Se vere: Ищите и обрящете.

- В общем, дела такие. Да, действительно, Роберт и Клара Принц, про Эйлин Молли ничего не знает. Думаю, ее просто «вырезали» из семейных хроник и не упоминали, когда она сбежала с отцом твоего Снейпа… Хорошо, не твоего, только не смотри так… У них был ребенок, Дженнифер Принц, хотя упоминаний о ней раз-два, а третьего нет. Все они считаются умершими. - Как? - Оба они умирали от оспы. Подцепили ее где-то в Океании. Плюс ко всему в поместье случился пожар. В 1959 году, как раз в канун Рождества. Захоронение Принцев находится в поместье, в семейной усыпальнице. Но! Тело девочки так и не было найдено. Только вот… - Что? - Одна небольшая деталь. Дженнифер была сквибом. В чистокровных семействах при рождении ребенку иногда делают тест. Ритуал какой-то, гоблинский, я о нем слышала, но папа это не приветствовал… Так вот, Дженнифер Принц была сквибом. Я задумчиво колотила ногтем по столу. Обед давно закончился, и министерская столовая пустовала. Мне пора было показаться в Хогвартсе, но рассказы Ариадны меня пока что занимали больше. - Как думаешь… ничего такого, но Эйлин могла знать? Ари? Так сильно закусила губу. - Ее подозревали. Но дело замяли. С наследством тоже непонятно что – вроде как отреченец и его потомки не имеют права на наследство… Но, с другой стороны, живых-то больше нет, кроме последнего отпрыска рода, да еще и мужского пола… Слушай, я не спрашиваю, зачем тебе это, но скажи, тебе бы стало легче, если бы вскрылось, что Снейп является наследным лордом? Я представила. И передернулась. - Знаешь, меня вполне устраивает мое положение бастарда. Все, что ассоциируется у меня с высшей аристократией – это бесконечные условности и неписаные законы… Чего смеешься? - В целом ты права. Надо же, провести семь лет в одной спальне с аристократией, и так плохо о нас думать, - фыркнула подруга. – Ладно, Моргана с тобой, думай что хочешь. Сюрприза не получилось. Видимо, да. Живых родственников у Северуса не осталось, дома по моей милости тоже. Вот влипли. Хогвартс встретил меня гробовой тишиной – шел урок. Я решила уточнить у расписания, где обретаются мои любимые родственники, но, не дойдя до стендов, наткнулась на гуляющую Гермиону. Пытаясь убрать с лица выражение, которое я готовила на тот день, когда небо упадет на землю, я аккуратно отвела ее в один из боковых коридоров. - Ты почему не на уроке? Что у вас сейчас? - Зельеварение. - И? - А пусть обойдутся без меня хоть один урок. Я внимательно вгляделась в отличницу. То, что я увидела, мне не понравилось. - Ну? - У них новый ребенок, девочка, - выпалила Гермиона, прижимая к себе сумку с учебниками так, будто это был спасательный круг, - у мамы и папы родился ребенок, они назвали ее Эммой. - Это же замечательно! У тебя появилась сестра! - Но они-то этого не знают! Я внушила им, что они – совершенно другие люди. И вот эти другие люди решили завести ребенка, потому что не знают, что у них есть я! - Сколько лет твоей маме? - Тридцать девять. - Неплохо. Для маглы. - В том-то и дело. Я попросила их соседей, волшебников, приглядеть за ними. Позавчера мне прислали письмо. Мои род… они… они уезжали куда-то по делам, а миссис Дэв, соседку, попросили приглядеть за ребенком… Она показывала ей разные фокусы, надеясь, что та ничего не вспомнит… И тут… Она описывает, что Эмма, играя с игрушками за детским столиком, приподнимала их, не касаясь. Похоже… У меня просто отнялись пальцы на ногах. Вторая подряд волшебница в семье маглов? Такое бывает? Петунья, к примеру, самый обыкновенный человек. Разве что… - А ты… ты уверена, что у тебя в предках не было волшебников? - Понятия не имею. Мои родители оба из приюта, они там познакомились, потом уехали, поженились, выучились на дантистов… Я как раз хотела выбраться из Хогвартса, чтобы найти этот приют и добраться до документации, но… Анжелика! А может, ты это сделаешь? Я медленно сжала и разжала пальцы. Видимо, у меня такая карма – копаться в чужих родословных. Занятие, если разобраться, не самое веселое, но и нескучное. Такое можно откопать… - А с Роном у вас что? Гермиона издала звук, очень напоминающий хищное шипение. - Рон… все такой же Рон. Я сощурилась. - Погоди-ка. Кто-то, кажется, пару лет тому назад, закусывая пирожными в личном кабинете профессора Слизнорта… Гермиона возвела глаза к небу. - А как же все эти ваши нежности после Тайной комнаты и всего остального? - Если бы вокруг постоянно шла война, Рон был бы неотразим. Но я так и вижу его лет