Трагикомедия смерти и воскрешения Тима Дрейка в пять стадий принятия

Март был долгим. Мучительным. Тим даже сомневался, что сам доволен своим «возвращением». По ночам, когда Кон начинал ворочаться, то и дело отрываясь от него, потому что Тим слишком холодный, Тим снова и снова прокручивал в голове мысль о том, что, быть может, лучше было бы не возвращаться вовсе. Не выходить из медотсека. Чтобы не знать, не видеть, как одно его присутствие доставляет его близким боль. Если Дэмиан выражал эмоции ярко и понятно, пока не свыкся с Тимом и не начал даже сочувствовать, то с Титанами дело обстояло иначе. Каждый раз, когда он входил в комнату, они затихали. Неловкая пауза была душераздирающей, особенно если перед этим его лучшие друзья долго и шумно общались. Он не мог играть с ними в «Монополию», не мог с ними выпивать — он ничего не мог, потому что они молчали. Они боялись не только говорить с ним ― они на него смотреть боялись. Из-за этого, приезжая в Башню Титанов, Тим всё чаще просто прятался в своей комнате. Иногда он читал, иногда возился с какими-то делами, которые ему передавал Брюс, иногда не делал ничего. Просто сидел и смотрел в окно, глядя, как развлекаются друзья. К нему никто не приходил — кроме Кона. Роуз заглядывала ещё в начале марта, в первые дни его возвращения, чтобы сообщить, что «отвесила пиздюлей Дику». Но потом она исчезла куда-то, никому не сказав, что случилось и какие задачки ей предстоит решить. И Тим остался почти один. Былой оптимизм испарился. Он больше не верил в то, что Титаны примут его обратно. Он видел это, когда пересекался с ними в какой-нибудь из общих комнат, и видел это по выражению лица Кона. Кону, кажется, самому было стыдно признаваться себе, что его уверенность Титанах ― в том, что они примут Тима любым, как и положено семье, ― растворялась. С каждым днём её становилось всё меньше, и всё сложнее ему было улыбаться, глядя на молчаливого Тима, снова и снова отказывающегося от очередной попытки построить диалог с остальными. Тим почти смирился с мыслью, что правильнее всего будет просто отпустить Кона, вернуться в Готэм и, оставшись в Бэтпещере, превратиться в очередной трофей, с которого Альфред иногда будет стряхивать пыль. В конце концов Тим перестал возвращаться в спальню. Он спрятался в серверной, перетащив туда несколько одеял, книг и привезённые гаджеты. Он сидел там целыми днями, зная, что в серверную если кто-то и полезет, то в самом крайнем случае. Собирал и разбирал какие-то штуки, расстёгивал перчатки, тренируясь управлять руками на расстоянии. Кон приходил к нему, конечно же. Первое время не понимал, зачем Тим спрятался. Потом эти вопросы прекратились сами собой, и Кон проводил с ним меньше времени, чем в самом начале. Тим следил за каждой вылазкой. Как возвращались уже «заслуженные» Титаны, и как все вместе они противостояли врагу. Иногда он «влезал в эфир», воспользовавшись интеркомом, и координировал их действия, помогал сработаться быстрее, разрабатывал действенные планы. Но спасибо, которое ему говорили, было таким сухим, что он всё отчётливее чувствовал себя ненужным. А потом с первой апрельской капелью, солнечными лучами и пением птиц, вернулась Роуз. Она даже здороваться ни с кем не стала. Просто вошла на кухню, стянула маску и обвела взглядом присутствующих. — Где Робин? — спросила она, удивлённо и даже раздражённо слегка. Кона тогда не было, он помогал Кентам на ферме, но зато в Башне был Тим, следящий за комнатами из серверной, и была Кэсси, усиленно пытавшаяся совладать с торрентом и скачать себе «Золотых девочек» (Тим немного помогал, когда она отворачивалась). — В серверной, — Кэсси заметно напрягалась в присутствии Роуз всегда, но сейчас она даже вздрогнула. Наверное, потому