Принятие
16 марта 2015 г., 01:29
С наступлением лета Тим стал покидать Башню ещё реже. Даже домой, в Готэм, он уезжал очень редко, только на какие-то профилактические процедуры. Брюс, конечно, огорчился такому развитию событий, но не мог не заметить, что Тиму стало легче переносить своё состояние с тех пор, как он начал проводить с Титанами столько времени.
А лето выдалось жарким. Тим стал почти параноидально бояться выходить днём на улицу лишний раз — он не знал, как поведёт себя его мёртвое тело, и не начнёт ли он, ко всему прочему, разлагаться.
На День независимости у них уже были планы. Титаны собирались вдоволь нагуляться, может, даже позагорать немного, или завалиться в какой-то бар. Тим, всё ещё неуверенный в собственной способности переносить любые условия, должен был остаться в Башне. Он собирался починить или усовершенствовать всё то, до чего раньше у него не доходили руки.
Но всё пошло наперекосяк с самого утра.
Кто именно подложил в Башню Титанов взрывное устройство, думать было некогда. Как и некогда было выяснять, когда это произошло. Просто на общий компьютер поступило предупреждение о заложенной в Башне бомбе, и с этой минуты Титанов заботило только одно: им нужно было её найти.
Тим перенастроил старые сканеры, раздал всем, у кого не было рентгеновского и инфра-красного зрения, и даже сам за такой взялся. Он осматривал подвал, и он же нашёл там бомбу.
— Я её нашёл, — он сел прямо перед ней, скрестив ноги по-турецки. Приподнял крышку, рассматривая проводки, потом поднялся и сходил за чемоданчиком с инструментами.
— Отлично. Она сильно большая? — отозвался Кон. — Помощь нужна?
Тим принялся перебирать проводки пальцами, пытаясь найти клавиатуру или что-то подобное. Чем рисковать по киношному, до упора решая, провод какого цвета резать, не лучше ли понять, как бомба запрограммирована?
— Достаточно, чтобы подпортить Башне основание, — ответил Кону Тим. — Вы бы подождали меня на улице, на случай, если я не смогу её обезвредить. И вам откапываться будет легче, и здание, в случае чего, сможете подхватить.
— Интересный план, — задумчиво протянула в его ухе Кэсси. — А что нам с тобой делать?
— Боли я не почувствую. Ну, разлечусь на несколько частей. Поищете их среди обломков, сошьёте заново. Я буду свистеть, чтобы голову найти было попроще, — спокойно пояснил Тим. — А теперь не мешайте мне. Я хочу сделать так, чтобы никаких обломков не было.
— Попридержи коней, ковбой, — перебила его Роуз. — У тебя же руки откручиваются, и ещё ты говорил, что ты можешь глаз вытаскивать?
— Допустим. Но, знаешь ли, не очень удобно орудовать кистями без опоры, — проворчал Тим.
— Знаешь ли, всё твоё тело может обгореть, причём так, что даже Бэтмен не сможет его собрать обратно, — возразила ему Роуз. — Так что откручивай кисти, вытаскивай глаз, а все остальные свои части тела тащи к закрытому саду. Я тебе одолжу повязку, так уж и быть, — она тут же отключилась, будто не собиралась слушать его возражения. Да и остальные Титаны решили сохранять гробовое молчание, разве что Кон тихо добавил:
— Если ты к её совету не прислушаешься, то я сам к тебе спущусь и заберу оттуда, понял?
Так что Тиму пришлось со вздохом доставать свой чужой глаз из глазницы, а потом быстро отцеплять с тихим щелчком руки. Придерживая глаз, руки закопошились в проводах, и, отыскав клавиатуру, принялись перебирать клавиши.
Он выбрался из подвала, поднялся наверх, где его уже ждал Кон, который порывался подхватить Тима на руки, за что получил культёй по затылку. Мёртвый Робин скрестил руки на груди, спрятав обрубки под рубашку, прищурил пустую глазницу и пошёл к выходу закрытого садика. Там их встретила Роуз, ловко набросившая ему на лицо какую-то из своих старых повязок.
— Почему Бэтмен не прикупит тебе пару крутых протезов? — Барт носился туда-сюда, но то и дело останавливался рядом с Тимом и заглядывал ему в глаза. — Он же наверняка может себе это позволить.