через сорок с брюшком и вопилкой на трибуне чемпионата по квиддичу. - А ты на что? - А себя я там не вижу. Я облизала пересохшие губы. Знакомо. - Так… понятно. А Рон знает? - Рон вообразил себя реинкарнацией Кларка Гейбла, и думает, что при одном виде его дебильно-радостной физиономии я должна расстегивать блузку. Кларк Гейбл… я порылась в памяти. Так, это было что-то темноволосое и дико сексуальное… А! Точно! Актер, сыгравший того персонажа, в честь которого назвали младшего брата Робардса, Ретта. Батлер. Пока у меня работал телевизор, я не позволяла себе таких оплошностей. - Хорошо хоть не Жан Маре, - пробормотала я себе под нос, тщательно подбирая дальнейшие вопросы. Отличница зло фыркнула. - Гермиона… один маленький вопрос.. послать Уизли, конечно, можно, если осторожно, но ты точно больше никого не… Ее щеки вспыхнули. - Нам не светит, - отрезала она, крепче сжимая книжку. - Это почему? - Я маглорожденная. Ну, это уже спорный вопрос, поправила я, однако вслух говорить не стала. - А он? - А он не в курсе. - Ты не поняла. А он? - А он твой брат. Желудок ухнул куда-то вниз и замер на уровне коленок. - Что? Рой вопросов разрывал голову, но один, самый крупный, все-таки прорвался: - Как? Гермиона пожала плечами и шмыгнула носом. - Понятия не имею. Но Рон меня раздражает. Однажды я оглушу его заклинанием, соберу свои книжки и уйду в закат. Прозвенел звонок. Гермиона мгновенно испарилась. Я привалилась к стенке. Только этого не хватало. А если у Гермионы окажутся предки-волшебники? Что, если ее отец или мать… Коридор постепенно начал наполняться учениками. Поняв, что лучше приступить к своим обязанностям, я выбралась из потока пуффендуйцев и направилась в Большой зал. А за ужином меня ждала вторая часть Марлезонского балета. - Анжелика, я могу с тобой поговорить? Проглотив остатки курицы и чуть не подавившись, я воззрилась на Драко. - Ммм? - После ужина. Киваю. Взгляд сам собой обращается к столу гриффиндорцев. Гермиона цедит чай, не притрагиваясь к еде. Рядом Рон, уплетает за обе щеки, параллельно рассказывая ей взахлеб что-то, что кажется ему достаточно содержательным. Гарри полностью увлечен беседой с Джинни и не замечает, или делает вид, что не замечает, в каком положении находятся его друзья. Драко, догнавший меня уже в холле, казалось, нервничал. - Я… мне нужно с тобой поговорить. - Давай-ка сразу уточним. В качестве кого я тебе понадобилась? Если учесть, что все твои ближайшие родственники и специалисты в области Темных искусств находятся в шести часах полета. Драко болезненно поморщился. - Ты… мне нужен совет. Это интересно. - Я слушаю. Мялся он долго. - Дело в том… в общем, после всего, что случилось, я надеялся, что… - Мне кажется, или ты краснеешь? Драко зло выдохнул через ноздри и махнул рукой. - Тебе проще, ты незаконнорожденная. Над твоим будущим отец не будет трястись с таким трепетом, как над моим. - Разумеется. Отпишет тебе замок, счет в банке, найдет невесту… - А я не хочу! – запальчиво воскликнул Драко, и тут же понизил голос: - я сам хочу выбрать. Поэтому тебе и проще… точнее, я раньше так думал. Но отец… в общем, он надеется отвадить тебя от Снейпа… Не думай, что я одобряю твои наклонности, но… - У тебя еще десять секунд, и я начинаю царапаться, - серьезно предупредила я. - Мы могли бы объединиться, и… - Устроить бунт? Драко потер переносицу. - Братец, твоим родителям неимоверно повезло – они симпатизировали друг другу еще до брака, по крайней мере, если верить тому, что вопила Нарцисса, когда приходила к моей маме. Только не говори, что подобрал себе невесту, и она не нашего круга. Люциус тебя убьет. - А ты не дашь ему это сделать, пока я буду паковать чемоданы. - Ага, ставить подножки и насылать щеко… ЧТО? Драко сел прямо на ступени. - Она не невеста. Она вообще ничего не знает. Понимаешь, после того, что творилось у нас в доме, после того, как там собирались все Пожиратели, я окончательно понял, как меня это все душит. Чистокровные волшебники, свой замок, это все, конечно, хорошо, но тоже иногда хочется украсть летающий автомобиль и улететь куда-нибудь. - Чтобы потом тебя вылавливали из океана, - негромко хмыкнула я, опускаясь рядом. – Только не говори, что все эти годы ты в душе завидовал Уизли. - Уизли следует завидовать даже сейчас. Герой войны, уничтожитель крестража, и Гермиона… Я с трудом подавила писк. Впрочем, сложно было не заметить, как я дернулась. Поняв, что выдал себя, Драко стиснул кулаки. - Ну и? - Когда Беллатриса