Альбом колдографий

В главном зале Хогвартса было многолюдно, несмотря на ранний час. Заспанные ученики смотрели на директора школы, который что-то шепотом обсуждал с обеспокоенной на вид мадам Помфри. Он несколько раз кивнул, затем покачал головой, после чего принялся поглаживать свою длинную бороду. – Долго мы ещё будем сидеть тут просто так, – насупился Рон и уронил голову на сложенные на столе руки. – Спать хочется невыносимо, впереди целый день, а мы… – Хватит причитать, – шикнула на него Гермиона. – Сядь нормально, Рональд, ты не маленький ребенок уже. Рон резко поднял голову и уже хотел что-то ей ответить, как вдруг Гермиона приложила к губам палец и кивнула в сторону Дамблдора, который стоял у трибуны, украшенной статуэткой парящей совы, и обводил взглядом учеников. – Прошу прощения, что прервал ваши, несомненно, дивные сны, – начал он, – но мне необходимо сообщить вам всем одну новость. Сегодня ночью некоторые студенты поступили в лазарет, – ученики тут же начали переглядываться и шептаться, поэтому Дамблдору пришлось поднять руку, призывая их к молчанию. – Так вот, несколько человек находятся в лазарете с крайне неприятными симптомами. Всех их нашли дежурные старосты в коридорах школы ночью. Без сознания. Диагностические заклинания мадам Помфри выявили… – Дамблдор глубоко вздохнул и продолжил, – полное отсутствие следов магии в их телах. Попросту говоря, их энергия схожа с энергией магглов… Удивленные возгласы раздавались тут и там. Даже Драко Малфой, наблюдавший за пылинками, кружащимися в косых лучах солнца, переключил свое внимание на директора школы. – Сэр, их лишили волшебства? Разве такое возможно? – голос Блейза Забини прозвучал слишком громко, словно он подбирал момент, когда замолчат абсолютно все. – В том-то и дело, что нет, мистер Забини. В теле волшебника всегда остается слабый след магии, даже после его смерти он ощутим, но в нашем случае… Ничего общего между ними нет, – Дамблдор словно начал рассуждать вслух, чем посеял новые семена паники среди учеников. – Разные факультеты, нации, возраст, степень чис… – он прикусил язык, но на пару тонов тише продолжил, – чистоты крови. Пока мы не разберемся с причиной этих странных симптомов, в школе вводится карантин. Походы в Хогсмид с этого дня запрещены. Уроки отменяются на ближайшую неделю. Попрошу всех подойти к данной ситуации ответственно и сохранять спокойствие. Посещать лазарет по пустякам запрещено, сварить бодроперцовое зелье способен даже первокурсник. Гостиные факультетов покидать запрещено, настоятельно рекомендую не употреблять в пищу неизвестные продукты, а также прошу вас всех соблюдать дистанцию. Скоро сюда прибудут колдомедики из больницы Святого Мунго, чтобы осмотреть пострадавших… и установить причину, – Дамблдор замолчал, ощущая сотни настороженных взглядов на себе. – Если это болезнь, то мы должны предотвратить эпидемию. У меня пока всё, – Дамблдор устало опустился в своё кресло. Гермиона встревожено посмотрела на него, а затем поднялась из-за стола. – Гриффиндор, все за мной, – чуть дрожащим голосом произнесла она и направилась к выходу из Большого зала. *** – Почему ты нам ничего не сказала об этом? – Потому что не я была сегодня дежурной старостой, Рональд, – подавив зевок, произнесла Гермиона. Они с Гарри и Роном сидели в её комнате, все еще ошарашенные новостями. – Ах, да, точно, – Рон хлопнул себя по лбу. – Как думаете, что это может быть? – спросил Гарри, играя дужкой своих очков. – Может, очередной фокус пожирателей смерти? – проговорил Рон, пытаясь погладить уютно дремавшего на подоконнике Живоглота. Как только он заносил ладонь над огненно-рыжей шерстью, книззл лениво приоткрывал один глаз и одаривал Рона предупреждающим взглядом. – Почему он у тебя такой неласковый, Гермиона? – Потому что помнит, как ты обзывал его пару лет назад. Итак, – она принялась расплетать косу, – что