что Роуз спросила её про Тима. — В серверной? — Роуз задумчиво вскинула брови. — А хуле? — Не выражайся, пожалуйста, — Кэсси скривилась. — Он сидит недели две уже, — она ссутулилась, ухватилась за пальцы подтянутой к подбородку ноги и уставилась на клавиатуру перед собой. — Это сложно объяснить. — А. Вы же предвзятые засранцы, чего ещё от вас ожидать, — Роуз вздохнула, сбросила на стол своё вооружение и часть формы, сходила за протеиновым коктейлем и пошла прямиком в серверную. Тим увидел, как она шла по коридору, и не смог сдержать удивлённого восклицания. Она не боялась. Она шла не обречённо, как бывало шёл Кон. Она спешила к нему вприпрыжку, напевая что-то себе под нос. — Эй, босс, — она открыла дверь не церемонясь, шумно, без стука, разве что не с ноги. Тим не дёрнулся, но развернулся на стуле, выдавив ухмылку: — Привет, Роуз. — Что за кислая рожа, твой супер-мальчик перестал тебя развлекать? — Роуз ногой подвинула стул на колёсиках и села напротив Тима, потягивая коктейль. — У него кризис. Его парень мёртв, а его друзья не одобряют их отношений, — съязвил Тим. — Слушай, мой дорогой пидорас-страдалец, — Роуз сощурила свой единственный глаз и подалась вперёд: — Они просто трусливые уёбки. — Ещё никто не утешал меня таким огромным количеством мата в одном предложении, — Тим тихо рассмеялся, покачал головой и потёр лоб. — Им просто со мной неуютно. — Они просто прикидываются толерантными, а на самом деле зашоренные. И уёбки, — Роуз снова присосалась к бутылочке. — Я же тебя не боюсь. А знаешь почему? Потому что я своим единственным глазом вижу больше, чем принцессы, которые кидаются громкими лозунгами типа «Титаны вместе», — она протянула руку и похлопала Тима по плечу: — Но ты же как был, так и остался прежним боссом, да? — Я уже не уверен, — Тим задумчиво почесал кончик носа и только сейчас обратил внимание, что Роуз выдыхает пар, а её голые руки покрылись гусиной кожей. Он тут же поднялся, ища пульт от климатконтроля. — Извини, тут… холодно, наверное? Я просто не чувствую… — Да-а-а, ты всё такой же, — Роуз хмыкнула, допила свой коктейль и поставила на край стола. — И что же ты тут делаешь целыми днями? Тупишь в экраны? — Ты правда хочешь знать? — Тим настроил температуру в комнате, чтобы было теплее, и снова посмотрел на Роуз. С ней вдруг стало проще всего. Даже с Коном у них сейчас были напряжённые отношения, а Роуз смотрела на него искренне и не пыталась поверить в невозможное. — Клянусь своими мечами, — Роуз вскинула руку, будто действительно клятву произносила. Тим покачал головой, а потом расстегнул перчатку на правой руке, ловким движением открутил кисть и опустил на пол. — Смотри, — он сел на место. Кисть побежала к Роуз, перебирая пальцами как паук лапками. Она вскарабкалась по ноге Разрушительницы на коленку, подпрыгнула, пружиня пальцами, перевернулась в воздухе и показала значок победы. — Э… «Семейка Аддамсов»? — Роуз ткнула в кисть пальцем. Кисть тут же поймала её и пожала ладонь. — Бэтмен мне пришил новые руки, и они не до конца прижились. И ещё глаз. Я могу достать глаз, забросить куда-нибудь и видеть всё, что попадает в поле его зрения, — Тим почти расслабился, глядя, как Роуз пересаживает его кисть себе на плечо. — Потрясно, — Роуз округлила свой единственный глаз. — Мы теперь можем тебе приделать бензопилу на место культи. Ну, как у Эша, — она дождалась, пока не начнёт смеяться Тим, и рассмеялась сама. Тим, правда, сумел выдохнуть: — Вообще-то я подумывал о стильном крюке, как у Аквамена. Буду такой же крутой, как и он, — и снова засмеялся. Роуз расхохоталась громче, откинувшись назад и вытирая выступившие слёзы. — Никакого крюка, — вдруг оборвал их хохот Кон. Он стоял на пороге, удивлённо вскинув брови. — Клавиатура