ее семье. Неужели… неужели она — потомок самого Мерлина?!

«Господин Салазар, простите меня за змею! — начиналось письмо. Слизерин подавился воздухом и раскашлялся. Он был не единственным, кто едва пережил шок открытия. — Не ругайте Юла, он не при чем! Я поселился в лесу, пришлось объяснять местным, что я родился позже, чем, видимо, умру. И живу против течения времени. Они ничего не поняли. Зато я сказал им, что обучался на Слизерине, был старостой факультета, и меня теперь считают великим магом. Честное слово, я не варю зелья и не позорю Ваше имя. И часто благодарю за науку господина Гриффиндора. Выломал себе посох и бью им по голове самых тупых. Пользуюсь посохом куда чаще, чем волшебной палочкой. Вспоминаю жену и детей. Очень прошу, позаботьтесь о них!
Ваш Мерлин Длинножоп».


Дункан, решивший, что письмо было сложным образом изложено так, чтобы непосвященный ничего не понял, с интересом оглядывал людей, застывших в молчании.

— Эм. Ну, хоть понятно, почему потомки не сохранили фамилию Мерлина в веках, — попыталась скрыть смех за кашлем Хельга.

— Чтобы я еще поверил этим идиотским легендам о чьем-то, кроме моего, величии?! — бушевал Салазар.

Леди Ровена что-то быстро записывала на листе бумаги.

— Ладно, — повернулся Годрик к сестре. — Будет тебе должность при школе. Станешь рассказывать баллады и прочую чушь воспитанникам. А то этот дурень, кажется мне, так и не понял, что именно он тот самый Мерлин и есть!
Примечания:
* кеннинг - поэтическое описание, разновидность метафоры в скальдической поэзии.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.