— А зачем? — Тим удивлённо моргнул.
— Ну, например, сейчас ты мог бы нацепить протезы, пока руки обезвреживают бомбу, — Барт пожал плечами.
— Это сложно объяснить, но протезы не приживутся. Мы пробовали, — Тим мотнул головой.
— А, — спидстер застыл, задумчиво задрав голову. — Нервные окончания мёртвые, наверное?
— Барт, — одёрнул его Кон. — Поосторожнее давай, а?
— Всё нормально, — Тим повёл плечами и зашагал вперёд увереннее.
Они расположились возле раскидистого дерева, чтобы Тим мог спрятаться в тени, пока остальные Титаны стелили покрывало на траве, на самом солнцепёке. Барт сбегал в ближайший магазин для хипстерски настроенной молодёжи и притащил оттуда несколько корзин для пикника. Кон, правда, всё равно пристроился плечом к плечу с Тимом, рассказывая что-то отвлечённое о близящемся времени сбора урожая, и о том, что ему стоит как-нибудь взять Тима с собой в Смоллвиль, развеяться.
Тим только согласно кивал, на самом деле сосредоточившись на том, что видел его второй глаз (или, вернее, глаз Брюса?) и делали руки. Бомба оказалась совсем простой, но Тим всё равно не мог себе позволить отнестись к ней равнодушно.
— Весь в работе, как всегда, — вдруг сказал Кон, обречённо вздохнул и покачал головой. — Даже смерть тебя не изменила.
— Отнюдь, — Тим толкнул его плечом, немного наклонился и ткнулся макушкой Кону в висок. — Теперь у меня руки откручиваются, я могу и простенькие бомбы удалённо обезвреживать, — он тихо рассмеялся.
— Нет, это всё тот же ты, — Кон приобнял его за плечи и притих. Притих и Тим. Он уже заканчивал, а когда закончил, решил повременить и не говорить об этом сразу. Дождался, пока Кон не поднялся, чтобы сходить за сэндвичем и газировкой, и тоже встал.
— Я там закончил, — он поёжился, прижимая к себе обрубки. — Но вы пока развлекайтесь. Я схожу за руками и глазом, попробую выяснить, кто бомбу подложил, ладно? — он прикусил губу и улыбнулся, когда Кон понимающе кивнул, и тут же поспешил обратно в башню. Его руки уже бежали к нему, карабкаясь по лестнице, перебирая пальцами и подпрыгивая, пересекая коридоры. Тим миновал общую комнату, полностью сосредоточившись на встрече своих рук с остальным телом, и расслабился только когда одна из кистей, щёлкнув, встала на место. Вторую он подхватил, посадил себе на плечо, забрал у неё глаз и вставил в пустую глазницу, сняв повязку Роуз и осторожно спрятав её в карман.
Потом Тим развернулся на пятках, снимая оставшуюся кисть с плеча. Чем меньше внимания он уделял своим отдельно живущим частям тела, тем меньше он отвлекался. И сейчас, собираясь прикрутить на место оторванную руку, Тим чувствовал, что в общей комнате кто-то есть. Кто-то, кто, наверняка, был ответственен за подложенную бомбу.
Тим про себя ругнулся. За время проживания в Башне Титанов он расслабился. Размяк. Перестал постоянно быть начеку. Брюс бы устроил ему знатную трёпку, если бы узнал.
Но когда Тим обернулся, то понял, что в комнате не просто кто-то был. Этот кто-то даже не пытался спрятаться. И этим кем-то был Ра'с аль Гул.
— Эй, — Тим выдавил улыбку. — Привет, Ра'с. И давно ты сюда ходишь как к себе домой? — он помахал оторванной рукой. Оторванная рука помахала Ра'су пальцами. Ра'с не сводил с неё взгляд и, кажется, побледнел. А через пару мгновений он, совершенно неожиданно для Тима, кучей осел на пол, кажется, лишившись чувств.
Тим обречённо вздохнул. Покачал головой, прикрутил, наконец, руку. И пошёл за водой, чтобы привести лидера Лиги теней в сознание.
— Что всё это значит, юный детектив? — придя в себя, устроившись поудобнее на диване и выпив три стакана холодной воды, Ра'с наконец-то начал задавать вопросы.
