Прочь из глубин

      Колсельмо отложил отвертку в сторону и полюбовался своим творением. Прошли века и тысячелетия, но в Тамриэле все-таки нашелся эльф, способный воссоздать изобретения двемеров! Трудолюбие, настойчивость и познания в магии и механике все же способны творить чудеса.       Перед ним стоял двемерский воин-сфера, собственноручно собранный альтмером. К счастью, Нчуанд-Зел был переполнен металлическими частями, из которых можно было создать дополнительных охранников города. Требовалось только правильно собрать их, используя наброски и чертежи, чем и занялся ученый. На сборку сферы у него ушло около месяца, и вот наконец металлический воин был почти завершен. Оставалось только поместить в него камень душ, предварительно измененный с помощью магии. Колсельмо подготовил два таких камня и оставил один при себе для управления сферой. Настроенный на правильную электрогармоническую сигнатуру, камень должен был контролировать металлического воина в пределах досягаемости.       — Ну, — выдохнул альтмер, собравшись с духом, — да поможет мне Финастер.       И аккуратно поместил внутрь головы воина камень душ. Воин сразу же шевельнулся, изрыгнув струю пара, и создатель поспешил отскочить от него подальше.       — Ты. Не. Нападаешь. На. Меня, — произнес ученый. — Ты. Мое. Создание.       Сфера двинулась на него, но агрессии не проявляла. Если бы она была живым существом, это скорее походило бы на обнюхивание.       — Хорошо, — кивнул Колсельмо, — очень хорошо. Ты…       Он задумался. Анимункулу нужно было дать имя, но называть его по-альтмерски было бы странно, а все двемерские имена и названия, как назло, вылетели из головы. Взгляд ученого упал на оставленные рядом чертежи.       — Два-семь-три, — машинально произнес он. Двемеритовый воин не реагировал.       — Ты, — показал на него альтмер для большей убедительности. — Два-семь-три. Ты подчиняешься мне.       «Даже с лишенными речи фалмерами проще, — с досадой подумал он, — те хоть как-то дают понять, чего от них ждать!»       — Выстрели туда. — Ученый показал на нишу в стене. Сфера с лязгом развернулась, вытянула «руку» с арбалетом и выстрелила. Болт звонко отскочил от каменной поверхности.       — Отлично! Два-семь-три!       Сфера развернулась к нему. «Отлично, она не только запомнила свое имя, но и понимает команды! Определенно, я великий ученый».       — Сон.       Металлический воин с него ростом послушно спрятался в круглых пластинах и покатился по полу, дыша молочно-белым паром.       — Великолепно! — радостно воскликнул Колсельмо. — Это превосходит все мои ожидания!       Внезапно с той стороны двемеритовых дверей раздался стук и голос Ондолемара:       — Колсельмо, вы здесь? Откройте. Это срочно.       — Деактивация, — скомандовал ученый, но сфера продолжала кататься по полу. Кажется, голосовая деактивация не была предусмотрена двемерами, или же они использовали какой-то другой способ…       — Колсельмо! — Голос становился раздраженным. — Я не собираюсь ждать вечно!       — Сейчас, сейчас… — пробормотал альтмер и приказал сфере: — Не атакуй. Сиди смирно.       Он не был уверен, что сфера поймет эту команду, но все-таки открыл двери. Как только Ондолемар, сердито хмыкнув, вошел внутрь, металлический воин опять принял боевую стойку.       — Я хочу поинте… — Заметив оживший механизм, юстициар благоразумно застыл на месте, не делая резких движений. Реши он броситься в атаку, сфера точно не стала бы слушать ничьих команд.       — Что это такое, во имя богов?! — сквозь зубы прошипел Ондолемар.       — Два-семь-три, — как можно спокойнее произнес Колсельмо, — не атакуй. Сон.       Будто подумав немного, сфера покорно свернулась обратно. Юстициар расслабил плечи и грозно поинтересовался:       — Вы, кажется, обещали не трогать здешние механизмы и не пытаться их оживить?       — Здешние механизмы я и не трогал. Эту сферу я собрал сам, по имеющимся чертежам. И, как видите, она находится под моим контролем.       — И я должен этому верить?       — Если вас еще не атаковали, то да. Двемеры не наделили свои изобретения способностью передумывать.       — Действительно. — Ондолемар безнадежно махнул рукой. — Чего от вас еще можно ждать. Ладно, развлекайтесь, но если эта… сфера на кого-то нападет, отвечать будете вы.       — Вы, кажется, пришли по срочному делу?       — Именно. — Спихнув с каменного стула лежащие на нем детали, юстициар сел и поинтересовался: — Скажите, Колсельмо, вы ведь хорошо изучили этот… Нчуанд-Зел? — с презрением выговорил он.       — Да, вполне. Мы с Айкантаром обследовали все залы и проходы. Вдобавок мой племянник учится взламывать закрытые сундуки, так что у нас нет недостатка в двемерских вещах.       — Это не имеет значения. Удалось ли вам найти выход на поверхность?       Ученый озадаченно посмотрел на него:       — Кажется, мы еще в первый день обсудили это, господин юстициар. Единственный выход отсюда ведет в Подкаменную крепость, куда нам, думаю, лучше не возвращаться.       Глаза Ондолемара сузились.       — Во-первых, — ледяным тоном произнес он, — вы допускаете ошибку. Юстициар Талмора был убит в тот самый день, когда мятежники штурмовали Маркарт.       — Так точно, — с легкой усмешкой согласился Колсельмо.       — Во-вторых, вы прекрасно понимаете, что я имел в виду второй выход. Я просто не верю, что его здесь нет.       — Но… разве фалмеры не показали бы нам его, если бы он был?       — Разумеется, нет, — фыркнул Ондолемар. — С чего бы им доверять чужакам, обещающим им невесть что. Так вот, я повторяю свой вопрос: вы точно все осмотрели?       — Все залы, коридоры, проходы, — задумчиво бормотал ученый. — Вроде бы все. Хотя…       — Что? — Альтмер дернулся, повернув к нему голову, с почти фалмерской настороженностью.       — Мы не спускались под воду. Хотя, думаю, там и делать нечего — вряд ли там глубоко.       — Но ваш племянник обнаружил там механизм для очистки воды!       — А, — презрительно отмахнулся Колсельмо. — Айкантар просто чересчур любопытен, вот и случается ему найти кое-какие вещи. Что же до механизма, его видно и над водой, так что глубоко нырять вовсе не обязательно. Повторюсь, я не думаю, что там может что-то находиться, здесь нет спускающихся вниз уровней…       — Ясно, — отрезал Ондолемар. — Тогда я перейду к сути. Вы сейчас пойдете в наши покои и будете говорить с паладином и фалмерами. Постарайтесь отвлечь их внимание на некоторое время.       — Что вы задумали? — с интересом покосился на него ученый.       — Принять ванну. Сами понимаете, я не хочу, чтобы на меня все это время кто-нибудь таращился.       — О. — Колсельмо понимающе кивнул. - Да, разумеется. Но… о чем я буду с ними говорить?       — У вас есть всего одна тема для разговора — двемеры. Вот и развейте ее как-нибудь.       — А фалмеры меня поймут? Ведь, кажется, не все из них пока понимают речь…       — Теперь уже все. Правда, пока еще не все фалмеры овладели зрением, но речь разбирают поголовно. Так что действуйте.       — Э…       — Сейчас, — с нажимом произнес Ондолемар. — Мое отсутствие должно остаться незамеченным.       — Погодите. А как же Два-семь-три?       Он посмотрел на окруженный паром металлический шар, вновь превратившийся в воина.       — Не советую приводить ее с собой.       — Да-да. Думаю, вы правы. Два-семь-три! Сон. Отключение.       Сфера покорно застыла на месте, однако отключаться не спешила. Пожав плечами, ученый вместе с сородичем вышел из лаборатории и закрыл ее на ключ.       — Что за идиотское имя? — фыркнул Ондолемар. — Почему Два-семь-три?       — Два камня душ, семь частей, три зачарования. И вдобавок легко запоминается.       — Хорошо еще, что вы не назвали эту штуковину именем Тринимака или Финастера.       — Не волнуйтесь, господин Ондолемар. Если мне удастся собрать и подчинить себе двемерского центуриона, я непременно назову его Талосом.       — Дошутитесь у меня, — сквозь зубы пробормотал альтмер, но больше ни о чем не спрашивал. Колсельмо же с некоторой обидой вспомнил его слова о том, что, дескать, ученый только о двемерах думать и способен. Сейчас, к его большому смущению, его мысли занимал не только чудесный эксперимент со сферой, но и одна особа, которую он не видел с того самого дня. Однако рассказывать о ней фалмерам или тем более Ондолемару было бы неуместно. Поэтому, увидев собравшихся перед ним Преданных, Колсельмо с готовностью начал:       — В незапамятные времена существовал материк Альдмерис, прародина всех эльфийских народов…