ее пытала… я ничего не сделал. А должен был. Наверно, она мне этого не простит. Я пощупала лоб. Не горячий. С чего такая откровенность, до сих пор оставалось загадкой. Драко опустил голову на руки, и до меня дошло. Мы все устали. Время после победы представлялось каждой стороне в несколько ином свете. В результате, вместо того, чтобы просто остановиться, задуматься на миг, куда мы идем и ради чего, мы нагружаем себя сонмом ненужных проблем, сиюминутных желаний, неразрешимых конфликтов. Даже я за полторы недели, что прошли с выписки из больницы, успела загонять себя до полубесчувственного состояния. Чего уж говорить о тех, у кого предел сопротивляемости не был обработан спецификой мракоборческого отдела и тесным сотрудничеством с разными загадочными личностями. Я позволила себе то, чего никогда ранее не позволяла – слегка приобняла Драко за плечи. Внутри меня ликование боролось с растерянностью – слишком много новостей за один день. - Позволь я дам тебе совет. Не жди удобного случая. Жизнь-то коротка, мы оба это знаем. Попробуй сделать что-нибудь, чтобы ситуация просто обрела форму. А что делать с отцом, мы придумаем. - Она меня презирает. Я цокнула языком. - Не проверишь – не узнаешь. Пару секунд в стальных глазах плескалась паника, затем вспыхнула надежда. - Ты… тебе что-то известно? - Пообещай, что, когда вы более-менее определитесь, я узнаю об этом первой, хорошо? Черт те что. Чувствуя себя Венерой, богиней любви, я вернулась домой. Подросший котенок и голодная сова не дали мне запереться в подвале – эти два гения решили устроить гонки по потолку и стенам. Наблюдая, как Атос пытается, сидя на камине, дотянуться до Никты, раскачивающейся на люстре, я испытала стойкое желание взяться за мамину колдокамеру. Книжные шкафы, портированные из дома в Паучьем тупике, по-прежнему стояли у меня на чердаке. Северус приходил проведать их состояние. Выяснилось, что сгорел шкаф, в котором были материалы по растениям и магловская литература. Ну, этого добра и у меня хватает. Все стены гостиной в полках, и еще три этажерки у меня в спальне. Обходя дом в пятнадцатый раз, я думала, что он не создан для одного человека. Здесь должна жить большая семья. Подвал, делящийся на кладовку и фотолабораторию, гостиная, кухня, обеденная зона, продуктовая кладовка, ванная, зимний сад, лестница на второй этаж. Мамина комната, две гостевых, моя комната, гардеробная, ванная, спальня дедушки, еще одна ванная, малая гостиная, мансарда, чердак, балкон на задний двор. Неплохой такой особнячок, на треть выстроенный прадедушкой и порядком подправленный бабушкиной магией. На площадке перед домом раньше были клумбы и стояли качели. Теперь остались только клумбы, причем с бессмертниками – заниматься ежегодным садоводством у меня не было ни времени, ни желания. Зимний сад использовался как обиталище Никты и Атоса. В доме есть электричество. Правда, сейчас к нему были подключены только лампы во всех помещениях, обогреватели и кофеварка. Дом для большой семьи. В гостевые я не заглядывала. Наверно, там уже пауки завелись размером с тех, что в Запретном Лесу. У меня не было друзей, нуждающихся в приюте на время, а… Стоооп! Ой, нет. Это весьма смелая мысль. Нас точно не так поймут. Точнее, почему не так? Очень даже так! К тому же, по-моему, он собирался перекантоваться у Малфоев. Именно там он обосновался после выписки, которая была за пару дней до моей. День Рождения мы так и не отметили как следует. Я весь день провалялась в Мунго, а под конец дня прилетела Нарцисса, принесла тортик и сообщила, что Северус и Люциус договариваются с Дженнисом о выписке, и об оплате за разломанную мной стену. Черт, а правда, что же дальше делать? Мой взгляд метался по мебели, ища ответ и не находя. Северус. У меня как-то не было времени подумать об этом раньше, но все-таки. Он теперь жив, с ним все в порядке. Это не важно, что жить мне осталось года два-три, может, больше, пять, к примеру, но все-таки… Дом для большой семьи… Кто моя семья? Нарцисса, Люциус, Драко, Гарри? Мэри, Джейк и Френсис? Атос и Никта? И тут я поняла Гермиону. Она чувствовала себя ВНЕ семьи. Зачем она им теперь? Представьте: вы – счастливая семейная пара, живущая в Австралии, воспитывающая маленькую дочку. И тут – бац! – появляется незнакомая девушка, которая произносит какие-то странные слова, и вы в следующее мгновение понимаете, что это – ваша дочь, что она волшебница, и что в мире магов шла война, и она на ней воевала… Что бы вы сделали?