мы имеем? Несколько учеников, которых, образно говоря, лишили магии за одну ночь… – Только не говори, что… – Я хочу разобраться в этом, да, Гарри. Хорошо бы сходить в… – Библиотеку! – в унисон воскликнули Гарри и Рон, из-за чего губы Гермионы сжались в тонкую полоску. – Да! Неужели за шесть лет вы так и не поняли, что в книгах можно найти ответ практически на все? Они рассмеялись, и Гермиона невольно улыбнулась. – Вы специально подначиваете меня! – Пять очков, мисс Грейнджер, – Рон попытался изобразить профессора Макгонагалл, за что был одарен недовольным взглядом Гермионы. – Да я пытаюсь разрядить обстановку, ну ты чего… – А я пытаюсь начать решать эту проблему. Лишение магии… да мне от одной мысли об этом становится страшно! А вам все шуточки! Марш по своим комнатам! Все еще хихикая, парни вышли, оставив Гермиону наедине со своими мыслями. Она взяла с тумбочки свою волшебную палочку и задумчиво погладила кончиками пальцев узоры на ней. Затем отложила её в сторону, подошла к окну, подставляя лицо оранжевым лучам солнца, рассеянно погладила рукой Живоглота. Книззл удовлетворенно муркнул. – Надо бы сходить в библиотеку, но рисковать не хочется… Может, это все-таки проклятие? – Гермиона посмотрела на свое едва различимое в стекле отражение. – Если проклятие, то обязательно должен быть тот, кто его наложил, бродя по коридорам школы ночью… – её взгляд скользнул по чуть смятому покрывалу на кровати, остановился на древке палочки. На краю сознания билась ниточка мысли, но Гермионе все никак не удавалось схватить её. В голове появилось некое подобие плана. *** Визит специалистов из Мунго не дал никаких результатов: колдомедики, очевидно, столкнулись с подобным явлением впервые, поэтому приняли решение забрать несчастных в больницу, но своеобразный введенный Дамблдором карантин одобрили, даже оставили несколько сотрудников в школе, чтобы контролировать состояние остальных учеников и фиксировать новые случаи при необходимости. Школу постепенно охватывала паника. Напуганные студенты и не думали покидать гостиные, боялись опустившейся на Хогвартс ночи, то и дело творя простейшие заклинания, чтобы убедиться, что их волшебство никуда не делось, безропотно выполняли указания директора, сидя в своих комнатах… Правда, далеко не все. *** Привычный путь в библиотеку на этот раз занял немного больше времени. Гермиона старалась ступать мягко, словно кошка, постоянно озиралась по сторонам и буквально шла наугад. Использовать свет палочки глупо. Старосты были отстранены от патрулирований, этим теперь занимались только учителя. До массивных дверей библиотеки оставалось всего несколько шагов, когда Гермиона услышала шум и затаилась. – Давай же… Ну! Почему… почему не получается, – из-за приоткрытой двери класса, расположенного рядом с библиотекой, донесся девичий голос. Гермиона приблизилась к приоткрытой двери. Из класса лился серебристый лунный свет. Голос был смутно знаком, однако трудно узнаваем из-за всхлипов… – Ну же… Агуа… Агументи! Люмос! Лю… – заклинание оборвалось на полуслове. По спине Гермионы пробежал холодок. Она понимала, что не должна раскрыть своего присутствия, но что-то заставило её заглянуть в класс. «Одним глазком. И в библиотеку!» На полу, спиной ко входу сидела девушка. Плечи её подрагивали, были слышны всхлипы. – Агуаменти! – что есть сил закричала девушка, вскидывая волшебную палочку. От неожиданности Гермиона отпрянула от двери, отчего раздался легкий скрип. – Что… Кто здесь? – девушка резко поднялась на ноги, пошатнулась. – Кто здесь?! – истерично воскликнула она, держа в дрожащей руке волшебную палочку. – Покажись! На заплаканное лицо девушки упал тусклый луч лунного света. – Паркинсон… – произнесла Гермиона, как ей показалось, едва слышно, но в звенящей тишине ночного замка её шепот оказался слишком громким. Пенси резко двинулась ко входу в класс и распахнула