— Что именно? Мой вопрос? То, что ты оказался здесь? — Тим сидел в кресле, опираясь локтями о коленки и устало рассматривая старика.
— Что у тебя руки не прикреплены, — Ра'с постепенно вспоминал о своём положении в обществе и обретал вид всё более и более суровый. На Тима он сейчас смотрел снисходительно.
— У меня ещё и глаз выпадает, — спокойно сказал Тим. Ра'с прокашлялся и хладнокровно добавил:
— Это я тоже заметил, — старик поджал губы. — Но это ничего не объясняет, скорее наоборот.
Тим сделал глубокий вдох, повёл плечами и облизнул губы.
— Если кратко, — он выдержал паузу. — Я умер. Меня убили, — он сам уже научился говорить об этом бесстрастно, спокойно, будто бы даже не о себе. — Бэтмен нашёл меня, собрал заново… поэтому у меня руки отстёгиваются — они не мои, — Тим снова покрутил руками. — И глаз выпадает. Это глаз Брюса. В общем, он собрал меня заново, а потом вытащил меня в море, и меня ударило молнией. И он вернул меня, — он пожал плечами. — Я не до конца понял, как это работает. Но…
— Ты весь в пятнах, — перебил его Ра'с.
— Меня бросили на морозе, и Бэтмену пришлось заменить куски кожи, там, где было обморожение. В общем, теперь я почти как ты. Только мёртвый. Без внутренних органов. И в Ямах Лазаря не купаюсь.
— Лучше бы купался, — холодно заметил Ра'с.
— Нет, этот метод съёма здесь не прокатит, — Тим мотнул головой. — Теперь твоя очередь. Зачем ты здесь?
— Юный детектив, ты не показывался несколько месяцев. Не отвечал на сообщения. Бэтмен тем более. Вся твоя семья ведёт себя так, будто ничего не случилось, но тебя нигде не было. Я решил, что ты сам мог бы настоять на подобном — если бы тебе понадобилось спрятаться, — он прокашлялся. — Спрашивать детектива было бессмысленно. И я подумал, что нужно спросить у тех, кого ты называешь друзьями. Титанов.
— Не лучшая идея — подкладывать им бомбу и заявляться в саму Башню, если ты рассчитывал справиться о моём здоровье. Они бы тебя вежливо выпроводили пинками, даже не выслушивая особо, — Тим покачал головой, а потом осёкся. — Хотя бомба уж больно простая для тебя, наверное, это кто-то другой её подложил.
— Ты же знаешь, юный детектив, что это не мои методы. Я бы не только не стал устанавливать бомбу, я бы не явился сюда без поддержки. Тени всегда следуют за мной, ты не забыл, юный детектив? — Ра'с поднялся, подошёл к нему и вдруг бесцеремонно задрал футболку, рассматривая впалый живот. — Он и правда тебя вскрыл?
— Разложил всё по контейнерам в надежде, что сможет вернуть мне полноценную жизнь, — Тим впервые за это время занервничал. Дёрнулся, оттолкнул руки Ра'са и замолчал.
— И? — Ра'с выпрямился, скрестив руки на груди и строго глядя на Тима, будто он был нашкодившим ребёнком.
— Франкенштейн не смог ему помочь, — Тим развёл руками.
— Он мог бы обратиться ко мне, — старик презрительно выгнул бровь.
— Один Джейсон Тодд у него уже есть. Думаю, он просто побоялся, что у него появится второй.
— Детектив, похоже, теряет свой драгоценный рассудок. Каждая новая его выходка всё хлеще. Мало того, что мой внук пролежал в ящике полгода, а потом ещё два месяца к кровати был привязан. Детектив снова и снова отказывается от простых методов в пользу мучительно-уродливых.
Тим развёл руками и покачал головой. Он не знал, что ответить. Существование сейчас и правда было больше похоже на мучение. Любимый человек не обнимал его по ночам, он не мог сражаться с друзьями плечом к плечу, сводный брат ненавидел ещё сильнее, чем раньше. Но он мирился с этим, мирился с того момента, как понял, насколько важным для Брюса было спасти его, вернуть из мира мёртвых в мир живых. Тим носил в глазнице глаз самого Бэтмена, и именно это напоминало ему о том, почему на самом деле он должен остаться.
