Альбом колдографий

Кабинет был пропитан солнечным светом, лившимся из фальшивого окна — всего лишь иллюзия. Их разделял его письменный стол, но это тоже было иллюзией — разделяла их целая пропасть, начиная прожитой по разные стороны баррикад войной и заканчивая золотом кольца на его пальце, да ребенке, которого ему, увы, родила не она. Просто так случилось. Чувства никогда не спрашивают разрешения у разума, не интересуются его мнением, они просто есть. И Гермиона приняла свои… — Почему только ты до сих пор не замужем, Грейнджер, — постойте, когда это обсуждение коллег (читай — бывших однокурсников) сменилось таким каверзным вопросом? Гермиона устало посмотрела в отдающие холодом стали глаза, уже собиралась ответить привычно, мол, не встретила ещё своё, но что-то пошло не так. Словно кто-то сорвал предохранитель. — Потому что мой любимый уже женат, — выстрелила она в него хлёсткой фразой и замерла. Слова оказались пулей со смещённым центром тяжести, иначе почему в его глазах отразилось столько боли? Или это её собственная боль? В кабинете повисла тишина, а они неотрывно смотрели друг другу в глаза. Будто касались взглядами, и оторваться было невозможно, выше сил. — Никогда не слышал от тебя подобного… — протянул Малфой, накрывая правой рукой левую, словно в глупой попытке спрятать золотую окову на безымянном пальце. Дома ждала жена и сын, а всё, что ему было нужно для счастья, было здесь, с собравшимися в уголках глаз солёными каплями. Мерлин, зачем она так много плачет? — Позволь мне хотя бы раз… — обессиленно выдохнула она, и Драко просто кивнул. Подтекст ее просьбы был слишком очевиден. — Лю-би-мый, — по слогам, смакуя каждую букву. Не пряча взгляда. Почти ничего не боясь. — Как это ощущается? — спросил он спустя пару мгновений обоюдного безмолвия. — Как абсолютное счастье, — прошептала Гермиона, смахивая успевшую сорваться с ресниц слезинку.