дверь. – Ты, – прошипела она, хватая Гермиону за руку. – Это все из-за таких, как ты! Вы воруете нашу магию, высасываете её из нас! – Прекрати, Паркинсон! – Гермиона попыталась вырваться, но хватка Пенси была слишком сильной. – Да отпусти же меня, что ты несешь! – Это из-за вас! Из-за грязнокровок! Он предупреждал, он говорил, что так будет! – Ты не в себе, – прошептала Гермиона, – Пенси… успокойся. Давай ты меня отпустишь, и мы вместе пойдем к Дамблдору… Тебе нужна помощь. Паркинсон рассмеялась. Смех её показался Гермионе каким-то ненормальным. – Я не могу колдовать. Не могу-у-у, – протяжно завыла Паркинсон, все еще держа Гермиону за руку. – Ничего не выходит, ни одного заклинания… – она смотрела куда-то за спину Гермионы, а потом вдруг взглянула ей прямо в глаза. – Это все ты, да? Ты её забрала… – Пенси, ты бредишь, – Гермиона положила свою вторую руку поверх руки Паркинсон, стиснувшей её запястье. – Я ничего у тебя не забирала. Пойдем, тебе нужна помощь! Сердце Гермионы было готово вырваться из её груди. К горлу подступил комок, паника постепенно принимала её в свои колючие объятия. «Она заражена! Заражена! Мерлин…» Пенси вдруг швырнула в сторону свою волшебную палочку и схватила Гермиону за плечи, сдавила их так, что острые ноготки больно впились в кожу даже сквозь ткань футболки. – Ты поплатишься за то, что похитила мою магию… – неожиданно спокойным голосом произнесла Паркинсон. – Я вырву её из твоего самого сердца… – Видит Мерлин, я этого не хотела, – проговорила Гермиона и попыталась достать из кармана волшебную палочку. – Не смей, Грейнджер! – Ай! – воскликнула Пенси, и её руки тут же исчезли с плеч Гермионы. Позади Паркинсон стоял Драко Малфой, крепко обнимая девушку со спины так, что обе её руки оказались вытянутыми вдоль тела. Она ему не сопротивлялась. – Она украла мою магию, – повернув голову чуть влево, слабо произнесла Пенси. – Я знаю, Драко, это она. Я пыталась упражняться, а она подкралась и похитила мою маг… – Паркинсон не договорила, обмякла в руках Малфоя и начала оседать. Драко осторожно опустился на пол вместе с ней. – Где её палочка? – тихо спросил он, поднимая глаза на растерянную Гермиону. В коридоре повисла тишина. Драко сидел на полу, на его коленях покоилась голова Пенси, которая, похоже, была без сознания, а Гермиона просто стояла и смотрела на это. Она была шокирована. Поражена. Потеряла дар речи. Правая рука так и замерла у кармана джинс, в котором покоилась её волшебная палочка. – Она… она её бросила куда-то в ту сторону… – просипела Гермиона. – Найди её. – Что происходит, Малфой?! – рыкнула Гермиона, будто только что пришла в себя. – Что за чертовщина, откуда ты тут взялся? Что… – Тсс… найди палочку Пенси, а я тебе все расскажу. Что успел узнать. Идет? – он посмотрел на неё неожиданно серьёзно. Гермиона кивнула. Почему-то послушаться его в данной ситуации показалось единственно верным решением. – Ты ведь шла в библиотеку? – Да. – Хотела узнать, что происходит, так? – Да… Драко тяжело вздохнул. – Можешь не утруждаться поисками, Грейнджер. В библиотеке ничего полезного нет. – Я должна была хотя бы попробовать! – Знаю, поэтому и я туда пошел сегодня. Я даже ждал, когда ты придешь, был уверен… – К сути, Малфой. – Волшебная палочка… – Да ищу! – Не перебивай. Палочка выбирает хозяина, а не наоборот, верно? Не думала, что проблема в них? Гермиона даже замерла на секунду. – Ты сам понял, что сказал? Малфой закатил глаза. – Понял. Понимаю. Знаю. Поверь, Грейнджер, Хогвартс ждет кое-что похуже какой-то там эпидемии людских болезней… Тихий стук отразился от стен коридора. Гермиона подняла с каменного пола волшебную палочку Пенси Паркинсон. – Почему похуже? – Потому что единственный, кто мог помочь, был сегодня убит в Малфой-Меноре. Гермиона резко обернулась. Её губы задрожали. – Олливандер? Драко кивнул, все также сидя на полу. – Палочки мстят за своего отца.