— Я понял, — наконец произнёс Ра'с. Он был мудр и проницателен, этому не мешало даже его периодическое безумие.
— Что именно? — Тим сощурился.
— Единственная причина, по которой ты согласен на такое существование — неспособность детектива отпустить тебя, — старик покачал головой и развернулся. — Значит, нам с ним нужно поговорить.
— Не убейте друг друга только. Иначе вы оба узнаете, что такое «мучительно-уродливые методы» на себе, — Тим закатил глаза, снова обречённо вздохнул и отвернулся, опуская веки. Он знал, что Ра'с прощаться не станет, и дал ему лишнюю возможность незаметно исчезнуть. Они с Брюсом были похожи намного больше, чем им обоим того бы хотелось.
Когда он открыл глаза, Ра'са и правда уже не было. Зато вернулись Титаны, о чём-то переговариваясь и на ходу складывая покрывала. Тим прикинул, что по плану они сейчас должны были собраться у телевизора и посмотреть что-то патриотичное настолько, что сводит зубы, и подготовиться к вечернему фейерверку. Он неловко поднялся с кресла, в котором сидел, подался Кону навстречу и увернулся, как всегда, когда клон попытался поцеловать его в щёку. Тим сам не смог удержаться от недовольного вздоха.
— Всё в порядке? — Кон нахмурился, сунул Барту в руки пустую корзинку и наклонился к Тиму поближе, понизив голос.
— Ничего особенного, — Тим шептать не стал. — Ра'с аль Гул заглядывал на огонёк. Спрашивал, как у меня дела, — он виновато пожал плечами. — Странно немного.
— Нужно бы пересмотреть нашу систему безопасности, — Кэсси собрала все покрывала в стопку и посмотрела на Тима исподлобья. — А то у нас тут проходной двор. А что с бомбой? Тоже Ра'с?
— Нет, слишком просто для него. И пóшло, — Тим мотнул головой. — Погрелись на солнышке?
— Угу, — буркнула в ответ Кэсси и неловко улыбнулась. Правда, улыбка эта сейчас была не такой нервной, как раньше.
И уже хотя бы одно это радовало.
— Ты выяснишь, кто бомбу подложил? — спросила она.
Тим пожал плечами, будто это было само собой разумеющимся, и спрашивать об этом ей даже не стоило.
— Конечно. Зачем-то же я здесь сижу.
Ночью Тим не сразу заставил организм отключиться. Он лежал, прислушиваясь к дыханию Кона, к шорохам одеяла и простыней. Смотрел на него, рассматривал его лицо в темноте. А когда Кон отвернулся, отняв руки, замёрзнув, стал смотреть уже на его затылок. Смотреть и сожалеть. Скучать.
Он провёл весь вечер наедине с собой, слушая грохот за окном. Небо озаряли разные цвета, рисунки, искры света. Его друзья были там, в самой гуще событий, смотрели на празднование важнейшего события в истории страны, а он торчал в тёмной комнате, перед мигающими экранами. В той комнате, в которой только он и мог находиться, потому что больше не чувствовал холода.
Ра'с напомнил ему, как он несчастен на самом деле. Пусть сейчас его и приняли, позволили вернуться к друзьям. Он перестал быть обузой для Кона. Он перестал пугать до мурашек Кэсси.
И всё равно он существовал, а не жил. И даже не знал, сколько всё это продлится. Как долго действует это погодное заклинание? Сколько ещё он будет вынужден жить именно так?
Прежде чем Тим заснул, на его коммуникатор пришло сообщение. Тим отвернулся от Кона, уставившись на тумбочку, потянулся к коммуникатору и поднёс его к глазам.
«Есть кое-какие соображения, — написал ему Брюс. — Нам нужно это обсудить. Тебе пора вернуться домой».
Тим не стал отвечать. Он только вздохнул, потёр устало лоб и сунул коммуникатор под подушку. Обнял подушку руками, ткнувшись в неё лицом, и закрыл глаза. Сейчас ему не надо было — на самом деле — дышать, так что он мог лежать так сколько угодно. Он, правда, всё равно решил отключиться.
Он примет решение утром.
Вернее, соберётся, чтобы ненадолго вернуться домой. В угнетающий особняк Уэйнов.
