Тайна Грегори Коллахана

Коллахан смотрел на опущенные уголки губ Брендона, сидящего за столом напротив и надменно слушающего скучную речь партнера, и все никак не мог избавиться от преследовавшего его со вчерашнего вечера образа. Милорд, застигнутый на пути из ванной в свою спальню, с завязанным на бедрах длинным полотенцем, покрытый водяными каплями, словно блестками. Его влажные волосы удлинились и струились по плечам расплавленным оловом. У Грегори отпала челюсть и он сделал вид, что собирается что-то сообщить. Догадавшись, что из его открытого рта не последует никаких речей, лорд Маккинли с рассеянным недовольством констатировал, что горячей воды нет, после чего невозмутимо возобновил свой путь. Во рту снова пересохло, и Коллахан отпил из бутылки. Судя по интонации, докладчик заканчивал свое утомительное чтиво. — Спасибо, мистер Куин, — начал обычные раскланивания лорд Маккинли. — Ваше предложение, несомненно, оказало нам неоценимую услугу. — Рад был служить, джентльмены. Увидимся в следующем месяце, — умиленно пропел старикан. Грегори поднялся, чтобы пожать руку. — И раз уж у нас наладились такие добрые связи, — с улыбкой заключил он, — возможно, вашим партнерам по холдингу будет также приятно воспользоваться нашими услугами. Разумеется, мы щедро вознаградим вас за каждого приведенного клиента, скажем, пятнадцатью процентами от прибыли. Мистер Куин раскрыл рот, лихорадочно подсчитывая в уме возможную выгоду, а потом потряс руку Коллахана с еще большим усердием. — Отлично, просто отлично! Будем иметь в виду. Всего доброго, джентльмены! Зайдя в лифт и нажав кнопку первого этажа, Грегори обернулся, неожиданно застав на себе горящий нетерпеливый взгляд лорда. Такое проявление чувств случилось с ним впервые, и Коллахан ничего не мог поделать, кроме как удивленно поднять брови. — Хорошо, — торопливо прокомментировал Брендон. — Это хорошо! Грегори медленно уронил взгляд на безупречно звязанный галстук и едва заметно поклонился. Он понимал, что такой хитрый ход может легко увеличить прибыль конторы на четверть, а то и треть, но удерживался от проявления каких-либо эмоций на этот счет. С каким восторгом блеснули глаза милорда! О, это стоит тысячи похвал! Спустя еще пару этажей Маккинли предложил: — Надо это отпраздновать! Как насчет хорошего обеда? И нужно потом повторить в офисе. Коллахан раскинул мозгами и осторожно заметил, глядя на дверцы лифта: — Боюсь, за одним столом с вами подчиненные будут чувствовать себя не вполне свободно, ужин рискует пройти без блеска. В таких случаях я бы рекомендовал боулинг или, учитывая ваш уровень и положение, бильярд. Командная игра сплачивает. Лорд кивнул, засунул руки в карманы и принялся деловито изучать пол. Стол в ресторане был неплохим, даже для такого не слишком блистательного отеля. Поднявшись в номер, Брендон отправился привести себя в порядок, после чего они договорились немного посидеть в гостиной и выкурить по сигаре. Воспользовавшись отсутствием Маккинли, Грегори вытащил из мини-бара четыре бутылки минералки и спрятал у себя в комнате. Он выставил на поднос два высоких бокала, апельсиновый сок, содовую, ведерко льда и бутылку водки. Они немногословно заняли кресла по обе стороны от журнального столика, закурили и изредка перебрасывались фразами. Уже к середине сигары жажда после плотного ужина дала о себе знать. Грегори сделал по коктейлю, и его чуткая забота вкупе с отсутствием другого источника воды начала свое коварное дело. — У него ведь целый концерн, — неторопливо размышлял Маккинли. — Но они же получали какую-то юридическую защиту из другого источника перед тем, как мы появились? — Скорее всего. Однако, вы видели Куина, милорд. Лучшего продавца и рекламщика нам не найти, а у него теперь есть неплохой стимул. Грегори решил, что имеет право называть Брендона своим лордом не на людях. — Понадеемся на это. Понадеемся, но не порассчитываем, — с упором и некоторым излишним усердием произнес Брендон, поворачивая голову, потом вдруг замер и некоторое время сидел неподвижно, глядя перед собой. — Черт, я пьян в умат. Аж картинка