нежная. И я нежный. — Да ладно тебе, — Роуз фыркнула. Кисть Тима спрыгнула с её плеча и побежала обратно, перебирая пальцами. — Он всё равно не отрастит себе такую же шикарную бороду, как морской царёк. Кон прикрыл за собой дверь. — Ты не видела его в небритябрь. Он с конца первой недели превращается в рекламу «Шоу канадских лесорубов». — Что, настолько бородат? — Роуз сощурилась, глядя на Тима. — Как стереотипные канадцы в комиксах Кейт Битон, — Кон гордо вскинул голову. Тим потянулся за чашкой у него в руках, обнял её руками и с наслаждением наклонился над ней, разве что носом в горячую жидкость не ткнулся. Он сделал глубокий вдох. — Ты что, — Роуз удивлённо выгнула брови. — Кофе пьёшь? У тебя же желудка нет, вроде? — Всё хитрее, — Кон сделал глоток из своей чашки. — Он его нюхает. А когда нанюхается достаточно, чтобы взбодриться — чёрт знает, зачем ему кофе для этого, он же не устаёт — отдаёт кофе мне. — Клон-допивайло, — поддразнил его Тим, продолжая принюхиваться к когда-то любимейшему напитку. — В любом случае, — Кон чуть повысил голос, переводя тему. — Никаких бензопил и крюков в нашей жизни, договорились? — А я думала, у вас зануда он, — Роуз кивнула в сторону Тима и скрестила руки на груди. — Кто-нибудь хочет мне рассказать, почему наш босс сидит в жопе Башни Титанов и чахнет в мерзлоте над клавиатурой как Король-лич? — Эм, — Кон замялся. Тим закатил глаза, поймал его за локоть и мягко сжал. — Сегодня они собираются смотреть «Убойные каникулы». Займи место поудобнее, я выйду минут на пять, и ты посмотришь на реакцию, — он выдавил улыбку. — Сразу все вопросы отпадут. — Или у кого-нибудь отпадут головы, — заметила в ответ Роуз. Тим с ней спорить не стал. Он вообще редко рисковал спорить с Роуз. К тому же она часто была правее всех. Вечером в Башне Титанов должен был состояться «вечер воссоединения». Звёзды сложились удачно, и в одно время в одном месте собрались сразу несколько действующих Титанов, обычно обитающих в других штатах или занятых другими делами. По камерам Тим видел, что в общем зале не только Кэсси, Кон, Барт и Роуз, но даже Миа, Хайме и Эйми. Нашла для них время Лорена, на пару часов заглянул Верджил. Солстис. Бистбой и Рейвен. Все были там. Но Тима никто не звал. Вечер должен был удаться на славу. Кто-то притащил «Элиас». Хайме привёз ещё ящик Текате. Вдоволь насмеявшись, отбив пару копчиков играя в «Твистер», они всё же вернулись к телевизору, запустили фильм и приступили к просмотру, периодически пускаясь в бурные обсуждения происходящего. Тим вышел к ним, когда Барт в очередной раз остановил паузу, чтобы обсудить глупость того из героев, что влетел прямо в дробилку. — У него в руках что, пилочка для ногтей? — он вскинул руки, случайно уронив бутылку с пивом на Лорену. Та закатила глаза, подняла бутылку и устало вздохнула, но сказать ничего не успела. — Это обычный швейцарский перочинный ножик для любителей, — тихо заметил Тим. — Он дорогой, но размером с пилочку для ногтей, — он попытался улыбнуться, но лица смотрящих на него Титанов были безразличны. Вернее, наоборот. Напуганы. Все они, кроме нескольких человек, напряглись, стоило ему подать голос, так что Тим сразу понял, что ему здесь не рады. Это была вечеринка для всех Титанов, собранных когда-то Киборгом и Старфайер. Для всех, кроме него. — Я просто хотел почту проверить. Мне должен был прийти свежий выпуск «Тайм», — Тим пожал плечами. — Не буду вас смущать. И он правда направился в коридор, даже почти дошёл до почтового ящика, когда до него донёсся громкий голос Мии. — Знаете, когда я только пришла сюда, я боялась вам говорить, что я ходячий труп, — что-то загрохотало, наверное, она поднялась со своей подушки, отодвинув журнальный столик. — Но вы доказали