Прочь из глубин

      — Я… Я не верю своим глазам, — выдохнул Колсельмо, стараясь произносить слова еле слышно. — Тихий город…       — Великолепен, — согласился Айкантар. — Те книги не лгали.       Они проделали быстрый путь до Мзинчалефта — Колсельмо за время своих исследований в Коллегии овладел заклинанием телепортации — и, используя небольшую ключ-сферу, отданную юноше Псиджиками, спустились в открывшийся проход. И были потрясены удивительным зрелищем.       Колсельмо ожидал увидеть башни двемерских городов, невесомые мосты в воздухе, но Черный Предел превзошел все ожидания ученого. Это был город-пещера, город-другое измерение… город-тьма. Однако тьма не была непроглядно черной: даже близорукие альтмеры могли разглядеть мелкие светящиеся огоньки в воздухе и потолке пещеры, стелющийся по земле туман бирюзового оттенка (почти как в Нчуанд-Зеле, но какой-то… потусторонний, что ли) и гигантские светящиеся грибы и споры, будто парящие прямо в воздухе. Пространство заполнял тихий, необычный звон. Место захватывало дух и в то же время намекало на невозможность вернуться обратно. Колсельмо готов был сравнить Черный Предел даже с планом Обливиона — как знать, вдруг двемеры смогли обратить свои знания против даэдра и открыть портал в их царство. Так или иначе, Тихий город был не просто городом — он был маленькой вселенной со светящимися грибами и смертельной близостью тайн двемеров. Их олицетворением служили нечеткие силуэты башен и свет впереди — неожиданно яркий и теплый.       — Это и впрямь похоже на солнце, — прошептал ученый.       — Да, дядя. Думаю, это оно. Давайте попробуем подобраться к нему поближе.       Они говорили еле слышным шепотом — не только чтобы не нарушить удивительную и страшную гармонию Черного Предела, но и дабы не потревожить фалмеров. Одна из книг и рассказы Гелебора свидетельствовали о том, что здесь Преданных осталось больше всего, и они заняли двемерскую столицу, сделав ее своей. Поэтому находиться здесь было опасно не столько благодаря двемерским машинам, сколько чутким на ухо фалмерам. Подобрав одеяния, чтобы не шуршать складками, и сняв сапоги, альтмеры медленно и осторожно передвигались по выложенной золотистым камнем дороге. Колсельмо испытывал сложное чувство. С одной стороны, он всегда мечтал своими глазами увидеть столицу двемеров Скайрима и был безнадежно пленен ее красотой, с другой — понимал, что это место будет пострашнее пробужденного центуриона. Города глубинных эльфов были безопасны только для их хозяев, остальные рисковали закончить свои дни здесь же, на краю черной расщелины, или в желудке у фалмеров. Надо было очень постараться, чтобы вернуться на поверхность живым и здоровым.       Вдалеке раздался неприятный щелкающий звук. Ученый знал: это корусы. Судя по характерному хрипу, их хозяева были здесь же неподалеку. Альтмеры прокрались вперед, стараясь не дышать, и, кажется, отвратительные насекомые их не заметили. Колсельмо старался унять отчаянное сердцебиение, подозревая, что фалмеры способны его услышать. Но, к счастью, все обошлось — правда, эльфы не могли себе позволить даже вздоха облегчения, чтобы ненароком не быть обнаруженными.       Они подходили все ближе к постройкам Тихого города. Теплый свет, озаряющий окрестности, действительно исходил из гигантского шара, напоминающего солнце. Ученый невольно остановился, залюбовавшись его красотой, но Айкантар тронул его плечом, призывая двигаться дальше. Юноша вообще был настроен очень серьезно, собираясь претворить в жизнь результаты сделки с Псиджиками. Цель его была настолько же благородной, насколько и опасной. Смертельно опасной.       — Высоко, — заметил Колсельмо, кивком указывая на искусственное солнце. — До него не добраться.       — Попробуем подняться, насколько это возможно, — ответил племянник. — Надеюсь, фалмеры нас не застукают.       Но их ожиданиям не суждено было сбыться. На каменной площади бдели не только Преданные: их окружали почти раздетые люди разных рас. Они держались рядом с фалмерами и, похоже, составляли часть их семьи. Альтмеры вопросительно посмотрели друг на друга, пытаясь понять, как им прокрасться мимо зрячих людей. Ответа не было. Поэтому они решили, уповая на богов, просто подняться наверх по лестнице, двигаясь как можно незаметнее. Ученый украдкой косился на фалмерских пленников и был готов поспорить, что они его видят. Но они не атаковали: видимо, только те, кто представлял непосредственную угрозу для их хозяев, считались врагами.       — Пронесло, — еле слышно выдохнул Айкантар, когда они поднялись к крыше одной из башен. — Наверное, можно пройти через какую-то из этих комнат, но я боюсь рисковать.       — Не надо. Попробуй сейчас.       Юноша кивнул. Молитвенно сложив руки, он медленно развел их, и сгусток энергии появился в его ладонях. Это была часть энергии Ока Магнуса: дикая и разрушительная под властью Анкано, в руках у Айкантара она покоилась мирно, словно котенок. Юноша одними губами проговорил какое-то заклинание и, вытянув руки, с силой оттолкнул магический сгусток. Тот неторопливо вошел внутрь искусственного солнца, и на короткое мгновение его свет сменился с золотисто-оранжевого на бирюзовый.       Всплеск энергии, естественно, не остался незамеченным: фалмеры с невообразимой скоростью устремились в схватку с чужаками. Один из них, самый ретивый, быстро забрался по лестнице и с яростным хрипом ударил Айкантара мечом — быстрее, чем альтмеры успели что-либо сообразить. Юноша вскрикнул, хватаясь за живот, и скорчился от боли.       — Как быстро… — проговорил он, склоняясь к земле.       Мысль Колсельмо, впрочем, ненамного отстала от фалмерской реакции. Взяв племянника в охапку, он одной рукой смог сотворить заклинание телепортации, и Преданные удивленно протыкали мечами пустое пространство, где еще секунды назад стояли два альтмерских волшебника, зашедшие на чужую территорию.