дрожит... Первый раз позволил себе такое... Грегори внимательно вгляделся в затуманенные глаза милорда, поднялся и приблизился к бару. — Я сделаю кофе. — Ты такой важный и суровый, Грег! — с наигранным восторгом воскликнул Маккинли. — И, кстати... совсем не пьяный, — он опустил лицо и пристально воззрился на Коллахана исподлобья, как будто прочел его целиком за один миг. — Благодарю вас, милорд. Многолетняя закалка, — Грегори избегал смотреть в лицо Брендона и был рад, что занят манипуляциями с кофейным фильтром и многочисленными кнопками. Маккинли прищурился, сделал пару глубоких сосредоточенных вздохов и откинул голову. — Можешь выйти из амплуа добросовестного и учтивого слуги, Грегор. Аж страшно становится, как ты предупреждаешь каждое мое желание и оказываешься всегда рядом при необходимости! — Уверен, вы аккуратно добавите это в графу недостатков моего рекомендательного письма, когда понадобится, — спокойно ответил Коллахан, осторожно водружая чашку на блюдечко, хотя больше всего на свете ему теперь хотелось бросить посуду, оседлать кресло вместе с покоящимся в нем лордом и заткнуть поток змеиной желчи собственным ртом. — Всегда так чутко заботишься обо мне... всегда поблизости, — теперь в голосе Маккинли звучали истерические нотки, будто он пытается вложить в слова некий другой смысл, но не может побороть себя до конца и выбирает колкость как путь наименьшего сопротивления. — Не представляю, что бы со мной без тебя было! Брендон резко поднялся с кресла, едва не столкнувшись лбом с протягивающим ему чашку Коллаханом. — Как бы я жил без тебя! — закончил милорд разгоряченно, его сверкающие глаза не мигая сверлили Грегори, и тот, на секунду поддавшись чарам, уронил взгляд на влажные раскрытые губы и непроизвольно выдохнул. Брендон забрал чашку и медленно сел на место. — Осторожно, Грегори, не расслабляйся. Я хоть и пьян, но наблюдателен. В легких Коллахана сделалось пусто. Он старался не думать о том, как, должно быть, побледнел только что, осмотрел журнальный стол, потушил окурок в пепельнице, взглянул на милорда и попытался бесстрастно произнести: — После кофе вы вскоре почувствуете себя лучше. Если что-то понадобится, дайте мне знать, — короткая пауза, которой, как отчаянно надеялся Грегори, лорд Маккинли не воспользуется. — Доброй ночи. Он направился ко входу в свою спальню под цепким, прищуренным надзором, подошел к кровати и выдернул ремень из петель с такой силой, что в воздухе раздался свист. Грегори не засыпал, хотя Брендон вот уже добрых полтора часа мило храпел в своей спальне. Не сыграл ли он нарочно помешательство своего рассудка? Лорд Маккинли мог бы это сделать мастерски... Если завтра он будет чувствовать себя на высоте, значит, Коллахан попался. Если почувствует себя неловко, значит, бармен оказался прав... Итак, что мы имеем в итоге? Брендон знает. И все равно допускает. И немного нервничает. Может означать все, что угодно... Какой он все-таки злой! Долбанный доморощенный, пронырливый психолог-аристократ! Высокомерный засранец! Взять бы его за хвост и трахнуть в рот языком, так же, как сделал он вчера в баре, только по-настоящему! Обычно у таких сдержанных и холодных мальчиков просыпается нечеловеческая страсть, когда дело доходит до... Грегори, ты либо пьян, либо перегрелся, либо окончательно спятил... нужно заснуть, пока не рассвело, завтра еще предстоит добраться до дома. Когда они встретились в гостиной, Коллахан — в брюках, рубашке и перекинутой через шею лентой синего галстука, и Маккинли — в тяжелом махровом халате, проспавший, снова только что из ванной, — лорд невнятно поздоровался, остановился, наблюдая, как обращенный к зеркалу Грегори скрупулезно завязывает узел, и спросил: — Я тебя не обидел, Грегор? Плохо помню, что вчера было, кажется, я перебрал, а пьяный я обычно еще несноснее трезвого. Коллахан надменно вскинул брови и нашел глаза замявшегося лорда в зеркале. — Полагаю, я бы знал, если бы что-то подобное случилось, сэр. Вам не о чем переживать. Брендон неуверенно кивнул и отправился переодеваться. На обратном пути оба они не проронили ни слова.