мне, что вы выше таких предрассудков. И знаете, — её голос стал ближе. Тим торопливо подобрал свой журнал, но пойти обратно не решился, — вы мне все нравились больше, когда были подростками и срать хотели, кто был проституткой и ВИЧ-инфицирован, кто водит шашни с Аресом, а кто клон Лекса Лютора. Уж Тима вы могли бы принять и потеплее, — она вылетела в коридор, раскрасневшаяся и будто озадаченная собственной обиженной эмоциональностью. Тим успел перехватить её в середине коридора и улыбнуться: — Спасибо. Останься, пожалуйста. Я уже привык, — он похлопал её по плечу, развернул и повёл по коридору. В гробовой тишине он усадил её на место в общей комнате, и так же молча направился к себе. Он успел дойти до коридора, ведущего к лифтам, прежде чем его окликнул Барт: — Эм, Роб, — он метнулся к нему и подёргал за плечо. — Роуз сказала, ты можешь руки откручивать, и они бегают как Вещь. Это правда? Тим цокнул языком, чувствуя неловкость, но кивнул: — Да, вроде того, — и решил не объяснять, как так вышло. — Слушай, я загнал пульт от блю-рея под диван. Не поднимать же всех. Сможешь достать? — Без проблем, — Тим пожал плечами, открутил левую кисть и бросил её на пол. Та мягко приземлилась на пальцы и побежала к дивану, нырнула под него и закопошилась. Тим нащупал нужное, кисть вытолкала пульт из-под дивана и побежала обратно, вскарабкалась по джинсам до ремня, откуда Тим её и снял, чтобы вернуть на место. — Сделано. Барт восхищённо округлил глаза: — Круто, — он снова похлопал Тима по плечу. — А ещё можешь так? Ну, типа, достать что-нибудь? — Барт, — окликнула его Кэсси. — Это грубо. — Нет, принцесса, грубо — это как вы делали вид, что он тут не очень-то желанный гость, — заметила Роуз. — Особенно ты хороша. — Заткни свой поганый рот, Роуз, — вспылила Кэсси. Роуз в ответ только многозначительно засмеялась. В их перепалку встрял Хайме: — Каждый раз приезжаю и думаю: когда эти двое наконец-то снимут комнату и решат все свои проблемы? — он приложил ко лбу бутылку Текате, будто пытаясь охладить пыл. — Вот веришь или не веришь, жучок, я пыталась. А она всё телится. Пересчитала мной всю мебель в комнате, спасибо хоть из окна не выбросила, — Роуз даже рукой махнула. В комнате снова воцарилась неловкая тишина. Было слышно, как у Тим скрипят суставы, когда они с Бартом подходят к свободным подушкам (Кон, правда, уже пересадил подальше от себя Верджила и хлопал по месту рядом с собой). Роуз шумно вздохнула и повернулась к Кону: — Серьёзно, — она вскинула брови. — Что ты сделал, что тебе дали оба из тех людей, в которых я втрескивалась? Почему с тобой они не морозятся? Кон застыл и за пару секунд сменил цвет лица несколько раз, от бледно-серого до бордового. — Я не лез к ним голым в койку, Роуз. Я вообще не понимаю, откуда у тебя эта привычка. — Мой отец Десстроук! — парировала Роуз. Кэсси тихо прокашлялась, то ли пытаясь намекнуть на своё присутствие в комнате, то ли обозначая наличие доброй трети Титанов в штабе. — Кстати да, — поддержал Роуз Тим. Он повернулся и посмотрел на Кэсси: — Ты бы видела, как он пытался развести Найтвинга… — Ты знал! — Роуз ткнула его пальцем в грудь. — Конечно я знал, — Тим пожал плечами. — Плохиши, знаешь ли, вечно пытаются яйца подкатывать к бывшим Робинам. Без обид, Роуз, — он хмыкнул. Роуз пожала плечами: — На правду не обижаются. Тим притих, когда Кон по-хозяйски обнял его за плечо и скорчил суровую недовольную рожу, явно вспомнив постоянные попытки Ра'с аль Гула увести у него парня. Все опять затихли, только Барт похрустывал попкорном, и было слышно, как Лорена шёпотом называет всех подряд идиотами. ― Ну, — вдруг сказала Миа, подхватила с пола пульт и улыбнулась: — Вот это уже гораздо больше похоже на то, какими должны быть Титаны.